Преданная истинная черного дракона

Глава 13. Злополучный браслет, чтоб его…

Тяжелые шаги за моей спиной придают решимости.

Я не могу позволить кому-то что-то решать за себя.

Не для того я убегала, не для того я оборвала все нити!

Нет!

Я не стану заложницей в замке черного дракона, пускай даже он мой истинный. Или я его!

Я не хочу быть всего лишь «одной из»! Не хочу быть наложницей для бесконечного рождения чужих наследников!

Я хочу любви! Семьи! Пускай небольшой, но своей! А к жестокому князю я не вернусь! Никогда! Лучше смерть!

Стоит мне коснуться запястье правой руки, как внутри отдается тоска. Странное чувство тупой боли, разрушенных надежд и глупой девичьей любви, которую растоптали и унизили. Но оно все равно выжило.

Нет! Так не пойдет!

Я просто делаю глубокий вдох и опускаю ладонь и запястье в кипяток. Секунду или две я ничего не чувствую, а вот потом…

Острая, жалящая, раскалённая до предела боль пронзает руку. Такое чувство, что кожу жжет драконьим пламенем.

Больно, демоны, как больно.

Я дергаюсь, взвизгиваю от боли, теряю равновесие и валюсь на пол.

Попутно тяну за собой и ведро с кипятком.

Отчаянно скулю от боли и страха.

Сейчас вся эта огненная вода выльется на меня, окатит с головы до ног… и я умру… наверное, от боли…

Не успеваю об этом подумать, как чьи-то крепкие руки подхватывают меня за талию, легко приподнимают, словно я ничего не вешу.

Сквозь пелену бессильных слез я вижу размытый силуэт лорда Гриффита.

Он крепко прижимает меня к груди и вместе со мной перемахивает через кухонную перегородку. А опускается уже в зале и сразу на две ноги, продолжая прижимать меня к себе.

Вот это сила. Вот это мощь. Вот это скорость реакции.

— Лиана! — лицо Сондры бледнеет, а зеленые глаза вспыхивают беспокойством. — Что случилось? Вот демоны!

Она вскакивает со стула, не обращая внимания на бубнеж публикана, бросается ко мне и осторожно касается моей обожжённой руки.

— Демон, демон, демон! — шипит она, осторожно отлепляя тончайшее кружево от сваренной вкрутую кожи на моем запястье.

— Я бы попросил вас не выражаться! — поднимается вспотевший до нитки лорд Кречет. Но на него уже никто не обращает внимания.

— Игнис! — рявкает полковник. — За лекарем, быстро!

Один из офицеров коротко кивает и выскакивает за дверь, впуская в таверну лёгкий морозный ветерок с россыпью снежинок.

— Сейчас, сейчас, — Сондра осторожно усаживает меня на стул и злобно зыркает на полковника.

Но тот не отходит ни на минуту.

— Что случилось? — Сондра убирает с моего взмокшего от боли лба прилипшие пряди. — Как это произошло?

— Я не знаю, — закусываю губу, стараясь не смотреть ни на кого. — Я зацепила ведро с кипятком, а потом… не помню…

— Да? — Сондра подозрительно щурится. Но держит свои сомнения при себе. Спасибо «сестра».

— Надо снять браслет, — рычит рядом полковник, успевший присесть передо мной на корточки.

Да что б ему… провалиться!

Чего он привязался к моему браслету?

Закусываю губу до боли и с ужасом жду, что он будет делать дальше.

Но он медлит. Удерживает обожжённую руку под локоть и чего-то ждет.

Все они ждут.

Чего?

Вскидываю вопросительный взгляд на Сондру, и она вздыхает с такой интонаций, словно я маленькое неразумное дитя, и мне все надо объяснять.

— Давайте дождёмся лекаря, — Сондра отходит от меня, проходит на кухню и гремит выдвижными ящиками.

— Браслет раскалился до красна! Не думал, что у вам такая сильная магия, мисс Дьюбери, чтобы нагреть воду в деревянной кадке до такой температуры, что драконий огес раскалится!

Драконий огес⁈

— Мммм, — стону от боли и разочарования в себе. Ну как я могла ТАК оплошать? Нужно было приложить меньше усилий для кипячения воды! Драконий огес — один из самых прочных сплавов в мире. Именно из него драконы куют свои защитные и брачные браслеты, ведь он может выдержать драконье пламя и не расплавиться. А я, дуреха, раскалила его до красна! Вот что значит испугалась!

— Сейчас полегчает. Немного, — Сондра возвращается ко мне, сжимая в руке целую россыпь амулетов. — Держи!

Она осторожно, едва касаясь ссыпает прохладные камешки мне в ладонь и хмурится.

— Да, — наконец, кивает она. — Браслет придется снять, Лиана. Иначе ты лишишься руки!

Три пары напряжённых и заинтересованных взглядов пересекаются на мне. В одних горит зелёный огонь сочувствия, в других золото едва сдерживаемой ярости, бесцветные глаза пуритана выражают лишь раздражение, а офицер морщится от брезгливости смешанной с досадой и сожалением.

— Снимай браслет, Лиана! — выводит меня из сонного оцепенения злой голос Сондры.

Я вспыхиваю, роняя охлаждающие камешки из обоженной руки и дергаю браслет вниз.

И снова все взгляды в комнате обращены ко мне. Практически прикованны к моему обнаженному запястью…