Избранная Иштар

Глава 4

Октай развернул коней на следующий день, вызвавшись проводить меня до Артвиля. Отговаривать его пришли и министр иностранных дел, и Тео; даже Хьюго подговорили меня задержать. Но я, стараясь смотреть в пол, уверенно твердила, что мне пора домой. Степняк молчал и хмурился. Меня же уговаривать никто не собирался. Было странно: невооруженным взглядом видно, что Октай уезжает из-за меня, но почему?

Так или иначе, едва моя лошадка ступила на дорогу к Артвилю, степняки выехали за ворота вслед за мной. Уже в пути я попросила прощения у княжича за сорванные договоренности.

— Иштар милостива и никогда ничего не делает просто так. Она говорит твоими устами, и даже эти эмоции — всего лишь тень ее, — ободряюще улыбнулся Октай.

— Я надеюсь, что это не подорвет интересы кочевников и хана Джучи.

— Отец мудр. Он умеет слышать слова Иштар, — степняк на секунду замялся. — Не злись на того мужчину. Его сердце кричит от боли.

— Хью? — я удивленно вскинула брови. Наверное, я была слишком резка с ним, когда попросила никогда больше не появляться в «Замке». Может, отправить ему голубя по приезде?

— Если бы я увидел свою женщину в объятиях другого, я бы убил наглеца, а он сдержался, — хмыкнул Октай. — Ирр Теодор сильный мужчина.

— Да Тео вообще чурбан неотесанный! — зло прошипела я и внезапно осеклась. — Погоди-ка! Я не его женщина! Тео на меня вообще плевать.

— Это ты так думаешь, — уклончиво ответил степняк.

Бред какой-то. Я помотала головой. Еще года два назад я бы поверила в подобное, но не сейчас. Тео любит всех, кто помогает ему в достижении целей. Он использует людей — так было тогда, так было бы и сейчас, если бы не мое упрямство.

Я вздохнула. Несмотря ни на что, хотелось верить, что для Тео я особенная. Но, увы, здравого смысла во мне больше, чем фантазий. По крайней мере, временами. Изредка. В общем, иногда случается. Для чего я, собственно, все эти годы его ждала? Ведь могу сколько угодно рассуждать о том, что на отношения не было времени или я не встретила свой типаж, но на самом деле… я просто верила, что однажды Тео придет и извинится за тот случай с маньяком. Скажет, что влюблен, а я растаю.

Угу, влюблен, как же. Кто может влюбиться в такую пампушку? Мои диеты начинались и заканчивались в тот же день — магическое истощение давало о себе знать. Да и физически мне не стать подобием тех анорексичек сорокового размера, что пользуются популярностью при дворе. У меня все в роду были крупными, на Руси это дипломатично называлось «статная». Я не была рыхлой, но от принятых в этом мире стандартов отличалась. А он… он каждый день видит худышек, привык к ним и наверняка считает, как и вся общественность, что торчащие кости — это предел мечтаний.

Пожалуй, пора распрощаться с девственностью. Поставить жирную точку и перечеркнуть воспоминания о Тео. А может, вообще забеременеть? Займусь воспитанием ребенка, отвлекусь от мужиков…

Я вздохнула. Мысли какие-то дурацкие, надо переключиться на дела. А что, если с Октаем переспать? А ведь он ничего так, мужчина видный. Ко мне относится как к богине — точно не откажет.

Мысли прыгали с одного на другое, и вот я уже рассматриваю крой походной куртки княжича, отмечая, что окантовка, скорее, сплетена, чем вышита. Что со мной? Неужели встреча с Тео так меня выбила из колеи? Я перевела взгляд на Ларра, ехавшего впереди каравана. Вот уж кто ни о чем не догадывается и не терзается.

Я мысленно приказала себе собраться. Попробуем разложить все по полочкам. Гномы завтра уже начнут строить гостиницу по моему проекту, обещали закончить за два месяца. Мне нужно будет еще пару раз приехать: проконтролировать стройку и вплести несколько заклинаний. Приличную мебель я тоже заказала к сроку. Цену с меня содрали, ей-богу, как в лучших салонах Земли. С персоналом выходило хуже — а что, если просто привезти своих из Артвиля?

Большая часть амулетов по списку готова. Осталось придумать что-то необычное и узнать, как натаскивать голубей. Никогда не задумывалась об этом раньше. Наверное, это будет увлекательно. Организую курьерскую службу: прилетает ко мне голубь, а я переправляю послание дальше адресату. Сервис! Тут ничего подобного нет, а за удобство люди будут платить.

А что делать с амулетами, которые останутся в «Замке с драконом»? Как их подзаряжать? У Ларра нет магических способностей, а приезжать каждую неделю — не вариант. А если сделать их на «солнечных батарейках»? Делов-то: вытащить амулет на солнышко погреться раз в несколько дней. Гениально! Руки зачесались взять доску и попробовать внести изменения в артефакт. Припомнила курс артефакторики из школы: было ли что-то подобное в этом мире? Не помню. Если и было, то в каких-нибудь секретных разработках Тайной канцелярии.

Интересно, служба безопасности и Тайная канцелярия здесь одно и то же? А Тео кто?.. Стоп! Думать только о работе. Никаких мыслей о Тео! Прошлое на то и прошлое — момент безвозвратно утерян.

Под вечер мы въехали в Артвиль, и я невольно улыбнулась. Наконец-то все было так, как и должно быть. Стражники радостно приветствовали меня, салютуя шляпами. Степняков я разместила на территории гостиницы и распорядилась подать им лучший ужин. Стана просто сияла от счастья: вернулась хозяйка, и теперь ей не нужно было самой встречать гостей, которые явно были ей в тягость.

Вечер прошел в суматохе. Я ни разу не присела и безумно устала. Внимания хозяйки требовали все: и мои девочки–подавальщицы во главе со Станой, и клиенты. Каждый считал своим долгом завести разговор и посетовать, что целых несколько дней в меню не было новинок и моих авторских блюд. Да уж, трагедия мирового масштаба! Как уснула — не помню.

Октай разбудил меня рано утром. Улыбнувшись, он попросил благословить его на трудный путь. Я почувствовала себя странно. Я — и давать благословение⁈

— Благословение Ночной кобылицы пребудет с тобой независимо от моих слов, ирр Октай, — я нежно улыбнулась степняку, сжимая его ладонь.

— Спасибо тебе, возлюбленная дочь Иштар. Споешь для нас?

Я замялась: пение по утрам никогда не было моим коньком, но все же решительно взяла гитару. Еще вчера я знала, какую песню исполню для Октая при случае. И хотя тогда я еще допускала, что княжич может стать тем самым «героем моего романа», сегодня пришло совсем иное понимание. Почему-то теперь он воспринимался кем-то вроде Ларра — братом, с которым можно спать в обнимку, чувствуя себя одной семьей. Потрясающее чувство здесь, на чужбине.

Он шел ночною, порой ночною

За темной рекою, за быстрой водою.

Не знал укора, не знал покоя,

За желтой луною, за ней, вороною.

