Твой номер один

Глава 30

Анна

Папе я в очередной раз соврала. Сказала, что проведу время с Исой, которая вместе с мужем оказалась в Париже проездом. И ничего, что сейчас эта сладкая парочка отдыхает на островах. Иса все равно редко постит истории, наслаждаясь свободным от спорта временем, а мой папа еще реже проверяет соцсети, так что мне ее даже предупреждать о сговоре не пришлось. Тем более что расспросов мне было бы не избежать, а сейчас я не хотела бы тратить ни одной лишней секунды прекрасного вечера.

– Ваш дом… – подав Алексу руку, я выбираюсь из автомобиля и застываю с приоткрытым ртом, когда, миновав массивные ворота, мы оказываемся на частной территории. – Он… прекрасен.

На самом деле, он похож на историческую неприступную крепость и кажется неприлично огромным.

– Спасибо, повторишь это маме, ей будет приятно, – посмеивается Де Виль, видимо, намекая мне, с чего начать светский разговор. Но вместо того, чтобы хоть немного выдохнуть, я начинаю нервничать еще больше. – Ее, кстати, Светлана зовут. Папа, уверен, сам представится, а моего брата ты и сама знаешь.

Я нервно киваю. От страха мозг отказывается работать, и мне приходится приложить усилия, чтобы формулировать предложения.

– Здесь все такое… большое, – я немного хмурюсь, разглядывая высокий фонтан перед входом в дом, деревья, высаженные по периметру явно согласно глубокой задумке ландшафтного дизайнера, и причудливые статуи, которые не очень подходят имиджу самого Де Виля, но, вполне вероятно, под стать другим членам его семьи. Наверное, будь это особняк Алекса, снимки которого я видела в интернете с высоты птичьего полета, каждый свободный метр занимали бы корты и тренажеры.

На мое замечание он, к слову, приглушенно смеется и, не стесняясь, целует меня в висок. Я все еще забываю сделать вдох каждый раз, когда он выкидывает нечто подобное. Тяжело привыкнуть к такому Алексу Де Вилю.

– Это ты еще у меня в гостях не была. Но я думаю, мы успеем заглянуть туда после…

– Алекс! – раздается вдруг громкий радостный возглас. – Неужели мой блудный сын вернулся?

Я тотчас отпрыгиваю от Де Виля почти на метр, будто нас застали за крайне развратными действиями. Голова кружится от всего – легкого аромата парфюма Алекса, горячего прикосновения его губ, адреналина от внезапной поездки и осознания того факта, что он привез меня домой к родителям. И это именно его мама с эффектной короткой стрижкой в светло-розовом вечернем платье из последней коллекции Dior сдержанно машет нам ладонью с балкона на втором этаже, как принцесса Диана, приветствующая своих подданных.

– Добрый день! – отвечаю тоже на русском, но слишком тихо, чтобы она услышала, и тут же откашливаюсь, чтобы звучать громче. – Точнее вечер или…

– Проходите в дом, – она улыбается безумно приветливой улыбкой, от которой в груди растекается приятное тепло. Понятно, обаяние у Алекса явно от матери.

– Пойдем уже, Ань, – смеется тот, снова целуя меня теперь куда-то в ухо, а я лишь толкаю его в плечо. – Что?

Ответить ему о том, что мне страшно до чертиков, что я никогда не знакомилась с родителями парня, потому как и парня-то у меня никогда толком не было, и что почти готова упасть в обморок, я ему не успеваю, так как навстречу нам, уже сбегая по лестнице вниз, несется его младший брат.

– Приве-е-ет! – вопит он во весь голос на французском и в обход Алекса врезается с объятиями в… меня?

Я даже не успеваю среагировать, как крайне тактильного парня уже оттаскивают от меня за ухо.

– Ай! Алекс, отпусти!

– Отпущу, как только пообещаешь прикрутить свой регулятор дружелюбности.

– Чтобы с такой кислой рожей, как у тебя ходить?

Я не могу не улыбаться, глядя на эту перепалку между братьями. Одновременно сильно похожими между собой и нет. Как две разные стороны одной медали. Даже в мельчайших повадках: насколько острый бывает у Алекса взгляд, настолько же мягкая у Кристофа улыбка.

– Алекс, заходите все же в дом, – я бы не удивилась, если бы это дворецкий появился в дверях особняка Де Вилей в черном фраке и заговорил на идеальном французском, но, судя по кудрявым темным волосам и смуглой коже, передо мной стоит отец Алекса. На вид суровый, и я даже невольно напрягаюсь под его взглядом. – Светлана и так гоняет нас от накрытого стола уже часа два, сжалься над нами.

