Мой светлый луч

29

Рейф

Я никогда не был из тех мужчин, кто задумывается о времени. Я слишком увлеченно жил своей лучшей жизнью.

Но теперь время стало моим злейшим врагом. Безжалостным напоминанием о том, что всё хорошее когда-нибудь заканчивается.

Не все в этой жизни дано навсегда.

Лулу уезжала через неделю. Мы были готовы к этому. Мы обсуждали это столько раз, что уже сбились со счета. Говорили о том, что останемся друзьями после ее отъезда. Что разойдемся по своим дорогам, ведь будем жить на разных концах света.

— Как думаешь, захочешь завести серьезные отношения после моего отъезда? — спросила она, как будто обсуждала погоду.

Мы сидели на диване и выбирали новый сериал для марафона.

Нельзя было брать что-то слишком длинное, ведь у нас оставалась всего неделя.

Я посмотрел на нее: белый легкий кроп-топ, джинсы… Мы только что поужинали с Хенли и Истоном, а потом гуляли у воды. Хенли настояла на том, чтобы сделать несколько снимков, как мы плещемся в воде по щиколотку, будто заранее знала — это все, что у нас потом останется.

— Я ведь не искал ничего серьезного до того, как ты появилась в Роузвуд-Ривер, так что не вижу причин, почему бы мне начать искать что-то после твоего отъезда, — пожал я плечами, переключаясь на триллеры и детективы и продолжая листать список.

— Думаю, из тебя получился бы отличный парень на долгосрочные отношения, Рафаэль. Ну, для того, кто этого ищет.

Я усмехнулся и посмотрел на нее:

— Спасибо. Ты тоже.

Постарался скрыть раздражение. Она постоянно пыталась выяснить, что я буду делать, когда ее не станет рядом. Для человека, который так старательно напоминал мне о своем отъезде, она уж слишком часто интересовалась, как я буду жить потом.

— Думаешь, тебе будет грустно, когда я уеду? — спросила она.

Я отложил пульт и посадил Лулу себе на колени.

— О чем ты думаешь, Дикая Кошка?

— Ты же знаешь, я любопытная. Просто хочу понять, как ты все это воспринимаешь. Мы ведь с самого начала все обсудили, и я просто хочу убедиться, что ты по-прежнему с этим согласен.

— Все нормально. Конечно, мне хотелось бы, чтобы ты осталась подольше, но я знал, что так будет, и понимаю, насколько для тебя важен Париж.

Ее взгляд сузился, и она провела пальцами по моим волосам:

— Мне важно оставаться сосредоточенной, понимаешь? Это большая возможность для MSL. Для меня.

— Я знаю. Я за тебя рад. — Я прокашлялся. — Не буду скрывать, мне бы хотелось, чтобы Париж и Роузвуд-Ривер были поближе друг к другу.

Она улыбнулась:

— Да, я знаю. Но у меня уже был опыт отношений на расстоянии, и он закончился катастрофой. Я больше не собираюсь повторять эту ошибку.

— Согласен. Отношения не работают, если вы не можете быть вместе. Даже без расстояний это сложно. А мы с тобой с самого начала понимали, что это временно.

— Именно. Мы всегда планировали закончить все, когда я уеду.

Я увидел в ее глазах облегчение от того, что я согласился. И это было как удар под дых.

Напоминание, что она действительно собирается уехать. И что ее это устраивает.

Я никогда раньше не оказывался в такой ситуации.

Любить кого-то так сильно, но при этом знать, что не стоит говорить об этом вслух. Что это только все усложнит.

Так что я просто покажу ей.

Иногда, если ты по-настоящему кого-то любишь, нужно уметь отпустить.

Вот и я отпущу ее.

И буду любить издалека.

Потому что именно этого она хочет.

— Так что, да, мы все закончим, Лулу, — сказал я, стараясь ее успокоить. Притянул ее голову и поцеловал.

Наши ночи всегда были насыщенными.

Секс. Близость. Разговоры.

