Измена. Вера, Надежда, Любовь (СИ)

Глава 10. Анастасия

Сижу на белом кожаном диване в своей квартире на Тверской и пью зеленый чай с имбирем и лимоном. Без сахара. Я слежу за фигурой — даже на шестом месяце.

Рассматриваю свои ногти. Свежий маникюр, френч, идеальная форма. Я люблю всё идеальное. Идеальное тело, идеальную кожу, идеальную жизнь.

Идеального мужчину.

Святослав Багрянцев идеален. Богат, умен, красив, статусен. И — самое главное — несчастлив в браке. Я почувствовала это на первом же собеседовании, когда он смотрел на мое резюме, а думал о чем-то другом.

«У него скучающие глаза», — подумала я тогда. «Такие мужчины ищут приключений».

И я стала его приключением.

Сначала просто флирт в офисе. Случайные прикосновения к его руке, когда подавала кофе. Взгляды из-под ресниц на планерках. Короткие юбки и глубокие декольте — я знала, что он смотрит.

Потом корпоратив. Шампанское. Танец. Его рука на моей талии. Шепот на ухо: «Ты слишком красива для стажерки».

Я улыбнулась. «А вы слишком умны, чтобы этого не замечать».

Он сдался через две недели.

Сейчас глажу свой округлившийся живот и улыбаюсь. Узи-сканер на холодильнике показывает маленького человечка — уже с ручками, ножками, уже похожего на отца. Мальчик. Я сделала тест на десятой неделе и чуть не закричала от радости.

Мальчик.

Святослав хотел мальчика. Ирина не смогла дать. А я — смогла.

«Это называется эволюция, — думаю я, потягивая чай. — Слабые особи вымирают. Сильные занимают их место».

Я не чувствую вины. Ни капли. Ирина для меня не человек, а препятствие. Серая, уставшая, опухшая после ЭКО женщина с тремя детьми-погодками. Кому нужна такая жена? Она даже готовить, наверное, разучилась.

Ставлю чашку на столик. Беру телефон. Открываю переписку с Ириной.

Да, я нашла её номер. Да, я отправила ту фотографию. Специально выбрала ту, где Святослав смеется. Где он счастлив. Где всё очевидно.

Я хотела, чтобы Ирина знала. Не из жестокости. Из прагматизма. Чем быстрее Ирина уйдет, тем быстрее я займу её место. Белое платье, фата, ЗАГС. А потом — новая жизнь. Фамилия Багрянцева. Деньги мужа. Его дом.

Мой дом.

— Ты всё правильно делаешь, — говорю я вслух, поглаживая живот. — Мы всё правильно делаем, да, малыш?

Ребенок толкается. Слабо, едва заметно. Я воспринимаю это как согласие.

Встаю, подхожу к зеркалу в полный рост. Рассматриваю себя. Беременность идет мне — грудь стала больше, кожа засияла, волосы гуще. Я прекрасна. Прекраснее Ирины в сто раз.

— Бедная Ирочка, — усмехаюсь я. — Ты даже не представляешь, что тебя ждет.

Набираю сообщение. Еще одно. Финальное.

«Ирина, я понимаю, вам больно. Но посмотрите правде в глаза: вы устали. Вы трижды мать. Вам ли тягаться с молодостью? Отпустите его. Дайте шанс счастливой семье. Вашим девочкам будет лучше с довольным отцом, поверьте. Я обещаю, они не будут обделены. А вы... вы найдете свое счастье. Где-нибудь. Может быть».

Нажимаю «отправить».

Улыбаюсь.

Святослав приедет ко мне после ужина. Как всегда. Скажет, что Ирина была странной сегодня, что у неё «какие-то женские штучки». А потом ляжет рядом, положит руку на мой живот, и мы вместе почувствуем, как пинается наш сын.

Идеальный вечер.

Идеальная жизнь.

Выключаю свет в гостиной, зажигаю аромалампу с лавандой — для спокойствия. Ложусь на диван, накрываюсь пледом. Закрываю глаза.

Мне снится море. И белый песок. И Святослав, который держит на руках маленького мальчика в синей распашонке.

Ирины во сне нет.

Её вообще никогда не было в моих снах.

Как и совести.