Последнее тепло - во мне

18

— Яр, как ты смотришь на то, чтобы стащить ключики от аудитории и закрыться там ненадолго? — огорошивает меня томный девичий голосок. А ведь я всего лишь вышла прогуляться перед занятием у декана.

Пытаюсь продышаться, чтобы не рявкнуть в ответ, и нехотя разворачиваюсь к нарушительнице моего спокойствия.

Девчонка из лекарей, симпатичная, стройная. Не помню ее имени.

— Спасибо, но у меня были другие планы, — все-таки стараюсь отвечать непринужденно, даже улыбнуться дружелюбно выходит… но зря, видимо.

Девушка зависает на моей улыбке.

Не люблю я такие моменты до сих пор, хоть в целом и справляюсь с флиртом и всякого рода предложениями. Но вот обижать эти нежные создания грубо отказывая, совсем не люблю, так что, каждый раз мучаюсь.

Вот серьезно. Лучше бы я пережила спарринг с деканом, а не вот это все. Мне не надо чтобы эти юные девочки влюбились в мой облик. У меня нет желания бегать от них, а поддерживать игру я не хочу. Это негуманно, да и противно на самом деле.

Но видимо, это был не тот случай и отказ не возымел эффекта.

Девушка делает шаг ко мне и кладет свои ладошки мне на плечи, поглаживая ноготками кожу над воротником футболки.

Да что им там всем, медом намазано что ли?

Морщусь и только собираюсь аккуратно убрать ее руки от себя, как девушку резко дергают от меня.

— Руки убрала от моего мужа! — звучит злой громкий рявк голосом Эры.

Девчонка с трудом удерживается на ногах, двигаясь от разъяренной фурии, в лице самой Эры.

Что-то она даже меня пугает. Никогда ее такой не видела.

— Эра, это не то, что ты подумала, — выставляю ладони вперед, приближаясь к «невесте»

Морщусь от своих же слов и их ощутимого клише.

— Да неужели⁈ — рычит на меня Эра, — это значит не ее, — тыкает пальцем в сторону девушки, — пальцы были у тебя под одеждой?

Взъерошиваю озадаченно волосы. Крыть нечем.

— Он не твой муж, — смелеет девчонка, усмехаясь и с вызовом смотря на Эру.

— Он им станет, — звучит уверенное.

— Если бы он планировал всерьез им стать, то не позволил мне к себе прикоснуться, — смеется эта смертница, даже я не рискую к ней сейчас лезть.

Ой, зря она эта сказала. Эра потеряла остатки терпения и кинулась на девушку.

Кажется, я все больше начинаю понимать Марко. Не зная этой начинки Эры, я всерьез думала, что она гордая, пусть немного высокомерная, но все же достойная партия сына правителя, да и вообще, любого мужчины… но увы, ошибалась.

Так что мне ничего другого не оставалось, как кинуться за своей «женой», которая «невеста» и успеть удержать ее со спины за талию, не давая добраться до цели.

Вырывалась Эра со всех сил, но к счастью, в мужском теле этих сил было больше, иначе я не представляю, как бы смогла удержать ее.

— Эра, прекрати. Вас артефакт сдаст и будете вместе отрабатывать наказание, — пытаюсь вразумить.

— Отпусти меня, Яр! Мне надоело гонять от тебя всяких выскочек, считающих, что им можно трогать чужое! — все еще дергаясь и вырываясь кричала Эра, — каждый день одно и тоже!

А я удивленная полученной информацией настолько, что не удерживаю Эру и она умудряется вырваться и вцепиться в волосы второй девушки.

То есть, если бы не Эра, вот это вот все меня ждало на постоянной основе? Хотя да, последнее время ко мне намного реже стали подходить даже с флиртом. Только не придавала я этому значения. Зря видимо.

Подвисла я настолько, что не сразу сообразила, что девушки уже сцепились основательно.

— Да прекратите вы! — выдергиваю свою из кучи, но безуспешно, на нее налетает вторая, которая тоже уже вошла в раж.

Ощущаю себя как никогда беспомощной, ведь я не могу даже никого ударить, чтобы притормозить, да и чисто по-женски за волосы потрепать тоже нельзя.

Крики уже стоят на весь коридор, а к нам все еще никто не вышел и по мере того, как я оказываюсь между двух фурий, все больше ощущаю свое шаткое положение.

— Разошлись все! — раздается громогласный приказ, после которого, нас разносит в разные стороны и не знаю как у девочек, у меня сердце в пятки уходит.

Ловлю тяжелый взгляд декана и транслирую всю степень собственной обреченности, на что мужчина лишь насмешливо вздергивает бровь.

— Девушки разошлись, ваши деканы вам сами назначат наказания, — звучит строго и бескомпромиссно, — а ты Яр, за мной, — и больше не задерживаясь, уходит в направлении залов.