Пришел желанный, ушел постылый,

Чужая рана его томила,

Чужая слава его манила

Туда, где ходила ночная кобыла…*

*Группа «Мельница» — «Ночная кобыла»*

Кочевники вокруг меня оживленно загомонили. Не была уверена, что песня пришлась к месту, но все же… Провожая степняков взглядом, я прислонилась лбом к дверному косяку. Не сгубит ли меня это благословение Иштар? Не превратит ли в пешку в большой политической игре? Тео наверняка начнет искать причину, по которой Октай так со мной носится. А когда найдет — что тогда? Стану заложницей? А если степняки не захотят использовать меня как гарант мира? Да и без этого — как быть с моим демаршем в адрес властей? Я ведь нахамила Тео прилюдно. Простит ли он мне такое?

Что мне делать, Иштар?

«Ничего не бойся, девочка. Те, кто отмечен благословением богов, неприкосновенны», — пронеслось у меня в голове, и нежный ветерок коснулся щеки.

Дожила. Это шизофрения. Голоса в голове, не иначе. «Те, кто отмечен благословением богов»… Кхм. Я не одна такая везучая? Есть еще «зацелованные»?

Иштар рассмеялась.

Значит, вот как… Я теперь что-то вроде дипломата? Или сдерживающей силы? Мысленно представила себе ринг: на нем наш король и верховный хан Джучи. Оба в разноцветных трусах и боксерских перчатках. А между ними я — со свистком и визгом: «Брейк!».

«Считай себя моей мессией», — насмешливо прозвучал голос.

Я фыркнула. Мессия так мессия, мне не жалко. Буду нести свет в массы, прославляя богиню. Вот бы мне еще изваяние Иштар такое, чтобы в столице все обзавидовались! О! «Ночная кобыла» — чем не название для столичного гостевого дома?

«Будет тебе и изваяние, и вывеска, но у меня будет одно условие…»

Так я и знала! Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Интересно, какой квест предложит мне богиня? Возглавить кочевников в освободительной войне? Сразиться с каким-нибудь особенно пакостным шаманом степняков, если такие вообще существуют? Фантазия разыгралась не на шутку, и я всерьез задумалась: а нужен ли мне этот «сыр»?

«Это будет весело! И запустит тот ход вещей, который мне нужен».

Весело? Интересно, только богине или мне тоже? Впрочем, почему бы и нет? А то в последние дни все было слишком уж тоскливо. Избежать божественного провидения мне вряд ли удастся — если верить горам прочитанных фэнтези-романов, раз уж удостоилась поцелуя божества, придется отрабатывать. Но кому это нужно? Богине? А мне?

«Скоро приедет Хьюго. Просить прощения и шпионить. Предложи ему провести ночь вместе».

Я поперхнулась. Не знала, что у мессий теперь такие специфические задания. Зачем мне, собственно, спать с Хью? Нет, не то чтобы я совсем не рассматривала такой вариант, но соблазнение сиятельного ирра — задачка не из легких.

«Он не согласится, но… будет весело!»

Ну, если только не согласится… На секунду я представила лицо Хью и хмыкнула. Еще бы он согласился! Я ведь совершенно не вписываюсь в каноны красоты знати. И как бы ни старалась утешать себя тем, что «мужчина не собака, на кости не бросается», вечное «но» никуда не девалось. Ладно, хватит общаться с богами, а то это плохо скажется на психике. Ни одну попаданку из книжек они еще до добра не доводили.

— Утренней росы под копытами тебе, Иштар, и детям твоим, — пробормотала я и отправилась на кухню.

Пожалуй, сегодня приготовлю рулеты из индейки с яблоками. Посмотрим, какой ажиотаж вызовет новое блюдо.

В общем зале, позевывая, уже сидела Юли в ожидании заказов. На кухне возилась Стана. Золотая женщина! Кстати, надо посоветоваться с ней насчет кандидатур для столицы. А вот в самом дальнем углу я заметила Дарвина. Чокнутый дракон! Когда он только успел приехать?

— Великолепная песня. ОНА была в восторге? — спросил он, едва я подошла.

Я демонстративно пожала плечами, усаживаясь напротив гостя. Странно, с чего это дракон разглядел Иштар? Мне казалось, ее присутствие почувствовали только степняки — она же их богиня-покровительница. Неужели и он примчался сюда ради нее? Кому расскажи — не поверят: сама Иштар у меня на подработке, клиентов поставляет! Богиня на раздаче, не иначе.

— Давненько ее не было в этом мире. Наверное, это к переменам, — продолжал между тем дракон, отхлебывая имбирный чай. — Кочевники сильны как никогда: у них впервые за несколько тысяч лет единый хан. Пожалуй, только они сейчас и способны дать отпор кому бы то ни было. Слышал, визит старшего княжича в столицу ни к чему не привел?

Ого, как быстро узнают новости некоторые драконы! Или это уже стало достоянием общественности? Не убили бы меня теперь… случайно, разумеется. Еще раз убеждаюсь: зря я во все это влезла. Чем мне это аукнется? Отзывом лицензии? Внезапной проверкой? Или серией загадочных смертей в гостинице? Люди ведь мигом перестанут ко мне заглядывать. Чувствую, проблем не оберусь — самой бы живой остаться. Защити меня, Иштар! Страшно же.

— Поговаривают разное, — согласно кивнула я и подозвала официантку: — Юли, принеси мне, пожалуйста, молока и маковых ватрушек.

— Мечта, а не женщина, — одобрительно хмыкнул Дарвин. — Не морит себя диетами и радует глаз аппетитными формами, а не торчащими костями.

— Вы это специально говорите, чтобы расположить меня к себе?

— Есть немного, — покладисто согласился дракон. — Но будь я на пару сотен лет помоложе, а ты — свободна, я бы непременно попытал счастья.

— Я свободна! — возмущенно воскликнула я.

Не то чтобы я напрашивалась на внимание нелюдя, но эта привычка местных мужчин заранее вешать на меня ярлык «занято» начинала не на шутку раздражать.

— Ага, а ленту Теодора ты просто так носишь?

— Откуда вы… — я осеклась, невольно ухватившись за кончик косы. — Да, вы правы, надо ее снять.

— Не надо. Пока ты сама его не отпустишь, будет только хуже.

— Вы тоже советуете мне о нем забыть?

— Почему же? Я бы советовал тебе за него побороться, но ты ведь не станешь. Тем более что он питает к тебе удивительную слабость, так что и бороться не придется. Только помани.

— Да вы все бредите! — возмущенно воскликнула я. — Он недавно чуть ли не в лицо мне заявил, что еще одно слово — и я отправлюсь на плаху!

Дарвин удивленно вскинул брови:

— Теодор? ТЕБЕ? Помнится, пару лет назад вы тискались по всем углам.

— Во-первых, мы не тискались, — смущенно пробормотала я (не знала, что наш «роман» получил такую огласку). — Во-вторых, меня просто использовали как приманку для маньяка. И в-третьих, Тео — беспринципная сволочь!

— Ну, в целом, с последней характеристикой я согласен, — хмыкнул дракон.

— А вам какой интерес во мне?

— Как думаешь, в чем главный недостаток долгоживущих рас?

— Скука? — предположила я, вспомнив горы прочитанного фэнтези.

— Именно. А с тобой не соскучишься. Такая забавная возня с этим благословением Иштар и ирром Эмерти.

