Опальная принцесса и запретный лес

Глава 15. Хранитель леса

Чаю перехотелось, я плотнее в пледик завернулась и вздохнула.

Дерево размером с гору чапало в нашу сторону. Устало так, даже немножечко пошатываясь. Ветки выглядели высохшими, кора облупилась, но самое странное заключалось в другом: оно было алым, будто только из печи вылезло, и воздух вокруг него дымкой подёргивался.

Ай-да аномалия, слов на неё не хватает… Ругательных. Чародеев выдворили, а вместо них хранителя взрастили. Получилось ни то ни се, вроде и часть волшебного мира, а правилам не подчиняется. Как с ним разговаривать?

— Знаешь, что это? — спросил князь.

Эх, надо было меньше книг читать, сейчас бы с чистой совестью головой мотнула — что взять с незнайки. С другой стороны, я лесу обещала помочь, и теперь от слов отказываться смерти подобно.

Так, Вержик, представь, что там обычный цветок-переросток. Хранители — это ж не тёмные фейри, с ними договориться можно.

— Хранитель к нам идет, главный защитник леса, — отозвалась и на князя покосилась. — Начинаю думать, что Галисия не так уж и опасна... Подумаешь, церковь фейри не признаёт… Переубедим!

— Ты сейчас себя успокаиваешь или мне обстановку нагнетаешь?

— Нервничаю, — призналась и пледик до самых ушей дотянула. — Живой хранитель… Не думала, что когда-нибудь увижу такое. И не знаю, чего ждать… Обычно это я иду к фейри с просьбой, ну или с предложениями. А сейчас не могу отделаться от мысли, что меня втягивают в чужую аферу.

— Хотел бы сказать, что это всё мой хитроумный план, но про хранителей я впервые слышу... Давай-ка я сам с ним поговорю? — предложил князь. — Это мой лес, тебе не стоит рисковать и ввязываться.

Вот же бесстрашный тип. Я покосилась на дерево — громадное такое, оно одной веточкой махнёт — и поминай как звали.

— Нет, вместе пойдём.

— Вержи! — и пытается меня хмурым взглядом образумить.

Вот наивный, подобное даже у Добриэля не прокатывало.

— Хранитель идёт за помощью. Надо его выслушать. Ты знаешь истрийские летописи, а я — законы волшебного мира. Если объединимся, нас сложнее будет обмануть…

Ответить на моё предложение согласием князь не успел. Резкий порыв ветра сцапал обоих и понёс прямиком к хранителю.

Ну нормально? Мы вообще-то помочь собирались, а нас как котят на привязи! Дёрнулась, но не тут-то было — я и пальцем пошевелить не могу.

Вот это наглость! Фейерическая!

Рядом что-то вспыхнуло, и ветряные тиски ослабли. Шершавые пальцы князя сомкнулись на моей ладони, затем Сандр выровнял полёт.

Паника где-то на дне души пытается трепыхаться, но шальная улыбка давит её в зародыше. Я ж так и привыкать начну, а после, чего доброго, скучать по полётам буду.

— Не похоже, что лес помощи ждёт! Скорее как дичь в капкан загоняет...

Охо-хо, князю начало переговоров тоже не по душе.

— Поругаться мы всегда успеем... Присмотрись! Видишь, какой он скособоченный, даже идёт с трудом. Может, устал…

— Или ранен…

Такое предположение мурашками прошлось по коже.

— Хранитель в отсутствие чародеев — царь и бог. Не представляю, кто мог ранить его в собственном лесу.

— Опасность из чащи! — Александр быстро нашёлся с ответом.

Мы смотрим друг на друга, а между нами вопрос витает, приправленный опасностью.

Обжигающе горячий воздух бьёт по лицу. Секунда — и Сандр вскидывает руку, только на этот раз вокруг вспыхивает не сфера, а цепочка крохотных молний. Гудит, как потревоженный пчелиный рой, и грозой пахнет.

Мужчина в мою сторону поглядывает, видать, возмущений ждёт. А вот и не дождётся — сейчас любая страховка пригодится.

— Долго круги наворачивать будете? — звук шёл со всех сторон, будто с нами каждая ёлка пообщаться вздумала.

