Ведьма Пепельных туманов

Глава 16

«Конечно, я видел, как она колдует. Как этого можно было не заметить, когда ребенок сам по себе летает, лечит царапины, склеивает одним взглядом посуду или усмиряет животных? Только слепой и тот, кому безразлично, мог не заметить подобного. Я не был ни тем ни другим. Я очень тщательно следил за дочерью. Иногда во мне вспыхивала любовь и забота к ней. Всё-таки она была моим ребенком, но почти сразу я вспоминал, кто ее мать, и все чувства сметала жгучая ненависть и досада, а еще тягучая тоска. Я так и не смирился с уходом Аэрин. Отдушиной стала моя младшенькая дочка. Она была похожа на меня, и я боялся, что ее ждет такая же судьба, как и меня. Мне хотелось оградить ее от этого, поэтому я баловал Джинею, позволял ей все, что она хочет. Избаловал? Глупости, женщина должна быть капризной и требовательной, если это не так, значит, вы ей не интересны! Я уж об этом знаю, как никто другой. На своей шкуре испытал кротость и показное великодушие, на деле оказавшееся обычным безразличием. Все-таки как бы я ни уважал королевскую семью, но считаю, что в прошлом они сделали большую ошибку, издав закон, запрещающий преследование ведьм. Они не должны жить среди нормальных людей, в этом я полностью уверен!»

Из воспоминаний барона Маркоса Куинна

Интересно, как это–сначала видеть одну картину, а потом совершенно иную? Для меня это так и останется пока загадкой, так как я могу видеть только туманы вокруг, весь остальной мир для меня скрыт ими.

Если в обычном мире где-то стоит, например, забор, а в туманах на этом месте пусто, то я пройду сквозь этот забор, даже не увидев и не заметив его. Просто туманы – это что-то вроде явления, которое существует вне обычного пространства нашего мира.

Вообще говоря, с этим явлением не все так просто. Возникло оно очень давно и поначалу никак не влияло на внешний мир, но с тех пор прошло много времени.

На самом деле туманы – это колдовская сила, оставшаяся после смерти ведьм и колдунов. Когда ведьма умирает, ее принято сжигать. При сгорании из тела выделяется скопившаяся за годы сила, а пепел впитывает самые важные знания и становится не совсем материальным, приобретая некоторые колдовские свойства. То есть он перестает быть обычным прахом, став нематериальным вместилищем информации. Оставшаяся после смерти ведьмы сила стремится воссоединиться с другими… останками? Даже не знаю, как правильно назвать. В общем, долгое время такие вот крохотные кусочки сил сливались, пока не разрослись настолько, что заимели нечто вроде примитивного сознания и силы, способной менять реальность себе в угоду. Правда, менять эту реальность туманы могут только на своей территории.

И нет ничего удивительного, что в туманах зародилось столько странных существ. Мышление у ведьм и колдунов всегда было несколько своеобразным. И это передалось и туманам.

И не нужно путать туманы со скоплением душ. Это совсем не так. Души умерших людей, имеющих колдовскую силу, всегда отправляются дальше в великий круговорот. Туманы – всего лишь сила, или энергия, у которой есть некое подобие разума. Можно это даже назвать волей.

Наверное, пройдет еще тысяча лет, и туманы обретут полноценный разум, превратившись тем самым в какое-нибудь божественное существо, но пока этого не случилось.

– Что это? – ожил наконец Брайан, взяв себя в руки. Он даже ради эксперимента отпустил мою руку, убедившись, что после этого картина сразу меняется.

– Вы ведь знали, на ком женитесь, верно? – спросила я, почему-то несколько заволновавшись. А вдруг открывшееся станет слишком непонятным и пугающим для Брайана и он решит, что стоит держаться от меня подальше? Не хотелось бы, ведь я только недавно обрела тех, с кем можно спокойно поговорить. Да и что скрывать, общение с мужем и его присутствие всегда меня сильно волновало. Но волнение то не раздражающее, наоборот, весьма приятное. – Это туманы.

Брайан глянул на меня, и я заметила, как в его глазах промелькнуло легкое раздражение.