Допивая чай с ватрушкой, я всерьез задумалась. Может, я и правда несправедлива к Тео? Сколько раз в романах героиня не видит любви всей своей жизни дальше собственного носа! Вдруг это мой случай? Не зря же меня наперебой убеждают в искренности его чувств: и Октай, который видел Теодора впервые в жизни, и Дарвин, которому уж точно нет смысла выгораживать этого грубияна. Надо бы вспомнить и спокойно проанализировать действия Тео. Может, я и правда ослепла от старых обид?

Как же мы начали встречаться два года назад? Вроде бы незаметно. Я тогда с новой силой тосковала по Земле, можно сказать, депрессию поймала. Здесь ни музыки нормальной, ни книг, ни привычных развлечений. Вечерами — скука смертная, на любимые форумы не залезешь. Пить столько, сколько местная молодежь, я не собиралась, а потому изнывала от тоски по дому, коротая время за очередной монографией. Я даже думала начать писать в стиле фэнтези — о том, как герои из этого мира попадают в мой прежний, или внаглую сплагиатить идеи нашей классики, но… оказалось, талантом сочинительства бог меня обделил.

С Тео мы были знакомы шапочно. Я всегда крутилась рядом с Хьюго, даже когда романтические чувства к нему остыли. Мы со старшим братом однокурсника обменивались лишь скупыми «доброго дня» да кивками. Но в один из дней Тео нашел меня в библиотеке за очередным толстым томом. Сухо поинтересовался, не видела ли я Хью, и уже собирался уходить, когда взгляд его упал на название книги. Тема оказалась ему близка: он как раз работал над диссертацией в Университете магии. Мы разговорились о биполярной магии, затем переключились на что-то другое и незаметно просидели до поздней ночи. Опомнились, только когда ромея Анта попросила нас освободить читальный зал. Тео проводил меня до общежития и, вежливо поклонившись, ушел.

Он пропал на две недели. Собственно, тогда никакой влюбленности еще не было — я восприняла его как случайного приятного собеседника. Потом он снова появился, и опять в тот момент, когда Хью убежал на очередную попойку. Снова разговоры в ожидании брата. Споры над листом бумаги и бесконечно перечеркнутые векторы силы на чертежах.

В следующий раз Тео пришел спустя неделю, принес черновики диссертации, и мы углубились в изучение. По удивленным глазам Хью, случайно заглянувшего в гостиную, я поняла: старший Эмерти пришел именно ко мне. Это льстило. Я щедро делилась замечаниями в тех местах, где разбиралась, что порой заставляло обычно спокойного Тео злиться. Так мы и жили: Теодор мог пропадать неделями, но неизменно возвращался — то уверяя, что он к Хью, то с новыми рукописями. А я ждала его каждый вечер в библиотеке, чтобы потом идти до корпуса через заполняемые темнотой кварталы.

Когда в городе появились первые сообщения о маньяке, Тео стал приходить каждый день, чтобы проводить меня до Школы. Он ни о чем не спрашивал, а я ничего не просила. Мы ходили окружным, длинным путем, и маг услужливо предлагал мне локоть. С каждым разом он задерживался все дольше, и я все дольше ждала его на крыльце, отчаянно боясь темноты.

Вроде бы он не давал никаких обещаний, из которых я могла бы решить, что мы встречаемся, но вел он себя как возлюбленный — с поправкой на вечную холодность. Приходил на встречи с цветами, дарил шоколад, приглашал в театр и баловал милыми «глупостями». То смешную закладку с помпоном, то живой горный первоцвет в слое вечного льда — цветок, стоивший целое состояние. Правда, делал он это с таким невозмутимым видом, будто вот-вот скажет: «Нашел тут на улице, может, возьмешь?».

А потом настал вечер, когда он не пришел. Я ждала и ждала на крыльце библиотеки, пока не поняла: Тео не будет. Пора идти, иначе общежитие закроют. Боги знают, как мне было страшно пробираться через темный город, через узкие улочки, зная, что рядом бродит убийца. Но я до последнего верила, что Тео появится, что не бросит меня. Наверное, его задержало нечто очень важное!

А потом… потом на меня напал незнакомец. Целую вечность я сопротивлялась. Отбивалась, расходуя все свои крохотные силы — да много ли их было? И только когда меня почти сломили, появился Тео с записывающим кристаллом в руках. Оказывается, они с местной полицией сидели в засаде и вели съемку, собирая доказательства. Лишь когда маньяк начал смаковать подробности того, что меня ждет, хвастаясь, как «сладко» кричали и плакали прошлые жертвы, Тео пришел на помощь. Он посчитал, что улик теперь достаточно — даже против такого высокопоставленного лица.

Я не могла в это поверить. Задыхалась от боли и обиды. Помню, как спросила Теодора: что бы он делал, если бы маньяк не заговорил? Позволил бы преступнику закончить начатое? Неужели это стало бы «достаточным доказательством»? Тео промолчал, и мне показалось, что в моем сердце что-то разбилось. Я думала, что именно тогда избавилась от зависимости по имени Тео. Больше он на пороге Школы не появлялся — Хью сам ездил к нему, а не наоборот.

Мог ли любящий мужчина так поступить? Уверена, что нет, поэтому и Октай, и Дарвин ошибаются. За два года Тео ни разу не пришел и не сказал простого «прости». Он лишь посмел угрожать мне пару дней назад, заявив, что я «не вовремя во все влезаю»!

Я вытерла непрошеные слезы. Пора гнать мысли о нем прочь. Распустила косу и решительно стянула ленту. Хватит. Время лечит, в груди уже оттаяло, и мне больше не нужна эта памятная вещица, которой он некогда заботливо повязывал мне волосы во время прогулки. Тогда я решила распустить кудри — мол, смотрите, какая роскошь…

Подумав, я переплела волосы на степной манер: двумя косами от самой макушки, украсив их перламутровыми нитями и зелеными лентами. Черный атлас отправился в дальний ящик стола. Снова посмотрелась в зеркало: а ничего так, красиво! Удовлетворенно кивнула своему отражению. Вот раздобуду еще платье, как у кочевников, и когда в следующий раз приедет делегация с тем же Октаем, покажу всем чудеса гостеприимства.

— Стана, ставь тесто, пироги печь будем! — крикнула я через весь двор, вызвав одобрительное гудение со стороны веранды, где уже завтракали стражники.

Смена прически не осталась незамеченной: все наперебой твердили, как мне идет. Один лишь Дарвин, перебравшийся на свежий воздух с книгой, недовольно поджал губы. Я показала ему язык и рассмеялась. Подумаешь!

Круговерть дел снова затянула меня. Я занялась привычной рутиной: пекла, искала новый персонал (чем не на шутку напугала старый — решили, что я их увольняю) и билась над схемами амулетов. Как заставить артефакты питаться малым количеством силы? Возможно ли это? И главное — как проводить испытания? Если бы в прошлый раз я не перенаправила энергию на границу участка, если бы меня вовремя не выдернули из магического столба, от меня остались бы одни головешки. Перспектива повторного эксперимента совсем не вдохновляла.

