Избранная Иштар

Глава 16

Голова шла кругом. Где в этом средневековье найти толковую модистку и мастера маникюра? С платьями — беда. Моя фантазия пасовала перед бесконечными рюшами и кринолинами; на ум, как назло, приходили только строгие юбки-карандаши, за которые местные моралисты меня бы просто четвертовали. Хоть бы пару исторических фильмов до попадания посмотрела! С маникюром не легче. Мелькнула безумная мысль выписать из Артвиля дочку Станы: Анна всегда с восторгом разглядывала мои ногти, но она, кажется, больше по кружевам. Дочки Ирны? Нет, слишком юны. Пока стройка не завершена, это не горит, но список дел пугал своей бесконечностью.

А еще дисконтные амулеты… Стоп. А что, если превратить их в контроллеры доступа? Установить на входе в учреждения считыватели, чтобы сотрудники заходили по картам или отпечатку руки. Двойная привязка: аура плюс дактилоскопия. Здесь об отпечатках пальцев и не слышали! Даже если местный умелец подделает слепок ауры, он ни за что не догадается, что прибор сканирует еще и папиллярные узоры.

«Буду требовать монополию на эту разработку», — решила я. Предложу ее банкам. И черта с два я отдам эту золотую жилу одному Теодору! Осталась мелочь — понять, как это реализовать технически. Пока представления были, мягко говоря, туманными.

Тео… При одном воспоминании о нем в груди снова заныло. Почему с ним все так сложно? После той стычки в «Ночной кобыле» он словно испарился. Я уже несколько раз была в Департаменте, но с магом так и не столкнулась. Зато видела лея Грэгорика. Оборотень щеголял знатным бланшем на скуле и разбитой губой. Уверена — работа Тео. Грэгорик, правда, не унимался и снова прошелся по моей внешности, на этот раз высмеивая веснушки. Вряд ли он «ударился об дверь», этот горе–оскорбитель явно получил воспитательную затрещину.

Но почему тогда Тео даже не пытается поговорить со мной? Я ведь почти остыла. Принять его женитьбу я не смогла, чего уж греха таить, но вполне способна осознать политическую необходимость этого брака. Пусть снимает свою печать и отпускает на все четыре стороны. А то ведет себя как собака на сене: и сам не «ам», и другим не дам.

От Теодора мне все равно никуда не деться, работа на корону гарантирует сытое будущее даже в разгар войны. Чем больше времени я проводила в министерских коридорах, тем очевиднее становилось: войска готовят не для парадов. Гранты на обучение боевых магов за последние два года выросли втрое. Так что видеться с ишхассом придется долго. Ничего. Переболею. Смогла один раз, смогу и снова, лишь бы он перестал давать мне эту глупую, выматывающую надежду.

Впрочем, пока мага нет в поле зрения, нет и проблемы. Последние дни я плотно работала с отделом разработки артефактов. Команда подобралась забавная: дриада (я и не знала о существовании их народа!), оборотень–полукровка с шевелюрой кислотно–зеленого цвета после неудачного опыта и братья–близнецы, подозрительно похожие друг на друга даже аурами. Встретили меня в штыки. Во взгляде дриады читалось четкое направление, куда она готова посылать «девочек», попавших в министерство через широкую кровать начальника.

Однако спесь с них слетела, едва я выложила на стол свои чертежи. Некоторые идеи просто невозможно сгенерировать, если ты не видел их прототипов в технологичном мире. С чистой совестью эксплуатируя память о Земле (плагиат мне здесь точно не предъявят), я заполнила их демонстрационную доску планами на ближайший месяц.

Главным хитом стали копировальные амулеты для конвейерного труда. В этом мире мануфактур не существовало: каждый артефакт кропотливо собирался вручную одним мастером. Я же предложила модульную сборку: разделение изделия на узлы, как в моей солнцезаряжающейся оснастке. Мои личные амулеты забрали на тесты, снисходительно пообещав «повторить конструкцию». Я лишь хмыкнула про себя. Не будем расстраивать профи, пусть попробуют взломать систему, защищенную иным мировоззрением.

Больше всех из кожи вон лезла дриада. Очередная фаворитка Тео? Или просто безнадежная воздыхательница? Я гадала, чего ждать от нее: подножки в расчетах или яда в кофе.

Да и секретарша ишхасса, та вообще меня люто ненавидела. С каким нескрываемым удовольствием она каждый раз чеканила, что «ирна Теодора нет на месте»! Интересно, он действительно в разъездах или это персональный приказ не пускать меня на порог?

