Палки и камни

25. РЕН

Ну, с учебой сегодня не задалось.

Я захлопываю входную дверь, и Арчер появляется через секунду.

Он заходит в дом, изображая раскаяние:

— Да ладно, Ренни. Не злись на меня. Я просто оказал парням услугу.

Я складываю руки на груди и тяжело выдыхаю, скидывая рюкзак на пол:

— И где же твои парни?

— Мы здесь, детка. — Стоун обнимает меня сзади.

Я на взводе.

Я запрокидываю голову, вглядываясь в его подбородок, и не понимаю, почему он такой… милый. Мои брови сдвигаются, и я оглядываю остальных.

Эван избегает моего взгляда — именно так я понимаю, что они что-то скрывают.

Руки Стоуна опускаются, когда я выгибаюсь и резко отталкиваю его назад бедром. Он выдыхает с хрипом, а наши соседи начинают хохотать.

— Что ты сделал?

Он не может говорить — слишком занят тем, что держится за яйца и пытается отдышаться. Эван снова смотрит в потолок, засунув руки в карманы.

— Эван...

— Нет уж, — он мотает головой. — Не втягивайте меня в это.

— То есть ты был против? — бормочет Стоун сквозь сжатые зубы.

Эван пожимает плечами.

Я обращаю внимание на руки Стоуна, которые все еще сжимают его пах.

— Почему у тебя костяшки красные?

— Врезал одному уроду.

Я бросаюсь к нему и хватаю его за руку, осторожно касаясь опухших суставов.

— У тебя же сегодня игра! Зачем ты это сделал?..

В моей сумке начинает вибрировать телефон и все поворачиваются к ней. Наступает полная тишина.

Перед тем как шагнуть вперед, я слегка надавливаю на его покрасневшие пальцы:

— Оставайся на месте.

Его губы дергаются в полуулыбке.

Когда я вытаскиваю телефон, на секунду теряюсь. Но только на секунду.

— Ты врезал Брэду, да?

— Это он звонит? — глаза Стоуна расширяются.

Я поднимаю руку:

— Даже не думай, Стоун Фостер!

Смысла искать уединение в этом доме нет, не после того, как парни решили, что мне нужна круглосуточная охрана. Поэтому я подношу телефон к уху и говорю:

— Алло?

— Какого хрена, Рен?

— Включи громкую связь, сейчас же, — шепотом цедит Стоун.

Я показываю ему средний палец, и Эван фыркает.

Голос Брэда вызывает у меня отвращение.

— Ты серьезно натравила на меня своего психованного бойфренда за один чертов звонок?

Почему он вообще мне когда-то нравился?

— Пусть лучше следит за тем, как с тобой разговаривает.

Я отступаю назад, чтобы Стоун перестал подслушивать разговор своим сверхчеловеческим слухом.

— Один? — переспрашиваю я. — Мне по нескольку раз в день звонят с неизвестного номера, Брэд.

— Это не я! — огрызается он.

— И ты хочешь, чтобы я тебе поверила? Ты изменял мне месяцами и врал прямо в лицо. Как, по-твоему, я теперь должна тебе верить?

— Гондон.

— Может, нам всем врезать ему по очереди?

— Поддерживаю.

Я бросаю взгляд на ребят. Все стоят, скрестив руки на груди, с одинаково хмурыми выражениями лиц. Я фыркаю. Мне не нужны защитники. Я и сама прекрасно справлюсь с Брэдом.

— Веришь — не веришь, мне все равно. Я позвонил один раз, и номер скрыл только потому, что был уверен, что ты не возьмешь трубку, если узнаешь, что это я.

— Ну, ты правильно понял. Не звони мне больше.

— Даже не думай о ней, — добавляет Стоун.

Я отталкиваю его назад, и он поддается, ухмыляясь во весь рот.

Брэд проклинает меня на ухо.

— Передай своему психопату-хоккеисту, что если он еще хоть раз дотронется до меня — ему конец.

Я кладу трубку и смотрю на Стоуна.

