Кто твой папочка

Глава 35

Кэл

— Кэл, я хочу твой член. Мне он нужен.

Наверное, вот так и чувствуется рай. Эти слова, слетающие с ее губ. Эти изумрудные глаза, которые я ищу в каждой комнате. Мое утешение. Моя вселенная.

Черт, не знаю, когда и как это случилось, но эта женщина перестала быть просто изюминкой моего дня и стала воздухом, которым я дышу. Раньше она была моим сладким развлечением, глотком свежего воздуха в рутине. А теперь — источником моей радости.

Делаю последний круг языком по ее влажной киске и поднимаюсь, чтобы дать ей то, чего она так страстно жаждет. Она раскинулась на конференц-столе, и, если смотреть только на верхнюю часть тела, все еще похожа на строгую Лолу, которую я обожаю дразнить. Волосы по-прежнему в косе. Тональный крем тщательно скрывает веснушки.

Я качаю головой. Господи, я без ума от нее в таком виде, но хочу видеть мою настоящую Лолу.

Замечаю коробку с салфетками возле ее компьютера, беру одну и протягиваю ей.

— Хочу тебя обнаженной. Каждый сантиметр.

Лола нахмуривается, не понимая.

— Твои веснушки, красавица. Хочу видеть все твои созвездия. Все твои идеальные черточки.

Щеки у нее розовеют, губы чуть дрожат, и, как бы она ни старалась, улыбку скрыть не получается.

— И как ты только сумел это так долго прятать?

— Прятать что? — спрашиваю я, глядя, как она стирает макияж. Появляется россыпь веснушек, и сердце мое загорается, словно летними ночами, когда смотришь на мерцание светлячков.

— Ты неисправимый романтик, Каллахан Мерфи.

Я тянусь к резинке в ее волосах и снимаю ее, подтягиваю Лолу на самый край стола, пропускаю пальцы сквозь пряди, пока они не падают мягкими волнами на плечи. Сначала целую ее в лоб, потом едва касаюсь губами ее щек, словно хочу поцеловать каждую веснушку, вкусить всю ее сладость. Невероятно — вот так свободно целовать ее. Обладать ею. Прямо здесь. В моем офисе. На нашем общем столе. И видеть на ее губах улыбку, от которой я понимаю — я тоже источник ее счастья.

— Да, — признаюсь я. — Я безнадежно потерян для этой женщины. Не ломай меня, Лола, я не переживу.

Ее улыбка становится мягкой.

— Думаю, ты не понимаешь, Кэл.

— Мм? — напеваю я, продолжая гладить ее шелковистые волосы.

— Ты укоренился вот здесь. — Она стучит пальцами по своей груди, и у меня перехватывает дыхание, пока я жду продолжения. — Я ищу тебя в каждой комнате. Жду того мгновения, когда ты войдешь в офис, и думаю, что ты скажешь, чтобы заставить меня улыбнуться. И улыбаюсь уже от одной этой мысли.

— Черт, детка, у меня сердце поет от твоих слов.

Она фыркает, а я притягиваю ее ближе, прижимая ее сердце к своему.

— Сними с себя одежду, — хрипит она, пытаясь расстегнуть пуговицы на моей рубашке. — Хочу почувствовать твое тепло.

Я никогда не смогу отказать этой женщине, поэтому, хоть мне и хочется просто держать ее в объятиях и слушать, как она признается, что жаждет меня, позволяю ей показать это на деле. Но сначала расстегиваю застежку на ее лифчике и наслаждаюсь тем, как она выдыхает, когда грудь освобождается. Потом целую ее, пока она возится с пуговицами на моей рубашке.

Мы смеемся, когда у нее ничего не выходит, и тогда я, словно пещерный человек, хватаюсь за ткань и разрываю ее.

— Боже мой, это было чертовски горячо, — выдыхает она, прикусывая нижнюю губу.