Унижаться я не стала. Спросила пару раз для очистки совести и бросила эту затею. Захочет, сам найдет. Я, конечно, тоже хороша со своими вспышками, но почему он может позволить себе не извиняться, а я — нет? Посмотрела бы на его реакцию, выкини я подобный фокус с замужеством!

А пока в типографию. Еще вчера Уилли отнес мою визитку в местный «Триумвират» с просьбой о встрече. За мальчишек меня уже распирала гордость: шустрые, исполнительные, они вгрызались в любое поручение. Будь то допрос фермеров на рынке на предмет свежей зелени или доставка писем. Спокойных и не по–детски рассудительных ребят не гнали с порогов. У них появилось понимание Дела. Нет, даже так — ВЕЛИКОГО ДЕЛА. Торжественность, с которой они объясняли, кто их послал, могла поспорить с королевскими глашатаями.

На оборвышей дети больше не походили: добротные сапоги, льняные рубахи и черные жилетки с вышитым логотипом «Ночной Кобылы». Без эксцессов, правда, не обходилось. Вчера пришлось вызволять Асека из участка. Хулиганство и драка на рынке. Как выяснилось за тушку кролика. Служка какого-то вельможи пытался забрать последнего, а я, на свою голову, утром строго приказала: «Без кролика не возвращайся».

Теперь стараюсь формулировать мысли точнее. Асек, к слову, трофей отвоевал и даже в камере не выпускал из рук. Преданность вещь пугающая, если не умеешь ею управлять.

Я долго ломала голову над логотипом. В этом мире лиса не просто лесной зверь, а местный аналог жабы нэцке, символ притяжения денег. Для меня же она олицетворяла гибкость и хитрость, без которых в столице не выжить. Пусть каждый видит в этом знаке то, что ему ближе.

На жилетках моих мальчишек лисица уютно обвивала лапы хвостом, а вот на визитках я задумала нечто по-настоящему революционное. Помните старые советские открытки, которые меняли картинку при наклоне? Сначала я грезила о «живой» анимации на каждой карточке, но, прикинув смету, едва не поседела — слишком дорого.

Выход нашелся в магии: она потребуется лишь для создания сложного клише, воссоздающего эффект объема. Я слабо представляла технологию производства в СССР, но здесь магия заменяла линзовый растр. Главным в контракте был пункт о монополии: повторение подобного эффекта возможно только с моего личного согласия. Патентное бюро уже приняло мою заявку. Продавать идею я не собиралась, я хотела быть единственной в своем роде.

Если «Триумвират» заупрямится, пойду в другую типографию. Но я специально выбрала именно их — крошечную контору на задворках рынка. Во-первых, они отчаянно нуждаются в заказах и будут держаться за меня зубами, несмотря на высокую себестоимость малых тиражей. Во-вторых, молодежь у руля легче принимает безумные идеи.

Признаюсь, я коварна. Но в мире, где тебя пытаются выдать замуж «в спину», по–другому нельзя.

К списку дел добавилась бюрократическая пытка: листовки для фейерверка и разрешения на само шоу. Как выяснилось, мне нужно обить пороги сразу трех инстанций: мэрии, службы правопорядка и отдела безопасности. В управе моим салютом заинтересовались всерьез и с пристрастием выспрашивали технические детали. Я лишь загадочно улыбалась. Пусть позже технологию украдут все кому не лень, но первый «общественный» салют в истории столицы будет греметь в честь открытия «Ночной Кобылы».

Пешие прогулки окончательно меня измотали. Пора заводить собственную городскую коляску. А лучше — две, чтобы организовать трансфер от станции дилижансов до гостиницы. Мысль о расходах отозвалась резким уколом в боку. Однозначно, коляска — не роскошь, а производственная необходимость. Нужно озадачить Уилли сбором информации. Он был старше остальных ребят, рассудительнее и схватывал все на лету.

Тут возникла другая дилемма: как совместить их работу с учебой? Я в обязательном порядке записала всех в школу, неграмотные посыльные мне не нужны. Мальчишки кривились, но посещали занятия исправно, из–за чего я оставалась без «ног» до самого обеда. Неудобно, но стратегически верно. На Уилли у меня и вовсе были большие планы: старшая школа и диплом секретаря. Вижу в нем своего будущего личного помощника. До этого еще расти и расти, но прогресс, как говорится, на лицо.

Я замерла перед огромной круглой дверью, выкрашенной в ядовито–зеленый цвет. Пристанище хоббитов? Или такой агрессивный маркетинг, чтобы типографию за версту замечали? Вычурную табличку с обилием золотых вензелей прочитать было почти невозможно, но адрес совпадал. Я решительно дернула за шнурок колокольчика. Раз, другой, третий… Спят они там, что ли?

