Магическая уборка и прочие неприятности

Глава 76. Суд

В коридорах суда царит напряжение, даже воздух тяжелый от ожидания. Девочки сопровождают меня, молчаливые и торжественные. Отголоски наших шагов звучат как предвестие перемен. Мои мысли перекрещиваются между воспоминаниями о беззащитных сиротах и гневом против системы, которая их предала.

Зал переполнен — и это при том, что заседание закрытое! Слишком много людей имеет отношение к скандальному делу. Большинство — выпускники приюта, пришедшие добавить свое слово в общее мнение и посмотреть на крах Амари. Сама она сидит рядом с адвокатом и бросает злобные взгляды на прибывающих свидетелей.

— Смотрите, — шепчет Молли, — Амари похожа на крысу, которую загнали в угол веником.

Ханни прыскает и толкает ее в бок. Но Молли продолжает вполне серьезно:

— А в таком состоянии любое существо способно на опасный бросок. С ней нужно держать ухо востро.

Пока я жду своей очереди, обдумываю каждое слово, которое скажу. Я знаю, что это не просто суд — это битва. Битва за тех, кто не может защитить себя, за справедливость, которая давно заблудилась.

Наконец, мое имя произносит секретарь, и я поднимаюсь. В этот момент я чувствую, будто за спиной крылья расправляются, и внутри разгорается пламя. Я готова вести эту борьбу не только ради себя — за каждого, кто нуждается в защите.

— Почти год назад беззащитную девушку Тессу Ландлей привезли в приют госпожи Амари под предлогом, что она является несовершеннолетней, а дом конфискован за долги, — начинаю я.

Многие в зале знают мою биографию, и заинтересованный гул проносится по рядам — все любят смаковать интересные подробности жизни известных людей.

— Однако все оказалось не так просто, — выдерживаю паузу и продолжаю: — Скажите, как могла противостоять юная девушка, которой едва минуло семнадцать, целой отлаженной системе, которая беспощадно перемалывала своих жертв?

— Леди Вилард, просим исключительно по делу, — напоминает судья с беспристрастной интонацией.

Но меня уже не остановить.

Рассказываю о тяжелых условиях жизни в приюте, протекающей крыше и ледяных сквозняках, о скудном питании, вечных придирках и непосильном труде. И с каждым моим словом Амари все больше вжимается в стул.

А затем наступает время голых фактов — юристы выкладывают тщательно собранные доказательства того, что десятки домов были отняты незаконно.

Доказательства неоспоримы: фотографии, свидетельства жильцов и документы, подтверждающие подделку подписей. Магическую экспертизу проводили королевские специалисты — на их работу ушли почти все деньги, что я выручила от продажи дома Ландлеев. Но оно того стоило.

С каждой минутой в зале суда все сильнее накаляется атмосфера, и лица присутствующих горят в ожидании полного разоблачения. Амари ерзает на стуле, ее лицо искажено страхом.

Она явно не ожидала, что вся правда об ее деятельности станет известна.

Юристы, словно охотники, не оставили ей шанса на спасение. Параллельно с яркими обвинениями вышла на свет и информация о ключевых фигурах, приравненных к ней в этом опустошительном мошенничестве.

— Защита пыталась навести дымовую завесу, но факты говорят за себя, — шепчет мне юрист.

Громкие имена сыплются как из рога изобилия, и на каждой фамилии в зале растет напряжение. Видно, что Амари, когда-то уверенная в своей неприкосновенности, уже поняла, что ее мир рушится. На ее лице буквально написаны мысли о потерянных богатствах и утерянном контроле. Кажется, призраки прошлого уже пришли, чтобы забрать долг. И наконец-то можно назвать фамилии всех, кто помогал Амари в ее грязном деле.

— Расследование показало, что организатором схемы и ее непосредственным участником являлся… — обвинитель выдерживает почти театральную паузу, и публика в зале затихает, как перед решающим эпизодом постановки, — …мэтр Крэйт!

Вот это да!

Поворачиваюсь к моему юристу, и тот кивает, разводя руками, а затем шепчет:

— Буквально вчера свели все нити воедино, сомнений нет. Хотя раньше все указывало еще выше — на клан Нермири и далее.

— Возможно, его просто решили отдать на растерзание общественному мнению? — предполагаю я.

— Думаю, все дело в том, что ему уже совсем немного осталось, — отвечает юрист. — А с покойника взятки гладки.

И тут обвинитель приглашает выступить официального представителя мэтра Крэйта, сообщив:

— К сожалению, мэтр Крэйт по состоянию здоровья признан недееспособным, поэтому его интересы представляет его супруга, мадам Реджина Крэйт.

«И тут она!» — всплеск возмущения сменяется тайным злорадством. Неплохо, я создала ей встречные проблемы, сама того не желая.

А затем до меня вдруг доходит: Хэйвен раньше всех узнал, что за схемой стоят Крэйты! Именно поэтому он передумал помогать мне с расследованием и иском — чтобы не потревожили его любовницу!

«Ну что ж, не удалось отсидеться в уголке, что поделать», — наблюдаю, как через зал идет Реджина в шляпке с густой вуалью — той самой, в которой она была, когда швыряла в нотариуса чернильницей.

— Ты смотри, кто явился! — вдруг во весь голос выпаливает Ида и встает с места в полный рост...