Я сбрасываю обувь, один ботинок летит прямо в сторону компьютера Эми. Лола смеется, а я кривлюсь, надеясь, что ничего не сломал. Но, похоже, это только заводит Лолу еще сильнее. Она тянется к моему ремню и стягивает штаны и боксеры одним движением.

Наконец я стою перед ней полностью обнаженный, и сердце замирает от осознания: еще пару секунд и я окажусь глубоко в ней. Ее глаза расширяются, она облизывает губы, глядя на мой напряженный, жаждущий ее член. Я лениво провожу по себе рукой.

— Я уже забыла, какой ты большой.

— Мы оба знаем, что ты принимаешь меня идеально, детка. Ты создана для этого члена.

Она облизывает губы, словно вспоминая мой вкус, и если я не войду в нее прямо сейчас, то кончу, лишь глядя на голод в ее глазах.

Я делаю шаг вперед и меня поражает разрушительная мысль.

— Черт, презерватив.

Но прежде чем я успеваю начать его искать — понятия не имею, где он может быть — Лола хватается за мою руку и тянет меня к себе.

— Хочу тебя вот так. Без всего.

Наши взгляды встречаются, сердце бьется вдвое быстрее, дыхание сбивается. Я опьянен желанием, но она должна быть уверена.

— Как только мы это сделаем, пути назад не будет.

Лола улыбается и направляет меня между своих бедер, задерживая на мгновение, пока головка моего члена не касается ее голой, влажной плоти.

— Это меняет все, — шепчет она и притягивает меня к себе, принимая меня целиком.

Из глубины груди вырывается стон, когда я вхожу в нее и она обвивает меня руками, прижимая к себе до самого конца.

— Черт, Лола, ты великолепна.

Она стонет, пытаясь двигаться навстречу мне. В таком положении ей не достичь нужного угла, поэтому я хватаюсь за ее талию, чуть меняю положение, медленно выхожу и тут же вхожу обратно, глубоко, сильно.

— Никогда еще не было так, — выдыхаю я, не в силах говорить громче. Она украла у меня дыхание вместе с сердцем. — Твоя киска создана, чтобы держать меня. Чтобы заставлять меня сходить с ума.

Она двигается в ответ, и я стону. Рядом лежат наши стикеры с обещаниями, и я думаю, что стоит добавить туда еще один пункт — трахнуть ее на каждой поверхности, что найду. Без защиты. Наполнить ее.

Эта мысль меня срывает. Я представляю все места, где хочу обладать ею. Все способы, как хочу взять ее.

— Ты даже не представляешь, сколько раз я мечтал трахнуть тебя на этом столе. На своем столе. И на… — я не успеваю закончить, подхватываю ее на руки и несу туда, где хочу обладать ею прямо сейчас.

Лола смеется.

— Куда мы идем?

Я не отвечаю, крепко удерживаю ее, шагаю по офису, совершенно голый. С каждым шагом вхожу в нее глубже, и она сжимается вокруг меня, вынуждая зажмуриться и остановиться, чтобы не кончить тут же.

— Черт, Лола, сделай так еще раз, — бормочу я, снова двигаясь.

Она сжимается вновь, и по моему телу разливается такая волна удовольствия, что яйца сводит судорогой. Я ускоряюсь, зная, что вот-вот кончу, и мне нужно, чтобы она уже была в нужной позиции.

— У тебя идеальная задница, и я не дождусь, когда смогу отшлепать ее, пока ты лежишь на столе Брайана. Наказать тебя за то, что столько лет ты была его, хотя всегда должна была быть моей.

— Кэл! — визжит Лола, когда я вхожу в кабинет Брайана, обхожу стол и сажусь на его кожаное кресло. Оно откидывается под нашим весом, и у нее расширяются глаза. — Мы его сломаем!

Я киваю на стол.

— Руки на дерево. Держись крепче. Я не буду с тобой нежен.

— Брайан придет в ужас.

Я усмехаюсь.

— Этот придурок заслужил это после всего, что он нам устроил.

