Взгляд зверя: его истинная

ГЛАВА 5. Грейси. Отпусти енота

6 лет спустя…

Сегодня мы пошли совсем по другому маршруту и Матильда, вроде бы, совсем не была против. Прогуливались не спеша, только сейчас немного ускорили шаг, потому что мне нужно было поймать енота. Сегодня опять не приехал мусоровоз, и около мусорных контейнеров накопилась куча всякой всячины. Она привлекала голодных зверушек и один из них умудрился порезаться. Я застала его всего в крови, когда он ел что-то из разорванного пакета, енот пытался убежать, но ещё никто не уходил от меня больным и несчастным.

Что уж говорить? Стараюсь помочь всем животным, кто в этом нуждается. Не знаю, откуда это у меня. Отец говорит, что мне просто нечем заняться, мама – что совсем бедовая, а дед размахивает двустволкой, переодевается в старый китель Конфедерации и кричит, что это все гены. Какие гены, я так и не поняла. Ведь он даже не может ответить на вопрос, за кого выступал его прадед – за север или за юг? Наверное, он немного выжал из ума и не совсем отдает отчёт в том, что говорит. Рассказывает всякие сказки о героическом прошлом, о семье, в крови которой течет охотничья кровь, и говорит, что я неправильный охотник, и молодое поколение уже совсем не то.

А я просто не могу смотреть в глаза животным, у которых что-то болит, будто чувствую их боль и хочу, чтобы это прекратилось. К тому же я ощущаю, что могу помочь, и где у них болит, поэтому и поступила на ветеринарный факультет, и скоро мне предстоит уехать в город учиться. Буквально с минуты на минуту – только поймаю это несчастное животное.

– Б-беее, – совершенно справедливо возмутилась Матильда, уставшая ждать, пока я достану из-под мусорного бака дикую зверушку.

Ну конечно, старушке уже четырнадцать лет, не хочется ей переминаться с ноги на ногу около зловонного мусора, когда можно пожевать сочного полевого сена, что я приготовила ей на вечер.

– Подожди, Матильда, – надеюсь, овечка почувствует мой успокаивающий тон, обычно она всегда его понимала, – Тебе живётся хорошо, вкусно и уютно, а этот бедный енот – беспризорник, ему повезло совсем не так, как тебе. Нужно уметь делиться.

– Б-беее, – ответила овца и я приняла это за согласие.

Матильда пару раз натянула поводок, который я привязала к столбу около баков, осознала, что освободиться без моего участия у нее не получится и все же смирилась со своей судьбой.

Стояли последние августовские дни и солнце палило нещадно, будто чувствовало, что перед холодной осенью нужно дать побольше тепла.

– Поймала! – радостно воскликнула я, когда мне удалось схватить за лапку непослушного зверька.

Дёрнув на себя, я потащила его, а он стал упираться, вылупив на меня большие испуганные глаза. И зачем он боится? Я же не причиню ему никакого вреда, напротив, это я должна его бояться – всё-таки он дикий, а не домашний. Тем более раненый, они в таком состоянии бывают ой какие агрессивные! Но от этого я совсем не чувствовала злости, только страх – не знаю почему, но мое чутье редко подводило, практически никогда. Теперь предстояло выяснить, почему он меня боится и совсем не хочет себя защитить. Глаза видели одно, а моя интуиция говорила совсем другое…

– Ты выросла на ферме, где каждый год забивают и продают животных. Как ты ещё не разорила своих родителей? – послышался насмешливый, до боли знакомый голос за спиной. – Слышал, что твой отец не хочет оставлять тебе ферму. Говорит, распустишь все стадо.

– Это все чушь, – возразила я, прижимая к себе зверька, осторожно поднялась и повернулась лицом к Кайлу, улыбнулась, – Я понимаю, что людям нужно что-то есть, и что у каждого свой срок. Животным на ферме я не даю имена, чтобы потом не плакать. Ну, кроме коров и коней – те живут долго, и со всеми я выросла.

