Эльфийка и Орден Чистоты

ГЛАВА 9

Никогда еще я с таким нетерпением не ждала вечера. Когда ничего не делаешь и только валяешься в постели, время тянется бесконечно. Пусть Арлин и составляла компанию, но разговаривать даже с ней не слишком хотелось. Кратковременная вспышка сильных эмоций после разговора с Риаганом совершенно обессилила. Так что, я то погружалась в сон, то просыпалась и пила подносимые подругой отвары, то просто тупо пялилась в потолок.

А еще все время прислушивалась к звукам извне, надеясь услышать знакомый голос. Без Вэйда ощущала себя так, словно мне не хватает чего-то важного, что делает жизнь полной. А ведь мы только ночью виделись. Но целый день, проведенный без него, показался невыносимо тоскливым и серым. Так что, когда в дверь квартиры постучали, резко села на постели.

Поудобнее прислонившись спиной к изголовью, с надеждой уставилась на вход в спальню. Из гостиной слышались приглушенные голоса Арлин и того, кто пришел. И даже не различая слов, я узнавала знакомый голос и чувствовала, как сердце учащает темп.

— Ну, как ты тут? — в привычной бесцеремонной манере спросил Вэйд, наконец, проходя в спальню.

Из-за его плеча виднелась лукавая физиономия Арлин, многозначительно мне подмигивающая. Я сделала вид, что не заметила этого, и улыбнулась напарнику.

— Уже гораздо лучше. Слушай, может, мне незачем торчать здесь целых пять дней? — умоляюще протянула. — Я от скуки на стенку готова лезть.

— Ну, спасибо, — послышался обиженный голос подруги. — Это так тебе моя компания нравится?

Я состроила извиняющую гримаску.

— Просто не могу без дела валяться круглые сутки.

— Вэйд на тебя плохо влияет, — заявила Арлин. — Заразил своей маниакальной тягой к работе. Отдыхать тоже надо.

— Но не тогда, когда куча дел ждет, — возразила, не сводя глаз с Вэйда.

Тот невозмутимо отрезал:

— Нет. Будешь валяться тут столько, сколько Оливия сказала. И точка.

— Тиран, — сокрушенно вздохнула я. — Расскажи хоть, как у тебя день прошел. Есть успехи в расследовании?

По мрачному лицу напарника поняла, что никаких успехов нет. Да и вообще выглядел он усталым. Наверняка денек выдался тот еще, особенно учитывая разборки с вампирами. Это ж сколько у него Бидер кровушки попил из-за случившегося?

— Нормально все, — пробормотал Вэйд, явно не желая грузить меня этим сейчас, когда я, по его мнению, нуждалась в отдыхе. — Разберемся.

— А Габриэль как? — вклинилась Арлин, пока напарник шел к креслу у моей кровати и устраивался в нем, блаженно вытягивая ноги. — Справляется?

— По мере сил, — кратко сказал Вэйд. — Но он не дознаватель, так что могло быть и лучше.

Как всегда, особой деликатностью не страдает. Я мысленно хмыкнула, глядя в чуть нахмурившееся личико Арлин. Она явно надеялась на похвалу в адрес мужа.

— Ладно, — сказала она. — Чаю тебе сделать?

— Буду благодарен, — не стал отказываться Вэйд, откидываясь на спинку кресла.

Пока Арлин хлопотала в другой комнате, готовя ему чай, я с сочувствием спросила:

— Устал?

— Нормально все, — повторил напарник.

— Ты хоть ел что-нибудь сегодня?

Он промолчал, и я поняла, что наверняка, если с утра и забросил что-то в себя, то дальше так и бегал голодный. Но ведь не признается. Так что, когда Арлин появилась с чашкой чая и вазочкой с печеньем, попросила:

— Ты не могла бы принести еще что-нибудь поесть? Что-то аппетит разгорелся, — солгала, глядя, с какой жадностью Вэйд накинулся на угощение.

Арлин понимающе хмыкнула и вышла. Вернулась спустя десять минут с подносом, где дымилось мясное рагу и издавали восхитительный аромат пирожки. Все явно приготовлено госпожой Мидиган. Арлин поставила поднос на столик рядом с кроватью и заявила:

— Ладно, оставлю вас пока. Пойду гляну, как там Габриэль. Наверняка тоже еще не ужинал.

— Ты нам уже не понадобишься, — бесцеремонно сказал Вэйд. — Я обо все позабочусь.

— Какая у тебя самоотверженная нянька, — не преминула подколоть Арлин. — Ты хоть бы отдохнул немного.

