Кто твой папочка

Глава 9

Кэл

— Ты нервничаешь? — я наклоняюсь, чтобы посмотреть на Мерфи.

А вдруг у него рюкзак слишком большой? На его маленьком теле он выглядит громоздким. Брайан и Салли уверяли, что это правильный размер, и я согласился. А теперь начинаю сомневаться.

С другой стороны, в маленькой частной школе, куда он зачислен, ему не придется таскать вещи из класса в класс. Но я все равно переживаю, что рюкзак окажется тяжелым или будет мешать ему.

Слоан и Ти Джей еще не приехали, а я не хочу заходить внутрь без них. Такое ощущение, будто это мой собственный первый день в школе.

Мерфи запрокидывает голову и щурится на меня.

— Мне стоит волноваться?

— Нет, конечно, нет, — поспешно отвечаю я.

— Ты в этом уверен? — его губы сжимаются в тонкую линию, а сомнение в голосе заставляет меня поежиться. — Потому что ты выглядишь взволнованным.

— Дядя Кэл! — раздается радостный вопль.

Я оживляюсь. Прибытие моего племянника — лучшее, что могло случиться сейчас. Улыбаясь во все лицо, я разворачиваюсь и раскидываю руки. Как я и знал, он тут же прыгает ко мне на руки.

— Привет, Ти Джей. — Я крепко его обнимаю и киваю Слоан, которая идет следом. Её темные волосы мягко завиваются на концах, на ней светло-серый строгий костюм, идеально подчеркивающий светлую кожу, и белые туфли на шпильках. На лице — чистое веселье, её голубые глаза мечутся между мной и Мерфи.

— Как будто скопировали и вставили, — говорит она и наклоняется к Мерфи, протягивая руку. — Привет, Мерфи. Я мама твоего двоюродного брата.

Мерфи поднимает бровь и смотрит на неё с тем самым недоверчивым выражением.

— Разве это не делает тебя моей тетей?

Слоан выпрямляется и пожимает плечами.

— Ну… да, но я…

Я мрачно кашляю, глядя на неё. Сегодня не начинаем разговор о разводе. Сегодня первый день школы. Особенный день. И, честно говоря, я взрослый человек, а мне самому тяжело смириться с тем, что наша семья разваливается. Не представляю, каково Ти Джею.

— Можешь звать её тетя Слоан, — говорю я.

— Или Слоанни, — вставляет Ти Джей, пока я ставлю его на землю рядом с кузеном. — Так дядя Кэл её зовет.

— А это твой кузен Ти Джей. Ти Джей, это Мерфи.

— Привет, — ровным, уверенным тоном произносит Мерфи. Как будто он чуть-чуть слишком крут для этого момента.

Он, разумеется, крут. Он же мой сын.

А вот Ти Джей — шустрый шестилетний сорванец, которого переполняет энергия.

— Я слышал, мы теперь будем жить вместе, — весело щебечет он.

Слоан бросает на меня убийственный взгляд, будто это я придумал всю эту ситуацию.

— Это еще не решено.

— Ну, мама! — возмущается он, топая ногой. — Это же будет так весело! Дядя Кэл там будет! — он указывает на меня.

Я дарю ему свою самую обаятельную улыбку, но Слоан, судя по лицу, это не впечатляет.

— Поговорим об этом позже, — её губы опускаются вниз, а кожа вокруг глаз напряжена. — А сейчас вам пора внутрь. Они уже выстраиваются. — Она взъерошивает волосы сына, а потом целует его в щеку.

Естественно, он тут же вытирает поцелуй, чем вызывает у меня смех.

Когда она улыбается Мерфи, в её лице нет ни капли фальши.

— Хорошего тебе первого дня в школе. И добро пожаловать в семью.

Ти Джей закидывает рюкзак повыше и говорит:

— Пошли, — обращаясь к Мерфи.

Мой мальчик повторяет его движение и, не взглянув на меня, идет за ним.

Но он делает всего пару шагов, и я тут же хватаю его за ручку рюкзака, останавливая.

— Разве мы не должны зайти с ними? — нервозность сжимает горло, пока я смотрю то на Мерфи, то на Слоан. — Поговорить с учителями? Убедиться, что у них все готово к обеду?

Губы Слоан подрагивают, словно она с трудом сдерживает смех.

— Нет, Кэл. Здесь мы говорим «пока». — Она мягко кладет руку мне на предплечье. — С ним все будет хорошо. — И, улыбнувшись Мерфи, добавляет: — Попрощайся с папой. Думаю, ему это тяжелее всего.

Мерфи снова задирает голову и тяжело вздыхает.

— Со мной все будет в порядке, Кэл.

Мой желудок сжимается в узел. Мне это не нравится. Совсем.

