Взгляд зверя: его истинная

ГЛАВА 6. Грейси. Я согласна!

– Ты в своем уме?! Грейси, ты же сейчас буквально вынуждаешь позвать себя замуж. Да кто так делает?! Девчонки с ума сходят, когда перед ними становятся на колени, позволь заметить – добровольно! А ты хочешь получить свое кольцо через мои моральные пытки?!

Конечно же, он имел ввиду свое состояние «аффекта» – сексуальное возбуждение, ведь я надеялась, что оно поможет ему сделать правильный выбор. Сделала максимально серьезное лицо.

– Знаешь, Кайл, мужчины имеют обыкновение слишком долго думать. Иногда приходится брать все в свои руки, – я была непреклонна. – Любишь ли ты меня так, что готов пойти на такой серьезный шаг?

А я сама? Люблю ли я его так, чтобы связать с этим человеком всю свою жизнь? Странный вопрос, подумаю об этом позже. Да и отступать было некуда, вопрос уже поставлен ребром. Дедушка всегда говорил, если зарядил ружье и спустил его с предохранителя – стреляй. Зверь не будет раздумывать, задрать тебя или нет, он обязательно накинется!

Моя долгожданная свадьба была сейчас тем самым зверем, за которым я гонялась целый год, и ему от меня было не уйти. В конце концов, белое платье, улыбка отца, ведущего меня к алтарю… туфельки… я присмотрела себе такие прелестные белые туфельки, с бантиками на носочках…

И что, Кайл меня всего этого лишит? Ну уж нет! И потом, впереди город, этот вопрос задать в ближайшие полгода уже не получится. По крайней мере, глаза в глаза. Очень хотела свадьбу. Красивую, романтичную… Иногда мне даже казалось, что вместо Кайла мог оказаться кто угодно, лишь бы она была.

Чушь! Все это – наваждение, в конце концов, я любила Кайла, сильно любила, ведь когда он целовал в губы у меня краснели щеки, да и бабочки в животе, опять же…

– Ладно, твоя взяла, – нахмурившись, махнул рукой Кайл. – Раз уж предложила, будь по твоему. Будет тебе свадьба, какую захочешь. Ну что, довольна, моя мучительница?

– Уииии, – затопала я ногами от счастья, ведь только что мне сделали предложение. – Я согласна! – завизжала, повиснув на шее Кайла.

Сделав от неожиданности шаг назад, он с трудом удержал меня, а потом, на секунду задумавшись, подхватил и бросил на кровать. Навис сверху, нетерпеливо расстегивая ширинку.

– Чего это ты делаешь? – нахмурилась я.

– Трахнуть тебя хочу, – хрипло выдохнул Кайл. – Ну теперь-то, наверное, можно? Помолвлены же уже…

– Если будешь так грубо выражаться, у нас и первой брачной ночи не будет, – я лягнула его в живот и он обречённо откинулся на спину. Тяжело вздохнул. – Приеду через полгода, поженимся и у нас всё случится. Эти полгода будет испытательным сроком.

– А смысл?

– Настоящая любовь выдерживает любое испытанием временем! Что толку, если нам не под силу подождать даже полгода?!

– Ты странная, Грейси. Все твои подруги давно трахаются, а девчонки из группы поддержки даже не помнят, сколько у них было парней. Что за пережитки прошлого?

– Отказываешься? – сдвинула я брови.

– Нет.

– Вот и хорошо! – воскликнула я, буквально взлетая с кровати.

Пора было тащить багаж к моему пикапу. Элизабет уже ждала, пока я выйду – мы с подругой уезжали в город учиться, и она сегодня была за рулём. Я бы, конечно, тоже могла, но меня лишили прав ещё год назад. Впрочем, без прав ездить тоже можно, но после трёх штрафов подряд мне уже грозил тюремный срок, а это могло повлиять на мою репутацию, да и на учебу в целом. Уму не постижимо, сколько стоила учеба, поэтому отец сам отобрал у меня ключи и отдал Лиззи, чтобы я не делала глупостей.

Зря он волновался, я прекрасно понимала, что стоило родителям мое поступление, да и моя мечта стать ветеринаром была для меня слишком важна. Скоро мне предстояло заменить дядю Корнвуда в его ветеринарной клинике. Подумаешь, не буду водить машину. В конце концов, когда это я совершала глупости?

Больше всех переживала мама – обнимала меня долго-долго, пока отец и братья грузили багаж в машину.