Готовясь к переезду в столицу, я весьма озадачила местную портниху. У меня появилась идея: устраивать дни разных народов. Я уже ознакомилась с кухней и обычаями степняков, драконов, гномов и дроу. А что, если добавить к этому национальные наряды? Пока только для меня, но в идеале — для всего персонала. Думаю, путешественникам будет приятно встретить в пути что-то родное.

День летел за днем в простых заботах о «Замке», и я почти перестала думать об ирре Теодоре Эмерти. Однако приближалось время первой подпитки фундамента, а следовательно — и моей поездки в столицу. Я уже запаслась в дорогу маленькими флакончиками меда, мятными пастилками и леденцами. Ждала только караван степняков. Нанимать охрану было дорого, да и к чему это, если кочевники с удовольствием меня подбросят?

Несмотря на то, что народ степи мне нравился, жить с ними я бы не смогла. Вечно кочевать, никаких удобств, есть жесткую солонину… Бррр! К тому же женщины у них выполняли всю самую тяжелую работу, пока мужчины развлекались в гаремах. Нет уж. Пусть наше общение ограничится культурным обменом: песенки им попою, молочка в чай подолью.

Пользуясь добротой кочевников, я сидела у юго-восточных ворот в обнимку с сумкой, а Ларр, словно маленькую, наставлял меня:

— С наступлением темноты не гуляй. Как напитаешь контур, лучше сразу отлежись — и домой. В сомнительных местах не ешь. Если совсем плохо станет — бегом в кондитерскую!

— Слушаюсь, папочка! — я скорчила рожицу и показала брату язык.

— Тина! Мы с тобой отвыкли от большого города, а там полно опасностей.

— Ты сам тут не оплашай, — заворчала я, скрывая смущение. Было чертовски приятно, что обо мне так заботятся.

Стражники тепло улыбались. Здесь меня уже все знали и по–своему любили. Вот оно, преимущество маленьких городков: все друг друга знают и сопереживают. Впрочем, это же и их главный недостаток.

Ларр, прищурившись, посмотрел вдаль и подтолкнул ко мне лошадь. Мальчик видел намного лучше человека, и я поняла: на дороге показались степняки. В этот раз они торопились и не заезжали в Артвиль, так что мне пришлось выезжать им навстречу. Не люблю лошадей! За шесть лет в этом мире я, конечно, более-менее научилась держаться в седле, но тело все равно ныло после каждой поездки. Да и я верхом — зрелище, весьма далекое от изящества.

Я поправила необычное платье и взобралась на лошадь. Сегодня на мне был симбиоз одежды кочевников и местной моды: рубашка с узкими рукавами из зеленого льна, темно-зеленая безрукавка на шнуровке и широкие шаровары, поверх которых надевалась распашная юбка-солнце до середины икры. Все было расшито желтыми нитями, местным аналогом мулине. Цветы, орнамент из листьев и знаки Иштар. Волосы я снова заплела в две косы, украсив их лентами и перьями ворона. В этой традиции было что-то забавное: обычно перьями украшали невест. Это была чисто моя шалость, но выглядела я крайне колоритно, напоминая жительницу Северной Америки.

Я поправила пояс с кинжалом. Перевязь, по местным меркам, стоила целое состояние и была украшена так же празднично, как и весь наряд. Сам нож можно было считать декоративным, но я создавала образ, а не планировала драться.

Кочевники встретили меня приветственным гиканьем и наперебой хвалили наряд: не заметить в нем степных мотивов мог только слепой. Октая с караваном не оказалось, зато был его младший брат — Тирбиш. Он восторженно твердил, что я прекрасна, и для него большая честь путешествовать с такой госпожой. На всякий случай я предупредила его не распространяться о благословении Иштар, и юноша понятливо закивал.

В разговоре с княжичем выяснилось, что он едет в столицу в очередной раз выслушать Короля. Мальчику дали строгий наказ: внимать и запоминать. Тирбиш сокрушался, что не может взять меня с собой на официальный прием. Я удивленно моргнула, узнав, что хан Джучи велел сыну советоваться со мной. Мне казалось, что после моей прошлой «помощи» хан прикажет сыновьям и на милю ко мне не приближаться!

— Но я же не знаю ситуации! — всплеснула я руками.

— Женщины мудры, — возразил Тирбиш. — Чутье женщины как у кошки: она всегда знает, как приземлиться на четыре лапы. Если госпоже покажется, что союз плохой, значит, так оно и есть. Когда вернулся Октай, совет долго думал, курил десять дней! А потом они поняли: Король предложил условия, выгодные только для него, но не для кочевников. Если бы не госпожа…

Мне стало дурно. Неужели я сорвала выгодную сделку нашему королю? Не прибьют ли меня за такое? Может, ехать в столицу — не самая лучшая идея? Вдруг на въезде меня уже караулят люди в черном с наручниками наготове?

— Потому я приехал слушать. Уши мои будут открыты, я привезу все мысли отцу, и большой совет будет думать. А что говорит «чувство кошки» внутри госпожи?

Тирбиш неважно изъяснялся на общем языке, поэтому я не всегда понимала его с первого раза. «Чувство кошки»? Это он так об интуиции?

— По-моему, моя кошка спит, — ответила я, хотя, скорее всего, соврала. Если бы во мне и жила кошка, сейчас она бы вопила мартовским котом, чуя смертельную опасность.

Большую часть пути я старалась уверенно держаться в седле (благо вчера выспалась впрок) и развлекала себя беседами с Тирбишем о сказаниях и культуре степняков. Не обошли мы вниманием и кухню, хотя юноша имел весьма смутное представление о том, как готовится то или иное блюдо.

Больше всего меня интересовало, как кочевники умудряются находить меня повсюду. Оказалось, степняки видят меня в ореоле белого «пушистого» света и сразу понимают: это благословение Иштар. А над моей головой в небе всегда сияет звезда богини. Описание меня озадачило. Я спросила, не выдаст ли меня кто-нибудь чужакам, но Тирбиш успокоил: предать Иштар — значит умереть. В буквальном смысле. Предавший Богиню-кобылицу погибал мгновенно. А я для них — все равно что аватара божества. Действенный метод борьбы с предательством в рядах, ничего не скажешь.

Я окончательно поняла, что ехать с караваном княжича было плохой затеей, когда увидела у ворот встречающую делегацию. Сначала испугалась, что пришли по мою душу. С трудом собрала остатки мужества, чтобы не впасть в панику. С десяток незнакомых мужчин, Тео, и за их спинами маячил Хьюго. Мое появление «под руку» с княжичем вызвало среди встречающих нездоровый шепоток. А по глазам Тео я видела: он готов меня убить. Дважды. Для верности.

Я лишь выше вздернула подбородок. Подумаешь!

— Ирр Тирбиш, — Тео чуть поклонился спрыгивающему с лошади княжичу. — Лея Тина.

В голосе Теодора мне послышалось что-то издевательское, и я просто пожала плечами — мол, понимай, как знаешь. Княжич склонил голову набок, разглядывая встречающих. Тирбиш куда больше походил на кочевника, чем его брат: черноглазый, смуглый, темноволосый — для меня просто хрестоматийный образец монгола. Очень красивый мальчик. Он внимательно изучал толпу, демонстративно игнорируя Тео.