Стиснув челюсти, я киваю.

— Я буду здесь в два тридцать.

— Они заканчивают в три пятнадцать, — Слоан перестает сдерживаться и широко улыбается.

Я опускаю подбородок и прищуриваюсь на неё.

— Я буду здесь в два тридцать.

Мерфи кивает один раз.

— Увидимся тогда.

Вместо того чтобы отпустить его, я в панике ищу повод задержать его хоть еще на секунду.

— Нам нужно фото.

— Что? — Мерфи хмурится.

— Фото, — я достаю телефон из кармана. — Чтобы запомнить твой первый день в школе.

— Давай, Ти Джей, — говорит Слоан, махнув рукой. — Встань рядом с кузеном, дядя Кэл сделает снимок.

Я разблокирую телефон, украдкой проверяю, нет ли на экране каких-нибудь неприличных сообщений, и навожу камеру. Улыбка сама появляется на моем лице, когда Ти Джей обнимает Мерфи за плечи. Конечно, Мерфи выглядит немного озадаченным таким проявлением нежности, но я рад, что этот момент останется со мной.

Я ведь пропустил так много. Понятия не имею, сохранила ли его мать фотографии — в день его рождения, на первый день рождения, видео его первых шагов…

Ком в горле становится невыносимым, я трясу головой, отгоняя тяжелые мысли.

— Ну можно нам уже идти? — подпрыгивает на носках Ти Джей, сияя от нетерпения. Этот ребенок никогда не стоит на месте.

Хотя мне не хочется, я киваю. Если задержу Мерфи еще хоть на минуту, он опоздает.

Ти Джей, размахивая рукой, несется вперед, переполненный восторгом. Мерфи идет гораздо спокойнее.

Я не свожу глаз с мальчишек, пока они занимают свои места в очереди. Пока они ждут, чтобы войти, рот Ти Джея не закрывается ни на секунду. Кажется, он указывает на других детей и рассказывает Мерфи обо всех.

Мерфи держится отстраненно, но, когда к нему обращаются, вежливо кивает. И вот появляется учительница, открывает ворота, и дети начинают заходить внутрь.

— Хорошего дня! — кричу я им вслед.

Мерфи оборачивается и выдает что-то вроде полуулыбки. Возможно, это была гримаса, но я выбираю верить, что улыбка. Да, я слишком навязчивый и он пока не проникся ко мне теплотой и уж точно не готов называть меня папой. Но, кажется, я начинаю ему нравиться.

Когда двери закрываются и шум детских голосов стихает, в животе у меня завязывается тугой узел. Как, черт возьми, мне просто уйти, зная, что мой ребенок там внутри? Он никого не знает. Его мать просто оставила его со мной. Черт, он едва знаком со мной! Как я могу…

— Кэл? — мягкий, осторожный голос Слоан прерывает мои мысли. Такой я от неё уже давно не слышал.

Я знаю Слоан с тех пор, как она и Салли учились в юридической школе, почти пятнадцать лет назад. Они поженились сразу после выпуска, и я едва помню времена, когда Слоан не была частью нашей семьи. И мне ненавистна мысль о том, что она разводится с моим братом.

— А? — рассеянно отвечаю я, не отводя взгляда от здания.

Если остаться здесь, может, я увижу макушку Мерфи в коридоре. Могу устроить тут лагерь, следить за ним между уроками. Интересно, в первом классе они переходят из кабинета в кабинет? За такие деньги в школе могли бы и такое устроить.

— Мы можем идти. С мальчишками все в порядке.

Я качаю головой, вглядываясь в движение у окна.

— Я побуду здесь.

Её мягкая ладонь снова ложится на мое предплечье, теперь слегка сжимая его.

— Ты не можешь тут оставаться.

Наконец я вынуждаю себя посмотреть на неё.

— Почему?

Она вздыхает, сжав губы, словно только сейчас понимает, что я говорю серьезно.

— Потому что кто-то может подумать, что ты высматриваешь здание… или что ты педофил.

Я фыркаю, выпрямляясь.

— Просто за то, что стою у школы собственного сына?

— Кэл, — она глубоко вдыхает. — Послушай, это мило, что ты переживаешь за него. И похвально, что ты стараешься быть хорошим отцом. Но у нас у обоих есть работа. Мы должны оставить мальчишек и идти. Я обещаю, с ними все будет хорошо.

Оставить мальчишек? Не уверен, что я смогу...

Мой мозг резко тормозит и перематывает её слова назад. Хмурясь, я осматриваю её с головы до ног — строгий костюм, макияж, волосы, уложенные волнами.

— Что значит — у тебя есть работа?

Слоан не работала с тех пор, как забеременела Ти Джеем. До этого она работала с нами.

