Избранная Иштар

Глава 22

Я устала. Нет, правда, смертельно вымоталась. Даже голова разболелась. Подходят к концу последние приготовления к открытию «Ночной Кобылы»: листовки розданы, авансы циркачам и певцам выплачены, вчера наконец привезли вывеску.

Надо сказать, от этой вывески я до сих пор в шоке. Не знала, что среди кочевников есть такие умельцы! Обычная деревянная доска с ярко раскрашенной лошадью казалась живой — изображение мерцало и менялось. Стоило солнцу подсветить картинку под другим углом, как кобыла то вставала на дыбы, то неслась рысцой, то мирно щипала траву. Издалека смотрелось просто потрясающе. Я немного подправила иллюзию и наконец успокоилась: а то уже извелась, что придется открываться «безымянной». Иштар обещала помочь — и, хоть подгонять богиню было не с руки, она вспомнила!

В последнее время я стала замечать, что магии уделяю преступно мало времени. Банально некогда! Все время съедают гостиницы и модный дом. Все мои магические пассы свелись к подзарядке амулетов. Не спорю, для некоторых заготовок требуется мастерство, и я горжусь, что освоила эту технику, но…

Наверное, поэтому я уже второй день поглощаю мед с хлебом в диких количествах и выкладываюсь по полной. Практика. Во всем нужна практика. Правда, мое «по полной» — это, скорее, «минимум среднестатистического мага», ну да черт с ним! Заставить пойти в рост кустарник и деревья, чтобы скрыть конюшню и общежитие, зачаровать инструменты на простенькую мелодию или пустить золотых магических рыбок в пруд — все это требует сил. Тяжело.

Конечно, спасение есть: булки с медом! Вот только в платье я теперь не влезаю. Мой «оборотнический» триумф на открытии накрылся медным тазом — перешить наряд я точно не успею. К тому же Анри, мой молодой кондитер, готовит так, что пройти мимо кухни просто физически невозможно. Когда я описала ему наши пирожные и профитроли, этот парень — мой ровесник, кстати — посмотрел на меня влюбленными глазами, готовый творить шедевры сутки напролет. Местные кулинарные бутики не оценили его таланта, а на дворцовой кухне сочли слишком юным и неперспективным. Что ж, я считаю иначе. И безе по утрам тут совершенно ни при чем!

Ирна даже рискнула намекнуть мне на прибавку в весе. Видимо, решила, что мы достаточно сблизились для таких замечаний. Черт возьми! Объем своей талии я не готова обсуждать ни с кем. Я так свирепо посмотрела на управляющую, что та мигом прикусила язык и вернулась к обязанностям. Ограничивать меня в булках никто не посмел, впрочем, я и сама поняла: сладкое — не выход. Перехожу на мед с молоком! Благо поставки от Хаммиса не прекратились.

К слову, о Хаммисе.

Мужа матушке моего «крупного землевладельца» я так и не нашла. Не особо искала, честно говоря, да и вряд ли кандидаты объявятся сейчас. Идет призыв: по одному мужчине от двора в возрасте от семнадцати до семидесяти пяти (тут надо помнить, что живут местные дольше). Слава богам, нас это миновало! Ларра я бы на сборы не отпустила ни за какие коврижки.

И что меня поражало: в столицу стекаются призывники, а бабки на базаре все так же азартно обсуждают закваску капусты. Удивительные люди.

Через голубиную почту из Артвиля потоком идут запросы на бронь номеров. Впрочем, и обычная корреспонденция доставляется неплохо. Из-за военного положения рейсы между городами сократили, теперь передвигаются только усиленные охраной обозы, от чего страдает простой люд. Я же на голубятне принимаю и сортирую почту, которая затем оперативно расходится по торговым партнерам артвильцев в столице. Мои мальчики совсем не сидят без дела, мотаясь по городу; я даже подумывала расширить штат, но вовремя передумала. Брать новых людей на тех же условиях, что и нынешних, я сейчас не потяну. Пока справляемся сами.

