Жена в награду

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

— Отныне — вы — муж и жена, — голосом, полным торжественности, объявил священник.

Сердце Элизабет до края захлестнули чувства.

Оно взволнованно забилось в её груди.

Осознание того, что теперь она — замужняя женщина, жена того самого Вигго Датского, на короткий миг ослепило Элизабет.

Когда же она вновь стала нормально видеть, то обнаружила, что Вигго, чуть склонившись, одевает ей на палец кольцо.

Прохладное золото скользнуло по фаланге и надежно обхватило тонкий девичий палец.

Элизабет едва сдержала вздох удивления, когда увидела, какой именно камень украшал кольцо.

Огромный сапфир прямоугольной формы искрился и сиял на её пальце, словно синее пламя или же море в хорошую погоду.

Поразительно, но этот оттенок так был похож на цвет её глаз...

— Надеюсь, тебе понравился мой подарок, — чуть сжимая дрожащие пальчики жены, произнес Вигго.

Он чувствовал волнение, исходящее от неё, ощущал, какими прохладными стали кончики её пальцев.

Хотелось согреть Элизабет, но для этого им нужно было уединиться в спальне.

— Оно прекрасно, благодарю вас, — онемевшим от волнения языком ответила Элизабет.

— Я рад, что ты не осталась равнодушной к моему подарку, — Вигго задумчиво улыбнулся, а затем, вдруг, наклонился к жене и, не давая ей опомниться, прижался губами к её губам.

Сдержанно.

Быстро.

Совсем не проникновенно.

Не так как хотел Вигго.

Но все равно, его скупой поцелуй обжег губы Элизабет.

Те запылали, закололи.

Округлив глаза, она пыталась понять, что, собственно, требуется от неё, но так как поцелуй был коротким, а опыта у Элизабет не имелось, она не успела получить ответ на свой вопрос.

Вигго, прервав поцелуй, окинул жену взглядом.

Жена.

Господь!

Эта малышка с невинно распахнутыми синими глазами, ростом едва доходившая ему до груди, нежная, ранимая и такая красивая — теперь его жена!

Самодовольная улыбка тронула мужские губы, грудь стала заполняться приятным жаром.

Его!

Это синеглазое сокровище, эта фея отныне принадлежит ему одному!

Не давая себе полностью потешить своё эго, Вигго тотчас принял спокойное выражение лица, взял Элизабет за ладонь и чуть приподнял её так, чтобы все это видели.

— Поприветствуйте новобрачных! — громогласно, с требовательными нотками в голосе, приказал Кнуд Великий.

Зал наполнился гулом.

Среди многочисленной знати, увы, лишь единицы радовались новому союзу. Как бывало во все времена, люди скрывали свои намерения за многочисленными масками напускного дружелюбия и радушия.

Все замерли, когда король и королева поднялись с трона и направились к новобрачным.

Элизабет перестала дышать, как только Кнуд Великий остановился напротив неё и Вигго.

Смерив новоиспеченных мужа и жену задумчивым взглядом, король изрек:

— Теперь у Нортумбрии новый олдермен. Надеюсь, ты, Вигго, наведешь там порядок и получишь верность местных жителей. Жду добрых вестей и пусть одна из них будет о том, что у Вигго Датского родился наследник.

Элизабет покраснела, а король с улыбкой продолжал:

— Уверен, вы скоро настрогаете с полдюжины детей!

Вигго рассмеялся.

После этих слов и смеха мужа Элизабет захотелось спрятаться ото всех — как и раньше, под кроватью, чтобы ни одна душа не смотрела на неё сейчас.

Но на неё продолжали глядеть.

В том числе и королева Эмма.

Дождавшись, когда Кнуд Великий чуть отойдет в сторону, чтобы дать еще какие-то советы исключительно Вигго, королева шагнула к Элизабет.

Их взгляды встретились — молодой, неопытной девушки, стоявшей на пороге во взрослую жизнь, и женщины, которую в еще более раннем возрасте вырвали из семьи, выдали замуж за человека, вдвое старше её, судьба которой была так сложна и, порой, непредсказуема, что можно было только даваться диву, глядя на Эмму.

Пережить такое и сохранить милосердное сердце — не каждому дано.

— Поздравляю, Элизабет, будь счастлива, — сдержанно произнесла королева, но темные глаза её выражали тепло, и это немного успокоило девушку.

— Благодарю вас, — тихо, с робкой улыбкой, ответила Элизабет.

Сама того не понимая, она во все глаза глядела на королеву Эмму, словно ожидая получить от той мудрое наставление.

И королева не оставила этого без внимания.

— Этот мир — мужчин, и мы, женщины, в нем уязвимы. У нас нет той силы, которой наделил их Бог, нет тех привилегий и той свободы, но есть нечто другое, пред которым даже самый великий воин не сможет устоять. Я говорю о женской нежности и мягкости. В тебе все это есть, Элизабет, и я очень надеюсь, что ваш союз будет счастливым. Поверь, даже короли и королевы мечтают об этом, простом, но так важном. О семейном счастье.