— Силой веет отовсюду, нас в кольцо взяли, — мрачнеет Александр.

— Хранитель тем и опасен, — шепнула, затем из-за спины высунулась и крикнула: — Хранитель, ты ветряными путами раскидываешься, а мы круги наворачиваем — всё по-честному! Если обсудить чего надобно, так давай сядем за стол переговоров!

— Чародейская воспитанница… — природа ворчит осуждающе.

Будь я одна, тряслась бы как осиновый листик, но рядом князь с молниями наперевес, потому парю и улыбаюсь. Моральное давление оказываю.

— Похоже, помощь уже не требуется… — придаю голосу ленивые нотки, затем к Сандру поворачиваюсь: — Полетели-ка домой?

Глаза у князя размером с блюдце. Секунда — и он подхватывает игру.

— Раз ты осмотрелась, то полетели…

И земля начинает отдаляться.

— Куда? А помочь? Вы ж обещали! — перед нами вырастает огромная магическая стенка. И ладно бы полупрозрачная, так нет — будто каменюку перед носом повесили. Никакой фантазии.

Поворачиваюсь лицом к дереву, смотрю, а хочется ещё и руки на груди сложить, чтоб поза независимая получилась. А всё почему? Фейри, чародеи и даже их воспитанники за просто так ничего не делают. Надо ж вживаться в роль, а то на нас сейчас впрягут как двух лошадок в плуг — замучаемся с поручениями бегать.

Яркая вспышка света — и от огромного дерева отделяется человекоподобный силуэт. Метра три ростом, он полыхает как второе солнце, аж глаза слезятся.

— Ты его видишь? — спрашиваю и киваю в сторону фигуры.

— Смутно… Слабенький огонёк напоминает…

— Да уж, слабенький, — бормочу, глядя на трёхметровый факел. — Ладно, давай вниз спускаться.

Дважды просить не надо, пара секунд — и ноги касаются земли.

Несколько часов назад я дрожала и боялась, когда князь меня в небо умыкнул. Теперь страха нет, ни капельки. А что глаз дёргается — так то хранитель произвёл неизгладимое впечатление. Забыть бы, да не выйдет. Ладно, потом учтём, когда три мешка мимикрии стребуем.

Ветер дует со стороны огромного дерева, и до нас доносится запах полыни, пепла и горящей щепы.

Александр втягивает носом воздух — в глазах недоумение.

— Он будто с поля боя вернулся…

Боя? С кем? Или с чем.

«Ага, вот возьмёт хранитель и все тайны нам за просто так выложит, — ехидно подметил голос разума».

И вдруг трёхметровый факел содрогнулся, пламя на секунду сменило цвет с алого на черно-серый. Хранитель прикладывает руку к груди и валится на землю. Хватает ртом воздух.

Что происходит?

Александр гасит щит, хватает меня поперёк тела, и мы отлетаем метров на пять в сторону. Клочок пространства, где мы стояли, мутнеет и покрывается трещинами. Черными. Так над ними еще и дымок плывет, вонючий.

— Куда высунулось! — взревел хранитель, а затем его дерево с разбегу на эту чёрную кляксу ка-а-к прыгнет. Земля содрогнулась.

Князь меня к себе прижал, а я уж думала, мы всем скопом под землю провалимся.

Волна жара опалила одну щеку, в ответ объятья стали крепче. Не успела выдохнуть, как плечо ужалило жгучим холодом, следом запах накрыл — горький и затхлый, заплесневелый.

— Ч-ч-т-то это было? — спрашиваю, а язык не слушается. Как князь эту штуковину увидел и даже успел отреагировать?

— Безвременье, — отозвался. Взгляд его мрачный метнулся к хранителю, будто у князя вопрос назрел. Но вслух ничего не произнес, наверное моё присутствие мешало. Вздохнул, обернулся и до щеки дотронулся. — Болит? Тут у тебя кожа покраснела…

А на лице княжеском ни капли удивления, можно подумать он подобные странности по три раза на дню видит.

— Саднит немного, — говорю и пальцами пробую, — а так я в порядке…

— Помощники вас там не пришибло? — спрашивает хранитель. — Погань я отогнал, пока не сунется…

Пока? Выходит безвременье тут как у себя дома шастает.