Пошли даже небольшие посылки через магические шкатулки. Эта услуга оплачивается отдельно и существенно помогает Ларру оставаться в рамках бюджета — в Артвиле дела идут куда хуже, чем раньше. Этак мы совсем переквалифицируемся в курьерскую службу! Может, сконструировать сундуки вместимостью побольше для пересылки средних грузов? Я тряхнула головой: нет средств втягиваться в новые авантюры. Финансы на критической отметке, и, если так пойдет дальше, мне нечем будет платить жалованье. Конечно, Ирна и остальные некоторое время продержатся на чистом энтузиазме, но кушать-то всем надо.

Не спорю, я всегда могу попросить денег у Тео, и он вряд ли откажет. Но если он еще худо-бедно смирился с Ларром и необходимостью вытаскивать из заварушки Стану с девочками, то кормить всю мою ораву он точно не обязан.

Тео…

Я вздохнула и снова посмотрела в окно. Купол никуда не делся. Война продолжается, и мой Ишхасс где-то там, на границе. Я надеюсь… нет, я верю: он вернется! Не может все закончиться сейчас, когда у нас только начало что-то проясняться. Он просто не имеет права остаться трупом в песках.

Я тряхнула головой и спустилась в общий зал.

Ирна снова ругалась с Анри. Если бы я не знала о местных предрассудках, решила бы, что это семейная сцена между любовниками или, по крайней мере, такой специфический флирт. Но, увы, управляющая была на пятнадцать лет старше кондитера и годилась ему в матери. Впрочем, сама Ирна на свой возраст не выглядела, скорее на старшую сестру Анри.

Уилли сидел в дальнем углу с тарелкой каши и с любопытством переводил взгляд с администратора на кондитера. Похоже, перепалка длилась уже давно.

— Прекратите ругаться! — резко прикрикнула я, присаживаясь за столик. — Чай с лимоном и безе. Немедленно.

У меня были все причины злиться: я поставила Ирну администратором, но она явно не справлялась. Или не желала справляться. Может, дело в менталитете, не знаю, но набранные с ее подачи официанты не спешили обслуживать ни меня, ни рабочих. Я ввела обеды в общем зале как тренировку перед открытием, но результат меня взбесил: пятеро сотрудников в новенькой форме заведения лениво сидели на лавке вдоль стены, даже не подумав подойти. Почему я должна выкрикивать заказ? Похоже, я поторопилась с полным доверием матушке Энаи.

Ирна то ли не умела работать с персоналом, то ли ее подвела излишняя жалостливость — в подавальщики набрали «студентиков» со слезливыми историями за спиной. А может, женщина всерьез сочла меня будущей родственницей и решила, что можно работать спустя рукава? В любом случае, сейчас, когда нервы из-за открытия и войны были на пределе, это стало последней каплей.

Ни один из «ленивцев» не шелохнулся. Оглохли? Я нахмурилась, провожая взглядом упорхнувшего на кухню Анри. Неужели заказ мне принесет лично кондитер? Веселенькое дело. Что ж, быть сегодня «милой леечкой» я не намерена.

— Ты, ты и ты — уволены, — громко объявила я, бесцеремонно ткнув пальцем в двух парней и девчонку. — А вы двое — на испытательном сроке до вечера.

Ребята на лавке испуганно вскинулись. Еще бы! С приличной работой в столице туго, а у меня условия были едва ли не лучшими. Но, черт возьми, мое хорошее отношение — это не повод садиться мне на шею! Впрочем, передать набор кадров Ирне было верным ходом: так мне хотя бы не жалко их выставлять. Я дала шанс? Дала. Не воспользовались — ваши проблемы. До свидания!

— Лея, я… я… — начал, заикаясь, один из парней, но я жестом оборвала его.

Не верю я в их оправдания. Мои мальчишки-посыльные, которым действительно нужно кормить себя, носятся по городу так, что портки спадают. А эти сидят в прохладе и даже пятую точку от лавки оторвать ленятся. Свободны!

— Уилли, развесь объявления о наборе персонала в школах и на воротах «Кобылы». Отберешь два десятка кандидатов и ко мне на собеседование, — я повернулась к изрядно побледневшей Ирне. — А тебе советую проверить горничных. Если там то же самое, уволю всех, и убираться в номерах встанешь сама. И мне все равно, как ты будешь успевать, хоть круглосуточно там дежурь.

Женщина открыла было рот, чтобы что-то возразить, но, поймав мой ледяной взгляд, передумала. С достоинством поклонилась и поспешно покинула общий зал.

