Жена в награду

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

— Ваше Величество, — как только королева Эмма встала рядом с Кнудом Великим, начал Вигго, и голос его выражал радость вперемешку с нетерпением, — я прошу вас еще об одной милости.

Элизабет удивленно покосилась в его сторону.

Что он задумал?

— И что же ты хочешь? — глаза Кнуда чуть сощурились, а испытывающий взгляд вновь остановился на лице Вигго.

Любой бы напугался такого взгляда.

Но не Вигго.

— Прошу вас позволить нам с женой прямо сейчас отправиться в путь, домой, дабы мы как можно скорее появились в Нортумбрии и занялись воплощением в жизнь всех целей, — глядя прямо в глаза короля, сообщил Вигго.

Тень усмешки пробежалась по губам Кнуда.

Он перевел взгляд на королеву Эмму.

Та, заметив это, ответила ему сдержанным взором.

— Королева Эмма, позволим новобрачным отправиться домой?

Разумеется, Кнуд не нуждался в её ответе, но желая выказать уважение королеве, он задал ей этот вопрос.

Королева, оценив проявленное уважение, чуть блеснула темными глазами, и губы её тронула задумчивая улыбка.

Это было, поистине, невероятное зрелище — наблюдать как привычно строгая красавица, вдруг, улыбается.

Улыбка очень шла ей.

— Я думаю, что это очень мудрое решение. Поэтому я не имею ничего против, чтобы новобрачные отправились домой, — голос королевы хоть и оставался сдержанным, но улыбка по-прежнему покоилась на её алых губах.

— Тогда решено, — Кнуд вызывающе заулыбался, а затем, оглушающее громко объявил:

— Пожелаем новобрачным счастья и большого потомства, и отпустим их домой. Доброго пути!

По залу пронесся гул.

Многие были разочарованы.

Большинству хотелось поприсутствовать на свадебном пире, но не для того, чтобы порадоваться за новоиспеченных мужа и жену, а для того, чтобы хорошенько наестся, напиться и, разумеется, пополниться сплетнями, которые потом можно было еще долго рассказывать.

А еще лучше было — найти в молодой жене Вигго какое-либо несовершенство, но ничего, кроме крошечной ямки на её подбородке, завистливые глаза не успели отыскать.

Однако как бы не гудела толпа, никого не волновало их разочарование.

Король решил, и, значит, так и будет.

Вигго взял жену за руку и уверенно повел к её дверям.

Приковывая к себе взгляды, молодожены покинули главный зал и оказались в коридоре, но даже здесь Элизабет не смогла облегченно выдохнуть, потому что Вигго тотчас начал отдавать приказы своим людям.

Делал он это властно, быстро, отчего его командный голос казался Элизабет непривычно злым и раздраженным.

Однако она еще не понимала, что на самом деле не слышала и не видела Вигго в состоянии злости, а такая манера общения являлась его привычным состоянием.

Когда, наконец, Вигго закончил отдавать свои приказы, они вместе поднялись наверх.

Не спрашивая разрешения, Вигго властно распахнул дверь, ведущую в покои Элизабет.

От такой неожиданности Анна, до этого занятая молитвой, испугано подпрыгнула и порывисто обернулась.

Глаза её стали большими, как блюдца.

Быстро оценив ситуацию, нянюшка догадалась, что особых причин для беспокойства у неё нет, и потому её испуг сменился атакой.

— Господи, Элизабет! Почему этот человек с вами?! И почему он позволяет себе вот так выламывать двери? Разве можно так вести себя? Похоже, его воспитанием никто не занимался должным образом!

Рука Анны невольно потянулась к кочерге, сиротливо стоявшей подле камина.

— Потому что теперь Элизабет — моя жена, а вся земля и слуги, в том числе и вы — отныне принадлежат мне, — Вигго с грохотом закрыл дверь, обвел спальню беглым взглядом, а затем подошел к камину и убрал кочергу в сторону.

Так, чтобы эта чудная женщина в этот раз наверняка не дотянулась до неё.

— Собирайтесь в дорогу! Еще до вечера мы должны покинуть замок! — приказал Вигго.

— Что он такое говорит? Элизабет, это правда? — Анна, игнорируя приказ, вытаращила глаза и выразительно посмотрела на свою госпожу.

Вигго, пораженный такой наглостью, недовольно поджал губы.

Грубые слова рвались наружу, но что-то подсказывало ему, что выпусти он их прямо сейчас, и это испортит тот хрупкий мир, что только-только зарождался между ним и его женой.

Ради этого мира стоило быть чуть сдержаннее.

В конце концов, эта женщина всего лишь беспокоится о своей подопечной.

Её можно и нужно понять.

Увы, понимать женщин для Вигго, как и для любого другого мужчины, было непростой задачей.

Почти невыполнимой.

Поэтому он чувствовал, как запас его терпения тает, как первый снег в лучах полуденного солнца.

— Это — правда, — Элизабет качнула головой, — прошу тебя, делай, что говорит твой господин. Нам нужно собираться.

Анна пару раз моргнула.

Видит Бог, эта весть её обрадовала. Но не обязательно было показывать свои чувства этому хмурому великану.

— Что ж, если вы приказываете... - с видом мученицы, вздохнула нянюшка.

— Это приказывает мой муж, — понимая, что она обязана это сделать, произнесла Элизабет, — и мы должны подчиняться ему.

Губы Вигго чуть дрогнули от самодовольной улыбкой.

Ему пришлась по душе покорность его жены!