Кажется, накрылась моя прогулка.

Проследив, как девушки спешно удалились, я нагнала Делоро, который, как только я с ним поравнялась, усмехнулся, кинув беглый взгляд на меня.

— Смешно Вам? — фыркаю раздраженно, когда за нами закрывается дверь в спортивный зал.

Меня до сих пор передергивает, а внутри бушует адреналин.

— Нет. Я просто считаю, что тебе стоило лучше сдерживать эмоции. Ты поддался им, Яр.

— Издеваетесь⁇

— Нет. Тебя никто никогда не будет предупреждать или готовить заранее. Твоя задача держать себя в руках, когда это требуется, даже если внутри все бушует. И если вначале, когда к тебе подошла девушка, ты держался хорошо, то по мере того, как нарастал конфликт, ты терял самообладание.

Услышав сказанное, я аж задохнулась возмущением.

— То есть, Вы все видели с самого начала⁇ Могли бы и вмешаться раньше! — возмущаюсь.

— Зачем? Угрозы жизни не было. А тебе надо учиться справляться с разными ситуациями.

— Если бы к Вам полез целоваться неравнодушный парень, предлагая при этом закрыться и потрахаться, Вы бы хорошо держались? — вспыхиваю, не сдерживая грубых слов, уперев руки в бока… совсем по-женски.

Делоро лишь смотрит на меня, а потом, его губы растягиваются в широкой улыбке, которой я никогда не видела и раздается красивый мужской смех, от которого я даже торопею.

— Для них ты симпатичный перспективный мужчина, так что нечему удивляться. Они-то не знают того, что скрыто, — декан обрисовывает в воздухе рукой мой силуэт, уже более сдержан, но черные глаза все еще выдают веселье.

Закатываю глаза. С ним я все чаще перестаю сдерживаться и кажется, это взаимно.

— Вы так и не ответили на вопрос, — впиваюсь хитрым взглядом.

— Я бы не испытывал проблем по этому поводу, потому что это не самое страшное, что может случиться в жизни, — говорит уже совсем серьезно, даже взгляд тяжелеет и я понимаю, что за этими словами кроется что-то куда большее и мрачное, — ладно Яр, мы тут не для этого. Свое наказание ты отработаешь на полигоне, а сейчас будем отрабатывать концентрацию. Даже хорошо, что ты взбодрился только что.

Вспыхнувшее возмущение, я тут же подавляю под прицельным взглядом декана.

После занятий, как оказалось нас ждало очередное тайное собрание на троих, включая ректора. Господин Тиззо, как и остальные советники, теперь уже нового правителя пробыли рядом с Норманом некоторое время и надо сказать, я с нетерпением ждала его возвращения, ведь теперь, ректор должен будет потихоньку внедрять новые мысли о том, что сотворили темные и как это исправить. Полагаю, новостей ждала не только я, но и декан, ведь когда мы вдвоем вошли в уже привычный кабинет, в котором мы встречались не раз, я увидела мелькнувший вопрос в его черных глазах и направлен этот немой вопрос был на ректора.

— Рад тебя видеть, — декан вновь по-свойски хлопает ректора по плечу и усаживается на диван. Мы как-то уже привычно каждый занимаем свое место. Мне на стуле вполне удобно, хотя рядом с Делоро есть место и на диване.

Тиззо, как всегда сдержанный и спокойный усаживается на свое место.

Почему-то я только сейчас впервые задумалась о том, что возможно, он не такой уж безэмоциональный, каким выглядит, а всего лишь хорошо контролирует себя? Как показала практика, он не равнодушен в общем ключе.

— Какие новости? Вас оставили в качестве советника? — терпение окончательно покинуло меня и я с трудом удерживала себя на стуле. Я нервничала, прокручивая множество вариантов развития событий.

— Да. Я принес клятву правителю Норману, как и остальные советники его покойного отца.

Выдыхаю громко.

— Что говорят?

Тиззо кидает на меня странный взгляд и переводит его на стену за моей спиной.

— Все как и ожидалось. Нового правителя закидывают прошениями о том, что население испытывает нужды. Урожаев нет, стаи гуров вышли не только к нам, были еще случаи и жертвы среди населения, — начинает ровно, будто сухой отчет зачитывает.

Не знаю, научусь ли я так же реагировать, но тот ураган, что раскручивается внутри тяжело унять. Но ведь и не придешь к ним, не скажешь в лоб, в чем дело. Не услышат. И от этого становится горько.

— Я так понимаю, ничью темную голову не посетила светлая мысль о взаимосвязи между смертью последней светлой и нынешних бед? — комментирую едко.

Слышу сбоку хмык от молчащего Делоро.

— Ну почему же, — опровергает сказанное ректор и переводит равнодушный взгляд уже на меня, от чего у меня все внутри вибрирует, — один из советников обронил мысль, что подобное началось как раз после смерти последнего носителя света.