Даже спать с ней было как на американских горках — она всегда засыпала, прижавшись ко мне так, будто не могла выдержать даже нескольких сантиметров между нами.

Я опустил ее на спинку дивана, нависнув над ней.

— Мне нужно почувствовать тебя прямо сейчас, — улыбнулся я, глядя, как ее грудь быстро вздымается от дыхания.

Правда была в том, что я хотел запомнить ее всю.

Каждую черту ее прекрасного лица.

Каждую линию ее тела.

— Здесь не будет возражений, — прошептала она, приоткрыв губы, глаза горели желанием.

Я встал на колени между ее ног и стянул с нее леггинсы вместе с кружевными трусиками.

— Руки вверх, — сказал я, и она сразу поняла, чего я хочу.

Я хотел, чтобы она была полностью обнаженной для меня.

Я снял с нее майку и отбросил ее на пол, довольный тем, что под ней не оказалось лифчика. Большие пальцы скользнули по напряженным вершинам ее груди, а потом я наклонился и поцеловал ее.

Сначала медленно.

Губы. Шею. Ключицу. Грудь.

Потом опустился ниже, к ее животу, и дальше — к тому месту, где она уже ждала меня.

Я зарылся лицом между ее бедер и медленно провел языком от начала до конца.

Она застонала, выгибаясь навстречу мне.

И мне это безумно понравилось.

Я обожал ее реакции.

— Хочу, чтобы ты кончил вместе со мной, — сказала она, пока я продолжал ласкать ее языком. Я поднял голову, удивленно посмотрел на нее. — Дотронься до себя, пока ты там, между моими ногами.

Черт возьми.

Я стянул с себя спортивные штаны, мой член пульсировал, когда я обхватил его рукой.

И я начал двигаться, пока мой язык снова скользнул внутрь нее.

Она запутала пальцы в моих волосах, прижимаясь ко мне сильнее, пока я ласкал ее языком все быстрее.

Она откинулась на спинку дивана, ее спина выгнулась, грудь вздымалась, соски напряглись так, что, казалось, могли разрезать стекло.

Ее бедра сжались вокруг моей головы, и я понял, что она близка.

Я ускорился.

Мой язык.

Моя рука.

Все слилось в единое целое.

Я был настолько поглощен ею, что больше ничего не замечал.

Она вздрогнула всем телом, выкрикнув мое имя, и рухнула за грань. Я продолжал ласкать ее, пока последние волны удовольствия не покинули ее тело.

Я был настолько возбужден, что мне самому понадобилось всего несколько движений.

Еще одно…

— Блядь, — выдохнул я сквозь зубы.

Я подался вперед, кончив ей на живот, пока она смотрела на меня своими теплыми карими глазами, полными удовлетворения и желания.

Оба тяжело дышали, я откинул голову назад, пытаясь прийти в себя.

Когда дыхание выровнялось, я посмотрел ей в глаза, и она улыбнулась:

— Это было гораздо лучше любого сериала на Netflix.

Я рассмеялся и поднялся, натянул спортивные штаны и пошел в ванную за теплым влажным полотенцем. Вернувшись, аккуратно вытер ее живот, а потом снова усадил к себе на колени и обнял.

— Эй, Рейф, — тихо сказала она в темноте.

— Да.

— Думаю, тебе не стоит встречаться с Джоли. Ты для нее слишком хорош.

Я усмехнулся — так Лулу справлялась с тем, что нас ждало впереди.

— Считай, принято. — Я переплел пальцы с ее пальцами. — И я бы хотел, чтобы ты держалась подальше от рок-звезд.

— С этим проблем не будет.

— Это наш последний совместный уикенд, — напомнил я ей, ведь завтра была суббота. — Есть что-то, что ты хочешь успеть?

Она откинулась, чтобы посмотреть на меня:

— Ты ведь держишь лошадей на конюшне у Акселя?

— Ага. У меня три штуки, и они красавцы.

— Я бы хотела покататься верхом. В Париже вряд ли мне удастся сесть на лошадь, — рассмеялась она. — А ты? Что бы ты хотел?

