Лежа под горячим боком Райана на смятом шелковом покрывале, я слушала его глубокое дыхание и старательно делала вид, что сплю.
Было слишком стыдно за то, что произошло в источнике.
Там не было спасительного разделения разума, не было ритуальных эффектов, не было боли, ничто не нарушало единения, не за чем было укрыться от того, что творилось со мной.
Пронзительного, запретного и на этот раз невозможно сладкого.
Глаза в глаза, кожа к коже, вздох в унисон. Пламя, что разгоралось медленно, спалило меня до тла, и это не осталось тайной для Бладсворда.
Какой срам!
Я ужасно порочна.
Стоило вспомнить, о чем я умоляла Райана, сразу же хотелось сорваться и бежать до самой «Соколиной башни». Одного взгляда на сильную руку, покоившуюся на моем обнаженном бедре, хватало, чтобы я заливалась жаром стыда.
Что теперь подумает обо мне владетель?
— Энни? — Райан позвал меня шепотом. — Леди Энн Райан Чествик? Хватит притворяться.
Но я только сильнее зажмурилась, радуясь, что распустившиеся волосы, закрывают лицо. Сегодня я пожертвовала источнику много шпилек.
И свою гордость.
— А была такая храбрая… — продолжал дразнить Райан.
Ну вот что ему стоило сделать вид, что он верит в мой сон? Как же ему нравится ставить меня в неловкое положение…
Положение!
Мои глаза распахнулись, как только я поняла, какое положение мне может угрожать. Я же могу попасть в неприятности!
«Не сегодня, не тот ритуал», — прозвучало в моей голове, на секунду успокоив и тут же взволновав снова. — «Но я всегда выполняю свои обещания. На Дженингейм».
Что? Как? Зачем?
Усилием воли подавила панику. Ритуал завершен. Бладсворд сказал, что все удалось, и каждый получил, что хотел. Повторения не будет, так что я в безопасности. А потом я уеду и, возможно, найду себе жениха. Все равно для света Станхейма к концу опеки Джины я стану старой девой.
То есть уже не девой.
Я была уверена, что больше не поддамся, но на всякий случай решила на Дженингейм нужно обходить Райана стороной.
Словно проверяя мою выдержку, Бладсворд легко поцеловал птичку на моем плече, вызывая в утомленном теле отклик.
— Нам пора, пока тебя не хватились, — еще один поцелуй в висок, и Райан поднялся с ложа.
Плюнув на конспирацию, я закрыла руками лицо, чтобы не видеть самую мужскую его часть, чем вызвала смешок. Легкий шорох подсказал мне, что Бладсворд взялся за одежду, напоминая мне о том, что и мне бы неплохо прикрыться. Я стала натягивать на себя покрывало, и мне показалось, что что-то не так.
Не сразу я сообразила, что на мне нет медальона, который надел на меня Райан. Я пошарила вокруг и ничего не нашла. Могла ли я утопить его в источнике?
— Энни, нужно было так наглаживать, пока я лежал рядом, — подколол меня владетель, заставляя вспыхнуть краской. — Что ты там ищешь?
— Твою совесть, — буркнула я, стараясь не смотреть, как Райан застегивает штаны, но все же призналась: — Медальон. Боюсь, я его потеряла.
Бладсворд приподнял бровь:
— Медальон? Не потеряла, он с тобой.
Он сказал это так уверенно, что я недоверчиво коснулась ключиц, но не обнаружила там украшения.
— Просто ты плохо ищешь, — невозмутимо ответил на мой растерянный взгляд Райан. — Давай я поищу…
Тут я наконец сообразила, куда клонит этот развратник.
— Нет! — пылко возразила я. — Это уже слишком! Второго раза тоже не должно было быть! Ты же не станешь меня убеждать, что он был необходим для ритуала?
— Он был необходим для моего душевного спокойствия. Собственно, ты же знаешь, что самое простое магическое число — три… — Райан медленно подходил к ложу, на котором я пыталась спешно завернуться в покрывало.
— Нам пора! Бросьте глупости!
Бладсворд вздохнул:
— Действительно пора. Тебе нужно попасть в дом, пока гости не потянулись обратно, а мне появиться на Старфайре.
— Праздник еще идет? — удивилась я.
По моим ощущениям, с того момента, как я вышла на обратной стороне и до сего момента, прошла вечность, изменившая мое тело, душу и магию.
— До рассвета еще далеко. И через час мне нужно зажечь костер. Особенный костер.
— Теперь ты можешь мне рассказать про этот ритуал нормально? Без всяких недомолвок? Ты ответишь на мои вопросы? — я уставилась в наглые глаза, в которых плясали смешинки.
— Энни, если бы я не знал тебя, то решил бы, что ты воспользовалась мной, чтобы выудить информацию, — по-мальчишески улыбнулся Райан, сверкнув ямочками на щеках.
Я чуть не задохнулась от возмущения.
Да как он посмел…
— Я, между прочим, уже расплатилась за эти вопросы!
В этот момент Райан поднял плащ, в котором я пришла, и встряхнул его. Это резкое движение запустило цепочку событий. Видимо, испугавшись, со стены грота сорвалось нечто и ринулось в самый темный угол. Туда, где почти погасли свечи. То есть к ложу. Прямо на меня!
Я услышала ужасающий шелест крыльев, стремительно приближающийся и повергающий меня в ужас.
Летучая мышь!
От иррационального страха перед этим мелким зверьком горло сковало, сердце затрепыхалось.
В панике я вскинула руки, и… воздух загустел, замерцал серебристым свечением. Мышь шлепнулась о невидимую преграду и оттолкнувшись полетела прочь, оставляя меня обмирать на грани обморока. Покружившись, она исчезла в тени, но я-то знала, что она все еще где-то здесь!
— Какое счастье, что мы не разбудили ее ритуалом, — попытался разрядить атмосферу Райан.
Я бросила на него гневный взгляд.
Рука все еще дрожала, повиснув в воздухе.
Бладсворд подошел ко мне, и его не остановил этот почти невидимый щит. Он лопнул, едва владетель шагнул сквозь него. Райан закутал мое напряженное тело в плащ и поднял на руки.
Искры избыточной магии снова сыпались с моих влажных волос.
— Я б-боюсь летучих мышей… — всхлипнула я, утыкаясь ему в шею.
— Ты ее победила, Энни, — ласково сказал Райан, он погладил меня по голове, и я почувствовала, как пряди подсыхают. — Видишь, ты теперь сильная. Никакая мышь тебе больше не страшна. И не только мышь.
— А почему на тебя преграда не подействовала?
— Энни, тебя от меня ничто не спасет.