Вновь я ощущаю, как по телу блуждают колючие мурашки и от этого, мне не по себе. Я слишком волнуюсь.

— Яр, холодная голова, — делает сухое замечание Делоро, даже не меняясь в лице.

Ректор и вовсе будто не замечает сказанного.

Стараюсь вышвырнуть все эмоции, только сухие факты, но черт, как же это сложно, когда тема тебя цепляет.

— … подобная мысль привела к ожидаемому сопротивлению, причем практически у всех. И тем не менее, я поддержал эту мысль. Озвучил, что подобное совпадение действительно странное. Так же то, что светлая сторона всегда стремилась к миру и предположил, что они могли знать больше, чем мы. Ну и под конец, подкинул им мысль о том, что стоит как минимум вернуться в Ларму и попытаться поискать информацию в архивах, под разрушенным домом правителя светлых.

Вопреки моим стараниям, услышать название столицы светлых, которая теперь была полностью разрушена было тяжело и я даже не знаю, мои это мысли или что-то, связанное с эмоциями и болью самой Селлы.

— Насколько я понял, этот вариант, каким бы он противоестественным не казался, приняли и Норман в ближайшее время отправит в Ларму людей, — высказывается Делоро, потирая пальцами переносицу.

— Да. И нам очень повезло. Мне предложили отправиться с ними. Поэтому, мне даже не пришлось что-либо еще говорить, ведь я теперь совершенно случайно найду нужное помещение, хоть это будет не так уж легко и само собой, я буду знать, какую книгу нужно искать.

— Только если эта самая книга выдержала и дожидается своего часа под развалинами, — мрачнеет декан.

Ректор кивает и смотрит вопросительно на меня.

Я же усиленно копаюсь в памяти Селлы. Да, где хранилась книга ранее, я уже говорила как и то, как она выглядит тоже рассказывала, но после того, как город был разрушен, что-либо найти будет и правда сложно. Ведь когда там шли сражения, случилось много пожаров, в доме Селлы в том числе.

— Наш дом выгорел только частично, — выуживаю первую информацию из недр памяти, — это было правое крыло, два этажа и частично третий, — страшные события тех дней и в особенности ключевого, последнего, когда и убили отца Селлы, мелькают в памяти пугающими картинками, — все ценное, в том числе большая часть библиотеки были перенесены в хранилище под землей в левом крыле, — осознаю очевидную информацию.

— Это хранилище уже после твоего исчезновения было найдено и оттуда вывезли все, что представляло ценность для темных, — огорошивает Делоро, мрачнея на глазах.

Вскидываюсь. Внутри снова неспокойно.

— Уверены? — смотрю мрачно на декана и он кивает.

— Да. Потому что там были мои люди. Они под моим кураторством зачищали город, уничтожая последних случайно выживших светлых и обеспечивали сопровождение в вывозе найденного, но конкретно я находился в другом месте и не смогу дать точные данные, где оно располагалось. Видел мельком, когда уже грузили телеги.

Злюсь. Жмурюсь отчаянно и пытаюсь выровнять дыхание и восстановить контроль.

Открыв глаза, встречаюсь взглядом с Делоро, он смотрит прямо, по лицу ничего не поймешь.

— Решение было принято тобой, — перехожу резко на «ты», да и голос мой звенит от напряжения и едва сдерживаемой злости, — или это был приказ?

Вскидываюсь, смотрю упрямо в черные глаза, на дне которых, совсем немного мелькнуло сожаление.

— Приказ, — звучит сухо, — Я никогда не истязал светлых, Селла. Мне это претило. Я убивал быстро, насколько это возможно, и никогда не брал больше, чем требовалось, чтобы выжить, — сейчас, в его спокойном голосе я слышу сожаление, — но каждый командир обязан был исполнять приказы правителя, потому что тех, кто этого не делал казнили без сожаления и заменяли теми, кто достоин больше.

Услышав сказанное, буря внутри меня резко закончилась, оставив место штилю, с привкусом сожаления и понимания. Нет смысла злиться на Делоро, ведь я изначально знала, что он не беспринципный темный. Он знает о справедливости и чести.

— Спасибо, — киваю, — какова вероятность того, что книгу вывезли? — поворачиваюсь уже к обоим мужчинам.

— Исключено, — уверенно говорит ректор, — все книги, что имели ценность теперь находятся в библиотеке правителя. И их содержание уже изучили, когда возник вопрос о необходимой информации. Там не было ничего нужного. Если прошлый правитель не спрятал книгу где-то еще, в чем я сомневаюсь, то она осталась среди развалин Лармы.

— Что-нибудь из найденного намеренно сжигали? — задаю вопрос декану.