На нее бросили убийственный взгляд, и подруга поспешила смыться, пока Вэйд не подстегнул какими-нибудь не слишком приличными словами.

— Давай, я покормлю тебя, что ли, — неуверенно сказал напарник, глядя на еду на столике.

— Вообще-то это я для тебя попросила, — смущенно призналась. — Ведь голодный же.

— Я перекусил в закусочной, — сказал он.

— И когда это было? — хмыкнула я.

Он досадливо поморщился.

— Ну вот почему ты так себя не жалеешь? — я сокрушенно вздохнула. — И в отличие от тебя, для меня имеет значение, как ты себя чувствуешь. Так что ешь, пока не остыло.

Поколебавшись, Вэйд все же придвинулся поближе к столику и принялся за еду. Я же ловила себя на том, что на лице появляется умильная улыбка, и безумно хочется протянуть руку и погладить его по голове. Как упрямого ребенка.

Наконец, Вэйд покончил с едой и сказал, что скоро вернется. Понес поднос с пустыми тарелками к госпоже Мидиган. А я вдруг поняла, что он даже к себе заходить не стал, чтобы хотя бы переодеться. Сразу ко мне пошел. Неужели тоже настолько соскучился? Или переживал, как я себя чувствую? Так тепло стало на душе от осознания этого.

Вернулся Вэйд посвежевший и уже переодевшийся в домашнее. Значит, заскочил заодно и к себе душ принять. И теперь опять был готов просидеть со мной всю ночь.

— Иди ко мне, — прошептала, протягивая руку.

Он как-то обреченно вздохнул, но в этот раз возражать не стал. Подошел к кровати и лег рядом. Я привычно устроилась у него под боком и положила руку на мерно вздымающуюся грудь напарника.

— Как у тебя на самом деле день прошел?

— Могло быть и лучше, — слабо улыбнулся он. — В городе невесть что творится. Неизвестно, во что все это выльется. Хорошо хоть Орден Чистоты не стал пользоваться ситуацией. Сидят тихо, как мыши. Видимо, герцог крепко напугал Маграса.

— А от Ангера Сальне что-то слышно? — осторожно спросила.

— От всего открещивается. Впрочем, в этом я склонен ему верить. Его придурковатый сыночек, скорее всего, действовал без ведома папочки. Габриэль участвовал в переговорах и тоже подтвердил мое мнение.

— Ему удалось что-то разузнать по своим каналам про убийство Кайлы Миддрейд?

— Нет, — мрачно сказал Вэйд. — Такое ощущение, что тот или те, кто это сделал, невидимки. Никто о них ничего не знает, не видел и не слышал.

— Если среди них был сильный менталист, вполне мог отвести глаза, — заметила я. — А судя по всему, так и есть. Кайла ведь вышла из кофейни сама и явно не сознавала, что делает. По крайней мере, если верить словам охранника. А ему нет смысла врать.

Вэйд молчал, согласный с моими выводами. Плохо то, что выхода из этого тупика никак не находилось. Хорошо хоть судья пока ждет результатов расследования и не предпринимает самостоятельных действий.

Взгляд Вэйда бесцельно блуждал по комнате, пока не остановился на вазе с цветами, стоящей рядом с зеркалом. Ощутила, как он напрягся. Прежде чем сделал какие-то свои выводы, поспешила сказать:

— А ко мне сегодня Риаган заходил. Поболтали немного.

— Вот как? — сухо откликнулся Вэйд. Попытался подняться с постели, но я уцепилась за него так, что вынужден был остаться рядом.

— Он для меня просто друг, — тихо сказала, приподнявшись и глядя ему прямо в глаза.

Вэйд долго молча смотрел на меня, потом слегка расслабился, и я облегченно опустилась на подушку, опять прижавшись к нему. Но его слова, сказанные минуту спустя, заставили досадливо поморщиться:

— Ты никогда не думала о том, чтобы уехать в эльфийские земли? На родину предков? Для тебя там более подходящее место.

— Позволь мне самой решать, что для меня подходит, — сухо возразила.

— Риаган из влиятельной темно-эльфийской семьи, — будто не услышав меня, продолжил Вэйд, — и если сравнивать с другими его сородичами, выгодно отличается от них. И к тебе неравнодушен.

— Ты меня сейчас ему сватаешь? — я прищурилась, подняв на него лицо. Он смотрел с непонятным выражением, и оно мне совершенно не нравилось. — А теперь послушай меня. Я никому не позволю решать за себя такие вещи. И уж прости, сама буду выбирать, с кем мне быть.