– Это ни о чем мне не говорит, – хмуро сказал он, сжав мою руку чуть сильнее. Видимо, ощутив мой порыв убрать ладонь.

– Это такое явление. Я не могу объяснить это вам сейчас, просто вам нужно принять, что рядом со мной всегда будут они. Туманы не причинят вам вреда, поверьте мне. И ваш замок… это их заслуга, – я решила пока не открывать всей правды. Брайан хоть и выглядел спокойным, но мне казалось, что он просто не показывает всех своих чувств. – Пойдемте, я познакомлю вас кое с кем.

– С кем? – тут же заинтересовался Брайан, послушно двигаясь следом за мной. Он с интересом поглядывал по сторонам, явно удивляясь тому, что у него во дворе откуда-то взялись густые кусты или же и вовсе молодые деревья. – Куда деваются постройки? – он оглянулся. – И замок, – добавил он.

Я тоже оглянулась через плечо. Замка, как обычно, больше не было. Меня это совершенно не взволновало. Когда он будет необходим, туманы сами нас к нему выведут.

– Я не могу точно объяснить, как это работает, – ответила я, смущенно улыбнувшись, желая таким способом извиниться за свою неосведомленность. Я узнала многое о туманах, но не все могла облечь в привычные слова. Некоторые вещи так и остались на уровне ощущений. – Воспринимайте это чем-то вроде кусочка другого мира, который наслаивается на привычный для вас мир. Увидеть этот кусочек можно только с моей помощью. Пройти сюда и выйти отсюда тоже можно только вместе со мной.

– Почему только с вами? Тут вообще, кроме вас и меня, люди еще есть? – Брайан с некой опаской поглядел на размытую фигуру, которая очень быстро скрылась в туманах. – Кто это? Тут опасно?

– Нет-нет, для нас с вами тут неопасно, милорд, – поспешила я успокоить его, сжимая пальцы чуть сильнее. И пусть в держании его за руку больше необходимости не было, но ощущение мне понравилось, поэтому разрывать контакт я не спешила. – Это существа, которые живут здесь. Других людей, кроме нас с вами, тут нет. А почему только я…

Я не знала ответа на этот вопрос, поэтому тут же попыталась «вспомнить». Голова вспыхнула болью, а я негромко застонала, покачнувшись. В этот раз было больно так же, как и тогда, когда я пыталась вспомнить о туманах.

– Что с вами?– всполошился Брайан, обнимая меня и не давая тем самым упасть. – Вам больно?

– Немного, – призналась я, слабо улыбнувшись. – Некоторые знания даются весьма болезненно, – поделилась наболевшим, хотя пояснять сказанное не стала. – Вы спрашивали меня, почему только я. Так вот, все очень просто. Когда-то давно моя прародительница родилась в туманах. Она изначально была рождена с подобной силой.

– Так вы не ведьма? – сделал вывод Брайан, глядя на меня со странным выражением в глазах.

Я вздохнула.

– Почему же, самая настоящая, – кажется, это впервые, когда я в открытую признала и свою силу, и свое происхождение. Впрочем, о втором я узнала пять минут назад. И не сказать, что я не удивилась. Однако это знание ничего не меняло. Я – это всего лишь я, так что одной странностью больше, одной меньше, без разницы. – Но таких, как я, еще называют вёльдами.

– И много таких вёльд? – поинтересовался мой муж, позволяя увлекать себя все дальше и дальше.

– Одна. Не бывает двух вёльд одновременно. Вернее, бывает, но после рождения второй родительница в скором времени… – я сглотнула, только сейчас подумав, что это знание открывает мне самую желанную правду о том, куда же делась моя мать, которую я в детстве так желала иметь. – Она умирает.

– Мне очень жаль, – проникновенно прошептал Брайан, а потом обнял меня, притягивая к себе ближе. И я только в этот момент осознала, что мы мало того что стоим, так я еще и расплакалась, хотя сама этого не поняла.

– Все в порядке, – спустя некоторое время я отстранилась, смутившись, наконец, внезапных объятий. – Не знаю, что на меня нашло, – я попыталась улыбнуться. Вышло, наверное, жалко, поэтому я поторопилась отвернуться и снова потащила за собой мужа. – Пойдемте, милорд. Я уверена, такого вы никогда еще не видели.

