Взгляд зверя: его истинная

ГЛАВА 33. Грейси. Особняк

До города мы доехали во второй половине дня. Вернее, почти до города. Особняк клана располагался на окраине, в живописном месте с небольшим водопадиком, кристально-чистым прудом и высокими-высокими деревьями. Удивительно, что рядом с городом есть такие места. Конор сказал, что здесь живёт далеко не вся стая. Просто многие приезжают отдыхать сюда и встретиться с родными, поэтому дом такой большой. А по праздникам вообще не протолкнуться.

На носу не было никаких праздников, но у особняка было очень даже людно.

– Здесь почти все мужчины клана, и самые боевые наши женщины, – пояснил Конор. – По слухам вампиры собираются в большие группы. Мы боимся, что они ловят охотников.

– А разве есть ещё кто-то, кроме меня?

– Я не знаю. Полиция уже выясняет это, – ответил Конор, и мне стало чуточку спокойней.

– Ой, а что это за дерево? Какое большое! – когда мы подъехали вплотную к особняку, я по достоинству оценила все его великолепие.

Огромное, просто невероятных размеров дерево росло прямо с домом, возвышаясь над его крышей. Оно раскинуло пышные лиственные ветви вправо и влево, некоторые нависли над особняком, скрывая половину его в тени.

Неопалимая секвойя, – сказал мне Конор. – Последнее дерево, в котором осталась магия. Его не берет никакое пламя. Оборотни очень боятся огня, наверное, поэтому мы сделали это дерево своим священным символом. Или просто вожак не особо любит загорать. Он посадил это дерево пятьдесят лет назад и с тех пор наслаждается его тенью.

Раньше я видела секвойи, но они должны быть ещё больше, а это дерево, конечно, было просто огромным, но все же гораздо меньше, чем настоящие секвойи. Но какое же оно было прекрасное! Прямо как особняк, который покрывало своими ветвями. Я насчитала целых три этажа и просто кучу комнат. Рядом стояли гаражи для машин, большой бассейн, спортивная баскетбольная площадка и детский парк. Детский парк! Он нам ещё понадобится. Стало вдруг так светло на душе.

Как только вышла из машины, сразу услышала знакомый голос:

– Грейси!

Обернулась… да это же Лиззи! Но что она здесь делает?

– Представляешь, как только ты уехала, ко мне пришли какие-то бледные люди и пытались взломать дверь. Один пытался влезть через окно, но полиция его застрелила, он упал. А потом встал с асфальта и убежал, такая жуть.

– Ужас какой! – ахнула я. – А что это были за люди?

– Вампиры, – сказал Конор у меня за спиной. – Я не снимал охрану с квартиры, подозревал, что они могут наведаться, думая, что ты живёшь там. Как оказалось, не зря.

– Тебя не ранили? – я так испугалась за Лиззи, что прямо вспотела.

– Нет, что ты. Полиция успела вовремя, а потом меня отвезли сюда, – радостно прощебетала Лиззи. И чего она такая веселая? – Давай провожу тебя в комнату. Тут так красиво!

– Я приду позже, навещу тебя, – одобрительно кивнул Конор.

Внутри были ковры, и вазы, и картины, и даже библиотека. Я уловила ее уголком глаза, когда мы поднялись на третий этаж. Конор сказал, что меня поселят как можно выше, чтобы в случае нападения вампирам было сложнее всего пробраться ко мне.

– Они прямо везде. Столько оборотней в одном месте. Жуть, – шепотом сказала я Лиззи, когда мы шли по коридору. Она знала, куда меня вести. Надо же, и суток не провела здесь, а уже заправляет как хозяйка. И когда успела?

– Тсс, они же слышат, – прошептала Лиззи. – Знаешь, какой у них слух?

– Знаю, – вздохнула я. – А этот что за нами идёт? Не помню, чтобы Конор приставил его к нам.

Позади след в след шел высокий мускулистый полицейский, волосы его имели сильный рыжий отлив, а ещё на носу было несколько веснушек.

– Это за мной, – пожала плечами Лиззи. – Говорит, мне нужна особая охрана, вот и таскается. Боится, что на меня нападут ещё раз, а я вроде как потерпевшая. У них наверное такая программа защиты.

– Ага, защиты, – скептично бросила я, скрестив руки на груди. Мы уже дошли до комнаты, стояли около двери. – Слушай, а он тебя случайно не нюхал?