Теперь я знала: кочевники не ведут бесед с кровными врагами, предпочитая обращаться к ним через посредников. В их культуре это означало либо скорый поединок насмерть, либо объявление войны. Вот почему в прошлый раз братья Эмерти так напряглись. Ситуация явно повторялась, и снова из-за меня. Похоже, меня скоро прикопают под ближайшим кустом.

Я не могла вечно стоять столбом, но разговаривать с Теодором не было никакого желания. Последний анализ воспоминаний окончательно отбил охоту общаться с этим человеком. Поэтому я подчеркнуто вежливо поклонилась Хьюго, который тут же облегченно выдохнул.

— Ирр Хьюго, — я обозначила легкий поклон корпусом и обвела взглядом остальных.

Судя по выражению глаз, Тео был в ярости. Не знаю уж, почему именно отдел безопасности встречал делегацию (может, я не догадываюсь о реальном статусе Теодора), но его миссия явно провалилась: степняки зачислили его в ранг врагов и наотрез отказывались замечать.

Тирбиш оживился и нашел взглядом Хьюго. У того сразу вытянулось лицо, едва княжич склонил голову, прижимая руку к сердцу:

— Пусть ковыль мягко стелется под вашими ногами, ирр Хьюго, а чашка всегда будет полна молока.

Все степняки как по команде поклонились. Стало ясно: Тирбиш будет вести переговоры только с Хью. Мой бывший однокурсник поначалу растерялся, но быстро взял себя в руки и поклонился в ответ.

— И вас пусть не оставит без внимания благословение Иштар, — выдавил Хьюго, припоминая обычаи кочевников.

Ему полагалось лишь учиться дипломатии на этой встрече, а не быть на переднем плане. Оба Эмерти злобно сверкнули на меня глазами. А я тут при чем? Скромно придержав кобылу за повод, я пристроилась в хвосте каравана, намереваясь при первой возможности свернуть к своему участку. Пока Тирбиш и Хью о чем-то беседовали впереди, я была полностью поглощена своими мыслями. Мне почти удалось незаметно ускользнуть, но Тео поймал меня за руку на самой границе моих владений. Поймал и больно дернул на себя. Эх, зря я все же с лошади слезла!

— А теперь, лея Тина, вы объясните мне, с чего вдруг пользуетесь таким исключительным вниманием двух княжичей и их людей, — в голосе Теодора звенел металл. — Не спите же вы, право слово, со всеми ними разом! По крайней мере, я на это надеюсь.

— А вам какая печаль? — разозлилась я, пытаясь вырваться.

— Моей печалью это стало, когда сорвалась уже вторая за два месяца встреча с кочевниками. Встречи, которые планировались максимально тщательно, хотя сомневаюсь, что вы способны это оценить. Ну же! — Тео с силой тряхнул меня так, что голова безвольно мотнулась.

— Отпустите меня, ради Иштар! — прошипела я, отталкивая мага.

— С чего ты так резко ударилась в религию? Думаешь, я забыл, что ты переселенка? Ни один из вас никогда не верил в наших богов, а у тебя на родине их вообще не было — ты сама говорила! Спрашиваю последний раз: тебя опоили? Ты в секте? Почему они безоговорочно тебе верят?

— Да оставьте вы меня в покое! Может, дело в том, что у меня на лице нет брезгливой мины из разряда «опять эти дикари приехали»? Вы себя вообще видели, когда с ними общаетесь? За столько лет не удосужились их нормально поприветствовать, только и делаете, что тыкаете им: «ирр Тирбиш», «ирр Октай»! — я разозлилась и теперь уже сама наступала на Тео. — Это вам сейчас нужен союз, а не им, а вы продолжаете вести себя с ними как с варварами! Если бы Хью не видел, как я здороваюсь с кочевниками, он бы сегодня тоже сел в лужу!

Я перевела дух, пытаясь взять себя в руки. Не дело так орать на власть имущих. Но ведь я ни в чем не солгала! Даже до благословения Иштар степняки относились ко мне лучше, чем к остальным просто потому, что я никогда не считала их ниже себя.

— Где кумыс для гостей? Где расшитые ковры, чтобы приветствовать всю делегацию? Небось, отведете их во дворец, усадите в кресла и будете хвастаться лепниной на потолках? А им нужно небо над головой, ковер, гора подушек, кумыс и много табака. Зачем вы вечно пытаетесь показать превосходство нашей страны?

Тео посмотрел на меня странно, так, словно я сказала полную глупость, на секунду маг задумался. Какой же он все же красивый… Так, не отвлекаться! Судя по его лицу, все было именно так, как я и описывала.

— Это стандартная процедура, утвержденная регламентом, — жестко отрезал он.

— Ну так и пожинайте последствия своего регламента дальше, — веско ответила я, поворачиваясь к магу спиной. — Мне некогда с вами болтать, впереди море работы, а после мне нужно будет отлежаться.

— Организуй мне встречу со степняками. Взамен я напитаю магией все здание твоей забегаловки под завязку.

Я обернулась, думая, что ослышалась. Взгляд Тео был решителен. Неужели «демон Истрана» о чем-то меня просит? Железный, несгибаемый Тео? Не могу поверить… Неужели дела и правда так плохи?

— Мы никогда прежде не вели дел с кочевниками, у нас даже посольства их нет. Их кланы никогда не шли на контакт, поэтому мы используем стандартную процедуру. Обычно этого хватает для любой страны, но с ними не заладилось. Повторяю: организуй встречу, и я сделаю для тебя все что угодно.

— Я не могу гарантировать их согласие. Княжич приехал слушать, а не принимать решения.

— При должном приеме он услышит больше, чем если будет настроен против нас.

— Обучение в Университете магии за твой счет, помощь в постройке и магическом наполнении моей гостиницы, — мгновенно выпалила я, уверенная, что он не согласится. Помогать Теодору не было ни малейшего желания, тем более что я мечтала поскорее выкинуть его из головы. — А также полное невмешательство в мою жизнь.

— А лицо не треснет? — ехидно осведомился Теодор.

— Дай-ка подумать… — я притворилась, что размышляю. — Я помогу вам выстроить систему приема для перспективного союзника, могу научить правильно встречать драконов, жителей Дальнего архипелага и оборотней. Фактически создам для вас дипломатический протокол. Нет, не треснет.

Сама я понимала, что прошу слишком многого, но мне и не нужно было его согласие. Просто сказать «нет» смелости не хватило, а выставить невыполнимые условия — идеальный план: «Ну, я же предлагала помощь!».

Я только-только сняла его ленту и совсем не хотела видеть этого мужчину. Зачем мне снова выворачивать душу наизнанку? Не может же ему быть настолько нужно мое вмешательство, чтобы потратить на меня целое состояние.

— Обучение за счет Министерства, — предложил Тео, сохраняя внешнее безразличие, однако по глазам было видно: он в бешенстве.

— Э, нет! Тогда мне придется отрабатывать на вас пятнадцать лет. Увольте.

Посчитав разговор законченным, я отвернулась и взяла лошадь под уздцы. Выкинуть, выкинуть Тео из головы! Сейчас — к гномам на участок обсудить фундамент, потом прошерстить кондитерские, а потом…

— Это твой патриотический долг, в конце концов! — взорвался маг.