– Не сомневаюсь, – хмыкнул позади Брайан.

Когда мы вышли к озеру, то поначалу все было тихо и спокойно, отчего я даже засомневалась, что мигары покажутся нам.

– И что тут…

– Смотрите, – шепнула я, сама впервые увидев тех самых водных лошадей.

Они одна за другой выскакивали из воды. Кто сразу на берег, кто так и остался гарцевать на водной глади. Казалось, мигары красуются перед нами. Они поворачивались то одним боком, то другим, изгибали шеи и вытягивали изящно длинные ноги, кося на нас игривыми и заинтересованными глазами.

– Какие… – Брайан явно был впечатлен. Еще бы, не каждый день увидишь лошадей, сотворенных из прозрачной воды! – Красавцы.

– Госпожа, – рядом возник Ингрэйг, заставив Брайана резко обернуться и напряженно застыть. – Ваши мигары к прогулке готовы.

Только сейчас мы увидели, что сновдаль держит под уздцы двух нетерпеливо гарцующих лошадей.

– Прокатимся? – спросила чуть неуверенно, вспомнив, что особо большого навыка в верховой езде у меня нет.

– Отчего же нет? Конечно, – согласился Брайан, все еще поглядывая на сновдаля недоверчиво. – Вы ведь сказали, что людей тут нет. Тогда кто это? – спросил он, когда Ингрэйг, отдав поводья, растворился в туманах. Правда, в этот раз он просто ушел, видимо не желая слишком нервировать моего мужа своим эффектным распадом.

– Существо из туманов, – ответила я. – Он сновдаль. Рожденный из снов и кошмаров. Вы лучше помогите мне, милорд, взобраться на лошадь. Увы, я не обладаю большим талантом в верховой езде.

Я постаралась отвлечь мужа, не желая пока отвечать на все его вопросы. Кажется, он тоже это понял, но дальше расспрашивать не стал.

– С удовольствием, моя леди, – Брайан подошел ко мне сзади, подхватил за талию и, словно я ничего не весила, усадил в седло, заставив меня зардеться.

– Это было… неожиданно, – я поспешно восстановила сбившееся дыхание.

– Вы сами просили, – улыбнулся муж, взлетев в свое седло так, будто притяжение земли для него ничего не значило. Выглядело это очень красиво.

В этот момент я подумала, что никто из нас так и не заметил, когда наши руки расцепились. Просто за последние минуты мы столько раз соприкасались телами, что даже не обратили на это внимания.

– Вперед, – попросила я лошадь, с неким сожалением вспоминая о теплой ладони мужа.

Мигара тут же плавно начала бег, который все ускорялся и ускорялся, пока окружающий мир не расплылся в непонятное пятно. Я пригнулась, удивляясь, что при такой скорости ветер не так уж и силен. Чуть скосив взгляд, увидела, как рядом мчится Брайан, выглядевший сосредоточенным, но в то же время восхищенным.

В какой-то момент мне захотелось видеть не только окружающие нас туманы, и мы буквально вылетели из них в обычный мир. Сзади послышался шум. Я оглянулась, только сейчас понимая, что весь табун следует за нами. Зрелище, завораживающее и пугающее своей дикой волшебной красотой.

Брайан тоже увидел это и вопросительно глянул на меня. Я же, пожав плечами, снова пригнулась, позволяя мигаре мчаться во весь опор. И тогда я увидела легкую дымку, окружающую нас, и почти сразу поняла, что она защищает нас от чужого взгляда, ведь мы теперь были в реальном мире. А раз так, то можно и прокатиться.

Леса, луга, деревни, замки. Мигары мчались, увлекая нас все дальше. Ни одна лошадь не смогла бы бежать с той скоростью, с которой передвигались эти дети туманов. Восторг, чистый и искрящийся. Он пузырился в крови, заставляя улыбаться.

Правда, я понимала, что долго оставлять без воды мигаров нельзя, поэтому спустя пару часов мы повернули обратно, увлекая весь табун за собой. Эту прогулку я точно никогда не забуду. Судя по лицу Брайана, он тоже.