— Ты невыносим!

Стоун протягивает руку, и я думаю, он хочет притянуть меня к себе, чтобы успокоить, но вместо этого хватает мой телефон. Все склоняются над его плечом, пока он пролистывает список пропущенных вызовов.

— Надо сменить номер, — бормочет он, продолжая листать.

— Сто процентов, — поддакивает Эван.

— Если это не Брэд звонит, то кто? — спрашивает Грант.

Я пытаюсь рассмеяться, но смех застревает на губах, когда вижу, что они все серьезны:

— Вы всерьез хотите, чтобы я сменила номер? Я не могу так просто.

— Почему нет? — Стоун кивает в сторону парней.

Они поднимаются наверх. Я жду, пока все скроются из виду, и вырываю телефон у него из рук.

— Потому что… — слово висит между нами. — Я не могу просто взять и сменить номер. Я уже проходила через это. Нельзя все время менять номер.

Он закатывает глаза, словно это пустяк. — Я все решу.

Я топаю, как ребенок.

— Нет.

— Рен. — Его тон граничит с гневом.

Я надуваю губы. Он прижимает меня к себе и поднимает мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

— Я знаю, ты привыкла быть самостоятельной, но теперь тебе придется привыкать к тому, что я буду заботиться о тебе.

Я молчу и позволяю ему прижаться своими губами к моим. Это на секунду меня успокаивает, прежде чем он отпускает меня и поднимается по лестнице.

— О. — Он заглядывает через перила, и я с подозрением смотрю на его улыбку. — Я установил маячок на твой телефон, так что если ты решишь отплатить мне за то, что я врезал твоему бывшему, и не придешь на мою игру, я тебя найду.

Я раскрываю рот от изумления, глядя на гаджет в своей руке.

— Ты не…

— ….вероятен, — заканчивает он за меня.

— Знаю. Позже покажу тебе, насколько я на самом деле невероятен.

Я игнорирую, как от его сексуального подтекста у меня сводит живот.

Я с удовольствием приду на его игру, но все равно собираюсь отплатить ему и показать, что он не может так просто войти в мою жизнь и все контролировать.

— Вау, так вот каково это — жить с толпой горячих хоккеистов.

Я закрываю за Элли входную дверь, но прежде окидываю взглядом улицу по обе стороны, чтобы убедиться, что поблизости нет подозрительных машин. Луна уже показалась на небе, а я очень хотела добраться до арены до захода солнца.

Я не хочу говорить об этом парням, но внутри у меня неспокойно после того, как я выяснила, что Брэд — не тот, кто звонит мне по несколько раз в день. Я знаю, кто за этим стоит, но если не произносить это вслух, то мне не придется признавать правду.

— Горячие хоккеисты? — я морщусь. — Не говори так при них. Они попытаются залезть к тебе в штаны.

Она хихикает.

— Только не Стоун. Я слышала, он предпочитает забираться в штаны только к одной… в туалете для персонала.

Я спотыкаюсь на лестнице. Элли заливается смехом, но успевает схватить меня за руку и не дает мне упасть лицом вниз, что, честно говоря, было бы не так уж плохо, потому что тогда я могла бы списать свое красное лицо на столкновение с полом, а не на смущение.

— Боже мой. Кто тебе рассказал?

Мы заходим в комнату, и она осматривается. Кровать не заправлена, на столе рядом с моими тетрадями лежат учебники Стоуна. Моя одежда валяется на полу, и прямо рядом с моей футболкой — его.

— Подожди, ты еще и живешь с ним в одной комнате? Ух ты, похоже, у вас все серьезно.

— Кто тебе рассказал о туалете для сотрудников? — Я молюсь, чтобы это был не наш босс. Последнее, что мне сейчас нужно, — это потерять работу.

— Расслабься, — она машет рукой в воздухе. — Я просто видела, как вы уходили. Никто больше не знает, и твой секрет со мной в безопасности.

Я разжимаю пальцы.

— Фух. Спасибо.