Теперь уже я попыталась отстраниться, рассердившись на этого твердолобого, но он не отпустил. Зарывшись лицом в мои волосы, глухо выдохнул:

— В эльфийских землях ты была бы в безопасности. Вампиры туда вряд ли доберутся.

Я не могла даже вздохнуть от накативших эмоций. Вэйд готов отдать меня другому, лишь бы я была в безопасности? От этого одновременно и горько, и сладостно на сердце.

— Мне плевать на вампиров, — выпалила, наконец, не зная, что еще сказать. — И между прочим, они и тебе угрожали. Но ты ведь никуда не собираешься бежать.

— Это другое…

Даже не глядя на него, по — прежнему прячущего лицо в моих волосах, ощутила, как он досадливо морщится.

— Для меня одно и то же, — не согласилась с ним. — И давай оставим эту тему.

Стоит или нет говорить ему о письме матери и ее предупреждении? С одной стороны, если скажу, он оставит разговоры о том, что мне будет лучше с сородичами. С другой — с него станется настоять на моем переезде из Бармина. Опять же ради моей безопасности. Может, даже герцога подключит, наплевав на гордость, и меня переведут в другой Департамент. И тогда я его больше не увижу. При одной этой мысли стало больно дышать, и я решила, что ни за что не скажу правду. По крайней мере, пока между нами все так неопределенно.

Не знаю, что сказал бы Вэйд в следующую минуту, если бы не раздался стук в дверь. Он тут же отстранился от меня и поднялся, пошел открывать. Вернулся несколько озадаченный, неся с собой посылку, завернутую в упаковочную бумагу.

— Это для меня? От кого? — спросила, охваченная неприятными предчувствиями.

— Вообще-то на нем написано мое имя, — возразил Вэйд. — Госпожа Мидиган занесла сюда, зная, что я здесь.

— А от кого? — повторила вопрос.

— Понятия не имею, — пожал плечами напарник.

Он хмурился, тоже не ожидая от загадочного подарка ничего хорошего.

— Откроешь?

Вэйд заколебался, и я умоляюще сказала:

— Хочешь, чтобы я от любопытства умерла?

— Ладно, — неохотно произнес. — Только сначала прощупаю на предмет магических ловушек.

Я похолодела. Самой такое и в голову не пришло. А ведь стоило подумать и о подобном варианте, учитывая, кому мы перешли дорогу. Если вампиры не могут к нам подобраться сами, то с них станется прислать какой-нибудь смертельный подарочек.

Вэйд поставил посылку на тумбочку у двери, подальше от меня, и стал сканировать магически. Я напряженно ждала, затаив дыхание, словно оно могло помешать процессу. Сама не решилась перестроить зрение на магическое, памятуя о том, что для меня это сейчас чревато. Наконец, Вэйд произнес:

— Никакой магии не чувствую.

С этими словами начал разворачивать упаковку. Добравшись до самой коробки, потряс ее. Внутри что-то глухо билось о стенки. Любопытство во мне разгоралось все сильнее. Да что ж там такое?

Вэйд открыл коробку и замер, уставившись на что-то, пока для меня невидимое.

— Что там? — нетерпеливо спросила, когда он закрыл коробку крышкой.

— Лучше тебе не видеть, — напряженно сказал.

— Вэйд, — я возмущенно уставилась на него и даже решила встать с постели, чтобы самой посмотреть. Заметив это, он бросил:

— Лежи. Тебе рано пока вставать.

Это я уже и так поняла. От слабости голова закружилась, вынудив плюхнуться обратно.

— Тогда сам поднеси проклятую коробку, — потребовала.

Вэйд поморщился, но зная, что я бываю не менее упрямой, чем он, все же сделал это. Поставил коробку на столик, где еще недавно находился поднос с едой, и сдернул крышку. В тот же миг я порадовалась тому, что сама не стала есть ужин. К горлу подкатила тошнота, и я поспешила отвернуться, пребывая в ужасе от увиденного. В коробке находилась отрезанная голова Винсента Сальне.

— Говорил же, что лучше не надо, — заметил Вэйд с мрачной усмешкой.

— Что это значит? — справившись с собой и напомнив себе, что я дознаватель, а не кисейная барышня, опять повернулась в сторону жуткого предмета, уже прикрытого крышкой.