— Я — попаданка! — я резко затормозила. — А все патриотические долги я выплатила сполна, когда два года назад задыхалась на мостовой под тушей вашего советника. Не забыл? — я сделала неопределенный жест рукой, упрямо глядя перед собой.

— Ну он же все равно не успел ничего сделать!

Я рассерженной кошкой развернулась к магу.

— Не успел ничего сделать, значит⁈ В моем мире после подобного с жертвой работает лекарь душ, а я получила только грязные статейки в газетах и сальные шуточки однокурсников: мол, готова ли была «ради короны» идти до конца? Да я год на мужчин смотреть не могла! Меня до сих пор выворачивает, как вспомню. О каких долгах смеешь мне говорить ТЫ⁈

— Лея Тина, вы забываетесь…

— Нет, это ты забываешься, Тео! Даже по законам вашего мира использование меня в качестве «наживки» без официального согласия приравнивается к преступлению против женщины, которое не имеет срока давности. Чтобы разрушить твою карьеру, мне достаточно выйти к прессе, надев амулет правды! — я уже почти кричала, прекрасно понимая, что это не те знания, которые стоит афишировать. Какая муха меня укусила? Я, должно быть, с ума сошла — угрожать карьере Эмерти.

— И до этого вы докопались, лея Тина? — в голосе мага послышались опасные нотки.

— Представьте себе, ирр Тео! — выплюнула я.

— Вы уж определитесь, лея: «ты» или «вы».

— Я уже все сказала и озвучила свои требования. Время идет, и вашего гостя прямо сейчас встречают неправильно. Вот скажите, куда его повели?

— Во дворец, естественно. Через главную площадь, к нашему фонтану.

Я фыркнула. Фонтан и правда был потрясающий: он менял цвета, бил причудливыми струями и считался венцом инженерной мысли. Обычно он вызывал восторг, и у степняков, возможно, тоже вызвал бы… будь в отряде женщины и дети.

— А надо было — в храм Иштар! В столице он, между прочим, не крупнее моей часовни в Артвиле, — пояснила я. — После долгого пути они должны вознести богине благодарность. Вы могли озаботиться тем, чтобы поднести им большую чашу молока и хлеб. Разделив с ними этот хлеб, вы бы выказали им свое расположение. А что сделали вы? Погнали измотанных двухдневным переходом людей смотреть на столпы воды?

Тео чертыхнулся и резко протянул мне руку.

— Согласен на твои условия.

Я моргнула и удивленно уставилась на его ладонь. Как это — согласен? Отступила на шаг, пряча руки за спину. Почему он не спорит⁈ Он должен был орать, что я прошу слишком многого. Где крики? Где злость и дергающийся глаз?

— Лея Тина? — Тео вопросительно выгнул бровь, и этот знакомый жест почему-то заставил меня вспыхнуть.

Я промычала нечто невразумительное. И как теперь выпутываться? Попросить что-то еще?

— Хочу магическую клятву! — пролепетала я, втайне надеясь, что на это он точно не пойдет. Потому что если он хотя бы начнет…

— Я, Теодор Райт Эмерти, призываю в свидетели бога справедливости Эшту и клянусь: я не обману эту женщину, не причиню ей вреда и исполню обязательства по оплате обучения леи Тины Ауэриллины в Университете магии, а также помогу в строительстве ее гостиницы.

Все. Спаси меня, Иштар! Я открыла рот от изумления. Мне ведь это не послышалось? Зачем он это произносит⁈

— П-постой! — заикаясь, я попыталась оборвать его, но было поздно.

— Ну что, принимаешь клятву?

Я буравила Тео взглядом. Может, отказаться? С одной стороны, я сама выставила условия. С другой — я ведь не говорила: «произноси клятву»! Или говорила? Помогать ему совершенно не хотелось. Ой, мамочки, а какие слухи поползут по Университету, когда узнают, КТО платит за мое обучение! Ну не дура ли я? Судя по лицу Тео, он подумал о том же и сделает все, чтобы эти слухи разлетелись как можно шире. Давно не видела в его глазах столько злорадства. Уж точно решил поразвлечься за мой счет… Или я — за его?

— Принимаю, — недовольно буркнула я, и меня чуть не снесло ударной волной.

Вот это отдача у магического договора!

«Я убью Эш-ш-ш-шту!» — пронесся в голове яростный голос Иштар.

Насколько я помнила, Эшту был то ли мужем, то ли любовником Иштар. Это его «благословением» меня так припечатало?

«Он явился на клятву лично».

Ага, на меня поглазеть? Или на Тео? М-да, Иштар умеет быть недовольной. Судя по всему, Тео тоже неслабо приложило: вон как головой мотает, пытаясь сфокусировать взгляд.

— Лея! С вами все в порядке?

К нам уже спешили гномы-строители с моего участка. Всю нашу перепалку они стояли в стороне, не вмешиваясь, но теперь, видимо, решили, что маг применил ко мне боевое заклинание. Ой, чую, сейчас прилетит Эмерти молотком по голове — вон как угрожающе они ими помахивают. И хотя искушение изобразить жертву было велико, я поспешно заверила всех, что все просто отлично. Тео же не терял времени и уже отправлял магического вестника.

Если честно, я в шоке. Наорала на сиятельного ирра, заставила его дать магическую клятву, вела себя просто ужасно — и меня даже не покалечили! Может, правы были многочисленные хамоватые попаданки из дамских романов? Орать надо на этих мужиков, и тогда они все твои — с потрохами?

— Сейчас кочевников завернут к храму Иштар. Молоко и хлеб тоже будут. Что дальше? Как исправлять ситуацию?

— Ну ты же понимаешь, что за час мы не сделаем все по высшему разряду? — ошарашенно спросила я. — Здесь не купить кумыса, да и вообще…

— Так придумай, как сделать максимально похоже! — рявкнул Тео.

— Ладно. В первый день не ведут разговоров о деле — только отдыхают, пьют кумыс и слушают сказителей, — быстро забормотала я себе под нос. — Прикажи достать мягких ковров, эльфийские подойдут, или выделанные шкуры. Нужен шатер или беседка под открытым небом, а внутри — шкуры и множество мелких подушек.

Тео уже дублировал мои слова магическому вестнику.

— Прикажи подать чай, зеленый эльфийский, и холодное молоко. Раз нет кумыса, будут пить чай с молоком, только обязательно добавьте соль в напиток. И самые маленькие пиалки, какие только найдете. Гостю почет, когда хозяин постоянно подливает напиток. Можно подать копченое мясо. Много. Порезанное тонкими полосками.

— Что за бред? — Тео оторвался от диктовки.

— Большая чашка означает: «Выпивай и уходи», — пояснила я. Глядя на то, как маг едва не застонал, я подозрительно прищурилась: — Вы ведь не хану подали напиток в большой чаше?

Судя по хмурому взгляду, именно хану. Все было еще запущеннее, чем я думала. Куда смотрели дипломаты⁈ Не верю я, что у руля государства стоят настолько некомпетентные люди. Значит, ситуацию допустили сознательно? Но зачем?

