Наследница поместья "Соколиная башня"

Глава 83. А хорошая была бы традиция

Как бы мне ни хотелось возмущаться, а непристойный метод Бладсворда работал. Мне определенно было лучше, и теперь я уже не могла не задумываться над тем, что я превращаюсь непонятно во что.

Добравшись до зеркала за ширмой, я увидела, что отметина на ключице изменилась. Птица подняла два крыла во взмахе, будто ее спугнули.

Если с меткой я готова была мириться, поскольку взамен я получила защиту и сильный дар. Отметину можно было скрыть под одеждой, и она останется только моей тайной.

А вот, что делать с теми дымчатыми крыльями, что у меня выросли?

Обратимо ли это?

Как их контролировать?

Я ведь так и не поняла, почему они появились.

Самое время отправиться к Райану за ответами на вопросы.

Уши горели при воспоминании о словах владетеля, что ему необходимо снять напряжение.

Кое-как самостоятельно справившись с домашним платьем, я набралась духу и отправилась на поиски Бладсворда.

Мне все мерещилось, что прислуга, которая поглядывала на меня с насторожённым любопытством, знает, что я только что позволила Райану недопустимое. Скорее всего, я излишне себя накручивала, и дело было в обычных опасениях челяди: они понятия не имели, что из себя представляет невеста хозяина. Я была для них чужачкой и тёмной лошадкой. И все же спросить, где я могу найти владетеля, который не обнаружился в кабинете, решилась я только у Соткинса, попавшегося мне в холле.

— Полагаю, милорд у себя в покоях, — важно ответил он.

— Утомился, — подал голос незамеченный мной Бриан, стоявший у выхода в охотничьем костюме и с хлыстом в руках, — шутка ли — плавать в парковом пруду осенью.

Я сделала вид, что не слышу намёков в его словах.

Несмотря на пикантный подтекст, я не чувствовала в его фразе издевки, скорее, дружеское подтрунивание.

В Станхейме, конечно, подобные инсинуации стали бы причиной скандала, но нравы в Королевстве были свободнее. Наверное, Бриан, как и я, находил правила поведения в высшем обществе Конфедерации лицемерными, однако, в отличие от него, я не могла ими публично пренебрегать.

Правда, одно из них я собиралась нарушить прямо сейчас.

Этике позволял оставаться наедине жениху и невесте, но, разумеется, не в спальне, и именно туда я и направилась, получив ответ от Соткинса.

У дверей покоев Бладсворда я неминуемо оробела, но почти сразу взяла себя в руки и вежливо постучала. Увы, ответа не последовало. Я толкнула дверь и вошла, намереваясь подождать Райана в его личной гостиной, но почти сразу обнаружила следы присутствия хозяина. Камзол и рубаха свисали с подлокотника одного из кресел, сапоги сложились друг на друга голенищами у порога спальни.

— Милорд? Райан, ты здесь? — позвала я.

Тишина.

Чтобы развеять сомнения, я заглянула в спальню и увидела на полу у кровати гору полотенец, а на постели — самого Райана, обнаженного по пояс.

— Эй? — шёпотом окликнула я, но Бладсворд крепко спал.

Лицо его было напряжённым, будто ему снился плохой сон, суровая складка у рта углубилась, между бровей пролегла морщинка. И все же Райан был безусловно красив. Никого красивее его я в своей жизни не встречала. Красивее и опаснее. Воплощение мужественности в полном расцвете сил. Даже сейчас, когда Бладсворд спал, в нем чувствовалась мощь и нечто темное.

Я подошла ближе, вовсе не уверенная в том, что решусь разбудить Райана. Сон определённо был для владетеля роскошью.

Взгляд зацепился за флакон, стоящий на столике с туалетными принадлежностями. Руну на пузатом бочке из зелёного стекла я знала — обезболивающее, и пузырёк был практически пуст. По всему выходило, что большая доза болеутоляющего заставила поменять Райана свои планы и уснуть. Он даже волосы до конца не просушил, хотя ьыл стихийником, и точно мог сделать это магией.

Я вспомнила, как он позаботился обо мне после обряда у источника. Найдя среди мелочей гребень с подсушивающим эффектом, села на край постели, и стала расчёсывать тёмные густые волосы, разметавшиеся по подушке.

Не удержавшись, пальцем погладила морщинку между бровей и, поддавшись велению глупого сердца, порывисто поцеловала щеку с пробивающейся щетиной. От того, как расслабилось лицо Бладсворда, словно он скинул с плеч тяжелый камень, в груди заныло.

Черные ресницы дрогнули, и Райан открыл глаза.

— Мне это снится? — спросил он сиплым со сна голосом.

— Точно. Снится, — шепотом ответила я.

— Вряд ли, — хмыкнул Бладсворд, взгляд его стал яснее, путы сна ослабевали. — Обычно я вижу в грезах тебя без одежды.

Я тут же надулась.

Распутник он и есть распутник.

— Раз уж мы так откровенны, — постно сказала я, — предлагаю все же рассказать мне, чего ты добиваешься, и какая роль во всем этом отведена мне.

— Это все испортит, — вздохнул Райан.

— Испортит что? — не поняла я. — Нарушит ход ритуала?

— Нет, твое отношение ко мне, — поморщился Бладсворд.

— Мое отношение к тебе портит утаивание сведений, которые напрямую касаются меня, — рассердилась я. — Ты обещал.

— Тогда целуй.

— Зачем? — оторопела я.

— У нас традиция. Я отвечаю на вопросы за поцелуи.

— А твои подданные об этом знают? — вкрадчиво уточнила я.

Райан расхохотался и, потянув меня за руку, повалил на постель.

— Что ты делаешь?

— Ну это же ты у нас поборница правил этикета. Не могу же я лежать, когда ты сидишь.

Все-таки он обо мне слишком хорошего мнения. Порядочная леди не то что тут же вскочила бы с постели и с криками убежала из спальни, она бы просто не допустила своего присутствия здесь. А я… чем ближе я была к Райну, тем легче мне было. И посопев, я устроила голову у него на плече, втайне наслаждаясь этой близостью.

— Рассказывай, — смущенная этими чувствами буркнула я. — Все.

— Тогда не перебивай. И не пытайся меня убить, пока не дослушаешь.