Но после этих его слов меня слегка отпускает. Парни смеются, а я, будучи зажатой между двумя братьями, выдавливаю какую-никакую улыбку. Поднимаюсь по лестнице и делаю глубокий вдох перед тем, как войти. Алекс придерживает для меня дверь, и даже Крис изображает джентльмена, едва не зацепив лбом землю в смешном поклоне. Чтоб их. Я делаю шаг вперед, крепко жмурюсь на миг и…

– Алекс, ты представишь нам уже свою гостью? – слышу голос его отца. – Твоя мама изнемогает от любопытства, насколько она вообще может изнемогать.

А дальше все происходит как в тумане. Осторожные объятия, которые дарит мне мама Алекса. Поцелуй на тыльной стороне руки от его отца, который представляется Сержем. Горящие щеки и слезящиеся не пойми с чего глаза у меня. Едкие шуточки Криса, который советует смотреть за мной повнимательнее, пока тот ошивается рядом, потому как я могу попасть под его обаяние и понять, что выбрала не того брата. И сдержанное молчание Алекса, что коротко отбивает все подачи его родственников. Эффектно, но… я все еще в напряжении, так как не знаю, чего от него ожидать.

Не пожалел ли он, что привез меня с собой? Понравилась ли я его родителям? То, что я нравлюсь Кристофу, даже слепой поймет, но как к этому относится Алекс? Не слишком сильно его это раздражает? И следует ли вести себя построже с его братом, чтобы тот перестал бросаться двусмысленными намеками?

– Мам, пока вы с Синтией в очередной раз разогреваете ужин, – а Синтия, по всей видимости, это та милая женщина, что унесла блюда из гостиной, пока Алекс торжественно вручал маме красную коробочку Cartier. Еще и наплел, что мы вместе подарок выбирали, когда Светлана, заглянув под крышку, трижды повторила, как ей нравится браслет. – Мы с Аней прогуляемся, а то вы напугали ее.

– Что? Нет-нет, – спешу отрицать очевидное, но Алекс толкает меня ближе к себе, и мне приходится уткнуться лицом ему в плечо. – Ну ладно, – бормочу следом, сдаваясь.

– Вы такие милые, что меня сейчас стошнит радугой, – комментирует Крис.

– Я тебя сейчас отшлепаю, Кристоф Де Виль, – вижу, что Светлана угрожающе щурит глаза, глядя на младшего сына. – Не привез домой на праздники девушку – марш помогать на кухне.

– Я временно удаляюсь, – отвечая на входящий звонок, сообщает отец Алекса на русском с сильным акцентом. Они все разговаривают на какой-то дикой смеси двух и даже трех языков, если считать английский, на котором Светлана вела диалог с Синтией, что у меня кружится от происходящего голова.

– Сбегаем. Сейчас, – командует Алекс, и мы осторожно пятимся назад, пока его мама отчитывает брата и размахивает руками, позвякивая новым браслетом. А в коридоре Алекс берет меня крепко за руку и резко тянет за собой. И мы, смеясь, как два подростка, которые сбежали со школьных уроков, несемся на задний двор, мимо бассейна, чтобы поймать предзакатное солнце, раскидавшее теплые лучи на… корте?

Да, Алекс привел меня на один из личных дьявольских кортов, где провел, наверное, бесконечное количество часов.

Я выжидаю несколько секунд, перед тем как сделать несколько неторопливых шагов. Пружиню на носочках, чтобы лучше прочувствовать покрытие.

– Значит, хард? Не грунт? – лишь слегка обернувшись через плечо, говорю Алексу.

– Грунт у меня дома. У родителей хард.

– Удивлена.

И я тут же возвращаю взгляд перед собой, теряясь в зелени корта и холмистой местности за его пределами, вид на которую в оранжевом вечернем свете по-настоящему завораживает. Улыбаюсь, наслаждаясь свежим воздухом, отсутствием границ и близостью человека, который открывает для меня новые горизонты. Подкидываю невидимый мяч в руке, затем еще раз и замахиваюсь воображаемой ракеткой, чтобы совершить подачу навылет.

– Эйс! – сама комментирую, сама радуюсь.

Не останавливаю эту странную игру. Делаю еще один замах, понятия не имея, что за моей спиной делает Алекс и что обо всем этом думает: крутит ли он у виска, смеется или наблюдает за мной.