Не успела я недовольно топнуть ногой, как дверь с тихим скрипом распахнулась.

Я ждала хоббита. Честно. Приготовилась увидеть миниатюрного Бильбо Бэггинса, но на пороге возник персонаж совсем иного толка. Человечек был мал ростом, но в плечах — шире себя самого. Типичный полугном, напоминающий дубовую тумбочку, но с на диво живой мимикой. Оглядев меня, он молниеносно сменил выражение лица с «опять приперлись» на «ничего себе дама», а затем — на «та самая, что назначала встречу». Гномы всегда питали слабость к женщинам в теле, так что за симпатию с его стороны я не переживала.

— Тирсон и Миксон, партнеры, — представился он, коротким жестом приглашая меня вглубь коридора. Интересно, кто из них он?

Внутри типография выглядела удручающе. Обшарпанные стены, яркие прямоугольники на обоях там, где раньше, видимо, висели картины. Коллекцию распродали от нужды? С одной стороны, отличный рычаг для переговоров: они вцепятся в мой заказ мертвой хваткой. С другой, потребуют предоплату на материалы, а лишней налички у меня сейчас в обрез.

— Позвольте представить моего партнера, лея Миксона, — торжественно произнес полугном.

Я замерла, во все глаза глядя на мужчину в инвалидном кресле. В этом мире магия латала почти все, вплоть до отращивания конечностей. Почему он в таком состоянии? Красив как бог: тонкие черты лица, водопад белокурых волос, широкие плечи… Настоящий герой баллад, если бы не неподвижность.

— Я тритон, — он мягко улыбнулся, заметив мое замешательство. — На суше мой удел — неподвижность.

Я едва не поперхнулась. Тритоны? В океане, возможно, но в типографии на суше? Все, что я знала об этом народе, сводилось к легендам о нелюдимых подводных кланах, которым нет дела до людской суеты. Оказывается, они не просто выходят на берег, но и ведут дела. Определенно, мои познания в местной этнографии нуждались в срочной инвентаризации.

— Приятно познакомиться, ромы. Я лея Тина, — я официально склонила голову. — Мой заказ: десять тысяч рекламных листовок, тысяча именных визиток и две тысячи дисконтных карт из кости.

Кость океанских рыб была идеальным аналогом пластика: долговечная, благородная на ощупь и прекрасно державшая магический оттиск. Теперь стало ясно, как эти «бренные останки» попадали в распоряжение «Триумвирата» — партнер-тритон явно имел свои каналы поставок.

— Это слишком большой заказ, — гном Тирсон замялся, нервно теребя край воротника.

Я опешила. Я готовилась торговаться за каждый медяк, а исполнители… идут на попятную?

— Нам просто не дадут его выполнить, — усмехнулся Миксон из своего кресла, скучающе подперев подбородок изящной рукой.

— Кто не даст? — я удивленно выгнула бровь.

— Конкуренты, — Тирсон шумно выдохнул. — Издательский бизнес тесен, лея. Основные «акулы» давно сожрали рынок. Завтра к вам придет человек и предложит цену вдвое ниже нашей, лишь бы перехватить клиента. А нам в отместку поднимут стоимость аренды и материалов. Наш удел копеечные листовки, от которых отказались остальные.

Я моргнула. В памяти всплыл Уилли с огромным синяком под глазом, мальчишка пытался пробиться на встречу к тем самым «акулам», но его даже на порог не пустили. Тогда я списала это на обычную грубость, но теперь мозаика сложилась. Моего посыльного избили просто за попытку зайти в «высшую лигу».

Внутри закипела холодная, расчетливая ярость

— Насколько я понимаю, цена на костяные карточки у вас вне конкуренции?

— Это единственное, на что нам не могут диктовать условия, — криво усмехнулся тритон. — Но не скажу, что мы самые дешевые. В океане полно кланов, работающих в промышленных масштабах, у них оборот выше.

— Значит, бумага, краска и разработка клише ваши слабые места?

— Именно, — вздохнул гном Тирсон. — Деревянный оттиск для простых листков мы и сами вырежем, но для тонкой работы нужен маг. А в столице ни один уважающий себя мастер не пойдет к нам, боясь ссоры с крупными издательскими домами. Специфика, понимаете ли…

— Специфика — это мелочь. Не боги горшки обжигают, — я задумчиво забарабанила пальцами по столу. — А вы обязаны требовать у мага диплом и лицензию при найме?