Да! Сегодня я тиран. Но я не могу разорваться, делая все в одиночку, а подчиненные должны уметь исправлять свои косяки. Сейчас критически важно, чтобы открытие прошло без сучка и задоринки. Ленивые подавальщики, возомнившие себя исключительными только потому, что приглянулись Ирне, мне не нужны. В «Замке» ребята подлетали к столику, едва завидев гостя или поднятую руку. А эти? Даже когда я сделала заказ, не шелохнулись.

Я обернулась, проверяя, ушли ли уволенные. Оказалось, их и след простыл сразу после моего выговора Ирне. Ну что ж, баба с возу — кобыле легче. Хотя, возможно, это результат работы охраны? Сказано «уволены», значит, свободны.

Вышибал подбирал Уилли, и, честно говоря, его выбор меня не впечатлил. Какая реальная польза от невысокого жилистого мужичка за сорок? Но секретарь настаивал, и я дала Крэгу шанс. Пока он дежурит один, но с открытием к нему присоединятся люди Кантора.

Этот Крэг пугал меня до дрожи в поджилках. Он из тех людей, которым не нужно повышать голос, достаточно одного взгляда. Но это на трезвую голову, а если кто-то из гостей переберет? Крэг внушает трепет, но сможет ли он остановить пьяную толпу? Представить, как этот мужичок физически вышвыривает кого-то из зала, я пока не могла.

Заметила: как только я стала перепоручать набор персонала другим, гостиница начала терять для меня свой шарм. Становится скучно, пресно и как-то… не так. Печально. Но с таким объемом в одиночку я уже не справляюсь. Может, все подобранные работники и хорошие специалисты, но это не мои люди. И это пугает. Может, в этом и кроется главная ошибка? Мне нужно больше общаться с персоналом? Но где, черт возьми, взять на это время!

— Ваше безе и чай, — проворковал Анри, бережно ставя передо мной чашку и блюдце с десертом.

Я вздохнула. Кажется, только Анри по-настоящему поддерживает мою страсть к сладкому. Ничего! Я недавно напитала амулеты прохлады свежей энергией, калории сгорят, и глазом моргнуть не успею. Даже ишхасс бы меня понял…

Я задумчиво посмотрела в окно. Купол все так же переливался холодными чешуйками. От Эмерти ни весточки.

Твердо решила не накручивать себя и по возможности вообще не думать о маге — только хуже сделаю. Кому польза от моих стенаний? Никому. Пообещала себе, конечно, но мысли к нему возвращаются постоянно, как по накатаной колее.

Грю уже вовсю осваивал уход за лошадьми. За Ветром ходит профессионально, буквально сдувая с него пылинки. Подаренный мафией конь полностью оправдывал свое имя: быстрый, своевольный, летящий. Ничего, на днях доставят коляску из Артвиля, и я лично выведу этого красавца на прогулку.

А вот тайна Муси и Грю по-прежнему не дает мне покоя. Не то чтобы это был заговор планетарного масштаба, но ведь совершенно непонятно! Троллиха молчит, малец — тоже. А странностей в их поведении море. Сначала я, конечно, списала все на то, что книги преувеличивают тупость их расы. Бывает же такое. Но за университетскими хрониками обычно вранья не водилось, а они трактовали способности троллей однозначно: «необучаемы». Не так критично, как дешевые брошюрки, но все же не в пользу моих подопечных. Тайна!

Кстати, о тайнах. Вчера приехала Эная и даже разговаривать не стала, только дверью хлопнула. Прошмыгнула в комнату Ирны как к себе домой. Поссорились они там с Ларром, что ли? Любопытно. Брату писать пока не решилась: сорвется еще на мне, а лезть в первую подростковую любовь — дело неблагодарное. Мальчик он умненький, авось и сам прозреет: не сможет эта девица жить в нашей глуши, не по нраву ей мирный бизнес. На все расспросы вздорная девчонка только цедила сквозь зубы, что съездила «нормально». Чокнутая.

— Госпожа-а-а!