Она прикусывает губу, и я вижу тот момент, когда она понимает, что я прав. Момент, когда мы — команда, а он остается за дверью. Я люблю этот момент. Может, это делает меня засранцем, но слишком долго я был в стороне, зная, что именно я — тот самый. И теперь мне нужно это доказать. Нужно знать, что я — на первом месте.

Ну, она точно кончит первой. Прямо на его чертовом столе.

— Я заставлю тебя кончить фонтаном, — обещаю я, и эти слова будто подталкивают ее, она ложится на стол, демонстрируя мне свой идеальный, круглый, маленький зад.

Я отклоняюсь в кресле, наслаждаясь видом, член пульсирует между моих ног, но я не спешу. Медленно придвигаю кресло ближе, пока не оказываюсь прямо за ней. Одной рукой прижимаю ее к столу, губами касаюсь упругой щеки.

— Скажи, Лола, как сильно ты хочешь, чтобы я тебя отшлепал?

Она рычит от раздражения, а мой член дергается от возбуждения.

— Я не собираюсь умолять тебя шлепать меня.

Я замираю, жду, зная, что она этого хочет. Моя правильная, всегда собранная девочка — сейчас с распущенными волосами и задранной задницей.

Ей хватает нескольких секунд, чтобы слегка повилять бедрами, и я смеюсь.

— Кэл, — ноет она.

Удар приходится на ее голую кожу, звонкий звук разносится по тихому офису. Но звук ее стонов — еще прекраснее.

— Боже… — выдыхает она.

Я целую то место, куда только что шлепнул, а затем, не дав ей опомниться, опускаю ладонь на вторую ягодицу. Она вздрагивает под моими руками, ее бедра дергаются, будто она пуста и ждет, чтобы я наполнил ее.

— Ты уже течешь? — мой голос низкий, хриплый. — Ты уже готова умолять меня кончить прямо на столе твоего босса?

Лола трется о стол, как маленькая ненасытная шлюшка, и я улыбаюсь.

— Какая же ты грязная девочка.

— Пожалуйста, Кэл, пожалуйста... — она сама, кажется, уже не понимает, о чем умоляет. Ее маленькие кулачки вцепились в края стола, бедра извиваются в ожидании, волосы растрепаны, и она бросает на меня взгляд через плечо, умоляя отшлепать ее снова.

Я даю ей еще два звонких удара, и с каждым она становится все более неистовaя, но лишь когда я вижу, как она течет, заливая стол, наконец сдаюсь. Раздвигаю ее ягодицы и слизываю горячую влагу между ее бедер. Потом подтягиваю ее на самый край стола и пронзаю языком, медленно трахая ее им, входя и выходя, пока она отчаянно трется о мое лицо.

— Боже мой... — она бормочет бессвязные слова, и я обожаю этот хаос, в который она превратилась ради меня. — Кажется, я сейчас кончу...

— Только вместе со мной, — рычу я, переворачивая ее на спину. Вскакиваю, вхожу в нее без предупреждения, резко, до конца.

Лола стонет, пока я снова и снова наполняю ее, пальцами крутя ее клитор, пока она не взрывается вокруг меня. Ее руки мечутся по столу, сбивая аккуратно сложенные файлы Брайана, степлер, банку с ручками и карандашами. С каждым моим толчком хаос растет — в ней, на его столе, во всем этом офисе — пока я не могу больше держаться и не утыкаюсь лицом в ее шею, вдыхая сладкий, почти сахарный аромат, и кончаю горячими толчками глубоко внутри нее.

— Черт возьми... — выдыхаю я, возвращаясь на землю.

Я осыпаю поцелуями каждую доступную часть ее тела, пока не добираюсь до губ и не встречаюсь взглядом с ее прекрасными глазами.

Она улыбается, запуская пальцы в мои волосы.

— Он тебя убьет.

Я ухмыляюсь, глядя на женщину, которая окончательно меня сломала.

— Оно того стоило.