— Нет, но так принято…

Я замолчала, взвешивая риски. Столица — не провинциальный Артвиль, здесь выскочек топчут быстро и с удовольствием. Чем мне могут навредить бумажные короли? Пока не знаю, но покровителя у меня нет, а имя еще не набрало вес. Ребят было жалко, а себя еще больше. С другой стороны, если гном и тритон будут мне обязаны жизнью своего дела, они станут моими самыми преданными союзниками. Разве не по этому принципу я собираю людей?

— Считайте, что один маг у вас уже есть. Это я, — я сделала эффектную паузу и выложила на стол макет визитки. — Над своим заказом я буду работать сама. Метод нанесения защищен патентом, и любого, кто рискнет его украсть, я с наслаждением затаскаю по судам.

Гном с недоверием взял карточку. Лиса на ней оживала: то сидела смирно, обвив лапы хвостом, то задорно взвешивала в лапках мешочек с золотом.

— А насчет кадров вопрос вообще смешной, — продолжила я, видя их ошеломление. — Наймите студентов–выпускников. Эти ребята вечно голодны, амбициозны и плевать хотели на гильдейские интриги, если им пообещать твердый оклад и практику. Работой я вас обеспечу. Я предлагаю не просто заказ, а совместный проект: создание единой дисконтной сети для всех заведений под моим брендом!

Я расписывала им прелести революционного маркетинга, но в глазах Тирсона все еще мерцал огонек скептицизма. Кажется, мой напор его не впечатлил. Даже обидно.

— Предположим, чисто гипотетически, мы согласны, — Тирсон и Миксон обменялись коротким взглядом. — Какова наша прямая выгода?

— Поток заказов от меня и, в перспективе, от всех держателей дисконтных карт. Разумеется, в рамках сети вы предоставите им скидку, — я позволила себе уверенную улыбку. — Плюс эксклюзивный доступ к моим технологическим новинкам. А их скоро будет много.

— Давайте попробуем, — решился тритон. — Терять нам, по правде говоря, уже нечего.

Около часа ушло на то, чтобы утрясти юридические крючки и набросать черновик договора о вхождении в «Лисью сеть». В голове нет-нет да и всплывали опасения: не сожрут ли меня типографские акулы за компанию с этими ребятами? Уж слишком часто партнеры упоминали о происках конкурентов. Интересно, они всем потенциальным клиентам вываливают этот ворох проблем с порога? «Простите, заказ слишком велик, мы не справимся…» Неудивительно, что заказчики в ужасе разбегаются. Может, дело не в заговорах, а в том, что люди просто боятся такого фатализма?

Итак, в моей сети уже три гостиницы, включая «Замок с драконом», частная типография и голубятня. В перспективе — Модный дом. Скоро на дверях каждого заведения появится магическая эмблема с лисой. Я задумала ее динамичной: ночью лисица будет сладко спать на подушке, днем — гоняться за бабочками или чинно пить чай, а в дождь — раскрывать крохотный зонтик. Пока я осилю только десять таких наклеек, уж больно энергоемкой оказалась разработка. Но я уверена: сначала все «купят» лису, а потом — привыкнут к бренду.

Казалось бы, пора выдохнуть. Но едва я заварила ароматный чай и приготовилась забыться в объятиях любовного романа, в дверь постучали. Посыльный от портного с образцами тканей. Пришлось отложить книгу и возвращаться в строй. Ноги гудели, а мысли путались. Я явно взвалила на себя слишком много. Может, стоит притормозить хотя бы с Модным домом? Или я уже не умею останавливаться?

Сначала разберусь с «Ночной Кобылой», а там видно будет. Кручусь как белка в колесе, зато о Тео почти не вспоминаю — вот он, неоспоримый плюс трудоголизма.

Я придирчиво разглядывала отрезы ткани, которые вывалил на стол старый гном Асх, и всерьез раздумывала о смене поставщика. Почтенный мастер, видимо, решил, что под вывеску «Модного дома» можно сплавить весь залежалый неликвид со склада. Скидка — слово, конечно, магическое, особенно для моего исхудавшего кошелька, но я ведь выбираю шторы не для кухни в провинциальном детсаду! Я не для того выкупала здание на «красной линии» в самом центре столицы, чтобы сверкать в окнах ситцем в жуткий горох с аляповатыми зелеными мотыльками.

Настроение было паршивым. Последние две недели кочевники буквально осаждали мои ворота, но получали от ворот поворот. Я принципиально не показывалась на улице, а вглубь участка им путь преграждала Муся.

