Последнее тепло - во мне

30

Боковым зрением поглядываю, ожидая пока друг прочитает написанное. Мне и самой интересно, как Норман преподнесет это решение. Но Марко никогда не давал нам прочитать письма из дома, только делился важным.

И вот слышу, как Марко судорожно выдыхает, глаза ошалелые, растерянные.

Он резко откладывает письмо в сторону, пялится в стену, а потом, снова схватившись за бумагу, внимательно вчитывается.

То, что он шокирован, заметила не только я.

— Марко, что там? — спрашивает обеспокоенный Филиз, переглядываясь со мной.

Наш общий друг поднимает на нас шальной взгляд, от чего, я ощущаю некоторую вину, хотя не должна. Не я выставила эти условия.

— Брат пишет по поводу светлой, — отвечает растерянно.

Фил кидает на меня вопросительный взгляд, на что я отвечаю ему прямым, уверенным. Да, я знаю о чем.

Фил удивлен, но старается справиться с эмоциями.

— Это как-то касается тебя? Или что-то случилось? — спрашивает он же.

Я молчу. Лишь наблюдаю за Марко. Мне хочется его успокоить. Но все же жду, пока он озвучит то, что его так шокировало, вдруг, я ошибаюсь и Норман написал что-то еще.

— Брат просит, не приказывает, а именно просит стать мужем светлой. Селлы, — Марко ерошит волосы и выдохнув опускает голову, — это решение его совета. Они считают, что таким образом подстрахуются, объединив два правящих рода.

Филиз переводит на меня взгляд и в этом взгляде красным маячит вопрос.

Выдыхаю обреченно, как бы отвечая, да, вот в такой мы ситуации.

Фил хмурится. Переводит растерянный взгляд с меня на друга.

— Ты ведь можешь отказаться, — подаю голос я, слишком уж мой друг выглядит потерянным. Не то, чтобы я рассчитывала, что он будет прыгать от радости, просто я думала он взорвется, пойдет молотить мишени в спортивном зале, а он… потерянный, растерянный, словно вообще потерял ориентиры.

Марко поднимает на меня взгляд, сверля каре-зелеными глазами. Он такой же как у брата. Совершенно такой же.

— Могу, — хмыкает криво, без веселья, — но я осознаю, что если брат не отсеял этот вопрос, значит он важен, только он не хочет принуждать меня, ждет, что я сам соглашусь. Это читается между строк, этот союз важен.

— Он может найти и другой вариант, наверняка, — подаю голос, знаю детали разговора.

Марко отворачивается.

— Может. Он написал и об этом. Если нет, хотя он советует познакомиться с ней, то он найдет выход.

Успокаиваюсь. В который раз я не разочарована в Нормане.

— Так чего ты боишься?

Марко сжимает губы, кривит их.

— Я боюсь, что она окажется такой же, как моя сестра, или еще хуже и я подведу брата.

Кидаю на Фила очередной беглый взгляд.

Он смотрит на Марко с долей сочувствия, но в тоже время так, будто понимает и знает больше.

Улыбаюсь мысленно этому. Похоже он уверен, что я смогу быть прекрасной женой и переживания беспочвенны.

Приятно.

— Тогда познакомься с ней. Не забывай, она скрывалась столько времени, выжила, когда ее преследовали. Она сильная, уверен, так как она светлая, она не избалованная эгоистка, как твоя сестра, — внезапно заступается за меня Филиз.

Он снова кидает на меня взгляд, будто это все он говорит нам двоим.

— Я ее даже не видел никогда и честно, мне не по себе. До официального представления ее народу осталось совсем немного. Успеем ли мы познакомиться? Как муж, я должен буду сопровождать ее на бал. Защищать ее. Быть преданным ей, верным. А еще он написал, что у нее уже есть два сильных мужа из темных, представляете?

Фил закашивается и оторопело смотрит на меня. Пожимаю легонько плечами.

Поднявшись с кровати, я подхожу к Марко и сажусь перед ним на корточки, оперев одно колено в пол.

— Может и правда она не так плоха?

Опять переглядываюсь с Филом. В его глазах понимание и доля грусти.

Чувствую, как колит в груди.

— Чего от нее ждать? — я вижу, как в каре-зеленых глазах друга проскальзывает еще большее отчаяние, — я не могу отказать брату! Но это договорной брак. Брак с будущей правительницей. Я не хочу быть нелюбимым мужем, которого навязали из-за обстоятельств!

Шумно выдыхаю и смотрю растерянно на Фила.

— Фил, закрой пожалуйста дверь, — прошу спокойно.

Фил подрывается к двери.

— Мне выйти? — шепчет, вопросительно смотря на меня.

— Не надо.

— В чем дело? Вы что-то знаете?

— Как минимум то, что со своей женой ты точно сможешь дружить, а дальше, зависит от вас обоих, — говорю мягко, всматриваясь в лицо друга. Его эмоции мечутся, он давно не закрывается от нас.

Марко все еще сидит на кровати, подтянув ноги к телу, поэтому мне приходится задирать голову, так как я продолжаю сидеть на корточках перед его кроватью.

— Откуда ты знаешь? Тебе известно, кто она? — хмурится, даже злится.

Чувствую, как волнением окутывает тело, а ладони становятся липкими.

— Известно, — выдыхаю, нервно прикусывая губу.

И следом, отклонившись назад, я расстегиваю ремень на брюках и просовываю руку, нащупывая реликт.

— Яр, что ты делаешь? — в голосе Марко абсолютное непонимание.

Хмыкаю и все-таки расстегиваю одной рукой брошь, вытягиваю ее на свет и протягивая Марко.

