Переписать судьбу

Глава 18

«Делай добро, и оно к тебе вернётся»... Именно эта мысль крутилась в голове, когда я смотрела на сидящего передо мной мужчину. Ничто сейчас не напоминало в нём того опустившегося человека, которого я нашла на обочине дороги около месяца назад.

Старый батюшкин фрак тёмно-коричневого цвета (определённый матушкой на выброс) немного местами протёртый, но подновлённый по моим эскизам Сарой, смотрелся на нём солидно и даже довольно респектабельно. Отцовские панталоны я брать не рискнула, так что пришлось позаимствовать совершенно новые чёрные брюки у подходящего по комплекции лакея (им как раз обновляли гардероб, и если не приглядываться, то не лучшее качество материала не бросалось в глаза). Специально куплены были только шейный платок, цветастый жилет и туфли. И вот… побритый и завитый, передо мной сидел стандартный представитель аристократического общества, мало отличимый от остальных, что я видела в этом времени.

Считаете, выброшенные на ветер деньги? А вот и нет.

Подлеченный Джеком мистер Уилтон оказался поразительно полезным приобретением. Как-то незаметно он взял на себя общение с поставщиками. Несколько раз нас пытались надуть, подсунув некачественный товар, и, услышав происходящий в очередной раз спор, он вмешался и разрулил конфликт. Не скатываясь до ругани, выражаясь только «высоким штилем», он производил такое впечатление на мошенников, что отбивал всякое желание к махинациям.

А вот Бэрти Лоренс – протеже моего дяди Арчибальда, – хоть и не вызывал пока нареканий, но подобного стремления к работе не проявлял, предпочитая проводить время в тавернах и гостиницах, выпивая, болтая и предлагая нашу продукцию. И как дядя ни старался меня убедить, управляющим я его пока не видела и стояла на этом в спорах с отцом намертво. Зато молодой человек старательно передо мной пыжился и пытался ухаживать. Как он думал, ненавязчиво. Но вызывал этим только оторопь у Кэтрин и мои язвительные усмешки. Даже учитывая происхождение нашей матери, парень, увы, не был нам ровней.

Благо сестра являлась моим постоянным сопровождающим, часто выполняя секретарские функции. Для этого мы приобрели записную книжку и карандаш. Порой фонтанируя идеями, я просто просила Кэтрин их записать, пока не вылетели из головы. Поразительно, но девушка не возмущалась и молча следовала за мной. И кажется, ей это было по душе. Ведь мы всё так же часто бывали в её любимом Редборне, но теперь вполне легально, и даже иногда посещали крупные гостиницы, правда, всегда в сопровождении мистера Лоренса. Меня подмывало посадить его на проценты с заключённых контрактов, но отец никак не соглашался. Как по мне, молодой человек не отрабатывал тех денег, что отец платил ему.

А бал действительно принёс нам множество частных заказов от местных семейств. На следующее утро на батюшку посыпались записки с просьбой предоставить адрес столь великолепной пекарни. Пришлось даже сделать небольшую вывеску, и теперь почти каждое утро к нам выстраивалась очередь из слуг и посыльных. Я молилась за успех, правда, не знала, насколько долго продержится мода на нашу продукцию.

А вот Сэдвик Уилтон, несмотря на его аристократическое произношение и манеры, с удовольствием влился в процесс производства, взяв на себя многие административные функции. При всём том, что за это ему не платили. Он беспрекословно кормился за общим столом с простыми людьми, спал за лестницей и не выказывал неудовольствия.

– Меня мучает совесть, мистер Уилтон, – произнесла я со вздохом.

Мы расположились в моём кабинете. Кэтрин с записной книжкой в руках что-то чёркала в ней. Рядом стояла Карен, та самая смотрительница общежития. Когда я была тут, она выполняла роль служанки и сейчас разливала нам чай. Да и вообще старалась присутствовать со мной в комнате, особенно если у меня были встречи.

– Почему же, мисс Стонтон? – удивился мужчина, захлопав глазами.

– Вы столько нам помогаете, а я вам не плачу… и это неправильно!

– Помогаю… а не работаю… так что о какой оплате может идти речь, мисс?

– Ах, ну да… – ухмыльнулась я, – аристократ не может работать…

– Так и есть, мисс… – широко улыбнулся визави. – Вы с самого начала это поняли.