— Нет. Мы не умеем воспроизводить огонь, как вы, с помощью дара, поэтому, это было слишком проблематично. Все что было не нужно, осталось там же. Только после того, как было найдено хранилище, ваш дом был разрушен уже до основания. Все засыпало камнями и обломками.

Выдыхаю. Ничего уже не исправишь.

— Хорошо. Исправляй меня, если есть в чем, — кидаю взгляд на декана, который снова никак не поправляет меня, ведь я обращаюсь на «ты», — нужные развалины легко будет найти, ведь наш дом располагался обособленно, правое сгоревшее крыло практически осыпалось пеплом, что не сгорело, рухнуло сверху. Оно будет проседать в общей массе. Думаю, Вам удастся найти эту территорию среди остальных? — смотрю пристально на ректора, на что он задумчиво кивает, — нужно уйти в противоположную сторону, почти в самый край. Хранилище располагалось немного выходя за территорию дома. Вот только там были четыре этажа, включая мансарду и добраться до подземного уровня будет крайне сложно, — заканчиваю отрешенно. Я не представляю, как они будут откапывать это хранилище.

Мыслями, я вновь возвращаюсь в тот день, когда Селла бежала гонимая страхом, отчаянием, встретив смерть последних светлых, в том числе и отца, она ожидала скорой погони уже за собой.

Пока в мыслях проносятся картинки того, как Селла сбегала после пожара. Я пытаюсь ухватиться за важную деталь. Я вспоминаю, как один из выживших генералов ее отца, приближенный и преданный правителю и его семье, буквально за шкирку вытянул Селлу из полуразрушенного дома. Селла на тот момент была в отчаянии и плохо контролировала себя, ведь их окружали, в городе были слышны звуки битв, лязг железа, крики, стоны. Ее отца убили и он умер на ее руках. Я отчетливо помню, какую боль она испытывала. Она готовилась умереть. Тогда на миг, она позволила себе допустить мысль о слабости, она хотела сдаться, хотела, чтобы ее убили и она могла уйти вслед за родными. Но именно тот генерал встряхнул ее как нашкодившего котенка и кричал ей в лицо, чтобы она не смела сдаваться, что иначе, она подведет всех, кто положил свои жизни во благо мира. Кричал, чтобы она боролась. И Селла услышала. А затем, он помог Селле выйти через подземный тоннель, который вел к ближайшему утесу. Селла смогла спастись, а генерал остался, пожертвовав собой, отвлекая и задерживая тех, кто ворвался в дом.

Еще я вспомнила, как Селла преодолевала путь по туннелю, который постепенно уходил вниз и в какой-то момент, ей пришлось двигаться по пояс в воде, а выйдя наружу, ей пришлось прямо с вещами, что были с ней, проплыть некоторое расстояние до суши. Но благодаря этому, у нее была фора. Она смогла уйти достаточно далеко, чтобы ее преследователи еще очень долго гнались за ней.

Жаль, что тот тоннель не поможет сейчас, ведь даже если его не обнаружили и не обрушили, то сохранился лишь выход и сам туннель, его же вход так же погребен под обломками огромного сооружения, некогда дома Селлы.

— В любом случае, мы знаем примерное расположение. Воинам, что следуют с нами все равно придется разбирать территорию, — выуживает из воспоминаний ректор.

Киваю. Воспоминания дались тяжело морально и теперь единственное, что я чувствую, это опустошение.

— Тех кто был там, нельзя никак привлечь? — смотрю вопросительно на Делоро.

— Нет, — вижу, как декан мрачнеет, стискивая крепкую челюсть, — тот приказ стал последним. Когда мы двигались в сторону темных земель, на пути случился обвал. На нас обрушилось огромное количество камней.

Чувствую, как от сказанного у меня конечности становятся ватными.

— Их завалило? Никто не выжил?

— Большинство не выжило, — отвечает ровно, отвернувшись к окну, — остальные получили травмы, кто-то сильные, кто-то незначительные.

Взгляд тут же падает на переносицу и глубокий шрам.

— Да, это не след от меча. Это был удар камнем. Но мне повезло. Это была единственная травма, — декан снова смотрит на меня.

— Мне жаль, — говорю скромно.

— Не важно уже. Суть в том, что все, кто занимался расчисткой именно территории вашего дома мертвы и указать более точно на место хранилища теперь некому.

— Ты после этого сложил полномочия или тебя отстранили?

— Я добровольно ушел в отставку и перешел на должность декана, здесь, — отвечает. По лицу вижу, Делоро уже справился со всеми эмоциями, ну или по крайней мере скрыл их.

В этот момент, захотелось обнять его. Я понимала, что те люди, которые подчинялись ему, многое значили. Он совсем не черствый и не равнодушный, хотя в этом я уже убедилась множество раз. И само собой, жалость и собственные желания я оставила при себе.