Друг отшатывается от меня и замирает, прикипев взглядом к реликту в моей руке.

— Это ведь шутка, да? — шепчет неверяще.

Уверен, он знает как выглядят реликты. Те самые.

Улыбаюсь сдержанно, даже печально. Отрицательно качаю головой.

Марко неотрывно смотрит на меня таким взглядом, будто его мир сейчас разрушится надвое.

Нехотя, но тянется к артефакту и как только, он сжимает его в большой ладони, лишив меня контакта, личина спадает.

Одежда вновь становится слишком большой, а длинные белоснежные волосы рассыпаются по плечам и касаются пола.

Снова отклоняюсь и плотно затягиваю ремень, чтобы не остаться в одном белье, которое тоже держится лишь на честном слове.

— Ого, какая ты миниатюрная, — восклицает приглушенно Филиз и я повернувшись к нему, улыбаюсь ласково. Наконец, могу.

Но затем, поворачиваю голову к Марко, все так же сидя на корточках перед ним и сталкиваюсь с его глубоким завороженным взглядом, что неотрывно смотрит лишь на мое лицо.

Марко серьезен и мне отчасти становится не по себе. Он так сморит на меня, словно видит что-то мифическое и точно прекрасное.

Все-таки улыбаюсь ему и он отмирает, переведя взгляд на мои губы, а следом, его рука взметнувшись, замирает перед моим лицо, большим пальцем он обрисовывает контур моих губ. Бережно и почти невесомо.

У меня мурашки табуном бегут от этого касания и уже я замираю перед ним.

— Яра Сарта не существует, так ведь? — спрашивает он, даже не моргая, безотрывно глядя на меня, блуждая взглядом по моему лицу.

— Яр Сарт это и есть я, с самого начала.

Марко перемещает ладонь и заправлет мне за ухо прядь волос, что лезет на лицо. Пропускает через пальцы шелковистые волосы, продолжая загипнотизировано смотреть в мои глаза.

— Так и знал, что стоило выйти, — хмыкает со стороны Филиз.

Марко вздрагивает и отпускает мой взгляд.

— Заткнись, Фил, — рявкает и отводит растерянный взгляд. Руку тоже опускает. Бездумно осматривает комнату, — значит, ты знал? — обращается к Филу.

— Знал, — отвечает спокойно.

Марко снова переводит взгляд на меня, пока я поднимаюсь на ноги и отхожу в сторону своей кровати, падаю на нее, облокачиваясь спиной о стену. Поджимаю одну ногу к себе так, как делал всегда Яр.

— И почему лишь один я был не в курсе? — начинает злиться.

— Стечение обстоятельств, — отвечаю ровно.

Марко вскакивает с кровати и метнувшись туда обратно по комнате, замирает передо мной.

Злится, но столкнувшись с моим прямым взглядом, снова теряет свой пыл.

Вздергиваю вопросительно бровь. Я сделала все, что могла, показала, что все будет хорошо, открылась перед ним. Дальше, лишь ему предстоит принять решение.

На этот раз Марко опускается передо мной на корточки, касаясь коленом моей ноги, что спущена с кровати.

Чувствую тепло его тела и сейчас оно ощущается иначе.

Ерошит свои волосы, смотрит пронзительно. Не злится.

— А ты сам… сама, как относишься к тому, что тебя вынуждают брать в мужья меня?

Его голос вроде бы звучит уверенно, даже спокойно, но я слышу в нем отголоски сомнений, переживаний. Я ведь хорошо уже изучила Марко.

— Марко, мы с твоим братом этот вопрос уже обсудили. И в целом, я согласна с тем, что это лучший вариант. Мне нужны гарантии не меньше, чем твоему брату. Мы оба зависимы от народа и их принятия. Относительно тебя, я сперва испытывала не меньшую растерянность, но согласилась, это правильный ход, но только при условии, что ты не будешь против. Я привыкла считать тебя другом и мне будет сложно перестроиться, но думаю, что это вполне возможно.

Марко кивает задумчиво.

— Значит, когда ты пропадала на ночь, ездила к брату? По времени, что ты отсутствовала все сходится, если двигаться с помощью ферза.

— Да.

Марко хмурится. Ему явно не нравится то, что слышит.

— Ты ведь не одна ездила, да? — в голосе проскальзывает сталь, та самая, что есть у его брата.

Улыбаюсь криво.

— Селла!

— Селла, серьезно? Ты не только служила приманкой для выявления предателей, еще и одна до резиденции правителя каталась??? Когда вокруг стаи гуров голодных бегают! — повышает голос Фил.

Я ошалело перевожу взгляд с одного друга на второго и чувствую, как вжимаюсь в стенку.

— Как приманкой??? — таращит на меня свои симпатичные глазищи предположительно будущий муж, — брат написал, что они раскрыли заговор недавно, который был устроен одним из его советников. Это случилось как раз…. Скажи, что ты не была там? — сощуривает глаза Марко.

— Так, Марко, Фил, остановитесь! — я выставляю ладони перед собой, — вы забываете кто я, и какая на мне ответственность. Я не могу позволить себе быть беззаботной девочкой студенткой и думать лишь о том, как не завалить экзамены и с кем из мальчиков пофлиртовать.

Марко раздраженно выдыхает.

Фил падает рядом на мою кровать. Вижу, тоже раздражен, но сопит, терпит. Видимо сказывается то, что он давно в курсе.

Но затем, он заключает мою правую руку в свои теплые ладони и поднеся к губам, бережно целует.

Прямо на глазах у Марко.

— Фил, ты не охренел? — рявкает Марко, вскакивая на ноги.