– Лав! – наконец торжественно произношу спустя какое-то время, когда обыгрываю несуществующего соперника, что не взял ни одного очка в этом немного сумасшедшем гейме. Подхожу ближе к сетке, пожимаю проигравшему невидимую руку. Смеюсь в голос – расслабленно и с удовлетворением, накрываю ладонями лицо. И тут же задыхаюсь на вдохе, когда, сделав шаг назад, врезаюсь в твердое тело. Горячие ладони обжигают мои бедра сквозь плотный хлопок платья, пока прокладывают себе путь ниже и…

– Алекс, – шепчу ужасающе тихо, как будто нас могут подслушать. Знаю, что от окон, выходящих на эту сторону дома, он закрывает меня своей массивной фигурой. Но его рука слишком настойчиво задирает спереди платье и уже гладит меня между ног через тонкое шелковое белье, которое почти не ощущается на мне. Зато все остальное ощущается очень даже… – Могут увидеть…

Не могу перестать об этом думать. Пытаюсь повернуться к нему, но он лишь сильнее удерживает меня на месте свободной рукой. Почти больно. И так же нетерпеливо впивается своими губами в мои, чтобы я замолчала.

– Все хорошо, они заняты. Нас не видно.

Я едва удерживаюсь в реальности, когда он убирает в сторону белье, раздвигает большими пальцами мои складки и касается там, где больше всего нужно и хочется. Приходится прикусить губы, чтобы не застонать в голос.

– А к-камеры? – уже врезаясь затылком в его грудь, произношу я.

– Записи просматривает только наша охрана, а ребята там не из болтливых.

От осознания, что сейчас за нами, возможно, еще и наблюдают, я вспыхиваю только сильнее. Хочу возразить, честно собираюсь остановить Алекса, но мой протест быстро тонет в расползающемся по телу жару, который поднимается снизу.

– Расслабься, малыш, – шепчет он, оставляет осторожный поцелуй на моем плече и прикусывает мочку уха, заставляя меня задрожать.

– О мой… – остаток фразы втягивается с воздухом в легкие, когда пальцы Алекса после недолгой прелюдии проникают в меня. Неглубоко, но ощутимо. Сразу два. И им явно тесно во мне.

Мои веки давно опущены, и под ними взрываются огни.

– Держись за сетку, – командует Де Виль. – Сделаем вид, как будто мы романтики и смотрим на закат.

– Ты дьявол, Алекс, – шепчу, всхлипывая от удовольствия, когда он толкает свои длинные пальце глубже, не забывая уделять внимание клитору.

Он делает несколько поступательных движений, чтобы я привыкла. Вынув их, тут же хлопает по нижним губам. А после, когда я хнычу, умоляя о большем, в жадном, почти безумном темпе снова атакует меня пальцами, но теперь двигает ими из стороны в сторону. И вмиг нарастающее удовольствие почти молниеносно толкает меня за край.

Я кончаю громко для пустого корта, но, надеюсь, достаточно сдержанно для того, чтобы родители Алекса не услышали меня и не причислили к списку падших женщин. Перед глазами все еще летают разноцветные мушки, в ушах слегка звенит. Я пытаюсь быстрее отдышаться и прийти в себя, пока Де Виль поправляет мое платье и свой твердый член, упирающийся в ширинку джинсов.

– Что? – спрашивает он, потому что я смеюсь.

Я наконец отталкиваюсь от сетки и отпускаю ту, полностью оборачиваясь к Алексу и глядя на него снизу вверх. В который раз убеждаюсь, что он невероятно красив, но с каждым новым только сильнее влюбляюсь в него.

– Наверное, я больше никогда не смогу равнодушно касаться сетки, не вспоминая о… – глубокий вздох, – об этом.

– О том, что ты кончала на мои пальцы, цепляясь за сетку, как за жизнь? – он дьявольски сексуально ухмыляется мне.

– Алекс, Аня! Пора к столу! – его мама появляется в окне напротив нас так же внезапно, как и исчезает потом.

– Черт, – я накрываю ладонями горящие щеки и прячу лицо у него на груди. – Я не могу просто подняться к твоим родителям, после того как две минуты назад…

– Можешь, – перебивает меня он. – И сделаешь это. Потому что ты кто?

Я позволяю ему толкнуть мой подбородок вверх и вопросительно смотрю на него в ответ. Немного хмурю брови в ожидании, что он продолжит.

– Кто я? – спрашиваю, потому что он молчит.

Его девушка? Будущая первая ракетка?

– Мисс Филатова, которая может все.

Ладно, этот ответ тоже засчитан.

Затем он снова целует меня нежно и коротко и ведет обратно в дом. И, конечно, я не могу противостоять ему после подобных слов. Потому что Алекс Де Виль и правда заставляет меня поверить, что рядом с ним для меня нет ничего невозможного.