– Что ты имеешь ввиду?

– А то и имею. Защищают они, как же.

– Ну, бывает он принюхивается когда я рядом, но это же оборотни. Нюхают все подряд из работа.

– Так уж и все подряд! – прыснула я. – Будь осторожна, Лиззи. Вот так они ходят, нюхают нюхают, а потом раз, и ты беременна!

– Ой, Грейси, ну зачем же так радикально…

– Помяни мое слово и держись от этого кобеля подальше, – нахмурилась я. Потом демонстративно отворила в дверь комнаты и демонстративно вошла внутрь.

– Отдыхай, Грейси, – поцеловала меня в щёчку Лиззи. – Увидимся с утра. Я обещала Гареду свои фирменные оладьи с мясом. Они все с мясом едят.

Оладьи она ему обещала, ага! Ох, потеряю я свою Лиззи, как пить дать! Уже вертится около нее еще один обольститель. Как бы сердечко не разбил…

И смотрит на меня так сурово, видимо, чует что я его добычу могу переубедить. А вот что он мне сделает? А ничего! Мой избранник – альфа, и я буду говорить подруге то, что посчитаю нужным.

Комната была светлая, просторная, а какая тут кровать!

– Уии! – плюхнулась прямо в середину. Мягкая такая.

Огромное окно открывало вид на водопад и рощицу неопалимых деревьев. День выдался солнечный, в окно заглянули теплые лучи. И что-то меня так развезло… я стала зевать, голова налилась свинцом и меня потащило в сон… я даже не успела разобрать чемодан, так быстро уснула. Ох уж эти гормоны…

Проснулась от стука, когда уже начало вечереть.

– Грейси? – услышала я голос Конора.

Вскочила с кровати. Мамочки, он пришел. Прихорошилась за пару секундочек перед зеркалом… ужас какой, я такая растрёпанная… и на щеке отпечатался вышитый рисунок с покрывала. Нужно смотреть на Конора только одной половиной лица.

– Ой, прости, заснула что-то, – зевнула, прикрыв рот ладошкой. Ну какая я несдержанная.

– Разбудил? Мне уйти?

– Нет, что ты! Проходи…

Вот, он заходит в мое логово, и я закрываю дверь. Как тут закрыть замок, чтобы он не смог открыться? Ох, и о чем я это думаю? Он же никуда от меня больше не сбежит!

Я – его истинная, и единственная у него. Как хорошо от этих мыслей, прямо до щекотки в животе.

– Как тебе комната? Удобная? – Конор оглянулся, оценивая апартаменты. – Я специально выбрал это место. Здесь хороший обзор на двор, удобное расположение, если вдруг нужно будет отступать.

– Куда отступать?

– Не важно. Главное, подальше от врага.

Ах вот оно что! Я думала он оценивает как тут комфортно, а он оказывается тактику рассматривает. Ну почему нужно быть НАСТОЛЬКО полицейским? Но… Как же это сексуально… почувствовала, как раскраснелись мои щеки. Гормоны совсем что-то разбушевались. Да ещё и солнце село и за окном была почти ночь. Романтика…

– Мне страшно, Конор. Что будет завтра? – спросила я.

Конечно, мне совсем не было страшно. Но так хотелось, чтобы он меня пожалел… и обнял, конечно же. Желательно крепко-крепко и долго-долго…

– Пока я рядом, тебе нечего бояться, – Конор подошёл вплотную, замешкавшись.

Ну почему я взяла тогда ружье? Теперь он всегда будет осторожничать? Ну не могу же я сама попросить его себя обнять! Ну это же неприлично…

Пауза… и он обнимает меня ня! Уиии! Ну наконец-то. А я прижимаюсь к нему, встаю на цыпочки, пряча носик в его шею. И вдыхаю его запах. Как же вкусно пахнет, я просто не могу. Это аромат смелости, мужественности, сырых листьев, моря и… так, погодите, машинного масла? Ой, а ещё грецких орехов.

– Конор, ты орехи ел? – спросила его.

– Перекусил парочкой по пути сюда…

– Я их чувствую, такой резкий запах… и вообще все вокруг так сильно пахнет, ужас какой-то.

Мой мужчина сильнее меня обнял и поцеловал в макушку.

– Это ребенок. Пока вы единое целое, ты будешь чувствовать то же, что и оборотни. По крайней мере, запахи – точно.

– Ой и как все воняют тоже?

