— Далеко собралась? — прошептали мне в самое ухо.
Я вздрогнула, стиснула невесть откуда появившийся в руках кинжал, но в последний момент опустила занесенную для удара руку. Нет, больше я не совершу подобной ошибки. Никогда. Я застыла, чувствуя, как на плечо легла неприятная холодная ладонь.
Я медленно повернула голову, и в меня вперились мертвые синие глаза. Я испуганно отпрянула. Мужчина криво улыбнулся и сделал шаг ко мне. Мертвенно-бледное лицо уже приобрело землистый оттенок, а одежда была заляпана кровью.
Внезапно руки Шайена удлинились и впились мне в плечи. А из почему-то опустевших глазниц на меня повеяло таким ужасом, что я закричала и…
…свалилась с кровати. Тьфу! Приснится же такое.
Я поднялась, шипя потерла ушибленное место и только сейчас заметила Арта, полулежащего на стуле у стола и взирающего на меня с немым вопросом во взгляде.
— Все, отправляемся на дело, — преувеличенно бодро доложила я, приглаживая растрепавшиеся волосы, и направилась к двери. — Но пообещай, что доверишься мне.
Парень поднялся вслед за мной. Я все же решила здраво оценивать его возможности и добавила:
— Хотя бы пока мы не покинем пределы этого постоялого двора.
Арт поморщился, спрыгнул со стула, размял конечности и безмолвно направился за мной, хотя я кожей ощущала исходящий от него протест.
Шла я открыто, ни от кого не прячась и не пытаясь красться. Как говорил Билл, для того, чтобы что-то у кого-то «позаимствовать», вовсе необязательно идти на дело глубокой ночью, когда дальше своего носа ничего не видно. Куда проще сделать это, не скрываясь, тогда и внимания никто не обратит.
Мы спустились на первый этаж и прошли к подсобным помещениям.
— Ты что задумала? — не выдержал, наконец, Арт.
— Избавить хозяина этого заведения от кое-какого хлама, — пояснила я и потянула на себя приглянувшуюся дверь.
— За воровство руки отрезают, — как бы между прочим сообщил парень.
— Меня все равно сжечь собирались. А ты стой на стреме. Свистнешь, если что.
— Да чтобы я, как последний вор… — Арт возмущенно зашипел.
— Ладно, можешь идти ты, а я покараулю, — предложила альтернативу я, не сомневаясь в выборе парня.
Я скользнула в чулан, приглядела в одном из углов метлу и направилась к ней. Повертев древко в руках и деловито осмотрев помело, я решила, что сойдет, и отправилась на выход. Парень, углядев мою добычу, возмущенно набрал воздух в легкие, но я схватила его за запястье и потянула обратно в комнату.
Быстро проведя ревизию имеющихся у нас вещей, я всучила Арту фляжку и отправила его за подслащенным травяным отваром. Это-то постояльцу должны были выдать и «забесплатно». А сама послюнявила палец и вывела на столешнице замысловатую руну. Надеюсь, до Учителя послание дойдет. Он поймет, что со мной все в порядке и что я ему очень благодарна.
Я расчесала волосы Артовым костяным гребнем, уложила наши нехитрые пожитки в его дорожную сумку и принялась за метлу. Взяв древко в руки, я попыталась как можно точнее воспроизвести эмоции, возникшие перед первым полетом. Метла даже не трепыхнулась. Я бы попробовала еще раз, но в этот момент в комнату вошел Арт. Он нес в руках завернутую в тряпицу краюху хлеба. Это я безошибочно определила по запаху, наполнившему комнату.
Парень продемонстрировал мне свою добычу, запихал фляжку и хлеб в суму, пристроил ее за плечами и вопросительно глянул на меня. Я погасила свечи, перестроила зрение, как учил Берниль, спасибо ему большое за это. Распахнув окно, я влезла на подоконник, зажала ногами древко метлы и поманила парня.
Земля была далеко внизу. Интересно, как Арт умудрился со мной на спине влезть аж на третий этаж, причем почти не напрягаясь?
Парень подошел и встал рядом. В янтарном взгляде читалось недоверие вперемешку со здоровой долей скепсиса:
— Ты уверена, что это сработает?
— Нет, — нехотя призналась я, — но в прошлый раз сработало. Все равно другого выхода у нас нет. Прыгаем по моей команде. И что бы ни случилось, не отпускай меня.
Арт тяжело вздохнул, признавая мою правоту насчет того, что следует рискнуть, встал на подоконник и притянул меня к себе.
Давай, родная, не подведи. Я глубоко вдохнула и прошептала: «пора!». И мы прыгнули.
Как и должно происходить согласно законам природы, мы ухнули вниз, а мое сердце, казалось, прилипло к горлу. Руки Арта до боли впились в мои плечи, но он не произнес ни звука. Неужели метла не потянет двоих?
У самой земли метла все-таки выровнялась и принялась медленно, но верно набирать высоту. Мгновения, проведенные в падении, однозначно стоили мне пары седых волос.
Мы успешно миновали городскую стену на приличной высоте, но внизу все равно заливались лаем собаки.
«Получилось!» — вдруг дошло до меня, когда город остался где-то далеко внизу и позади. Кажется, прорвались. Парень за моей спиной тоже успокоился и слегка расслабил сведенные судорогой пальцы. Похоже, он до последнего не верил в успех этой авантюры.
Так, теперь дело за малым: определиться, в какую сторону лететь. С этим вопросом я и обратилась к Арту.
— Левее, — скомандовал он. — Не так сильно, возьми чуть правее. Вот. Пока так держи.
На что Арт опирался, раздавая эти указания, я не знала, но решила не спорить.