— Разливать чай должны дети, лет двенадцати, когда еще не пришла пора взросления. Иштар благоволит чистоте, — продолжала я. — Еще нужен сказитель, чтобы на заднем фоне лились легенды или мифы. Да что угодно! И не вздумайте их разделять: разместите всю делегацию в одном месте. Охранники не оставят княжича, а вы так покажете свое полное доверие. Разделить князя с его людьми — значит признать в нем врага и расписаться в собственном страхе.

— А переговоры?

— О деле — завтра, — отрезала я. — И вот к завтрашнему дню нужно подготовиться достойно.

— Хорошо. Поехали.

— Стоп, куда поехали? Я не собиралась очаровывать степняков!

— Я тебя и не просил. Проконтролируешь подготовку. И что мне теперь делать с их нежеланием общаться со мной?

— Ничего, — нехотя ответила я. — Они живут по принципу: враг моего друга — мой враг.

— И?

— А ты мой враг, — я нашла в себе силы признаться и невольно сжалась под странным взглядом Тео.

— То есть? С каких пор мы стали врагами?

Я поежилась. Ну вот что ему сказать, если он искренне не понимает? Или считает, что события прошлого, когда он подложил меня под маньяка, ничего не значат? Или думает, что после такого расстаются друзьями?

— В моих глазах мужчина, который меня использовал, — мне явно не друг! — твердо отрезала я.

Тео в сердцах дернул меня за косу. Детский сад! Вид у мага был разъяренный. А мне, между прочим, больно!

— Я тебе не враг, — процедил он сквозь зубы.

— Мои чувства кричат об обратном! — возмутилась я, выдергивая волосы из его пальцев. — Ты постоянно мне угрожаешь! И после этого будешь утверждать, что мы на одной стороне?

— Когда это я тебе угрожал⁈

— Да хотя бы в приезд Октая!

— Ирра Октая! — Тео сорвался на крик, заставляя гномов-строителей опасливо коситься в нашу сторону. — Не забывайся!

— Вот и сейчас! Своих друзей я вольна называть как хочу!

— В приезд княжича я, насколько помню, спас тебя от действия бракованного артефакта, и никаких угроз с моей стороны не звучало!

— Ты сказал, чтобы я не забывалась! Что я лишь сопливая девчонка, владелица провинциальной гостиницы, и стоит тебе слово сказать — не будет ни меня, ни брата, ни дела всей моей жизни! — выпалила я на одном дыхании.

Пару минут Тео молча и удивленно меня разглядывал. Я успела рассмотреть каждую черточку его лица: и родинку в уголке рта, и тонкую нить шрама, и бешено дергающуюся жилку на виске… Кажется, маг был на грани высшей степени ярости.

— Я не говорил ничего подобного!

— Значит, хотел сказать, и «многозначительно промолчал», — я упрямо стояла на своем.

— Наказали же меня боги тобой… — простонал Тео, закатывая глаза. — Я не виноват в твоих фантазиях!

Так мы и стояли, буравя друг друга злыми взглядами. Я не собиралась уступать. Слишком четко я помнила ту его ледяную интонацию — таким голосом только смертные приговоры зачитывают.

Внезапно Тео подался вперед и, резко притянув меня к себе, поцеловал. Я так растерялась, что даже не подумала о сопротивлении — просто зажмурилась и подчинилась сильным рукам, прижимающим меня к его широкой груди. Давно, слишком давно меня никто не целовал… Ноги подкосились, и я бы наверняка рухнула, если бы маг не удержал меня, властно обхватив за талию. Руки сами собой вцепились в его плечи, а в груди зародился тихий стон. Что же ты со мной делаешь, Теодор Эмерти?

— А теперь, — прошептал он в самые мои губы, не разрывая объятий, — ты будешь хорошей девочкой и скажешь степнякам, что я не твой враг.

От возмущения я широко распахнула глаза и уставилась на Тео. Так он целовал меня только для того, чтобы я оправдала его перед кочевниками⁈ Ага, размечталась, дурища… Рука сама собой пошла по дуге, и я изо всех сил влепила Тео пощечину.

— Ненавижу! — взвизгнула я и для убедительности пнула мага мыском сапожка под коленку. — Ненавижу тебя, Теодор Эмерти!

Рассерженной фурией я метнулась на свой участок и, только скрывшись от глаз злого мага за деревьями, позволила себе расплакаться. Ну за что он так со мной? Что я ему плохого сделала? А ведь сколько всего успело нафантазироваться во время поцелуя! До проводов внуков в школу магии, конечно, не дошло, но свидания и жаркая ночь при свечах точно маячили в начале ассоциативного ряда.

Гномы благоразумно не вмешивались, хотя до меня долетали обрывки их спора: «Может, поможем?», «Да ну, милые бранятся — только тешатся».

Я осторожно выглянула из-за деревьев. Площадка, где только что стоял Тео, была пуста. А чего я, собственно, ждала? Что он, осознав всю низость своего падения, попытается прорваться ко мне? Что земля будет дрожать под его ногами, пока он рушит мое защитное заклинание, выкрикивая нечто романтичное? Размечталась. Такое только в любовных романах бывает.

Вздохнув, я достала из сумки леденец и задумчиво начала его грызть. Все равно фигуру блюсти нет смысла, а на душе так гадко, что хоть плачь. Интересно, если я покину участок, меня арестуют? Если расценить пощечину как агрессию, то я напала на сотрудника королевской службы… Чем он там вообще занимается? А вот не выйду! Сначала зачарую фундамент, а там хоть трава не расти. Прицеплюсь к кому-нибудь «на хвост» до Артвиля.

Да к тем же оборотням! Подумаешь, кочевники — друзья… Бросили же меня на растерзание Теодору. А с оборотнями меня никто не решится тронуть. Я села прямо на землю (благо верхняя юбка была заговорена от грязи) и прислонилась спиной к яблоне. Тонкой струйкой потекла магия, вплетаясь в фундамент, проходя между сваями и кирпичиками. Гномы побросали лопаты и с удовольствием следили за голубоватыми всполохами. Дома для простого люда не строили с применением магии — магов было немного, их услуги стоили дорого, и раскошеливались на них только знатные леи и ирры. Вплетать чары в фундамент постоялого двора, наверное, додумалась я одна.

Направляя очередной импульс, я не переставала грызть леденец. Может, это всего лишь паранойя, и меня вовсе не схватят, стоит только выйти за пределы участка? Но я видела глаза Тео! Он был готов меня убить.

Спать на земле — холодно и жестко. Это только в книжках героини-попаданки мигом привыкают ночевать в лесу у костра. А я обязательно либо почки застужу, либо все тело будет ломить после такого сомнительного удовольствия. Да и укрыться нечем. Я представила, как буду просыпаться поутру, кряхтя, словно древняя старуха, и окончательно опечалилась.

Впрочем, после ночи в пути и такой эмоциональной встряски спать хотелось нещадно. Да и магический резерв я опустошила изрядно. Вздохнув, я стащила попону с лошадки, которая мирно паслась на моем участке, и попыталась устроиться между деревьями. Тоненько закоптил огонек костра, и мне стало невыносимо жаль себя. Сижу тут на земле, одна… Дрожу от страха. Ну не дура ли? Тео наверняка про меня уже и забыл. Что мешает мне пойти в тепло гостиничного номера? Пусть даже самого захудалого «клоповника».