Нанять троллиху в качестве временного охранника было моим лучшим спонтанным решением. Муся пришла по объявлению «требуется сторож», и я, признаться, просто ее пожалела. Оказалось — зря. Эта монументальная дама была воплощением идеального исполнителя: немногословна, сурова и абсолютно несклонна к дебатам. На любые уговоры степняков у нее был один аргумент: «Не пущать». Для вышибалы в гламурном отеле она, может, и не подходила по дресс-коду, но до открытия было еще далеко, а ее дисциплина меня покорила.

Муся стала уже третьим представителем «сказочных» народов, встреченных мною за месяц. Признаюсь, про троллей я вообще думала, что это фольклор. Оказывается, эти великаны вполне реально обитают на севере, за землями оборотней. Да, географию в Школе я прогуливала, но кто же знал, что учебник оживет и придет ко мне наниматься на работу?

За столичной суетой я почти забыла о войне, которая дышала в спину. План «Б» был прост: в случае чего подхватить Ларра, мешочек с золотом (банковским ячейкам в осаде я не доверяла) и бежать в сторону драконьих земель. В идеале прихватив с собой Стану, Ирну и девчонок. Даже для Муси у меня был припасен отдельный кошелек.

Вздохнула.

Дурдом, конечно, но за своих я в ответе.

Тео молчал. Каждый вечер я прокручивала в голове наш несостоявшийся разговор. Что, если бы я не взорвалась? Если бы дала ишхассу шанс объясниться? В этих фантазиях моя судьба каждый раз сворачивала на иную, более гладкую дорогу. Но реальность кусалась: глашатаи о свадьбе не кричали, а Очир мог и недопонять.

«Хватит терзаться, Тина. Ты приехала сюда завоевательницей, а не плакальщицей», — приказала я себе. Послезавтра иду в Управление представлять проект пропускного пункта. И к Тео загляну обязательно. Оденусь так, чтобы у него дыхание перехватило. Посмотрим, как «демон Истрана» запоет, когда я пройду мимо него, сияя уверенностью. Он ведь наверняка извелся, читая ежедневные отчеты моих соглядатаев. Поиграем по моим правилам, на низменных инстинктах.

А завтра в Университет. Пора записаться на курс прикладной артефакторики к легендарному лею Унверсу из клана Черной секиры. В школе я тянула эту науку сама по книгам, но лекции гнома такого уровня — шанс, который нельзя упускать. Городские гномы могут сколько угодно кричать, что упоминание кланов провинциальщина, но Унверс — это бренд.

Я с отвращением отпихнула отрезы ткани Асха. Решено: отправляю все обратно с письмом, что, если он не найдет достойного материала, я найду другого поставщика. Да за контракт на отделку Гостиницы и Модного дома столичные лавочники передерутся!

— Госпожа! — прервал мои мысли встревоженный голос.

Я вздрогнула. Неужели кочевники прорвали оборону Муси? Но, обернувшись, облегченно выдохнула: в дверях стоял Ильяс, конвоирующий двух девушек.

На вид им было лет по семнадцать. Чистенькие, опрятные, но в таких поношенных платьях, что ткань едва держалась на честном слове. Руки они стыдливо прятали под серыми, застиранными фартуками.

— Вот, значится, могут у вас в том бабском доме работать, пальцы пилить, — Ильяс довольно осклабился, подталкивая спутниц в спины. — Марика и Анья. Они что хочешь нарисуют, я сам видел! У горшечника Марка спины гнули, только он их это… поколачивает зазря.

Да, высокий стиль моим мальчишкам пока не давался. На фоне косноязычного Ильяса мой фаворит Уилли казался профессором филологии.

Девушки синхронно присели в книксене, упорно изучая носки своих стоптанных туфель.

— И словесам обучены! — продолжал Ильяс, заходя на второй круг рекламы. — Они у горшечника в «рисовалках» два года, а до того зажиточно жили, пока мамка с батей не померли. Им бы комнатку и они что угодно исполнят.

— И что? Прямо-таки обучены «словесам»? — я не удержалась и по–доброму передразнила мальчишку.

Если все так, как он малюет, мне сказочно повезло. Художницы с хорошими манерами и поставленной речью — это не просто персонал, это фундамент будущего салона. Что до комнаты… В выкупленном здании Модного дома пустовала огромная мансарда. На первое время поставлю там перегородки, посулю приданое и предложу стандартный пятилетний контракт.

— Да, лея, — едва слышно прошептала одна из них.

Я нахмурилась. Снова этот страх? Неужели я выгляжу как очередной «горшечник Марк»?

— Слушайте внимательно. Ваша работа будет связана с эстетикой рук. С ногтями, — я сделала паузу, демонстрируя им собственный безупречный маникюр. — Вот по такому типу.