Я обернулась. Ульри. Было в этом его обращении нечто издевательское. Подслушал, как меня приветствуют степняки, и оживился, заявил, что мне очень подходит. Я каждый раз вздрагиваю, когда он так тягуче растягивает гласные. Издевается, гад, но я молчу. Улыбаемся и машем. Худой мир лучше доброй ссоры, так что я лишь ласково улыбаюсь в ответ. Да подавись ты!

Охранник посторонился, пропуская гостя. Я так и не разгадала, кто этот рыжеволосый красавец: сам король Теневого мира или его наследник, но навещает он меня каждый день. По-моему, ему просто понравилось бесплатно обедать в моей гостинице. Хорошо хоть свиту с собой не водит. Ульри в который раз коротко поклонился охраннику и начал пятиться ко мне спиной, не сводя настороженного взгляда с Крэга. Почему у них такая взаимная «любовь» — бог весть. Но этот ритуал повторяется регулярно, стоит представителю мафии переступить порог.

— Цепного пса взяла, госпожа, — покачал головой Ульри, наконец подойдя ко мне.

Ого! А ведь он действительно опасается Крэга. Может, мне стоит присмотреться к нашему вышибале повнимательнее? Хм… Мужик одинокий, не старый еще. Может, Ирну за него выдать? Блажь это все с Анри: местное общество их сожрет, а меня заодно обвинят в поощрении «разврата».

Тут же я одернула себя. Нашлась вершительница судеб! Уж точно не мне упрекать кого-либо в несоответствии канонам благочестия. И все-таки… я задумчиво покосилась на вышибалу. Крэг ответил спокойным, расслабленным взглядом. Да уж… От такого взгляда тянет спрятаться в подпол. Но если уж сам Ульри его отметил, Крэг явно стоит каждого вложенного в него медяка.

— Это мой человек, лей, — я безразлично пожала плечами, подзывая официанта.

На этот раз к нам кинулись все трое разом. Я хмыкнула. Вот что нагоняй животворящий делает! И слух прорезается, и расторопность повышается. Определенно, стоит почаще устраивать подобные «лечебные акции».

— Твоих волшебных бутербродов! — заказал Ульри.

Еще бы ему не понравились мои «гамбургеры»! Он уплетает их по нескольку штук, да еще с собой просит завернуть. Стоит всерьез задуматься о еде на вынос: вощеная бумага здесь есть, зачарую ее, чтобы подольше сохраняла тепло, и пусть мальчишки разносят. Я сделала пометку в планшете, с которым теперь не расставалась. Кстати, не забыть бы прорекламировать доставку в МУБ — министерские вечно голодные.

Ульри смешно вытянул шею, пытаясь разглядеть мои записи.

Никак не могу понять, какое место он занимает в иерархии мафии и чем мне грозит его странное расположение. Да, я параноик! И имею на это полное право.

— Лей, вы ко мне по делу или так… — с языка чуть не сорвалось «поесть бесплатно», но я вовремя прикусила язык, — проведать?

— По делу! — кивнул Ульри, не сводя жадного взгляда с двери на кухню. Неужели настолько голодный? — Гулял я тут намедни и наткнулся на дверях одного из наших «партнеров» на рыжего вредителя, которого ты так смешно называешь «брендом».

Я нахмурилась. Рыжий вредитель? Это он про мои наклейки с лисом? Я уже расклеила их везде, где дотянулась. Дисконтных карт еще нет, а вот зверушки уже работают: люди заходят просто узнать, что за странный знак появился на дверях заведений. Лей Миксон подтверждает — поток любопытных заметно прибавился.

— Вы про типографию?

— Про нее. Ты хочешь сказать, что для тех, кто под этим знаком, нам нужно сделать скидку?

Странный у него стиль общения: тыкает мне, но при этом величает «госпожой». Вроде бы дурачится, а все равно жутко! Власти у парня много, а вот ума? Хотя, может, Ульрих и не подросток вовсе? С местными магами ни в чем нельзя быть уверенной. Моложавое лицо, низкий рост и отсутствие щетины еще не преступление. У меня вечные проблемы с определением возраста: того же Ларра я все еще считаю мальчишкой, невзирая на то, что он давно вырос.

— Возможно, — осторожно кивнула я.

Как бы ни был мне дорог русал-партнер, а своя шкурка ближе к телу. Если мафия готова обсуждать налоги из-за моих лисичек, это победа.