— Я бы хотел трахнуть тебя на лошади.

Она запрокинула голову и рассмеялась. Смех Лулу Соннет мог бы остановить войны. Исцелить болезни. Он был настолько хорош.

— Я, конечно, довольно авантюрная девушка, но это звучит… слегка сложно.

— Соглашусь и на конюшню, — сказал я.

— Договорились. Сначала покатаемся на лошадях, а потом я покатаюсь на тебе, Рафаэль.

— По-моему, идеальная суббота.

Я поднял ее на руки, понес по коридору и занес в ванную при спальне. Почистил зубы, натянул пижамные штаны, поцеловал ее в лоб и отправился в спальню. Лулу всегда дольше собиралась ко сну — насколько я понял, там были и кремы, и масла, и еще черт знает что.

Я достал ноутбук и сел на кровать, чтобы поработать над финансовыми показателями для нового клиента. Готовил варианты инвестиций, на которые он, как я надеялся, согласится. Он говорил, что у него есть еще пара друзей, которые ищут нового финансового консультанта, и я хотел произвести впечатление.

Телефон завибрировал — пришло сообщение от начальника.

Джозеф: Эй. Знаю, что выходные, но Дениз в последний момент забронировала нам поездку в Кабо, вылетаем утром. Завтра у меня три встречи, тебе придется провести их за меня. Я скинул все файлы на почту, посмотри их сегодня вечером.

В стиле Джозефа. Он никогда не готовился сам. Король перекладывания дел на других. Я заглянул в почту — письмо он отправил только сейчас. В девять вечера. А первая встреча в восемь утра, потом в десять тридцать и в полдень.

Если я хотя бы попробую подготовиться, не смогу лечь спать всю ночь.

Я бы никогда не стал так относиться к своим клиентам, как он.

Он постоянно так поступал. И, хоть это меня и бесило, я всегда вытягивал за него эти авралы.

Он ведь мой босс.

Лулу появилась в дверях спальни, волосы собраны в ту синюю штуку, которую она называла «резинка». На ней было белое кружевное белье — цельный открытый комплект, который почти ничего не прикрывал.

Черт побери.

Она была на каблуках и лениво облокотилась о косяк, окидывая меня взглядом. Ее глаза скользнули по моему ноутбуку и телефону.

— Тебе нужно работать сегодня ночью? — промурлыкала она, и мой член тут же отреагировал.

Это были последние выходные с Лулу, и я не собирался провести их за работой.

Я закрыл ноутбук и быстро набрал Джозефу ответ:

Я: В выходные меня не будет. Ищи кого-нибудь другого.

Извиняться я не стал — я не тот эгоистичный ублюдок, который бросает своих клиентов в последний момент.

В тот момент я понял, что Джозеф Чапман никогда не даст мне уйти в самостоятельное плавание. Он слишком сильно в меня нуждался.

А если я продолжу делать свою работу и его заодно, то сам никогда не вырвусь на свободу.

Я отключил звук на телефоне, положил его на ноутбук и убрал оба на прикроватную тумбочку.

— Ни за что. Я весь твой, Дикая Кошка.

Я оседлал лошадей и помог Лулу забраться в седло. Она не каталась верхом уже много лет, но, как всегда, упрямо не хотела принимать помощь. Ей важно было доказать, что она справится сама.

— Эй, — сказал я, обхватив ее сапог, который она только что просунула в стремя. — Тут я профессионал. Так что перестань сопротивляться и доверься мне, ладно?

— О, нет ничего сексуальнее, чем ковбой-альфа, — усмехнулась она.

Аксель расхохотался, сгрузив с кузова машины тюк сена на землю:

— Это отправляется в общий чат. Теперь мы все будем звать тебя Альфа-Ковбой.

— Если сапоги подходят, — добавила Лулу сквозь смех.

— Спасибо вам за это, — покачал я головой и взобрался на Хэнка. Я держал его уже около четырех лет — великолепный жеребец. Лулу достался его брат, Баки, он был гораздо спокойнее и надежнее. — Готова?