Я продемонстрировала девочкам свои руки. Обычно я ограничивалась простой пилочкой, но сегодня тестировала новый артефакт — местный аналог гель–лака. Технология была проста: наносишь состав, выводишь узор и закрепляешь все под специальным амулетом. Покрытие получалось плотным, зеркальным и, по заверению медика, абсолютно безопасным. Мои ногти сейчас сияли ярко–оранжевым — в тон волосам, как подколола Ирна.

Девочки замерли, разглядывая мои пальцы с таким благоговением, будто перед ними был шедевр из королевской галереи. Марика непроизвольно потянулась к моей ладони, чтобы поймать свет, и в этот момент я увидела то, что они так тщательно скрывали под фартуками.

Мороз по коже. Их руки были в ужасном состоянии: глубокие порезы, заскорузлые мозоли от глины, обломанные под корень ногти и воспаленные заусенцы. Картина маслом. Покажи такое капризным аристократкам — и те в ужасе захлопнут двери перед моим «Модным домом».

— Девочки, поймите правильно: ваши руки — ваш главный инструмент. Клиент будет судить о качестве по вашему виду, а сейчас он… плачевный.

Марика и Анья понурились, а Ильяс в дверях виновато закусил губу.

— Предлагаю следующее: переезжаете в «Кобылу» прямо сейчас. За три недели мы приведем вашу кожу в порядок и пройдем ускоренное обучение. Пока учитесь — зарплаты нет, но жилье и трехразовое питание с меня. Идет?

Реакция была предсказуемой и уже привычно раздражающей: обе рухнули на колени. Марика все-таки перехватила мою руку и прижалась к ней губами. Внутри всколыхнулось глухое негодование: да что ж за мир такой, где за предложение честной работы тебя готовы канонизировать! Но, представив, через какой ад у горшечника они прошли, я сменила гнев на милость.

— Госпожа! — в зал ворвался Асек, задыхаясь от бега.

Вид девиц на коленях не вызвал у него ни тени удивления, видимо, мой «гарем преданных вассалов» стал для мальчишек частью интерьера.

— Там! У калитки! Толстый Джо приперся!

Моему изумлению не было предела. Кто такой этот Джо, почему он «Толстый» и какого черта забыл у моей калитки? Кличка за версту несла дешевым криминальным романом. Неужели местная мафия? Колени предательски дрогнули, неужели нарвалась?

Я велела Асеку провести гостя в сад, тщательно подбирая слова для приглашения. Тот факт, что охранный контур не пропустил визитера сам, немного успокаивал, значит, магия в нем не теплится. Я сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь унять колотящееся сердце. Где, демоны их дери, мои «тени» из службы безопасности? Неужели они не знают, кто такой Толстый Джо? А может, я зря паникую и это просто мясник или тот самый горшечник Марк, решивший лично забрать девчонок?

Увы, надежды рассыпались прахом, стоило мне увидеть гостя.

Мужчина, шедший за Асеком, всем своим видом вопиял о неладах с законом. Одутловатое, тщательно выбритое лицо лоснилось, а мелкие шрамы на щеках напоминали следы от плохо заживших оспин или заточки. От него пахло дешевым табаком, кислым элем и чем-то приторно-сладким, так пахнет залежалая помада для волос. Его живые, бегающие глазки мгновенно сканировали пространство, по-хозяйски оценивая стоимость каждой садовой скамьи и магического фонаря.

— Так вы и есть та самая лея? — прохрипел он, даже не подумав поклониться.

— «Та самая»? — я холодно вскинула бровь. — Что именно вы имеете в виду?

— Приехали из глуши, выкупили землю за чистое золото, без единого банковского займа… — толстяк хитро прищурился, и в этом прищуре не было ни капли дружелюбия. — Старики Тавве и Аттес от вас в восторге. Теперь вот еще и дом в центре, и снова оплата наличными…

Он бесцеремонно кивнул в сторону здания, и я почувствовала, как по спине поползли мурашки. Он считал мои деньги. Прямо здесь, в моем саду, этот тип препарировал мой бюджет своей жадностью.

— Колдовских штучек у вас тут полно, — продолжал он, облизывая пухлые губы. — А услуги магов нынче кусаются.

Я молчала, пытаясь разгадать его игру. Он знает о золоте, знает о сделках, но, кажется, совершенно не в курсе, что хозяйка этого дома — сама маг. Иначе вел бы себя потише. Кто такие Тавве и Аттес? Судя по контексту — те самые юристы или маклеры, через которых я оформляла бумаги.