Мы летели довольно быстро. Вопреки моим опасениям, ночь была ясной. Ярко светила молодая луна, звезды тоже радовали глаз своим разнообразием, но вот ледяной ветер никуда не делся.
Другой вопрос, что терпеть его не в одиночку оказалось гораздо легче. Сидящий позади Арт щедро обменивался со мной теплом. Но не мыслями. Парень думал о чем-то своем, я прямо затылком чувствовала, как в его голове быстро мелькают обрывки каких-то проблем, о которых он молчит все наше знакомство.
— Куда мы летим? — поинтересовалась я, когда шум ветра в ушах стал совсем уж гнетущим.
— Ты слышала о Нейтральных землях? Это довольно большой кусок земли на окраине материка, отделенный от остальных государств высокими горами. Там собрались успевшие спастись маги и представители всех рас, кроме человеческой.
— В общем, все, на кого объявили охоту после войны, — правильно истолковала я его объяснения. — Никогда не слышала об этом месте. Откуда ты о нем знаешь?
— Это довольно далеко отсюда, — парень, как обычно, проигнорировал провокационный вопрос и ответил в своей излюбленной манере. — Думаю, такими темпами мы доберемся за седмицу.
— Вряд ли, — покачала головой я. — Меня надолго не хватит. Сколько до ближайшей деревни? Или где мы сможем сделать привал?
— За несколько десятков верст отсюда должна быть небольшая деревушка, но если свернуть южнее, то верст через пять долетим до города. Вон, видишь, огни сторожевых башен?
— То есть, если не считать город, то до ближайшего населенного пункта не так уж и далеко, — прикинула я, — Долетим.
Как оказалось, я слегка переоценила свои возможности. До рассвета было еще далеко, а я уже начала чувствовать легкое головокружение и дезориентацию. Видимо, двойной вес давал больше нагрузки и, соответственно, требовал больше энергии для осуществления полета.
— Пей, — Арт сунул мне под нос открытую фляжку.
Я присосалась к ней, как вампир к шее девственницы. Не знаю, так ли себя ведут вампиры на самом деле, но что-то мне подсказывает, что все слышанное мной в приюте — не более, чем необоснованные страхи, превратившиеся в жуткие сказки.
В голове прояснилось, и я, наконец, оторвалась от горлышка опустевшей фляги, пробормотав что-то благодарное в адрес парня.
Но не больше, чем через пару-тройку лучин звезды снова начали расплываться и двоиться перед глазами. Я сердито мотнула головой и посильнее облокотилась на Арта. Он, если и имел что-то против этого, промолчал. Правильно, а то я ведь и скинуть особо неугодных пассажиров могу. В теории, конечно.
О, а вон там впереди какое-то размытое пятнышко на белом фоне. Та самая деревня, кажется… Больше я ничего подумать не успела, так как сознание начало потихоньку уплывать.
— Арт, — слабо позвала я и тут же получила нехилую такую пощёчину, аж голова мотнулась.
— Извини, — произнес парень.
Впрочем, особого раскаяния в его голосе я не услышала. Но звон в ушах прекратился. Я поняла, что все это может плохо кончиться и послала метлу на снижение. Та послушалась, напоследок заложив такой крутой вираж, что небо перед глазами пару раз кувыркнулось и стало стремительно отдаляться. У самой земли мне удалось-таки замедлить посадку, но мы все равно пробили наст и застряли в снегу по пояс.
Арт что-то прорычал сквозь зубы, разжал непослушные пальцы, и мне сразу стало холоднее. Парень выбрался сам, потом буквально выволок меня из сугроба за шиворот и поставил на ноги. Я оперлась о метлу, так и не сумев выпустить древко из рук, и усилием воли деформировала ее в посох. Вот, а теперь и сознание можно потерять.
Но не успела я даже осесть в снег, как мне отвесили вторую пощечину.
— Зачем было так надрываться? — отчитывал меня парень, придерживая за плечи, так как ноги отказывались держать свою хозяйку. — Мы спокойно могли залететь в город на ночевку…
— Без денег, — ехидно дополнила я. —Нас бы точно впустили, двух таких растрепанных, дрожащих, бедно одетых и неприбыльных.
— Да кто бы их спрашивал? — гнул свою линию Арт, почти волоком таща меня по снегу.
Я слабо переставляла ноги, прикидывая расстояние до ближайшего домика, и результаты подсчетов меня, скажем так, не удовлетворяли. Вообще-то, Арт мог бы и понести меня, а то к утру не доберемся. Но нет, он ждал, пока я сама попрошу. А вот шиш.
Я закусила губу и вытащила ногу из очередного сугроба, зачерпнув приличную порцию снега голенищем сапога. Наклонилась и попыталась выгрести его руками.
— И зачем я не позволил тебе потерять сознание? — запоздало сокрушался парень, закидывая меня к себе на плечо. Я в отместку «случайно» задела его голову концом своего «посоха».
— Да выпусти ты уже эту палку, — рыкнул Арт, раздраженно хлопнув меня по бедру.
— Тебе-то что? Я же ее несу! — возмутилась я, силясь разжать пальцы.
Не получилось. Пришлось делать это медленно и по одному. Парень скептически хмыкнул, но промолчал. А вот мне было, что добавить.
— К тому же, нам ведь надо дальше на чем-то лететь, а новую воровать как-то… — я задумалась, подбирая слово. Стыдно за свой поступок мне точно не было.
В ушах шумело, и все мысли разлетались в разные стороны со скоростью бабочек, за которыми я так любила наблюдать в детстве. Перед глазами запестрело от разноцветных крыльев, мельтешащих с огромной быстротой, потом они и вовсе слились в одно разноцветное пятно, которое вскоре почернело и расползлось на все поле моего зрения.