Высовываюсь из-за плеча Александра: на поляне громоздится дерево, жар от его ветвей воздух колышет, аж марево плывёт. Зато на черноту и намёка не осталось. Расправился так просто? А крёстный говорил, Безвременье силу пожирает, выходит, не у всех...

Воздух запах особенно сладко — тайной.

Перевожу взгляд на хранителя — тот больше факелом не полыхает, наоборот позеленел и стал похож приличного лешего.

— Да, что нам сделается! — говорю и стараюсь спрятать за улыбкой страх — мне ж как воспитаннице чародея нельзя всяких колдовских штук бояться, даже если я их впервые вижу. — Лучше поведайте, зачем меня в лес заманили?

Здоровяк остановился и пальцами щёлкнул, прям по-чардейски, я аж умилилась. Правда, коленки дрожать продолжали, но то мелочи.

Посреди поляны появился огромный и совершенно пустой стол.

— Зельевар нужен! — заявил хранитель и на лавку уселся, а затем рукой махнул в сторону своего дерева. На сухих ветвях вырос багряный лист — всего один, но большой и алый. Затем свалился вниз и на стол лег, словно письмецо волшебное.

Можно, конечно, похорохориться, но против хранителя мы не попрём — тут только договариваться. Без вариантов.

Сандр к такому же выводу пришёл, потому мне локоть предложил, бровь изогнул вопросительно, мол, со мной пойдёшь или тут подождать хочешь?

Я в ответ фыркнула и за предложенную руку уцепилась — кто ж его одного на переговоры отпустит.

Подходим к столу, усаживаемся, и я глазки на рецепт опускаю. Интересно же, любопытство аж кусается. Рецепт на старинном чародейском. Абсолютно незнакомый.

Читаю — и резко не до смеха делается. Пальцы холодеют, а спина вместе с пятой точкой пупырышками покрывается. Потому как названия ингредиентов — исключительно из разделов «легендарное» и «утерянное».

— Здесь только половина! — заявляю, глядя на хранителя, но голос хрипит от волнения.

— А ты как хотела, уникальный рецепт — и сразу целиком? — подался вперёд здоровяк. Наверное, напугать хотел.

Но я не растерялась и кивнула:

— Да, можно даже три!

Кхм-кхм — поплохело князю, а вот хранитель заулыбался во весь рот и брови мохнатые вверх взметнулись.

— Теперь вижу, ты и в самом деле чародейская воспитанница. Узнаю их жад… хозяйственность! Приготовить-то сможешь?

— Да, там четыре ступени, а я уже шесть освоила. Но… Что оно делает?

— Хранителей восстанавливает. Глянь, какой я побитый да покоцанный, ни одной целой ветки не осталось, — протянул леший и махнул в сторону своего огромного дерева. Перед нами всплывает волшебная дымка, и я громадину вижу так, будто в метре от него стою. А там всё печальней некуда: кора искорежена, на стволе глубокие трещины, на ветках то ли мох, то ли болячка какая-то.

Вздыхаю — действительно без зелья никак не обойтись. Даже Добриэль, хоть и могучий чародей, но своих обитателей всяким разным подпитывает. Поворачиваюсь к хранителю.

— Где приложение с пропорциями, а заодно ингредиенты?

Хранитель глядит исподлобья, ох чую с рецептиком этим все будет ой как непросто.

— Остальное в башне… чародея-алхимика. Я открою проход…

Проход? Не поняла...

— Речь об отражении? — уточнил князь, лицо кислое, да ещё и руки на груди сложил, будто отпираться надумал. — Вержана — человек, в заброшенные жилища ей соваться опасно. Я один пойду!

Жилище? Заброшенное? Опасное?

Они что, про дома истрийских чародеев говорят? Да ещё и со специализацией алхимика. Там могут быть такие редкости, которых и у Добриэля днём с огнём не сыщешь…

Жадность облизнулась, я тоже.

— Сандр, а ты в растениях разбираешься? — спрашиваю.

Хранитель леса после моего вопроса тоже на князя глядит, ехидненько так.

— Расскажешь, как выглядит необходимое, разберусь! — нашёлся князь и тяжёлым взглядом хрупкую меня припечатал. Ох, чую, он сейчас любое моё предложение забракует. Значит, надобно искать обходные пути.