Как он рискнул сунуться к той, за чьей спиной маячит тень Службы Безопасности? Или Джо просто мелкая сошка, которую послали прощупать почву? Меня пытались запугать, и это мерзкое, липкое чувство чужого взгляда на моем кошельке вызывало тошноту.

— Нехорошо-о, — завел свою шарманку бандит, и в его голосе прорезались маслянистые, приторные нотки. — Такая богатая лея — и не делится. Ни единой монеточкой. Время сейчас, сами видите, непростое… Поделись с ближним, глядишь, и он рад, и дружба крепкая завяжется.

Если честно, мне стало почти смешно. Все напоминало дешевый фарс. В моем представлении мафия — это стальной взгляд, безупречный костюм и филигранный шантаж, а не этот недалекий нахрап «пешки» из подворотни. Я еще раз оценивающе оглядела гостя. Шестерка? Вероятнее всего. Верхушка не пачкает руки о такие визиты. Ко мне прислали самого топорного и жуткого на вид громилу, рассчитывая, что «глупая девочка с денежками» упадет в обморок от одного его запаха. Видимо, навести справки о том, откуда золото и кто маячит за моей спиной, они не удосужились.

Но вопрос оставался открытым: чем мне грозит внимание теневого мира? Бежать к Тео с воплями «спаси-помоги»? Гордость встала на дыбы, нет, я взрослая и самостоятельная. Пожаловаться Иштар? Я же у них Мессия, мать ее, неприкосновенная! Только вот сальная туша передо мной явно не в курсе теологических тонкостей.

— А то ведь всякое может случиться с домиком-то, — Джо истолковал мое молчание как паралич страха и самодовольно усмехнулся. — Сгореть может. Случайно.

«Ну-ну, — подумала я, глядя на его одутловатую физиономию. — Попробуй пройди мой охранный контур, поджигатель недоделанный».

— Или с людями беда приключится, — продолжал он, и его взгляд стал сальным, плотоядным. — Девочки к тебе ходят… шуганные такие. А мои мальчики, знаешь ли, очень охочи до женской ласки.

А вот это он зря. Внутри словно переключили тумблер. Стоило мне на секунду представить Ирну или ее дочек в лапах этих выродков, как я почувствовала, что начинаю по-настоящему звереть. Быть «сильной и независимой» — прекрасно, но ради безопасности своих людей я готова на время побыть в глазах Тео «маленькой и слабой».

Я прищурилась, прикидывая, насколько далеко могу зайти в своей агрессии. Или все-таки прикинуться жертвой и «поделиться»?

— Предположим, — я медленно кивнула, растягивая слова. — И сколько… «денежек» вы хотите за свою дружбу?

— Совсем немного, лея. Сорок процентов от прибыли.

Я обомлела. Сколько⁈ Это не просто грабеж, это за гранью здравого смысла. По моему вытянувшемуся лицу Джо понял, что сумма мне не по вкусу, и его осклабившаяся рожа стала еще более мерзкой.

— Так ради спокойствия ни монеточки не пожалеешь, не так ли? — Джо подался вперед, и от его сального дыхания мне захотелось немедленно принять душ.

Я задумчиво забарабанила пальцами по колену. Ситуация патовая. В такие минуты отчаянно хочется, чтобы кто-то сильный пришел и молча «подчистил хвосты». Но спасателей на горизонте не наблюдалось. Пришлось доставать козыри.

— А магам скидка полагается? — я небрежно вскинула бровь.

Попала. Джо на секунду запнулся, его уверенность дала трещину.

— Если вы надеетесь на того умельца, что ставил вам оградку… так это зря, — пробасил он, пытаясь вернуть инициативу. — Магу своя шкура всегда дороже контракта. Уйдет и не обернется.

— Боюсь, это неосуществимо, — я сочувственно покачала годовой. — Маг не может бросить объект, если этот маг я сама. Согласитесь, это было бы верхом глупости.

— Лея… маг? — тупо переспросил Джо. В его глазах отразился лихорадочный мыслительный процесс. Похоже, в его методичке по вымогательству не было раздела «Что делать, если жертва может испепелить тебя на месте».

Я видела, как он начал нервничать. В столице магов либо не трогали вовсе, либо доили по совсем иным тарифам и оба варианта были мне на руку. Мой кошелек и так стонал от расходов на «Кобылу» и Модный дом; прибыль от «Замка с драконом» едва латала дыры, а аванс от Министерства за дипломатические приемы уже разошелся на стройматериалы.

Я лениво коснулась ладони спинки скамьи. Под моими пальцами дерево медленно, тягуче начало менять цвет, от медового к глубокому угольно-черному. Зрелище вышло пугающе красноречивым.