— Одни растраты от тебя, госпожа, — покачал головой парень и на мгновение прикрыл глаза. — Говорят, ты сумела договориться с русалами?

Я неопределенно пожала плечами. Ну, сумела. Виной тому рыжие волосы и лей Миксон. И, безусловно, мое почтение к их обычаям. Немногие отваживались опускаться на колени прямо в прибой, приветствуя морской народ. Каспер, которому я перепоручила работу с тритонами, теперь ездил за каждой партией рыбы лично. Каждый раз он вез подарок и так же покорно, как и я, входил в воду. Поначалу мальчик до смерти боялся, что тритоны утащат его на дно, но теперь совершенно спокоен, даже выучил десяток слов на русалочьем.

На пристани Каспера кличут чокнутым. Местные пробовали повторить его «трюк», но для одного смельчака заход в воду закончился плачевно, едва откачали. Я думала, после такой демонстрации Каспер наотрез откажется лезть в море, но нет. Мальчишка лишь пробормотал что-то глубокомысленное про «чужих придурковатых русалов» и теперь готовится уже к четвертому рейсу.

— Предположим, — лаконично подтвердила я.

— С тобой невозможно общаться! — вскипел Ульрих. — О чем ни спроси, сплошные сомнения! Может, скоро выяснится, что и гостиницу ты не открываешь, и «демон Истрана» тебе ленту не вручал⁈

— Почему же? Вручал, — я равнодушно пожала плечами, наблюдая, как официант дрожащими руками расставляет перед нами ароматный чай. — Но при чем здесь это?

Мафиози замер, так и не донеся бутерброд до рта. Он уставился на меня с нескрываемым изумлением, словно я только что призналась в краже королевской короны.

— Любопытно… И давно это случилось?

— Года три как. Но… — я начала закипать. Настроение и так было паршивым, а тут еще этот допрос. Складывалось ощущение, что парень просто тянет время. Хамить гостю не стоило, но подавить нарастающее раздражение становилось все труднее.

— Терпеливый мужик, однако, — хохотнул парень, наконец впиваясь зубами в хлеб. — А ты?

— Что «я»? — язвительно уточнила я. Наша словесная дуэль начинала меня утомлять.

— Ленту вернула?

— Зачем⁈ Это же подарок!

В голове некстати всплыл Горлум с его шипящим «моя прелес-с-ть». Угу, осталось только вцепиться в шелк мертвой хваткой и забиться под стол. Беда лишь в том, что злополучная вещь осталась в Артвиле, запертая в верхнем ящике бюро.

— Занятно… — пробормотал Ульрих, склонив голову к плечу. — И что? Демон Истрана до сих пор не потребовал ее назад?

— Да что за свистопляска вокруг этого куска ткани⁈

— Как все запущено! — мафиози откровенно веселился. — Впрочем, я тебя просвещу, а счет за лекцию потом выставлю достопочтенному ирру Эмерти. Ты же в курсе, что вся верхушка дворянства — выходцы из Северных земель? Край там суровый, ледяной. Встретить женщину с непокрытой головой в тех горах практически нереально. Дурочку, рискнувшую выскочить на мороз простоволосой, можно сразу везти в лечебницу.

Юноша отхлебнул чаю и задумчиво оглядел меня, задержав взгляд на косе.

— Распущенные волосы — это высший акт доверия, понимаешь? — Ульрих дождался моего кивка. — В старину невесту выводили к гостю без убора, чтобы показать: здесь ему верят. Так и родился обычай. Мужчина, желавший забрать избранницу в свой дом, перевязывал ей пряди лентой, снятой с собственной головы. Это прямое и недвусмысленное предложение руки и сердца.

Кажется, мои глаза стали размером с блюдце. Что-что⁈ Но ведь Тео… это случилось еще до того, как в нем полноценно пробудился ишхасс! Ничего не понимаю. Так вот какого «возврата» ждал от меня Эмерти? Получается, когда он встретил меня рядом с Октаем, он первым делом проверял, нет ли в моей прическе его «метки»? Бред какой-то: чтобы окольцевать сурового лорда, достаточно стащить у него подвязку для волос?

