Жена в награду

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ВТОРАЯ

Спустя неделю случилось долгожданное событие, которое с трепетом ждала не только Элизабет, но и жители замка и ближайших окрестностей.

Ярмарка.

На территории, прилегающей к замку, развернули шатры, яркие полосы которых издали казались диковинными цветами, и местные мастера, пекари, кузнецы и все те, у кого имелся достойный товар, с самого утра заняли свои места под этими постройками, благо, тех оказалось достаточно, и все уместились.

Молитвы и надежды Элизабет были услышаны, и день выдался на радость всем солнечным и теплым.

Лазурно-голубое небо озаряло солнце, легкий ветерок смешав в себе ароматы луговых цветов и выпечки, наполнял собой воздух.

Кругом слышались веселые голоса, смех и детский лепет.

Люди радовались.

Радовалась и Элизабет.

Одетая в небесно-голубое платье, с волосами собранными в две косы и закреплёнными на затылке гребнями, она выглядела невероятно красивой и нежной.

Словно оттеняя красоту жены, Вигго выбрал наряд в черных тонах. Пожалуй, если бы не серебряные нити, причудливо украсившие рукава, горловину его камзола, то он бы выглядел мрачно.

Впрочем, нового господина совсем не волновало как он выглядит в глазах других людей.

Разумеется, имелось одно-единственное исключение.

Его жена.

После того откровенного разговора, случившегося на рассвете, их отношения переменились. В лучшую сторону.

Поразительно, как один разговор по душам мог все так изменить. Теперь Вигго не избегал жены, не прятался он и от своих чувств. Напротив, все чаще он проявлял их, вот и сегодняшний день не стал исключением.

— Посмотри, Элизабет, какие красивые шкатулки, — остановившись возле шатра, который занимал искусный резчик по дереву, произнес Вигго.

Элизабет с интересом посмотрела на шкатулки.

Каких их только не было!

Совсем крошечные, в которые бы уместилось миниатюрное колечко и огромные, больше напоминавшие уже сундуки, в коих можно было хранить не только украшения, но и ценные книги!

Все шкатулки, независимо от их размера, отличались причудливыми орнаментом и изысканной росписью, в которой преобладали красные, золотистые и зеленые оттенки.

— Вы правы, шкатулки достойны внимания, — сохраняя при людях обращение к мужу на «вы», согласилась Элизабет.

Хозяин шкатулок, бородатый, крепкий мужчина, довольно заулыбался.

На его загорелом лице чуть проступил румянец.

— Ты хотела бы одну, а может, несколько? — Вигго выразительно посмотрел на жену и сдержанно улыбнулся.

Глаза Элизабет заискрились от радости:

— Я была бы рада, если бы вы купили мне вон ту, для моих книг.

Вигго протянул мешочек с монетами и обратился к мастеру:

— Дай ту шкатулку.

Мастер, не веря своим глазам, достал с полки шкатулку, поставил её перед собой, и только потом взял мешочек с деньгами.

Ощутив его тяжесть, мужчина раскрыл его, заглянул внутрь и удивленно глянул на господина:

— Мой господин… Здесь куда больше, чем стоит эта шкатулка.

— Я знаю, — отвечая ему прямым взглядом, отвечал Вигго, — но так же знаю, что последние два года выдались не из легких для тебя и твоей семьи. Возьми. Пусть твоя жена поправляется.

В глазах мастера мелькнули слезы.

— В ближайшие недели в замок прибудет лекарь, ты можешь обратиться к нему, если в этом все еще будет нужда, — добавил Вигго.

— Ей уже лучше, господин, лучше, правда. Только исхудала моя Дженни, ослабла — еды-то мало было, а коль была, не на что было покупать. Но сегодня я куплю все, что она так хотела, даже те пироги, с мясом, и медовые лепешки, — голос мастера дрожал от нахлынувших чувств, и Элизабет едва сдерживалась от того, чтобы не разрыдаться.

— Не беспокойся об этом. Я узнал где ты живешь, и сегодня, когда ярмарка закончится, вместе с тобой, домой, отправится телега со всем необходимым.

Тут уж мастер не сдержался.