Я решительно встала и, затоптав огонек, направилась к лошади. Но уже у самой границы участка запнулась и замедлила шаг. Сбоку, скрываясь в тени, стоял незнакомый молодой человек и внимательно смотрел в мою сторону. Если бы не обострившаяся не к месту паранойя, я бы его и не заметила. Так за участком следят!

Я поспешно отступила назад вглубь сада и тоскливо вздохнула, кутаясь в попону, насквозь пропитанную лошадиным духом. Если выживу — никогда больше не буду ругаться с Тео. Да и вообще к сильным мира сего на пушечный выстрел не подойду. Буду сидеть в своем «Замке». Тихо. Мирно. Встречать караванщиков — и никаких сиятельных ирров и глав канцелярий!

Проснулась я со стоном: ночевка на сырой земле предсказуемо плохо сказалась на организме. Горло уже подозрительно сипело, поясницу и плечи ломило — я чувствовала себя старой калошей. Кряхтя, поднялась с земли, проклиная Тео, его шпионов, а заодно и собственный длинный язык. Что мне стоило вести себя скромнее? Нет же, захотелось поиграть в героиню фэнтези-романа. Побыла? Допрыгалась? Теперь меня точно убьют — не зря же вчера у моего участка дежурил тот незнакомец.

Я вышла за пределы сада и замерла. У границы участка толпилось с десяток людей. Теодор, словно цепной пес, метался вдоль черты туда–сюда. Он зло огрызался на спутников и что-то невнятно сипел. Тоже простудился? А он где успел?

— Что вы здесь делаете?

— Ты… Ты! — сипло выдавил маг и, схватившись за горло, зашептал что-то одними губами.

Я и сама хрипела едва ли меньше Теодора. Недоуменно перевела взгляд на его брата.

— Он с рассвета пытается до тебя докричаться, — пояснил Хьюго. — Голос сорвал.

Я удивленно моргнула и на всякий случай оглянулась на сад. Почему я ничего не слышала? Слишком тихо кричал? Или я так крепко спала?

— Пошли. Вчерашняя предварительная встреча прошла замечательно, теперь пора говорить о делах, — перевел мне слова брата Хью.

— Никуда я не пойду, — я замотала головой и сделала шаг назад. — Он меня убьет.

— Кто? — сипло переспросил Тео. — Ирр Тирбиш?

— Ты!

— Лея Тина, если вы сейчас же не пойдете, я вас точно убью, — прохрипел маг, угрожающе сжимая кулаки.

Я опасливо покосилась на Теодора. В груди начала подниматься паника — с таким лицом не шутят. Вот уедет Тирбиш, и меня точно прихлопнут от греха подальше.

— Тина, он просто на эмоциях. Никто тебя не тронет, — попытался успокоить меня Хью.

— А вы считаете, я не на эмоциях⁈ — я окончательно сорвалась на визг. — Да я всю ночь ждала, что тот маг, который прятался за углом, взломает охранный контур и перережет мне горло! Я до сих пор боюсь выходить! Ирр Теодор наверняка уже приговорил меня к смерти за ту пощечину!

Тут я, конечно, присочинила: всю ночь расправы не ждала, но пару часов честно помучилась. Я и правда была на пределе. Ночь в седле, изматывающий день, ожидание мести от злопамятного Тео… Да еще этот дурацкий ПМС! Неужели я не имею права просто расплакаться?

Гормоны дружно скандировали лозунги к истерике, спешно разворачивая транспаранты. Я крепилась из последних сил, задирая голову к небу, чтобы слезы не катились по щекам. Приказать бы нервам успокоиться, но хладнокровие еще явно не проснулось, чтобы разогнать эту демонстрацию.

— Тебя в детстве головой не роняли? — прохрипел Тео. — Какие убийства? У нас встреча через четыре часа!

— А после встречи с Тирбишем вы меня и убьете! — упрямо повторила я.

— Постой, ты обещал убить Тину? — Хьюго нахмурился и дернул брата за рукав. — И за что она вообще влепила тебе пощечину?

— Слушай ее больше, — сипло отозвался Теодор.

— Да за мной мужик всю ночь следил! С ножом!

Теперь на меня смотрели все, включая того самого «мужика». По крайней мере, он был очень похож на ночного гостя. Я попыталась взять себя в руки. Чертов ПМС… Выставляю себя полной дурой, но боже, как же страшно! Или привиделось? Все нервы и отсутствие личной жизни.

— Тина, тебя совсем не смущает, что я принес тебе магическую клятву? — прохрипел Тео.

Я на секунду задумалась. Да, было там что-то насчет «не обману и не наврежу». Тяжело вздохнув, я нехотя подошла к краю участка. Страшно все-таки. Или уже нет?

— Я пойду только с ирром Хьюго, — решительно заявила я, старательно избегая взгляда Теодора.

— О боги! — простонал тот. — Иди с кем хочешь, главное — иди!

Я бочком просочилась мимо мага и опрометью бросилась к Хью.

— Ты что устроила? — шепотом спросил он, когда мы двинулись в путь.

— Не знаю, — виновато покаялась я, мертвой хваткой вцепившись в его локоть. — Нервы. Понимаешь, как мне жутко? Я же для него как мошка: прихлопнет и не заметит.

— Ну что ты такое говоришь? — возмутился Хьюго. — Теодор замечательный!

— Ага, а прозвище «демон Истрана» он за красивые глаза получил? — так же громко прошептала я в ответ.

Сам «демон» шел следом и, похоже, внимательно прислушивался. Вот чего он уши греет? Я разве для него сейчас шепчу?

— Слушай, Хью, — я вспомнила недавнее напутствие Иштар. — Окажи мне услугу, а я вам — помощь с кочевниками.

— Тина, тебе фундамент напитать? Или амулеты нужны?

— Проведи со мной ночь, — попросила я, опуская глаза и мгновенно заливаясь краской.

— Ты что, даже спать теперь одна боишься? — не понял Хью. — Да не тронет он тебя! Делать ему больше нечего — к тебе в дом проникать.

— Нет, я девственности хочу лишиться, — спокойно пояснила я.

Хьюго споткнулся и едва не зарылся носом в мостовую. Он уставился на меня с немым ужасом. Шедший сзади Теодор громко поперхнулся. Кхм… Кажется, не стоило раскрывать карты прямо при брате.

— Тина, ты чего⁈

Чего-чего… Квест у меня от богини! Но сказать этого я не могла. Да и настроение — ни к черту, гормоны бунтуют, а истерика уже готова к тесному знакомству с окружающими.

— Что слышал. Надо мне.

— Лея Тина, — раздался за спиной сухой голос Тео, — позвольте посоветовать вам заняться личной жизнью завтра.

Я демонстративно отпустила локоть Хьюго и зашагала вперед. Расшалившиеся нервы подтолкнули меня к озорству: я обернулась и показала Тео язык.

— А вам я, ирр Теодор, не предложу!

— Глубоко скорблю по этому факту, — съязвил маг.

Я фыркнула и с видом оскорбленной невинности прибавила шагу.