— Если предложение принято, — продолжал Ульрих, явно наслаждаясь произведенным эффектом, — женщина вышивает на шелке особый узор и повязывает его уже на голову избранника. В случае отказа, возвращает лоскут чистым или изрезанным в клочья.

— Но я ведь не вернула… — лихорадочно возразила я, пытаясь сообразить: не врет ли проныра? С одной стороны, а зачем? С другой, это же такой шанс поглумиться над иномирянкой! Да и откуда уличному вору знать тонкости этикета северных аристократов?

— О! Ты поступила как истинная леди — решила помучить бедолагу неизвестностью!

Я внимательно посмотрела на собеседника. Если он прав, то претензии Хью в нашу последнюю встречу обретают ясность. Со стороны я выгляжу как особа, которая и «да» не говорит, и «нет» не отдает. Дурдом на выезде! Подумать только — какие-то тряпочки! Нет бы как у нормальных людей: кольца, бриллианты, мужчина, вставший на одно колено…

— А почему я должна вам верить? — я прищурилась, стараясь поймать его взгляд. — Откуда простому… кхм… лею знать о брачных тонкостях высшей знати?

Собеседник, кажется, не на шутку обиделся и даже отложил бутерброд. Третий по счету! Бросил недоеденным, а в глазах само возмущение.

— Я не неволю, — буркнул Ульрих, — а насчет осведомленности… Скажем так, я и сам в некотором роде принадлежу к первому кругу дворянства.

У меня неприличным образом отвисла челюсть. В мафию нынче принимают верхушку общества? Похоже, я окончательно перестала что-либо понимать в устройстве этого мира.

— Мой отец в свое время отказался от предначертанной ему женщины, — задумчиво пробормотал парень. — Это вызвало в обществе громкий резонанс, так что…

Юноша внезапно осекся и испуганно уставился на меня. Теперь я ясно видела: передо мной подросток, едва ли старше Ларра, до смерти напуганный собственной болтливостью. Сын Ульриха? Или все-таки нынешний глава синдиката собственной персоной? Ульрих Второй… Сплошные загадки.

С другой стороны, глава мафии, опальный ирр, отринувший «судьбу». Это он от альтеи, что ли, открестился? Поразительно. Мне казалось, подобное невозможно, иначе Тео давно бы воспользовался такой лазейкой — Эмерти-то плевать на общественное мнение. Но он ведь вручил мне ленту… Стоп! Сам факт того, что от связи можно отказаться, меняет все. Тео твердил, что способы ищутся, но это нереально. Привирал? Приручал?

Ульрих напряженно закусил губу, явно проклиная себя за несдержанность. А что? Теперь я могу его вычислить. Впрочем, не верится, что за столько лет никто не подобрался к верхушке преступного мира. В МУБ и разведке далеко не идиоты сидят. Как можно было проморгать такого «врага»? Или он им выгоден? Тот же Тео знал о визитах Толстого Джо, но и пальцем не пошевелил.

— Впрочем, мы отвлеклись, — быстро сменил тему юноша. — Так с русалами договориться удалось?

— Предположим, — я снова хмыкнула, уходя от прямого ответа.

— Попроси русалов достать тебе пару розовых жемчужин, — внезапно посерьезнел Ульри. — Это редкий дар моря. Наши алхимики используют их в целительных настойках. За ценой я не постою.

Судя по его тону, жемчуг требовался как можно скорее и явно не для украшений. Кто-то из родных болен?

Я клятвенно пообещала помочь, если тритоны согласятся, и поспешила распрощаться с юношей, который мгновенно потерял ко мне интерес. По-моему, он просто чувствовал себя крайне неуютно после того, как случайно сболтнул лишнее.

Надо попросить брата переслать ленту из комода. Вышью что-нибудь на досуге. Нужно только у Милады уточнить, какой именно узор требуется, а то с моими талантами выйдет одинокая полоска крестиков. А потом выяснится, что нужны были петельки, а крестик — это публичный отказ от ишхасса. Тео же меня прибьет!

Вообще, в голове начала складываться стройная картинка: меня долго и нудно заманивали в ловушку. Слишком уж все выходило наигранно. Понять бы еще, каким боком в эту схему вписывалось покушение двухлетней давности… Я начинаю верить, что и там все было непросто. Может, Тео рассчитывал, что, испугавшись, я брошусь искать его защиты и быстрее дам согласие?

