Переписать судьбу

Глава 36

Радости Фанни не было предела. «Две дочери! Две скоро станут замужними дамами! Такое счастье!» Матушка носилась по дому, мешая всем заниматься своими делами. Она была даже больше экзальтированна, чем сама Мария. Мне кажется, средняя сестра, наоборот, стала более озабоченной и серьёзной с момента сватовства. Словно не была уверена в том, что правильно поступает в конечном счёте. Что, наверное, свойственно всем невестам.

Когда первый ажиотаж утих, родители и будущая чета Пауэр принялись подбирать дату предстоящей свадьбы. И вот тут Фанни стало перекашивать. Прошло два дня, а мистер Бёрли так и не появился на горизонте. И даже не поступало никаких приглашений от его сестёр. Мать по три раза на день меняла даты оглашения обручения Марии, вздрагивая на каждый звук, ожидая прибытия уже хоть кого-нибудь.

Только за завтраком третьего дня, когда Чарлз уже немного растерял терпение и, видимо, готов был настаивать на своём, слуга внёс на подносе письмо. Я даже со своего места ощущала флёр аромата духов, что шёл от него.

Пока человек прошествовал от двери до Джанет, Фанни не отрывала предвкушающего взгляда от конверта и заговорила, едва дочь вскрыла его:

– Нам ждать его сегодня? Или завтра? Или Бёрли сами приглашают тебя?

– Нет, мама… – растерянно произнесла Джанет, – это извинительное письмо перед долгой разлукой…

– Ничего не понимаю, – перебила её Фанни и, вскочив со стула, подбежала ближе, заглядывая из-за плеча в раскрытый лист изысканной бумаги. – Какой разлукой?

– Мисс Бёрли пишет, что неожиданные дела призвали её брата в Лондон, куда он отправился в сопровождении друга, и, скорее всего, Рождество и Новый Год все они встретят в столице. Сестра считает, что мистер Бёрли не станет сразу возвращаться в Хартфордшир. Она надеется, что благодаря переписке между нами сможет иметь новости от местного общества, которого так быстро лишилась.

– Но… – бледнея, прошептала Фанни, – но как же так?!

В этот момент мы с отцом переглянулись, и взгляд его стал каким-то тяжёлым. Я же приподняла одну бровь и кивнула. Сюжет пытается взять своё.

Чтобы немного разрядить обстановку и вернуть мать в нужное русло, громко спросила:

– Ну, значит, на свадьбе Марии ожидается чуть меньше гостей. Кстати, а когда она будет? Дядя Эдвард и тётя Маргарет успеют приехать из Лондона?

Фанни вздрогнула, будто проснулась. Взгляд её бессмысленно блуждал какое-то время. Но потом она вперилась в Чарлза, словно в первый раз увидела. А затем расплылась в такой многообещающей улыбке, что даже у меня прошёл мороз по коже.

Кузен наконец получил требуемую ему дату свадьбы. Правда, неожиданно уже в январе. Видимо, мать решила ковать железо, пока горячо. Она хотела вообще перед Рождеством, но было просто невозможно успеть всё подготовить. Тем более Чарлз уезжал уже в эту субботу.

С этого момента всё резко завертелось. Из Лутона привезли модисток, что занялись платьем для Марии, а также изредка помогали другим девочкам. Нас же вновь ждала переделка.

В доме теперь постоянно были какие-то гости. Начиная от тётушки Милрен, кто-то непрерывно приезжал с визитом и поздравлениями. Занятая в организационном процессе по самое не балуйся, я неожиданно обратила внимание, что мистер Уэст стал частым гостем в нашем доме. Теперь, правда, матушка не так благожелательно на него смотрела, но и не препятствовала. Паразит был обаятельным и умел превосходно втираться в доверие. Он часто становился душой компании, травя байки и расточая комплименты.

В первой декаде декабря, когда слуги уже сбились с ног, готовя дом не только к празднику, но и будущей свадьбе, а я, будто делать мне больше нечего, конечно, активно во всём участвовала… Кэтрин предложила мне самой съездить в пекарню и проверить, что там происходит. Обрадованная, я расцеловала её.

И вот, перед сном, когда она закончила отчитываться, неожиданно поинтересовалась, что я думаю о несчастном мистере Уэсте.

– У него вроде всё хорошо, с чего ему быть несчастным? Или ему отказала очередная богатая невеста, которую он в этот раз обаяет?