Взгляд падает на стол. Хм? Улыбаюсь во весь рот и поглаживаю шершавый камень стола.

— Хранитель, дорогой, а что же мы за пустым столом важные дела обсуждаем? Князь с утра не евши, да и я… перенервничала, проголодалась.

Мужчины сбиты с толку. На лицах одинаковое удивление намалёвано, можно подумать, я им по фартуку вручила и возле печи хлопотать отправила.

— Угощения, — протянул хранитель. — Давно нам потчевать гостей не приходилось…

— Хорошая ведь традиция! Чародейская…

— Ладно, ждите! — хлопнул рукой по столу и растаял.

— Какие ещё угощения? Ты что творишь? — наступает на меня с вопросом князь. — Нельзя брать еду у фейри!

— Глупости! — мотнула головой и на Александра с вызовом уставилась.

— Нет! — выдохнул он, хотя я ещё ничего вслух не произнесла.

Упираюсь руками в бок. Он это серьёзно? В башню алхимика — и без меня? Не бывать такому!

— Либо мы идём вдвоём, либо сделки не будет!

Его величество прожигает мою скромную персону взглядом, и видится мне на дне серых глаз желание придушить меня легонько, чтоб на плечо закинуть и в нужную сторону отнести.

Мало того что тут запахло тайнами и редкостями, так ещё и поведение леса очень уж подозрительно. Безвременье… Нутром чую — проблема куда глубже, чем мне рассказывают. Я сварю зелье, а после обо всём сообщу Добриэлю.

Александр прищурился — не грозно, скорее раздражённо. Будто не привык, что ему осмеливаются перечить.

— Вержана… Заброшенные жилища кишат монстрами! Это тебе не добрый лес крёстного. Промедление может стоить жизни… Хочешь обзавестись парочкой уродливых шрамов?

От попытки застращать отмахиваюсь.

— Значит, ты там бывал? — заключаю и слышу тяжкий вздох.

Князь отворачивается, а по лицу желваки ходят.

— Да, и знаю, насколько там опасно!

— Отлично! — киваю. — Значит, и меня проведёшь!

Теперь серый взгляд буквально опаляет. Секунда — и Александр нависает надо мной грозной стеной. Словно пытается задавить своим превосходством.

— Зачем? Если дело просто в жадности…

— Хочешь на чистоту? Давай! — голос дрожит от гнева.

Ненавижу, когда на меня пытаются давить. Даже Добриэль себе такого не позволял.

— Первое, безвременье… Мой знакомый чародей при соприкосновении с этой напастью потерял все свои способности! А тут обыкновенный хранитель запросто разрушил пролом… Значит, часто с таким сталкивается, даже ты не удивился! Второе — чародейский оплот. По законам волшебного мира дом чародея гибнет после смерти хозяина! Но ты и лес подтвердили, что жилица чародеев сохранились, даже монстрами обзавелись. Значит развиваются. Выходит — истрийские чародеи живы! Где они? Третье, хранителям нужна квалифицированная помощь! Нормального чародея, а может, даже древнего. Вместо этого вы просите меня, недоучку. Напрашивается вопрос — что вы пытаетесь скрыть, ваше Величество?

Князь отодвинулся, глазами сверкать не перестал, но давление с его стороны ослабло. Знал бы он, как коленки трясутся, но прогибаться я не собираюсь.

— Безвременье — проблема Истрии! — изрёк нехотя.

— Да, но эта проблема представляет угрозу для всего волшебного мира. Сандр, — позвала тихонько и даже осмелилась коснуться его руки. — Чародеи и фейри… Мне как семья… Я выросла с ними и среди них… Ты можешь упереться и оставить меня тут, но так проблему не решить.

Князь смотрит на мою ладошку, пристально так, будто я сделала нечто непозволительное. Вздыхает.

— Мне интересно? ты со всеми споришь или только со мной?

— Я не спорю, а закидываю тебя аргументами. Так что — действуем вместе?

— Прости, но в таком виде… ты будешь помехой!

Хочется рычать и ногами топать — да что ж он упрямый такой, а? Отворачиваюсь и пытаюсь найти ещё парочку аргументов.