Она кивает и распускает волосы, пропуская пальцы сквозь золотистые локоны.

— Но предупреждаю: этот мужчина одержим тобой.

— Он не одержим, — возражаю я, принимаясь за свои волосы. Мои каштановые пряди скользят между пальцами, пока я собираю их в высокий хвост, и слегка взбиваю кончики, чтобы добавить объема. Я думаю о Стоуне и о том, как он установил маячок на мой телефон. Ну ладно, возможно… — Он просто собственник. Не одержимый.

Элли замирает с помадой в руке.

— Не вижу разницы.

Мои губы подрагивают, потому что она отчасти права. Мы обе смеемся, и я ловлю себя на мысли о том, как же приятно снова иметь подругу. За последнее время у меня были только случайные знакомые — в основном девушки друзей Брэда, так что ни с кем близкой связи не сложилось. С Жасмин мы до сих пор созваниваемся хотя бы раз в неделю, но она не учится в «Шэдоу Вэлли», поэтому видимся мы крайне редко.

— Хочешь немного пошалить со мной? — спрашиваю я Элли.

Я улыбаюсь про себя и направляюсь к двери спальни.

— Это как-то связано с тем, чтобы вывести Стоуна из себя? Потому что после того, как ты вылила ему на колени пиво, и я увидела его лицо — я полностью «за».

— Угу… — Я шагаю к комнате Арчера, кивая по пути на дверь Эвана:

— Зайди и возьми выездной джерси Эвана. Сегодня ты будешь в нем.

Элли приостанавливается:

— А ты... не в джерси Стоуна, да? Судя по твоей ухмылке.

Я щелкаю пальцами:

— Верно. Пора преподать ему небольшой урок.

Мы встречаемся в коридоре с джерси в руках и смеемся, как школьницы. Я начинаю раздеваться, но Элли кладет руку мне на плечо.

— Подожди… почему вон там, в углу, камера?

Я замираю, оставаясь в одних джинсах и бюстгальтере, и чувствую, как кровь отливает от лица.

— Что? — я смотрю в ту сторону, куда она указывает, быстро натягиваю свитер и хватаю ее за руку, уводя в свою комнату.

Мы обе оглядываем углы, но ничего не находим. Я бросаюсь к телефону, но замираю, заметив сообщение на экране. Элли заглядывает мне через плечо, и ее беззвучный смех отдается у меня в спине легкой вибрацией.

Стоун: Надеюсь, это мой джерси на тебе.

— О боже! — я застываю с открытым ртом.

Неужели он реально установил камеры?

— Видишь? — Элли явно потешается. — Одержимый.

Я в ярости начинаю стучать по экрану:

Я: Ты что, издеваешься? Ты теперь за мной шпионишь? Это уже ни в какие рамки! Абсолютно неприемлемо!

Я рывком распахиваю дверь в нашу комнату, и она с грохотом ударяется о стену. Поворачиваюсь спиной к камере в углу, бросаю взгляд через плечо и подмигиваю, прежде чем вернуться в комнату.

Элли прикусывает губу, сдерживая улыбку:

— Это так увлекательно.

— Он просто невыносим. Клянусь Богом.

Стоун: Снимай. Сейчас же.

Я: Ты мне не начальник.

Стоун: Ты пожалеешь о своих словах.

Я засовываю телефон в задний карман, и Элли следует за мной по дому, пока я ищу остальные камеры. Я достаю из холодильника пиво, и мы молча пьем его. Часть меня хочет сорвать эти камеры и разбить их бейсбольной битой, но другая часть чувствует облегчение от мысли, что если кто-то действительно вломится, у нас будет запись. Я не знаю, в курсе ли остальные ребята, но это неважно. Важно то, что Стоун держал всё в секрете, и меня это бесит. Он обращается со мной как с ребенком, а мне это не нравится.

— Ты собираешься снять джерси? — Элли выбрасывает наши пустые бутылки в мусорное ведро.

Я встречаю ее взгляд и улыбаюсь.

— Конечно нет.