По его щекам хлынули слезы.

Элизабет смущенно опустила взор. Как непривычно было видеть плачущего мужчину!

Но молодая госпожа не осуждала его. Напротив, сердце её прониклось сочувствием и пониманием по отношению к нему.

— Откуда ты узнал? — вопрос сорвался с губ Элизабет сразу же, как только она вместе с Вигго покинули шатер мастера и двинулись в сторону, где продавались пирожки и сласти.

— Я подумал, что мне стоит получше узнать о жизни тех, кто теперь находится под моим покровительством. Я заранее разослал своих людей в разные деревни, чтобы потом получить нужную информацию. Как видишь, это оказалось очень своевременно. У этого человека случилось горе. Жена потеряла ребенка, а потом заболела, да так, что это затянулось не на недели, а на месяцы.

Сердце Элизабет сдавило от услышанного.

Она погрустнела и замедлила шаг. Теперь все её думы были вокруг этой бедной женщины. Как жаль, что она не знала о её беде прежде, и как же хорошо, что Вигго оказался не только внимательным, но и щедрым!

— Спасибо тебе, — подняв на мужа увлажнившиеся от слез глаза, прошептала Элизабет.

А хотелось — броситься ему на грудь и осыпать Вигго благодарными поцелуями!

— Тебе не за что благодарить меня, Элизабет. Это — моя ответственность, как господина. К тому же я понимаю, что часть вины — за такое положение людей — лежит на мне. Ведь еще недавно я принимал участие в набегах на эти земли.

— Как умер мой брат?

Элизабет никогда прежде не касалась темы брата, но теперь, вопрос вырвался сам, не спрашивая разрешения.

Вигго, остановившись, повернулся к жене.

Её вопрос застал его врасплох, и привычное желание — защищаясь, броситься в атаку, уже подкрадывалось к нему, до тех пор, пока взгляд Вигго не остановился на глазах Элизабет.

В них не было ни упрека, ни злобы.

Одна только тихая грусть.

Ему и самому стало грустно. Он, вдруг, увидел перед собой маленькую девочку, потерявшую любимого брата. Одинокую, уязвимую, слабую и такую родную…

— Он умер достойно. Как и подобает воину — с мечом в руках, — совладав со своими чувствами, произнес Вигго.

Тень улыбки пробежалась по нежному лицу Элизабет, и что-то, очень близкое к благодарности, отразилось в её блестящих глазах.

Несколько мгновений, замерев на месте, они вглядывались друг в друга, а затем веселый детский голосок нарушил их уединение:

— Госпожа, госпожа, потанцуйте с нами!

Элизабет и Вигго перевели взгляд на румяную девчушку возрастом около 6 лет.

Её соломенно-желтые волосы были заплетены в косу, на круглом лице сияла беззубая улыбка.

Девочка протянула ладошку Элизабет:

— Идемте, госпожа!

Элизабет вопрошающе посмотрела на мужа.

Тот кивнул ей:

— Иди, веселись.

Элизабет послала ему благодарную улыбку, ухватилась за детскую ладонь и пошла рядом с девочкой.

Впереди, на полянке, другие дети уже кружились в хороводе. Элизабет и девочка ухватились за ладони танцующих. Танец продолжился — уже куда веселее и задорнее.

Вигго, прислонившись спиной к столбу, с задумчивой улыбкой наблюдал за своей женой.

Её смех звонкими колокольчиками доносился до его слуха, её улыбка согревала ему сердце. Она двигалась с грацией и легкостью, и было видно, что дети искренне рады её участию в их танце.

«Быть может, совсем скоро, она будет вот так же веселиться с нашими детьми», — чувствуя, как сердце заполняется сладким теплом, размышлял Вигго, не сводя с жены глаз.

Он ощущал радость и спокойствие — чувства, о существовании которых Вигго не помнил более двадцати лет.

Ему уже начинала нравиться эта другая жизнь — далекая от войны, тихая, размеренная, в чем-то простая.

Увы, данное ощущение продлилось недолго. Странное предчувствие заставило Вигго оторвать взор от жены и устремить его в сторону.

Он замер.

Там, на линии горизонта, показались всадники.