Я набросала записку Ларру с просьбой прислать ленту и отправила магической шкатулкой. Пожалуй, начну действовать постепенно. Все равно из города не выйти, и я теперь на редкость правильная леди. Даже выходя за ворота гостиницы, смиренно жду, пока появятся охранники. Если «хвосты» и удивлены такой покладистости, то виду не подают — сопровождают молча.

Ответ от брата пришел спустя час. Я уже начала дергаться: неужели ленту выкрали? Хотя кому она сдалась, не представляю. Послание было перевязано моей многострадальной черной ленточкой. Я аккуратно погладила родной атлас и вздохнула. Наконец-то «ты» дома.

Оставив ленту, я принялась за письмо:

«Сестра! Рад был прочитать от тебя хотя бы пару строк. В последнее время мы мало переписывались, и я соскучился…»

Ага, как же! Я фыркнула. Соскучился он! Может, мы мало переписываемся потому, что кто-то слишком много времени тратил на свою драгоценную Энаю?

«…и я соскучился. Ленту твою нашел, отправляю. Не совсем понял, зачем она тебе вдруг понадобилась. У меня тут все хорошо, правда, местные артели охотников задрали цены на дичь. Теперь подаем ее только как деликатес — говорят, выходить за купол слишком рискованно. Ну или просто оправдывают жадность. Вчера открыли беседку с играми. Народу навалило столько, что через пару часов я уже валился с ног. Невозможно ко всем подойти, объяснить правила, да еще и перекинуться с гостями в партейку-другую. Работа беседки расписана на недели вперед — она просто не вмещает всех желающих. Юли — умница, она легко запомнила игры, и я уже спокойно оставляю ее с посетителями…»

Юли! Сто раз да! Красавица, сообразительная, золотая девочка. Надеюсь, у моего братца хватит способностей разглядеть, насколько она потрясающая на фоне некоторых «хлопающих дверями» особ!

'…Джеймс наконец официально посватался к Стане. Наша повариха меня удивила — отправила оборотня ко мне. Дескать, не дело без разрешения хозяина. Согласие я, конечно, дал. Свадьбу планируют на осень, Джеймс просто светится от счастья.

Есть и странности. Помня о троллихе из твоих писем, хочу сообщить: к нам в город приходили очень странные люди. Огромные, Тина! Настолько, что в «Замок» входили пригнувшись. Я и не представлял, что такие народы существуют. А их наряды! Меховые сапоги и шапки из зверя, которого не знает ни один наш охотник. Приехали на лохматых лошадях, говорят, спустились с гор. Вряд ли Северные Лорды выглядят так. Они искали троллиху с ребенком.

Причину поисков назвать отказались. Местные шепчутся, мол, украла она какое-то дитя, но мне верится слабо. На слово нам не поверили, этот главный обошел всю гостиницу, настаивал. Сказал, «видение ему было». Говорит на нашем медленно, тягуче. Уехал злой, в сторону Копытовки. Если это по душу твоей Муси, прими меры. Может, отправишь их ко мне? У нас они уже были, вряд ли вернутся. Не знаю, как быстро они доберутся до столицы. Все ли у вас в порядке? Не страшно ли под куполом? Как Ирна? Жду ответа.

Твой брат Ларр'.

Угу. Ирна. Как же! Будто я не вижу, что на самом деле его интересует судьба Энаи. Ничего, помучаю братца, напишу, что с Ирной все в порядке, и ни слова о ее вздорной дочери.

А вот вести касательно Муси меня не на шутку взволновали. Что за странные люди искали троллиху? Белые! Толпу зеленокожих троллей Ларр бы точно выделил особо, значит, кожа у визитеров была светлой. Хотя и Грю у нас, если присмотреться, не самый «зелененький». Отец тролленка? Но зачем ему искать Мусю, если, по ее словам, расставание и отказ от ребенка были добровольными? Хотят отобрать мальчишку силой? Я помотала головой, отгоняя дурные предчувствия.

Быстро спрятав черную ленту в ящик стола, не сегодня же ишхасс вернется! Ждал три года, подождет еще немного.

Прихватив письмо, я вышла из комнаты. Нужно показать написанное Мусе. Пусть решает сама, что со всем этим делать.