Ведьма Пепельных туманов

Глава 44

«Первая близость. О, сколько в этих простых словах скрытого и волнующего смысла. Тогда мне казалось, что мне легче умереть, чем позволить ему коснуться меня в таком смысле. И нет, мне не было противно или что-то подобное, просто я думала, что не смогу перенести этого. Его поцелуи сжигали меня, а что со мной могло случиться после полноценной близости? Мне было страшно, казалось, что та буря, что жила под моим сердцем, сметет меня, раздавит своей силой, разбросает осколки моего сознания, которое я потом не в силах буду собрать обратно. Всё обошлось, но тогда я поняла, что сила моих чувств даже больше, чем я подозревала».

Из воспоминаний Арлет Каннингем-Куинн

Тянуть больше было нельзя. Я резко встала с кровати, отчего у меня даже голова закружилась, и сделала несколько шагов в сторону двери, соединяющей две смежные комнаты в замке. Сделала и снова замерла, нерешительно обхватив себя за плечи.

Отчего-то вполне удобная до этого сорочка показалась холодной и мокрой. Совершенно неуютной. Я опустила взгляд. Белоснежная рубашка доходила до самого пола. Никаких украшений и рюшек – ритуальная одежда. Тело под ней вымыто до блеска. Волосы я высушила и не стала собирать. Почему-то мне показалось, что это будет выглядеть смешно – такая вот рубаха и заплетенные в прическу волосы. Нет, нужна полная открытость. Хотя открытость, наверное, подразумевает обнаженность, но прийти к мужу без всякой одежды на теле было выше моих сил.

Сделав еще несколько шагов к двери, подумала, что, наверное, выгляжу в таком смешно. Переодеться? Какая, в самом деле, разница, в чем я приду, если потом на мне не останется ничего? В таком случае почему бы не в обычном платье?

Нет, нет, нельзя. Я же читала, что этот момент важен. Нужно просто перестать думать и беспокоиться. Я понимала, что на самом деле волнуюсь вовсе не из-за какой-то одежды и распущенных волос, а по совершенно иному поводу.

Никогда не думала, что я такая трусливая. Эта мысль отчего-то разозлила. Нахмурившись, я, долго не думая, подошла к двери и распахнула ее, смело делая шаг внутрь комнаты.

Кажется, моих сил хватило только на это. Тело как-то подозрительно ослабло, а ноги задрожали. Резко захотелось прислониться к стене, а еще лучше сесть или лечь куда-нибудь.

– Вам плохо? – Брайан, сидящий до этого на кровати, подскочил ко мне и аккуратно прихватил под локоть. Наверное, моя слабость отразилась на лице, раз муж так быстро все понял. Я хотела что-нибудь сказать, но волнение сжало спазмом горло. Живот закрутило, и это меня почти добило.

Поджав дрожащие губы, я повернулась и уткнулась носом ему в рубашку, словно маленький ребенок, ищущий защиты. Мне было стыдно за свои слабости и волнение, про поведение и говорить нечего, но я ничего не могла с собой поделать.

Брайан не стал смеяться, он просто обнял меня, сильнее прижимая к своему горячему телу.

И чего я так испугалась? Подумаешь, лишиться девственности! Это ведь не жизнь терять! Умом я понимала, но тело реагировала как-то само по себе, и плевать оно хотело на все доводы разума и уговоры.

Брайан не торопил меня, и в скором времени я задышала спокойнее. Буря в теле утихала, и это меня весьма радовало. Я не представляла, как можно заниматься этим, в то время как в животе все скручивает и болит. Или такое нормально и всегда так? Тогда я не думаю, что стану большой любительницей подобного.

– Успокоились? – тихо спросил Брайан, слегка отодвигая меня и рукой поднимая мое лицо вверх. Я кивнула, а он принялся осторожно поглаживать пальцами мой подбородок, потом щеки, а затем медленно зарылся пальцами в волосы на затылке, словно не желал, чтобы я вообще двигалась.

В этот раз поцелуй был таким же горячим, а еще влажным. Неожиданно для самой себя поняла, что это мне очень нравится. Волнение позабылось, растворилось в легком удовольствии, которое словно по волшебству захватило мое тело.

Как мы оказались на кровати, я ни за что не скажу – просто-напросто совершенно не помню. Вроде только что стояли, а уже лежим. А вскоре длинная рубашка, о которой я недавно так сильно волновалась, оказалась болтающейся у меня на талии. И как она там очутилась – я тоже не помню. Зато мне запомнились горячие сильные руки и тяжелое тело сверху. И тяжесть эта была неожиданно приятной и правильной, будто до этого момента жила только для того, чтобы ощутить эту правильность. И так естественно было закидывать голову, позволяя мужу целовать шею. Раскидывать ноги в стороны, чувствуя, как сильные пальцы оставляют небольшие отметины на бедрах.

В себя я пришла только тогда, когда ощутила боль. На мгновение мне даже показалось, что ничего не выйдет, ведь, судя по ощущениям, между ног у меня была прямо какая-то стена. Я вскрикнула, напрягаясь, и попыталась выскользнуть из-под мужа. Мне хотелось сказать, что ничего не получится, что, видимо, я какая-то неправильная и у меня нет того, что есть обычно у женщин. Но слова не шли, так как от нахлынувшей паники я задохнулась и задрожала.

Все же мои попытки не остались незамеченными. Брайан обхватил меня сильнее, что-то зашептал на ухо хриплым срывающимся голосом и толкнулся еще раз, весь напрягаясь.