Лучезарная улыбка Кайла всегда песеляла в моем сердце тепло, ведь я любила этого парня и надеялась, что мы поженимся сразу, как только я закрою первую сессию и приеду домой на каникулы. Это будет уже после Рождества. Оставалось только как-нибудь вынудить его сделать мне предложение. И на этот счет у меня уже были кое-какие задумки…

– Что это у тебя в руках? – скривил лицо Кайл. Он всегда так делает, когда видит в моих руках животных. Что ему стоило привыкнуть к Матильде – целая история!

Отчаянно хотелось его поцеловать, но приблизиться с енотом в руках к Кайлу – это поссориться на целую неделю. Всё-таки непростой у него был характер, хоть он и любил меня.

– Он ранен, – сказала я, пытаясь удержать животное, которое уже начало вырываться. – Весь в крови. Я заметила его, когда шла с Матильдой на южный склон.

– Ты уверена, что он в крови?

– Пш-ш-ш, – зашипел пушистик, давая понять, что терпение его на исходе.

– Грейси, вчера Уолт убирал свои грядки, а потом миссис Гриспи целую ночь чистила овощи и катала банки. Очистки выкинули в эти баки – это не кровь, это свекла.

Опустила голову, взглянула на зверушку: она задрала голову с надеждой, вопросительно на меня посмотрев.

Надеюсь, ты поняла? – прочитала я в его глазах. Действительно, это была не кровь, вся морда и лапки испачкалась в красном соке свеклы, отчего я приняла это за ранение. Вот почему моя интуиция не совпадала с тем, что я видела! Ну кто меня будет винить в такой ошибке? Каждый бы на моем месте…

– Кайл, откуда мне было знать, что Гриспи вчера убирали свеклу? Обычно они делают это на две недели позже. В конце концов, я взрослый, самодостаточный человек и помогаю только тем, кто в этом нуждается.

– Отпусти енота.

Зверек убежал сразу, как только оказался на свободе, даже пренебрёг остатками еды в мусорном баке. Теперь я поняла, почему он не проявлял агрессию – просто не мог, слишком объелся вареными остатками овощей. Убегал тоже с трудом, с натугой перетаскивая набитое доверху пузо.

Через полчаса мы были уже дома, в моей комнате. Дав Матильде пучок свежего сена, я решила попрощаться с родным домом. Все же, увижу я его ещё не скоро – через целых полгода, и расставаться с родителями и любимым мне было очень тяжело. С Кайлом мы знали друг друга с самого детства, у нас маленький горный городок и несколько ферм и ранчо, так что все жители были знакомы.

Последний год мы ходили вместе и я решила, что все-таки влюбилась. Интересно, когда нравится улыбка парня – это любовь? А щекотание в животе? Кайл говорит, что любовь – это когда стоит. И что на меня у него стоит сильнее, чем на остальных, и что он очень, очень сильно меня хочет. Меня обескураживало то, что он упоминает других девушек, но в этом весь Кайл – всегда сравнивает одно с другим, и тут, очевидно, он просто хотел показать, что я для него лучшая. А это действительно очень мило.

– Подожди, Кайл, не надо, – я легонько отстранила парня от себя, в очередной раз преодолевая его бешеный напор. Он уже повалил меня на кровать и запустил ладони под юбку – видимо, надеялся, что я отдам ему свою девственность, ведь мы уже долго встречаемся.

– Да что опять не так?! – возмутился Кайл, с досадой вскакивая с кровати, с недовольством поправляя налившийся орган у себя в штанах.

Как что не так?! Мне уже целых двадцать, я хочу, чтобы ты сделал мне предложение, чтобы мы поженились, и я отдалась любимому в первую брачную ночь – неужели это так трудно понять?! Видимо, Кайлу всё-таки трудно, и все мои намеки в последнее время до него не доходили. Поэтому я сказала это вслух.

– Ну, Грейси… – поджал губы Кайл, будто я заставляла его на себе жениться.

В принципе, это было действительно так. Пусть выбирает – хочет ли он меня настолько сильно, что готов сделать мне предложение, или совсем-совсем не любит меня и прямо сейчас откажется. Ну почему мужчины всегда такие нерешительные? Все приходится брать в свои руки!

Вскочив с кровати, я уперла руки в бока, ожидая положительного ответа.

– Ну? – с напором спросила я Кайла, – Я жду.