— Готова, ковбой, — радостно протянула она, и я услышал, как мой кузен рассмеялся, когда мы тронулись в путь.

Горы в этих местах были потрясающие, а Лулу еще почти не бывала на этой стороне Роузвуд-Ривер.

Я повел ее по своей любимой тропе, о которой знали лишь немногие. Она удивила меня тем, что держалась прямо за мной даже на узких участках. Мы были в пути больше часа, когда я жестом позвал ее подъехать ближе, остановив лошадь:

— Это мое любимое место. Отсюда открывается идеальный вид на реку и горы, а запах хвои делает его ещё лучше.

— Вау. Просто потрясающе. Приятно сегодня быть на свежем воздухе. Я так соскучилась по верховой езде. Мы с Хенли часто катались, когда учились в интернате.

Она рассказала мне о своих школьных годах, и мы посмеялись над тем, насколько разными были наши подростковые жизни. Она училась в закрытой школе, а я рос здесь, в Роузвуд-Ривер, учился там же, где учились мои братья, сестры и кузены.

— Я стараюсь выбираться на прогулки, когда могу. Это помогает мне привести мысли в порядок, — сказал я. — Правда, в последнее время реже, потому что держу лошадей на ранчо у Акселя.

— Ты сегодня немного задумчивый, ковбой. О чем думаешь? — в ее голосе слышалась шутливость, но когда я посмотрел на нее, в ее глазах была тревога.

Я прекрасно понимал, что это наш последний совместный уикенд, и это давило на меня сильнее, чем я ожидал. До ее отъезда еще оставалось несколько дней. Я вел себя как размазня и не гордился этим.

Но я точно не собирался говорить ей, как тяжело мне дается эта реальность.

— Начинаю подозревать, что Джозеф никогда не даст мне уйти. Скорее, я бы поставил все свои деньги на то, что он делает все, чтобы удержать меня на месте.

— Ну да. Профессиональный тормоз, — пожала она плечами.

Я наклонился вперед, засмеявшись:

— Что, черт возьми, это значит?

— Ты же знаешь, кто такой тормоз. Просто он делает это профессионально. Он мешает тебе пойти своим путем. — Она снова пожала плечами. — И делает он это по одной причине.

— И какой же, о мудрая?

— Потому что он знает, насколько ты хорош. Он держится за тебя, потому что, если ты уйдешь, за тобой потянутся другие — сотрудники, клиенты. На самом деле он тебя боится, вот и всё.

— Черт. Смотрю, ты неплохо в этом разбираешься.

— Люди всю жизнь пытались меня сдерживать. Теперь я просто лучше это вижу. — Она опять пожала плечами. — И знаешь что?

— Что? — усмехнулся я.

— К черту Джозефа Чапмана. Он уже показал, кто он такой. Вопрос только в том, поверишь ли ты ему?

— Все не так просто, Лу. Сейчас не лучшее время для прыжка. Мне нужно еще несколько клиентов, чтобы быть уверенным, что все получится, — сказал я. Я уже не раз пересчитывал цифры, копил на этот день, но чем ближе он становился, тем больше росла сумма, которая, как мне казалось, нужна для старта.

— Один мудрый человек однажды сказал: если знаешь, чего стоишь, иди и возьми это.

— Ты сейчас процитировала Рокки Бальбоа? — я расхохотался.

— Черт возьми, да. Этот мужик помог мне принять половину решений в жизни.

— Я запомню, — сказал я, глядя на воду.

— У меня есть идея получше. Давай я отвлеку тебя от всех этих мыслей: устроим гонку до конюшни, а потом ты сможешь делать со мной все, что хочешь.

— Вот теперь ты заговорила на моем языке, Лулу Соннет.

И она сорвалась с места на Баки, понеслась в сторону моего дома.

Определенно лучше, чем в очередной раз прикрывать задницу Джозефа.

И, без сомнения, лучший способ провести выходной.