Перед глазами вспыхнуло белым, а потом потемнело. Боль резанула по позвоночнику, и я поняла, что он провалился. Не позвоночник, нет, а муж. В меня. В мою глубину. Внутрь моего тела. Это было странное ощущение, ни на что непохожее.

Я распахнула глаза, смотря невидящим взглядом в потолок и приоткрыла рот в беззвучном крике. Кажется, я плакала, но поняла это только тогда, когда Брайан начал сцеловывать с моих щек влагу, продолжая что-то нашептывать.

Вспомнив, как дышать, я выдохнула, стараясь не разразиться рыданиями. Боль отступила, но меня почему-то колотило, а еще, когда Брайан слегка качнулся, дыхание перехватило от непонятного и необычного ощущения. Не скажу, что было очень приятно, но от одной мысли, что это Брайан там, внутри, тело вспыхивало и замирало в каком-то томлении и ожидании.

Когда губы Брайана накрыли мои, я почувствовала, как муж медленно выходит из меня. Сама толком не понимая, что делаю, я напряглась, словно пыталась удержать его в себе. В награду я получила еще один толчок. А потом Брайан выпрямился, посмотрел на меня каким-то безумным взглядом, подхватил мои ноги под коленями и сорвался.

В первое мгновение я испугалась того, что мне снова будет больно. Но хоть боль и была, но легкая, смешанная с незнакомым ранее удовольствием. В какой-то момент я полностью затерялась в ощущениях. Всего было слишком много. А потом… кажется, я потеряла сознание. Или же мне это только показалось? Просто в какой-то момент пружина, скручивающаяся внизу живота, хлестко выпрямилась, заставляя тело выгнуться и задрожать от горячего жара, прокатившегося внутри.

Кажется, Брайан что-то хрипло нашептывал мне, гладил и успокаивал, но я толком не помню. Мелькнула мысль, что я совершенно забыла о проклятии, которое мы вроде как снимали. Кажется, я должна была о чем-то думать. Но, помилуйте, о чем я могла думать, когда со мной происходило нечто подобное?

Открыв глаза, пару раз моргнула, собирая разлетевшиеся мысли в кучу. Муж лежал рядом, положив чуть влажную и горячую руку мне на живот. Я повернула голову. Он лежал с закрытыми глазами, тяжело дышал, и на его губах витала легкая улыбка. Он явно доволен, и я этому рада.

Оглядев комнату, удивленно открыла рот, а потом и вовсе села. Рука на животе на мгновение напряглась, словно Брайан не хотел меня отпускать, но потом расслабилась.

– Посмотрите, – прошептала я, разглядывая разгромленную комнату.

Брайан тоже сел, с недоумением обводя помещение взглядом. Тут не было больше ничего, кроме мусора. Вся мебель, гобелены, шторы, даже шкура на полу превратились в серую труху. А стены были «украшены» черными потеками, словно кто-то брызгал на них грязью. И только кровать осталась совершенно нетронутой.

– Я ничего не заметил, – поделился Брайан, наклоняясь и подхватывая немного той самой трухи.

Я с интересом поглядела. Надо же, даже щепок не осталось. Такое чувство, что все в комнате попросту стерли в порошок и перемешали.

– Значит, все? – спросил Брайан и посмотрел на меня.

Я тут же вспомнила, что на мне нет никакой одежды (когда муж успел полностью снять мою рубашку, я понятия не имела).

– А как вы себя чувствуете? – поинтересовалась, покусывая от стеснения губу. Хотелось укрыться одеялом, но я понимала, что после того, что было, делать это глупо и странно.

Брайан задумался.

– Знаете, просто прекрасно, – ответил он спустя пару секунд. – Но я думал, что такое со мной из-за того, что произошло недавно, – он впился в мое лицо взглядом.

Я усилием воли заставила себя смотреть в ответ, а потом обратилась к своим чувствам.

– Все верно, – я кивнула, всё же слегка краснея. – Больше на вас нет никаких проклятий. У нас получилось, – я несмело улыбнулась.

Брайан же улыбнулся так широко, что я удивленно замерла, – кажется, он никогда ранее не улыбался вот так.

– Это просто отличная новость, – сказал он, а потом как-то хищно оглядел меня, а потом неожиданно подался вперед, буквально впиваясь в мои губы поцелуем. – Предлагаю продолжить то, на чем мы остановились, – чуть хрипловато прошептал он, когда слегка отстранился.

Я прислушалась к себе, но никакой боли не ощутила, поэтому робко кивнула, опуская глаза. Позже я поняла, что тело все-таки нуждалось в отдыхе, но было уже поздно – муж снова завладел ими всем своим видом показывал, что не оставит меня в покое до самого утра. Впрочем, легкая боль не казалась мне сильной помехой, поэтому я охотно принимала все, что с такой страстью и жаром дарил мне супруг, и старательно отвечала ему тем же. Может быть, получалось у меня пока что не так уж и хорошо, ведь это первый мой раз, но в недостатке энтузиазма меня заподозрить было сложно. Впрочем, как мне кажется, муж остался полностью доволен. Я, кстати, тоже. Никогда бы не подумала, что близость такая приятная вещь.

«А еще весьма трудоемкая», – подумала я, засыпая под утро. Брайан рядом тоже уже сопел, продолжая обнимать меня, словно пытался удостовериться, что я никуда от него не денусь.