Но её наряд явно говорит о том, что она не собирается домой, чтобы заняться уборкой, и не едет в спортзал или на кофе с подружками.

— Я устроилась в Higgins, Smith, и Dodge.

Воздух вырывается из моих легких.

— Ты работаешь на врага, — шиплю я, хватаясь за грудь.

Она раздраженно вздыхает, хватает меня за руку и отводит подальше от школьного здания.

— Они нам не враги. — Она опускает голову и качает ею. — То есть… они тебе не враги.

— Нет. Ты права с первого раза, — я резко мотну головой. — Ты Мерфи, Слоан. И ты прекрасно знаешь, как и я, что Уильям Хиггинс и его мерзкий сын всегда были нашими врагами. — Одно только произнесение их фамилии оставляет во рту гадкий привкус.

Она моргает, её лицо абсолютно непроницаемо.

— Ты ведешь себя нелепо.

— А ты ведешь себя как предательница, — я тычу в неё пальцем. — Нет. Я этого не потерплю.

Её глаза округляются, а брови взлетают чуть ли не к самой линии волос.

— Ты этого не потерпишь?

Я решительно качаю головой.

— Именно. И Салли тоже не потерпит. Так что хватит. Ты показала характер — теперь отыграй назад.

Она выпускает самый тяжелый, измученный вздох, поправляет подол пиджака, выпрямляясь.

— Каллахан Мерфи, я скажу это только один раз. — Она прищуривается, бросая на меня строгий взгляд. — Как сказала твоему брату, который, кстати, уже в курсе моей работы и достаточно умен, чтобы не устраивать сцену. — Её голос становится твердым. — Я — сама по себе. Я не Мерфи. Я согласилась отказаться от своей доли в фирме. Все, чего я хочу, — это свободы и своего ребенка. — Она чуть сникает, её решимость ослабевает. — И не помешала бы твоя поддержка. Ти Джей тебя обожает. И, несмотря на то, как ты сейчас меня бесишь, я всегда тебя любила. Мне было бы больно потерять и тебя.

Резкая боль пронзает мою грудь. Я ненавижу это. Ненавижу до дрожи.

— Конечно, ты меня не потеряешь, — я крепко беру её за руки и притягиваю в объятия. — Ты моя сестра. Навсегда. Со мной развестись нельзя.

Когда я отпускаю её, она поднимает на меня мягкий, добрый взгляд — такой, каким всегда смотрела на меня.

— Я и не пыталась, — тихо говорит она.

— Могу угостить тебя кофе? Хочу услышать о твоей новой работе, — я стараюсь не скривиться. Это неправда — на самом деле я не хочу слушать, но хочу провести с ней время. Она права: если я хочу остаться для неё другом, придется её поддержать.

Судя по тому, как она смеется и качает головой, пока мы идем к любимой кофейне Лолы, я явно не смог скрыть свои настоящие чувства.

Мы проводим полчаса за разговорами о её новой работе. Она искренне воодушевлена. И хотя я ненавижу мужчин, на которых она теперь работает, приятно видеть её такой энергичной. Последние годы были для неё тяжелыми. Она всегда была сильной, яркой женщиной. Но в какой-то момент потеряла себя. Ей было больно, Салли — тоже. И как бы нам всем ни хотелось, чтобы они наладили отношения, они не могли переступить через собственную боль, чтобы внести нужные перемены.

Может, она права. Может, так и лучше. Даже если для меня это ощущается как еще одна утрата.

— Ты будешь это есть? — она кивает на маленький бумажный пакет на столе.

— А, — я двигаю его к ней на пару сантиметров. — Это я для Лолы взял. Её любимое. — Оборачиваюсь к стойке. — Наверное, стоит сказать бариста, что я готов забрать её айс-кофе. Надеюсь, лед не успеет полностью растаять, пока я доберусь до офиса.

Лицо Слоан светлеет.

— Это очень мило.

Я пожимаю плечами. Пустяки. Раз уж я все равно каждый день буду привозить Мерфи в город, могу заодно заезжать сюда и брать для неё её любимое. Пусть это будет хотя бы маленькой радостью, которую она не потеряет из-за нашей жизни в Джерси.

— Что думаешь насчет того, чтобы мы по очереди забирали мальчиков? — предлагает Слоан. — В мои дни они могли бы приходить в мой офис, и тебе не пришлось бы тащиться обратно в город до конца дня.

— О, — я выпрямляюсь, обхватывая кружку обеими руками. — Я буду забирать их каждый день. У тебя теперь работа.

Она только начинает свой путь заново. Ей нужно будет быть в офисе.

— У тебя тоже, — улыбается она, слегка поддразнивая.

Уголки моих губ дергаются.

— Да, но по мне никто скучать не будет. Так что всё нормально.