– И это тоже, – усмехнулся Конор. – Когда рождаешься с таким даром, воспринимаешь его по-другому. Мне придется научить тебя справляться с этим.

– Я хочу, чтобы ты меня научил, – взглянула ему в глаза.

Из большого окна падал лунный свет и буквально купал нас в своих лучах.

– Конор… я не знаю, что будет завтра… может случиться все, что угодно. Но что бы ни случилось… я хочу ещё раз почувствовать, как быть твоей.

Сказала это, и сама испугалась своей смелости. Это не я, это все гормоны! Я только чуть-чуть хотела ещё раз почувствовать его жаркие объятья, честно. И потом, над нами нависла опасность, может мы и не успеем вообще никогда!

Для Конора не нужно было больше никаких уговоров, он в одно мгновение сократил расстояние до моих губ и прикоснулся к ним своими. Как же он умеет целовать… в его руках я просто таю как мороженка. Ну почему он так горячо скользит ладонями по моей коже? Я же совсем растаю и утеку сквозь его пальцы…

– Ах, – сорвался стон с моих губ, выдав желание.

У Конора сверкнул взгляд и он поднял меня на руки. Только бы на кровать понес!

Когда я оказалась на кровати, начал меня раздевать. Я так сгорала от желания, что и сама вполне могла раздеться, но он это делал с таким наслаждением, с такой нежностью, и смаковал каждое движение, что я позволила ему довести дело до конца. В эти пару минут я чуть не сгорела от желания!

Я будто была его любимым фруктом, и он сейчас смахивал с него шелуху… сначала шарфик, потом кофточку, а затем и джинсы… вот сейчас разденет догола и как съест! Ух… между ног все помокрело, а я прямо вся горела. Стало жарко и остро. В воздухе повис густой запах желания.

Клянусь, я его чувствовала! Он был такой… такой… я даже не могла его описать. Но этот запах заставлял буквально все гореть внутри. Наверное, это гормоны.

Конор сразу заметил реакцию моего тела, когда покрывал поцелуями горячую кожу…

– Ну ты же сейчас не в состоянии аффекта? – хитро спросил он.

Вот негодник!

– В состоянии, – возразила я. – Это все гормоны. И этот запах… такой острый… и сильный, что я не могу не хотеть. И сопротивляться нет сил.

– Не нужно сопротивляться, Грейси, – прикосновение к губам… дыхание к дыханию, долгое, страстное…

Конор усыпил бдительность ужасно приужасно романтичным поцелуем, а сам в этот момент юркнул пальцами между моих ног. Сладкий обманщик… Внизу было очень мокро и тепло. Ааах! Как же… хорошо…

Мое тело выгнулась, покрывшись мурашками удовольствия.

И тут Конор отрывается, чтобы раздеться самому. Ну давай же быстрее… футболка, джинсы… ох, а это я уже видела! Такой большой и красивый, как и весь Конор. И бархатный… я протянула ладонь…

– Что, больше не напоминает тебе кролика? – улыбаясь, спросил Конор.

– Нет, скорее больше… Эм… не могу вспомнить…

– Не нужно вспоминать, – Конор мигом оказался рядом и обнял меня голую крепко-крепко, ровно так, как мне нравится.

Какой же от горячий, сильный, его достоинство упирается в мое бедро, но мужчина не спешит…

– Грейси, – говорит он. – Есть шанс, что ты меня полюбишь конда-нибудь? Мы будем родителями этого ребенка. Но не буду ничего скрывать – хочу большего.

– Я тоже хочу честности, – кивнула. – Конор, ты мне очень, очень нравишься. До бабочек в животе. Но любовь… она ведь навсегда и нельзя разбрасываться этим словом. Когда я пойму, что точно-точно люблю, обязательно скажу тебе.

– Хорошо, – он гладил мои волосы, гладил и гладил.

Мы так и лежали голыми, обнявшись, и было так хорошо, так тепло, уютно и безопасно рядом с ним… Я чуть не замурлыкала, как кошечка, когда он начал целовать мои щеки, при этом не переставая гладить по волосам. А потом он уложил меня на спину, и я сама раскрылась перед ним. Когда Конор двинулся вперед, все вдруг так сладко заныло и заискрило, что я застонала ему прямо в ушко.

– Ууух, – выдохнул Конор, ему тоже было очень-очень хорошо.

И продолжил двигаться, не переставая целовать.