— С одеждой я могу помочь! — заявляет трава под ногами, а спустя мгновенье на столе появляются два свёртка.

— Ха! Вот видишь, даже хранитель на моей стороне! — заявляю и разворачиваю тот, который поменьше. А там роскошная куртка зелёного цвета, мягкая, но в то же время прочная, и штаны… Хм? — Это точно мне? — хмурюсь, разглядывая одежку, а они миниатюрные такие. Поворачиваюсь в сторону князя, прикидываю. Не, на него точно не налезут.

Александр хмыкнул.

— Ты что, никогда штаны не надевала?

— Я же принцесса! У нас штаны… ну… неприлично… Потому я никогда… — гляжу растерянно то на одежку, то на Александра.

— В Истрии женщинам дозволяется носить любую одежду, в том числе брюки, — просветил и полез к своему свёртку. Открыл и, присвистнув, достал оттуда такого же цвета куртку, как моя.

— Мшистая пряжа, — выдохнул с восхищением и сразу надел. Куртка облепила стать княжескую как вторая кожа, следом застёжка исчезла. Как так? — Это особый материал, нашими чародеями разработанный. Не боится ни воды, ни пламени, может согреть даже в самую лютую стужу…

Посмотрел на меня, ухмыльнулся во весь рот. Гадость задумал.

— Хочешь посмотреть на мой мир? — протянул интонацией змея-искусителя. — Тогда надевай.

Я — штаны? Помнится, даже Лаура штаны хоть и надевала, но те всячески старались походить на юбку. А тут… Они ж меня тоже облепят со всех сторон.

Смотрю на князя — он ждёт, а глаза сверкают лунным светом. Погодите! Да он надеется, что я откажусь! И у него появится возможность оставить меня тут. Ну уж нет!

— Отвернись и не подглядывай! — велела строгим тоном.

На дне серых глаз мелькнуло сомнение, но князь выполнил просьбу. Стянула обувку и просунула ноги по очереди в штанины. Ткань плотная, но мягкая, на ощупь немного кожу напоминает. Тяну вверх и на князя поглядываю. Всё ж придётся юбку задирать неприлично высоко…

Хранитель, будто ощутил моё смущение, вокруг меня кусты выросли — густые и ровные, как стена.

— Спасибо, — прошептала и быстренько натянула новую одежку. Штаны и впрямь облепили со всех сторон, а ещё непривычно жали бёдра. Я подёргала пояс туда-сюда — ничего не поменялось. — Ладно, это ж ненадолго…

А вот с платьем пришлось повозиться — завязки-то на спине, но я ж упрямая. Стянула и вместо него куртку надела — застёжки исчезли, так же как и у князя. Следом мелькнул запоздалый вопрос: а как это снять-то?

— Долго там ещё? — полюбопытствовал князь.

— Да, собственно, всё… — говорю и делаю первый шаг. И в ногах ничего не путается. Легко-то как… Ещё шаг. Да я даже подпрыгнула.

— Оказывается, это так удобно! — выдохнула и повернулась к Александру — тотчас наткнулась на пристальный взор. Щёки окрасил румянец: фигура-то у меня совсем не женственная, да и округлости наесть не успела.

— Миленько… — заключил и улыбнулся. — По крайней мере, монстрам будет сложнее тебя сцапать!

— Значит, идём вместе?

Тяжкий вздох, ещё и глазами сверкает, но придраться-то больше не к чему. Потому кивает.

— Да, но ты слушаешься беспрекословно. И ещё… Вержана… Монстров я убиваю, а не так, как здесь!

— Ты командуешь, я слушаюсь… Всё просто и понятно! — придаю лицу самое невинное выражени и даже улыбаюсь.

Князь горестно вздыхает в ответ, неужели не верит?

Вот так, на встречу с князем прибыла приличная и чуть пугливая принцесса, но что-то подсказывает, что назад вернется совсем другая Вержана.

Дорогие мои читательницы! С 8 марта! Пусть в вашей жизни будет столько же магии, сколько на страницах хорошей книги. Желаю вам быть главными героинями своего собственного романа: смелыми, мудрыми и прекрасными. Пусть любое заклинание удается с первого раза, а все темные времена обходят стороной. Сияйте, словно драконьи сокровища, и берегите свой внутренний свет!