– Какая ты чёрствая! – возмутилась сестра. – Или не слышала о том, как его обидел этот гадкий мистер Рассел?

– А он уже всем об этом рассказывает? – удивилась я.

– Гаррет поведал об этом в прошлый раз, когда мы пили чай, а ты была чем-то занята.

– Уже Гаррет? А как же лейтенант Андерсон? – поинтересовалась я, рассмеявшись.

– Что ты! Он просто всех просит так его называть. Он ведь даже не джентри.

– Мне уже начинать волноваться, Кэтрин? – серьёзно спросила я сестру.

– Нет! Что ты! Тем более, он явно нравится Лиззи.

– Ты больше так меня не пугай! И постарайся поменьше общаться с этим прохвостом, а тем более верить ему на слово.

Обескураженная Кэтрин смотрела на меня, хлопая глазами. Она уже привыкла доверять мне – и вдруг такая реакция на всеобщего любимчика. Разрыв шаблона.

– Ты что-то знаешь о нём? – неуверенно переспросила она.

– Знаю, но не буду распространяться. В отличие от него, у меня есть такт.

«А также сюжет, который может вдарить по мне за слишком частые изменения».

Теперь же ко всем хлопотам со свадьбой, в организацию которой были уже включены все сёстры Стонтон, мне приходилось напрягаться и отслеживать мистера Уэста, когда тот появлялся в нашем доме. Это не осталось незамеченным. Отцом и Лиззи.

Эдмунд Стонтон при этом лишь вопросительно приподнимал бровь, когда я пересекалась с ним взглядом в такие моменты. А вот сестра была очень недовольна. Она, правда, старалась сильно это не проявлять, но я замечала.

В середине декабря вновь приехал кузен, всего лишь на пять дней. Он не мог так скоро вновь оставить приход, так что вырвался только ненадолго – решить возникающие вопросы со свадьбой. Хоть они с Марией теперь ежедневно переписывались, появляющиеся на каждом шагу проблемы это не уменьшало.

Ещё большую нервозность привнесло повторное письмо мисс Бёрли, в котором говорилось о том, что, вполне возможно, они откажутся от горстедвудского поместья, так как рассматривают возможность снять на лето что-то в Дербишире, поближе к мистеру Расселу.

Полдня. Лишь на столько позволила себе Фанни впасть в истерику.

Кузен хоть и оказался посвящён в происходящее, старался больше молчать, но иногда позволял себе ехидные взгляды в сторону Фанни и Джанет. Хотя вторая вообще не была ни в чём виновата.

Видимо, у Чарлза с Марией в тот момент состоялся какой-то разговор (теперь-то они могли безвозбранно проводить много времени вместе), так как эти взгляды исчезли… да и вообще, кузен старательно впрягся в хлопоты, занявшись церковью и всей подготовкой венчания.

Не знаю, мог ли он остаться на большее время, но не стал. Уехал незадолго до Рождества. Наверное, всё-таки его ждала праздничная служба.

Двадцать третьего декабря приехал Эдвард Тревис со всей семьёй. Больше всего мы обрадовались тёте Маргарет. Вот уж кто стал оказывать значительную помощь в подготовке, взяв на себя многие вещи, которые были на Джанет.

Старшая сестра, хоть и старалась не показывать этого, явно страдала. Притом она немного похудела, став ещё красивее. Если бы не постоянно печальное лицо… Даже подарки, что привезла тётя Маргарет, не вернули ей радости.

Когда старшие женщины ненадолго остались одни, я случайно подслушала, как Фанни жаловалась невестке на произошедшее с мистером Бёрли, так что вечером за ужином дядя Эдвард пригласил Джанет провести зиму с ними в Лондоне. Он весело расписывал новогодние гуляния и развлечения в столице и всё-таки добился улыбки от сестры.

– Ты чего такая недовольная? – спросила меня перед сном Кэтрин.

– Мне нужно в Лондон, поискать возможность открыть там такую же пекарню, как здесь.

– И что тебя останавливает? – удивилась сестра. – Езжай с Джанет.

– А кто присмотрит за делом? Не на Бэрти же всё оставлять. Эх…

– Давай я присмотрю… – неуверенно произнесла она. – Я постараюсь делать всё по правилам.

– Ты? – ошарашенно переспросила я. – Хотя… это мысль!