— Сейчас узнаем, — напарник держал в руке записку, которая, по всей видимости, прилагалась к «подарку». — «Сожалею о досадном инциденте, повлекшем за собой неприятности не только для вас, но и для нас. Никому не позволено нарушать данные главой общины обещания. Надеюсь, этот жест послужит достаточной гарантией того, что войны с людьми мы не желаем. Более того, последствий для вас лично и вашей женщины не будет», — при упоминании о том, что я его женщина, Вэйд бросил на меня беглый взгляд, но ничего не сказал. Продолжил чтение: — «Те, кто осмелился напасть на вас без моего позволения, заслужили то, что с ними произошло. Думаю, вы поймете, что делать с моим подарком. Ангер Сальне».

Некоторое время мы с Вэйдом молчали, переваривая содержимое записки. Первой заговорила я, голос звучал глухо и сдавленно:

— Он что велел отрезать голову собственному сыну?

— Видимо, интересы общины для Ангера Сальне важнее родственных чувств, — задумчиво произнес Вэйд.

— Если он вообще способен испытывать чувства, — поежилась я, вспомнив ощущения от сканирования его эмоций.

— Как бы то ни было, для нас это и впрямь подарок, — криво усмехнулся напарник. — Вампиры официально объявили, что не станут нас преследовать.

— А что ты будешь делать с этим? — махнула рукой в сторону коробки и поморщилась.

— Отвезу в Департамент и позабочусь о том, чтобы информация об этом попала в завтрашние газеты. Думаю, известие о том, что глава вампиров пожертвовал собственным сыном в знак мирных намерений, охладит народных мстителей. Будем надеяться, что теперь беспорядки улягутся.

— Тогда это и правда хорошая новость, — согласилась я, избегая смотреть в сторону жуткой коробки.

— Извини, но мне придется уйти, — как-то виновато проговорил Вэйд. — Я попрошу Арлин посидеть с тобой еще немного.

— Да я и сама справлюсь, — горячо запротестовала, но меня и не подумали слушать.

Прихватив с собой посылку, Вэйд вышел, а уже через несколько минут в мою спальню вошла озадаченная Арлин.

— Что у вас опять случилось? Вэйд попросил побыть с тобой, забрал Габриэля и они куда-то уехали.

Вздохнув, рассказала о полученном «подарочке» и записке. Глаза Арлин превращались в блюдца по мере моих слов.

— Кошмар какой, — наконец, выдохнула она. — Бедный Габриэль. Это же его брат все-таки.

— Не думаю, что между ними были сильные родственные чувства, — возразила я. — Этот отморозок пытался убить Габриэля. Помнишь, я тебе рассказывала?

Арлин грустно кивнула.

— В голове не укладывается, как так можно поступать с родным братом.

— Да он и с отцом не собирался церемониться, — заметила я. — Хотел устранить с дороги и сам возглавить вампиров. Может, еще и поэтому Ангер Сальне с ним расправился. Кто-то из прихлебателей Винсента донес о том, что тот говорил.

Арлин какое-то время обдумывала мои слова, потом возбужденно воскликнула:

— Я должна пойти в редакцию. Это же такая сенсация.

— Вэйд сказал, что газетчикам сообщат, — произнесла я.

— Вот именно. Кто-то перехватит эту статью, — в Арлин включился журналист, и я понимающе усмехнулась.

— Иди уже.

— Я госпожу Мидиган попрошу с тобой посидеть, — уже несясь к двери, прокричала подруга.

— Да не нужно никому со мной сидеть, — взорвалась я, возмущенная тем, что все вокруг считают меня беспомощной.

Но разумеется, никто и слушать не стал. Эх, ну когда уже я смогу вылезти из проклятой постели? Вокруг события так и бурлят, а я тут сиднем сижу.

Заснула только через час под мерное позвякивание спиц госпожи Мидиган, устроившейся с вязанием в кресле. А проснулась от ощущения чьих-то объятий и приятного тепла. Разлепив сонные глаза, увидела, что вокруг глухая ночь, в комнате темно, и гномихи уже нет. Зато на кровати рядом находится Вэйд, обнимающий и прижимающий к себе.

— Уже вернулся? — хриплым после сна голосом спросила. — Как все прошло?

— Ш-ш-ш, — услышала над ухом и почувствовала, как он осторожно проводит рукой по моим спутанным волосам. — Спи.

Блаженно уткнувшись носом в его грудь, почти сразу заснула, решив, что и правда, все расспросы подождут. Опять засыпала с улыбкой на лице, несмотря на потрясения вечера. Все внутри ликовало от осознания, что в этот раз мне даже уговаривать не пришлось Вэйда спать со мной в одной постели. Сам этого захотел.