– Но есть кое-что, чего я не могу понять. У вас ведь есть где-то дом… семья, мистер Уилтон?

– Дом есть… но… – Лицо мужчины скривилось от боли. – Семьи там больше нет.

– Поэтому вы топили свою боль в вине? – поинтересовалась я участливо.

– Вы необыкновенно прозорливы для своего возраста, мисс Стонтон, – грустно улыбнулся он.

– Да, многие говорят, что после того, как я разбила голову, стала намного умнее, – ответила ухмыльнувшись. – Может, и вам пора возвращаться в нормальную жизнь? Так сказать, всплывать вверх, оттолкнувшись ото дна, которого вы уже успели до этого достичь.

– Я вам тут мешаю, мисс? – печально спросил Сэдвик Уилтон.

– Совершенно нет! Даже наоборот, ваша помощь всё это время была весьма ценной. И мне будет очень тяжело терять вас и ту поддержку, что вы нам оказывали…

– Но… ведь есть какое-то «но»… правда?

– Есть, мистер Уилтон. Как не быть. Вы постепенно становитесь очень значимым человеком в нашем предприятии. И если в один не очень прекрасный для меня момент вы соберётесь уйти, я окажусь в весьма печальном положении. И я этого сильно не хочу.

– С одной стороны, мне очень приятно, что был столь нужен. А с другой… я вас понимаю.

Я грустно улыбнулась и развела руками.

– Как вы сами говорите, вы на меня не работаете, а значит, никаких гарантий у меня нет.

Мы какое-то время пили чай с новым вариантом пирожных, тестируя их на вкус.

– А если я куплю у вас часть вашего дела, мисс Стонтон? – спросил мужчина.

Мы с Кэтрин чуть не подавились одновременно откушенными кусочками. При этом сестра так на меня посмотрела, будто я уже лишила её наследства и счастья на всю оставшуюся жизнь.

– Дело в том, мистер Уилтон, что пока этот бизнес только начинает развитие, и его рыночная стоимость не отражает будущие возможные прибыли.

Мужчина тепло улыбнулся. Потом загадочно на меня посмотрел и поинтересовался:

– А если я предложу вам открыть такое же дело в Лондоне?

От подобного вопроса у меня чуть не пошёл носом чай, так что я поставила чашку на стол.

– Франчайзинг – это, конечно, интересная мысль. Но мы ещё не настолько известны.

– Коммерческая концессия – один из вариантов. Я же предлагаю вам долевое участие.

– Вы же понимаете, что на данном этапе компания принадлежит отцу? И без его согласия я не смогу решить этот вопрос. Да и с юристом следует посоветоваться.

– Конечно, но, если его это заинтересует, можно указать, что эта доля будет наследоваться только вами.

Я тяжело вздохнула и задумалась, а собеседник неожиданно заявил:

– Вы удивительная девушка, мисс Стонтон.

– Увы… – ответила я с ухмылкой, – это не наделяет меня такими же правами, как у мужчин.

Мистер Уилтон замолчал и пытливо меня разглядывал.

– Насколько я понимаю, открытие такого дела в Лондоне потребует слишком больших вложений, которые мы пока не сможем осилить, даже если будем должны предоставить только половину расходов. Боюсь, мы этого не потянем, – произнесла я, качая головой.

«Да и не уверена я, что у тебя есть такие деньги. Учитывая, в каком виде я нашла тебя на дороге…» Правда, вслух я этого не произнесла, но мужчина явно понял по моему взгляду. Он грустно улыбнулся.

– Вам всё равно нужен кто-то здесь, кто сможет общаться с поставщиками. Мистер Лоренс не слишком желает вникать в подобное, а женщин я бы не рекомендовал… со всем уважением…

Ненадолго задумавшись, я ответила:

– Брат Джека, нашего кучера, вернулся с войны без одной ноги. Полагаю, он сможет заняться этим, тем более что подобный изъян ни на что не влияет.

Покивав, мужчина сказал:

– Да… с удовольствием передам ему дела и объясню нюансы.

Я ему улыбнулась, с благодарностью кивнув.

Когда мы с Кэтрин уже садились в карету, мистер Уилтон подошёл и сказал:

– Но я всё-таки не прощаюсь, мисс Стонтон. Хоть это и не пристало аристократу… мне понравилось заниматься столь интересным делом.