Магическая уборка и прочие неприятности

Глава 35. Новые проблемы

— Какая ты красивая, Тесс! — девочки обступают меня, как только я поднимаюсь в квартиру. — Ну же, рассказывай!

— Да особо нечего рассказывать, — устало опираюсь на стену, не желая мять платье. — Сперва мы поехали в ателье — результат видите. Потом на скачки белорогих вэтли. Затем поужинали в ресторане. Вот и все. Ах да, немного потанцевали на бульваре.

— Как романтично, — Молли закатывает глаза. — Он делал какие-то намеки?

— Никаких, — хмыкаю в ответ. — Просто напрямую полез целоваться, когда сели в экипаж.

Повисает тишина, в которой слышно даже тиканье часов в соседней квартире. Девочки смотрят на меня совершенно круглыми глазами. Наконец, Ида спрашивает:

— А ты?..

— Сказала, чтоб больше так не делал, — пожимаю плечами.

— Почему?! — Молли искренне не понимает. Для ее наивной души эта история — настоящая сказка, вершащаяся на глазах.

— Потому что я стою побольше чем, платье, прогулка и ужин, — смеюсь в ответ. — У него, может, и денег таких нет! А туда же, руки распустил…

Девчонки хохочут и помогают мне снять платье.

— Лучше бы пальто теплое подарил, — ворчит практичная Ида. — Куда такую красоту надевать? На уборку?

Переодевшись, чувствую, что устала до предела, но все еще взволнована настолько, что вряд ли смогу уснуть. Поэтому дожидаюсь, когда все улягутся, и ухожу на кухню. Включив маленькую настольную лампу, работающую на тусклом магическом кристалле, сперва читаю газету, затем просто сижу с закрытыми глазами, размышляя о том, как лучше прищучить Амари.

На самом деле Хэйвен прав — опускаться до шантажа очень рискованно. Это тебе не кусачих жучков напустить. Если вдруг она пойдет ко дну из-за вражды еще с кем-нибудь, то потянет за собой всех, включая меня. А еще я уверена: такую сложную схему невозможно контролировать, находясь почти постоянно в кабинете хозяйки приюта.

На стороне Амари какая-то сила. Поэтому она так обнаглела, поэтому тянет деньги изо всех — попечителей, соседей, даже сирот. И если я буду действовать опрометчиво, на эмоциях, то не просто проиграю бой, а потеряю все.

Нужно действовать умнее. Буду вести свою линию. Шантаж — слишком опасно для репутации. Лучше намекнуть, что она может выйти сухой из воды, когда схема накроется. Дам ей шанс сдать всех, при этом оставшись в стороне. Какое бы презрение я ни испытывала к этой мерзкой гадине, придется говорить с ней на равных.

К тому же я совершенно не знаю, как помочь тем, кто потерял дом, как я (то есть прежняя Тесса), но сейчас еще слишком мал, чтобы вступить во владение им, когда мы вернем всем пострадавшим их имущество. Ребенок без сильного опекуна — легкая добыча для преступников. Значит, нужно назначить опекунов, отслеживать судьбы всех, кого мы выручим… Сколько времени, сил и денег на это уйдет! Готов ли Хэйвен помочь и с этим, или же его щедрость распространяется лишь на мои интересы?

От размышлений меня отрывает странное ощущение.

Что-то не так.

Тревога снова зарождается в груди, давит, не дает глубоко вдохнуть.

Смотрю в глубину темной улицы и вдруг вижу короткий проблеск света в окне напротив. В окне нашей конторы!

Ледяные мурашки бегут по затылку. Гашу ночник и опираюсь на подоконник, всматриваясь в темноту. Бесконечно тянутся минуты — одна… другая…

Нет, мне не показалось! Еще вспышка! И темная фигура, склонившаяся над столом!

Бегу в спальню и бужу Иду:

— Кто-то проник в контору и роется в наших вещах!

— Да ладно, опять наемник? — ошалевшая спросонья Ида вскакивает и быстро натягивает платье прямо поверх ночной сорочки, хватает кочергу. — Сейчас я ему голову проломлю, надоели уже!

— Тихо, надо ловить с поличным, — увещеваю ее. — Начнет улепетывать по улице — не догоним.

— Девочки, вы чего там?.. — сонно спрашивает Ханни.

— Ничего, нам выйти ненадолго нужно. Ты — за старшую, — командую я. — И вообще спи.

— Надо разбудить Бонара, — осеняет Иду.

Мы бежим к его двери, колотим. Довольно быстро отпирает заспанный лавочник:

— Девушки, что случилось?!

— В конторе вор! — выпаливает Ида.

— Вор? В нашем квартале?! — Бонар хватает стоящую у порога дубинку. — Сейчас я ему покажу!

Бонар — мужчина плечистый, сильный, хоть и не очень высокий, так что под его защитой становится намного спокойнее. Я беру фонарь, и втроем мы крадемся на улицу.

От порога уже однозначно видно, что в конторе кто-то орудует.

«Какое счастье, что все деньги, завещание и страховку я храню в квартире», — думаю я, осторожно переходя улицу.

Ида с кочергой наперевес рвется в бой, я едва сдерживаю ее, давая знак обойти справа и приблизиться к двери. Бонар берет разбег и влетает в контору с грозным воплем, а мы вламываемся следом за ним.

Шипящий Персик яростно дыбится в мигающем луче света.

И больше в конторе никого нет…