– Береги себя, милая, – вытерла она слезы, отчасти грусти, отчасти счастья. Ведь меня ждала новая жизнь.

– Лучше бы взяла ружье вместо всего этого бабского хлама, – проворочал седой дедушка, по каждому особому случаю надевавший китель Конфедерации. – В детстве же нормальной девкой была, за собаками гонялась… а сейчас… Эх! Мы – Адамсы, прирожденные воины, у нас в руках должна быть сталь, а не стеклянные градусники! Отцу твоему яиц Бог не дал, так пусть хоть у тебя позвенят. В тебе же кровь наша течет, Грейси, жаль только, что бабой уродилась.

– Я тоже люблю тебя, деда, – рассмеялась я, он был иногда совершенно невыносим. Обняла ворчливого дедушку, и он ответил на мое объятье, скрыв от меня скупую слезу.

– Вечно с ерундой своей лезешь, – проворочал на него отец. – Дочка моя в люди выйдет, вот, доктором будет. У меня и так трое оболтусов, куда мне ещё одного?

Конечно же, отец имел ввиду троих моих задиристых братьев, которые вечно ввязывались во всякие неприятности. По сравнению с ними со мной совершенно не было проблем.

– Эй, чего вы там возитесь?! – прокричала мне Лиззи с водительского сидения. – Давай, грузись в машину, на поезд опоздаем!

Перед тем, как захлопнуть дверь, я крепко-крепко поцеловала Кайла. Грустно было прощаться со своей привычной жизнью, но меня звала мечта…

Дорога петляла между знакомыми пейзажами, когда над верхушками елей начало заходить солнце.

– Ты уже дала ему? – как бы между делом спросила Лиззи, не отрываясь от от дороги.

В закатном свете солнца ее иссиня-черные волосы приобретали медный оттенок и казались рыжими, большой, немного приплюснутый нос был немного похож на картофель, но я редко об этом упоминала – ей это не всегда нравилось.

«Зато у тебя он острый, как у Пиноккио!» – показывала она мне язык в ответ, вот уже лет десять кряду.

У меня действительно был острый носик, но совсем не такой длинный, как у Пиноккио.

– Нет, Лиззи, мы ещё не спали, – закатила я глаза, настолько она достала этим своим вопросом.

– И не надо с ним спать! Кайл ещё тот кобель, затащит тебя в постель и потом бросит.

– Ну что за чуть ты говоришь? – от возмущения даже надула щеки. – Это же бред. Мы встречаемся год!

– Ну и что?! Для такого упорного, как Кайл – это ерунда. Он все сделает, чтобы получить свой трофей, даже притворится хорошеньким на целый год. Уж я-то знаю, Грейси, сама на твоём месте была. Осторожней с ним.

– Ну когда это было-то?

– Четыре года назад. Один раз, и все. А я, можно сказать, его любила так же, как ты.

– Четыре года! За это время все что угодно могло произойти, с тех пор он сильно изменился. Любовь исцеляет и преображает.

– Нет, Грейси, люди не меняются. Особенно кобели – как таскались за бабами, так и будут таскаться.

– Нужно верить в людей и в светлое будущее. Если этого не делать, что с нами будет? – возразила я ей.

– Эх, Грейси, мне бы такой позитивный взгляд на мир. Иногда я тебе поражаюсь, иногда завидую… а иногда волнуюсь за тебя.

– Не надо за меня волноваться, – рассмеялась я. – Если тебе будет легче, я дала нашим отношениям полгода. Если они выдержат проверку временем, Кайл получит то, что хотел.

– А вот это правильно, Грейси, это правильно…

Подумала, что не стоит говорить о том, что вынудила Кайла позвать меня замуж. Пусть он осознает сначала всю глубину этого события, проникается, подойдёт к нему ответственно и я уже расскажу об этом всем и каждому. Думаю, месяца так через два. Или один… ох, хватило бы терпения.

И после объявления о помолвке у Лиззи уже язык не повернется сказать, что Кайл встречается со мной целый год только потому, что хочет затащить в постель!

Я смотрела на закатный горизонт, красивший последнюю желтизну солнца в алый и думала, что с концом этого дня меня ждёт конец старой жизнь. Теперь все будет по-другому. Эх, жаль, что Матильду не успела хорошенько потискать перед отъездом. Буду скучать по этой шкодливой овечке.