Кто твой папочка

Глава 25

Кэл

Насвистывая, я шагаю к черному входу в здание, которое Лола так ненавидит. Сегодня ничто не способно мне испортить настроение. Не после тридцати шести часов, проведенных с Лолой. Я заставлял её смеяться, видел, как она наконец расслабилась.

Прикасался к ней. Пробовал её на вкус. Выманивал стоны. Доводил до оргазма.

Учил её. И это было лучшее, что со мной случалось. Даже если она всё ещё играет в недотрогу.

Толкаю дверь и в тот же миг меня встречает звон браслетов мадам Эсмеральды. Я замираю у входа, и, когда она появляется на лестнице, улыбаюсь.

— Добрый вечер, мадам Э.

— О, Каллахан, — медленно спускаясь, говорит она, — ты просто сияешь.

Сияю и не отрицаю.

— День выдался что надо.

Она улыбается понимающе.

— С водой ты справился. Пора добавить плавники.

Я перекатываю её слова на языке, тщательно обдумывая.

Ничего. В контексте нашей беседы — ни малейшего смысла.

— Простите, что?

Она качает головой, сворачивает на площадке и продолжает вниз.

— Сам додумаешься.

— Загадка. Люблю загадки, — вставляю ключ в замок.

Меня мгновенно обдаёт волной энергии. Ти Джей, Мерфи, Брайан и Салли рубятся в пинг-понг, орут, подкалывают друг друга, скачут вокруг. Мяч по-настоящему отбивают только двое постарше, но мелкие тоже в полном восторге, даже промахиваясь через раз.

Картина распирает грудь. Это моя семья. Люди, которых я люблю больше всего на свете.

А улыбка брата, когда Мерфи наконец попадает по мячу, — глазурь на торте этого прекрасного дня. Я чертовски давно не видел Салли улыбающимся.

— Чёрт! — орёт он, промахиваясь. — Снял меня! — Он тычет ракеткой в сторону сияющего Мерфи.

— Партия за тобой, — объявляет Брайан.

Я прикрываю за собой дверь и только тогда все оборачиваются, замечая меня.

— А вот и тот, кто решил почтить нас своим присутствием, — тянет Брайан.

— Дядя Кэл! — пищит Ти Джей, швыряя ракетку на стол.

— Как Бостон? Говорил с Генри? — улыбка брата мгновенно слетает; привычная хмурая суровость возвращается на место.

Я роняю чемодан и иду прямиком к Мерфи. Он ко мне не бросится, но мне до чертиков хочется его обнять. Боюсь, что ему будет неловко, поэтому лишь слегка сжимаю его плечо:

— Как прошла ночь?

Он задиристо задирает голову и смотрит прямо в глаза.

— Нормально.

От маленького мужика больше не вытянешь и этого достаточно. Убедившись, что с ним всё окей, я приседаю и раскрываю объятия для Ти Джея — тот врезается в меня как пушечное ядро.

— Да, — говорю я, поднимаясь и поглядывая на брата, который ковыляет на кухню. — Я говорил с Генри. И с Беккеттом, и с Кортни. — Отпускаю Ти Джея и выпрямляюсь. — Филлипс слёг. Слышал? — кошусь на Брайана. — Надо проверить его наследственное дело. Племянник, Лэндон, ещё удивится, как и мы, этим грёбаным условиям в распоряжении Филлипса.

Брайан тяжко вздыхает, крутя ракетку.

— По крайней мере ему не придется переезжать в Джерси.

Я хмыкаю.

— Подумал, у тебя завал с клиентом, когда прочёл, что вернёшься поздно, — бурчит брат, открывая холодильник.

Ти Джей хватает ракетку и подзадоривает Мерфи на реванш.

— Нет, — ухожу от шума подальше. — Лола терпеть не может вертолет — ехали на машине.

Брайан поднимает глаза от телефона.

— Четыре часа туда. Чего вы так долго?

Улыбку не удержать. Да, вышло восемь часов. Восемь лучших часов в моей жизни.

Но вслух этого не скажу — Лола мне яйца оторвет. Так что я просто бормочу.

— Пробки. — И перевожу разговор: — Мадам Э закинула загадку. Нужна помощь.

Мерфи перекидывает мяч на сторону Ти Джея — возврат элементарный, но Ти Джей внезапно теряет к игре всякий интерес. Подпрыгивает на месте, чёлка лезет в глаза.

— Люблю загадки!