— Простите, но диплом Школы или зачетку Университета я вам предъявлять не обязана, — я хлестко припечатала его словом «Университет».

Пусть гадает. Университет — это либо баснословные деньги аристократов, либо жесткий контракт с Министерством. В любом случае, за моей спиной маячили тени, с которыми Толстый Джо явно не хотел встречаться в темном переулке. Я для него теперь либо незаконная дочь какого-нибудь ирра, либо действующий агент спецслужб.

Откровение насчет «правой руки короля» я приберегла на сладкое. Если этот боров окажется слишком тупым и не уйдет прямо сейчас.

— Мы можем обсудить для вас… особую скидку, — пробормотал Джо, пятясь к выходу.

— Обдумайте, — милостиво кивнула я, стараясь выиграть время. — Я никуда не тороплюсь.

Бандит встал и, так и не соизволив попрощаться, направился к калитке. Невежество, конечно, меньшая из его проблем, но осадок остался. Глупо было верить, что, врываясь в столичный бизнес с мешком золота, я останусь без присмотра местных «авторитетов». Теперь под ударом мои люди: Ирна, перепуганные художницы, мальчишки–курьеры… За себя я не боялась: охрана Тео по-прежнему следовала за мной тенью. Я его слабое место, и он это знал.

Вот и сейчас от живой изгороди отделился неприметный мужичок и бесшумно скользнул вслед за Джо. К вечеру на столе у Ишхасса будет подробный отчет о моем «визитере». Решит ли он проблему сам или даст мне шанс выплыть? Я не была против ни одного из вариантов.

— Совсем Темный двор ополоумел, — фыркнул Асек, внезапно оказавшийся рядом. — Послать к магу такую дешевую шестерку… Позорище.

— Темный двор? — я удивленно вскинула бровь, некстати вспоминая кельтские легенды о Благом и Неблагом дворах. На фейри потный Джо точно не тянул.

— Ну, бандиты наши, — охотно пояснил мальчик, глядя вслед уходящему громиле. — Правит ими Теневой Король, Ульрих Второй. Его уже лет двадцать поймать не могут, неуловим как дым. Говорят, он с магами в нейтралитете, а порой и дружбу водит. А тут — этот боров.

— А кого, по-твоему, должны были прислать? — я серьезно посмотрела на Асека. Пора было изучить размеры проблем, которые могут свалиться на мою голову, и научиться отличать «шестерок» от тех, кто действительно опасен.

— Хотя бы «правую руку», — рассуждал Асек, не замечая, как земля уходит у меня из-под ног.

— Почему «хотя бы»? — мой голос прозвучал натянуто, как струна.

— Ну тык… — Асек почесал затылок. — «Правая рука» — это ж вроде нашего Уилли при вас. Обо всем договаривается, все знает, а сам ничего не решает. Секретарь, во! Мудреное слово.

Я недоверчиво уставилась на мальчика. В голове отчаянно не сходилась «картина». Тео — секретарь? Личный помощник с блокнотиком?

— А кто у нашего Короля «правая рука»? — спросила я, чувствуя, как внутри все холодеет.

— Известно кто, Ричи Хоупси, — довольно осклабился мальчуган.

— А Тео?..

— Ирр Теодор Эмерти? — Асек внезапно замолчал и воровато огляделся, будто сами стены могли передать наш разговор в Департамент. — Он — Тень Его Величества.

— Тень?..

Слово ударило наотмашь. Тень. Не заместитель. Не «вице-король». Глава службы безопасности, карающий меч в сумерках, но никак не тот, кто официально стоит по правую руку от трона и скрепляет союзы браком.

То есть Юлдуз… она обещана этому Хоупси? А Тео просто выполнял работу, сопровождая ценный «груз»?

Мир вокруг покачнулся, и я ухватилась за спинку скамьи — той самой, что только что чернела под моей рукой. Боги, какая же я идиотка! Я сама выстроила эту логическую цепочку, сама назначила Тео «женихом», опираясь на идиотские представления своего старого мира. Сама придумала предательство, сама в него поверила, и сама же жарко поцеловала Хьюго на глазах у всех, чтобы побольнее ударить человека, который ни в чем не виноват.

Иштар, какая же я дура! Настоящая, феерическая дура. Я ведь даже не дала ему вставить слова. Я выплеснула ему в лицо свою ярость за грех, который он не совершал.

И теперь он ушел. Сказал «когда остынешь — поговорим». А я не просто остыла, я провалилась в ледяную бездну собственного позора.