— Я тоже. Итак: у чего есть плавники и что живёт в воде?

Мерфи косится, хмурится.

— Серьёзно?

Брайан качает головой, засовывает телефон в карман.

— Нет. Никакой рыбы. Никаких плавников. Никаких питомцев.

— Ага, рыба! — хлопаю в ладони, звук отдаётся по стенам.

— Я хочу рыбу, — вторит Ти Джей.

Салли кивает.

— Окей.

Мы с Брайаном синхронно утыкаемся в Салли. Тот уже пялится в телефон и, улыбаясь, печатает двумя большими пальцами.

Я ему киваю, а Брайану шепчу губами:

— Чего это он улыбается?

— И почему он с тобой согласен? — Брайан мотает головой и скрывается у себя в комнате.

— Ну что, выберем рыбку сегодня? — спрашиваю пацанов.

— Да! — Ти Джей несётся вокруг стола. — А потом можно в игровой автоматный зал?

Я косо гляжу на Салли.

— Игровой зал?

Он качает головой, но снова улыбается.

— Вчера мы со Слоан сводили их ужинать в бар напротив. Там старый игровой автомат. Они спустили кучу денег, пока мы со Слоан... — он захлопывает рот, глаза на лоб.

Вот чёрт. Я не слышал, чтобы он складывал из слов полноценные фразы лет десять. И улыбался? Я уже забыл, как он выглядит не мрачным занудой.

Я ещё не успеваю его уколоть, как он хмурится.

— Кормят там так себе.

— Пожалуйста, пап, — канючит Ти Джей, дёргая его за брюки.

Лицо у Салли непроницаемое. Но он всё равно скажет «да». Отказать сыну ему почти невозможно.

А я — всегда за плохую еду и хорошие игры. Так половину времени и провёл, с тех пор как переехал в Штаты учиться. Я уже поужинал, так что возьму картошку... простите, фри. Или закуску. Может, пломбир с шоколадом. О, звучит отлично. Фри и пломбир.

— Отлично. Я переоденусь и выдвигаемся.

В комнате достаю из карманов бумажник и телефон и зависаю, листая фотки, что сегодня сделал с Лолой.

Первой я застал её врасплох: она щурится в камеру, за спиной — Атлантика, мы стоим на тропе вдоль утёса. Потом она терпеливо позировала — раз уж я взялся всё подряд снимать.

Широченная, нахальная улыбка и вытянутая рука у «Брейкерс» — будто она владелица этого исполинского особняка. Устрица в одной руке, воздушный поцелуй через стол — мне. И любимое: когда она выхватила у меня телефон на мосту в Мистике, чмокнула меня в щеку и щёлкнула селфи.

И после всего она настояла, что между нами больше ничего не будет. Попросила расстояния. Я дам. Пока. Расставание, говорят, усиливает чувства и всё такое. Шекспир бы оценил.

Переодевшись, стучу в приоткрытую дверь Мерфи и приваливаюсь к косяку. Он завязывает шнурки — то, чего Ти Джей пока не умеет. Этот пацан опережает свой возраст во многом. Хотел бы я просто гордиться, он чёртов гений, но многие его умения появились лишь потому, что слишком многим ему пришлось заниматься самому. От этой мысли сердце будто сжимают клещами.

Он выпрямляется, морщит лоб.

— Ты в порядке?

Я натягиваю беззаботную мину.

— Конечно. Ты готов?

Он кивает и встаёт.

— А Лола придёт?

Широкая улыбка сама собой расползается по лицу. Мне нравится слышать её имя. Но ещё больше — что Мерфи она по душе. Что он сам о ней спрашивает.

— Нет, сегодня она останется дома.

Он кривит губы и задумывается.

— Ты знаешь маму Ти Джея?

Я выпрямляюсь и засовываю руки в карманы.

— Тётя Слоуни?

Мерфи кивает. Он ещё не готов называть нас всех семьёй. Тётя, дядя, папа — такие слова для него пока слишком. Но, если повезёт, со временем мы к этому придём.

— А что с ней?

— Она ночевала здесь.

— Что? — сердце подпрыгивает в груди.

— Ага, — он кивает разок. — Она уложила нас спать, а утром позавтракала с нами. — Его синие глаза темнеют, когда он впивается в меня взглядом. — Почему Лола так не может?

Уложила пацанов и осталась на завтрак? Неудивительно, что брат улыбался.

С усмешкой указываю на Мерфи.

— Знаешь, в этом есть смысл. Почему бы и нет?