Подаренная Снежному. Королевство Драконов

Глава 20. Правда или желание

За время ужина нам с Ристорией так и не удалось поговорить. Ахасан стерег ее, словно ястреб. Да и мы со Снежным сидели в отдалении от них. Компанию нам составляли Нердис и Морзеус. Причем последний то и дело напоминал Квелину о нашем несостоявшемся свидании и требовал вернуть ему хотя бы коньки.

Я о них забыла в принципе. Они так и остались лежать в магавто Снежного.

Хеста и Просья тоже не выглядели довольными. Девушки отстраненно ковырялись в своих тарелках на другом конце стола и снова составляли компанию Глыбальду.

А вот он прямо-таки лучился счастьем. Более того, бросал на нас с Квелином насмешливые взгляды, но Снежный их будто не замечал.

Под конец трапезы Ледяной и вовсе подозвал слугу и что-то прошептал тому на ухо. От его хлопка в ладоши я вздрогнула.

‒ А теперь идем играть, ‒ оповестил нас Глыбальд и первым поднялся из-за стола.

Что странно, Базеновы на этом ужине не присутствовали. Но они встретили нас в общей гостиной, которая успела преобразиться за это время. На полу кругом лежали декоративные подушки, в центре ‒ перевернутая чаша с большой стрелкой, а в корзинке на столе – целая россыпь склянок из темного стекла.

‒ Все готово, мой форд, ‒ обратилась Филья к Ледяному, не забыв заискивающе склониться.

Красные щеки и нос, слегка взлохмаченная прическа. Они с Талидом явно только вернулись с улицы. Об этом свидетельствовали и плащи, небрежно брошенные на спинку кресла.

‒ Я не ослеп, ‒ отчеканил Глыбальд, не удостоив женщину даже взглядом.

Зато ее внимания удостоилась я. Та, кто стал случайной свидетельницей ее унижения.

‒ Слышала, вы делаете успехи, фиса Лифорд, ‒ расплылась она в ядовитой улыбке.

‒ Не понимаю, о чем вы, ‒ ответила я, минуя организаторов.

Но далеко не ушла. Другие девушки, как и я, тоже выглядели растерянными. Мы не знали, что делать дальше, а потому рассредоточились вокруг подушек.

Как и обещал, Снежный везде следовал за мной. Нащупав мою руку, он переплел наши пальцы. Наши взгляды встретились на секунду. И тут же разошлись, как драконы в небе.

Я хотела прорваться к Ристе, но Черный форд держал ее при себе. Они стояли по другую сторону подушек, не обращая ни на кого внимания. Уткнувшись носом в грудь Ахасана, подруга будто пряталась в его объятиях от всего мира, и я ее понимала.

Мне бы тоже хотелось спрятаться. Хотелось отдать поводья кому-то другому – и будь что будет. Но стать слабой я просто не имела права.

‒ Садитесь, ‒ приказал Глыбальд.

Прежде чем занять одну из подушек, он забрал со стола корзину с зельями.

Мы все последовали его примеру. Осторожно опустившись на подушку, я подалась к Квелину.

‒ Что происходит? ‒ спросила у него шепотом.

‒ Игра «Правда или желание», полагаю, ‒ ответил он так же тихо. ‒ Видимо, Бальд вспомнил студенческие годы. В академии часто так развлекаются.

«Лучше бы Бальд вспомнил, где здесь выход», – отстраненно подумала я и задала уточняющий вопрос.

Квелин отвечал охотно. Он объяснил, что по флаконам было разлито зелье правды, а точнее, его более безобидная версия. Состав действовал всего пару минут.

Правила оказались простыми, но о них нам поведал сам Глыбальд. Все мы должны были по очереди крутить стрелку. Тот, на кого она указывала, был обязан либо ответить на вопрос, прежде выпив зелье, либо исполнить желание крутившего.

Желания, как и вопросы, ничем не ограничивались. Спросить можно было что угодно. Правдивость ответа обеспечивало зелье, а исполнение желания ‒ страх игравших. Их страх перед Ледяным или, что было куда реальнее, наш с девушками страх перед драконами.

Когда мы услышали правила, побледнели практически все.

Первым крутил указатель сам Глыбальд. После того как стрелка остановилась на Хелии, он подал девушке флакон и дождался, когда она выпьет его содержимое.

‒ Зачем ты пришла на отбор, Хелия?

Блондинка покраснела до кончиков ушей. Ее взгляд забегал, пальцы смяли ткань платья. Она точно не хотела отвечать на этот вопрос и выбрала желание.

На губах Ледяного появилась довольная усмешка.

‒ Обнажи плечи, ‒ потребовал он.

Хелия подобного не ожидала. Кажется, девушка покраснела еще больше, но все же выполнила желание форда. Ослабив шнуровку корсета, стянула рукава и спрятала взгляд.

Драконам забава точно понравилась. Они улыбались практически все, а мы с Ристорией смотрели друг на друга. Задай Ледяной такой вопрос нам, и ничем хорошим эта игра не закончится. Но и обнажаться на потеху публике не вариант.

Сделав глубокий вдох, я решилась. Начала подниматься, чтобы просто уйти. В правилах отбора ничего не было об обязательном участии будущих темани в подобных играх, но Глыбальд меня остановил:

‒ Сядьте на место, фиса Лифорд.

‒ Мне дурно, форд Хенелшилт, ‒ ответила я.

‒ Могу вылечить вас прямо сейчас. Может быть, продолжим нашу игру?

Наши взгляды скрестились. Понимая, кто здесь реальная власть, я медленно опустилась обратно на подушку. Это «нашу» он произнес с такими интонациями, что мне сразу все стало понятно. Это другие думали, что Глыбальд имел в виду «Правда или желание», но нет. Он явно намекал на мой побег и наше несостоявшееся уединение в моей комнате.

Квелин, кажется, тоже понял намек. Взяв меня за руку, он легонько сжал мои пальцы. Сам же сверлил Ледяного неприязненным взглядом. Это противостояние нарушила Хелия.

‒ Мне уже можно крутить? ‒ спросила она тихо.

‒ Крути, радость моя, ‒ отозвался Глыбальд, продолжая смотреть на Снежного.

Кажется, кое-кто собирался развлечься за наш счет.

Следующим несчастным оказался Ахасан. Милая блондинка сумела удивить. Черному форду пришлось отдуваться за всех драконов.

‒ Сколько денег драконы дают своим темани? ‒ спросила она.

‒ Достаточно, ‒ хмыкнув, ответил проводник смерти, и магия приняла его ответ.

Выходит, зелье позволяло лавировать словами, лишь бы они относились к правде.

Следующей «жертве» не повезло еще больше. Стрелка резко остановилась на Просинье, и явно не без чужой помощи. Кто-то применил магию. Но, являясь человеком, я не могла увидеть чары, если они не обретали устойчивые формы.

‒ Если ты не ответишь на мои вопросы, я попрошу тебя раздеться до нижнего платья и простоять в таком виде всю ночь на улице, ‒ сразу предупредил Черный форд, взирая на блондинку с уничижением.

Просья мгновенно побледнела. В поисках защиты она метнула взгляд к Ледяному, но тому было все равно. Как и все, Глыбальд не вмешивался и ждал развязки. И только Риста пыталась заглянуть Ахасану в глаза. Подруга даже за руку его взяла, но дракон едва заметно покачал головой.

‒ Отвечай только да или нет, ‒ потребовал Черный форд.

Вопросы посыпались на Просинью один за другим. Создавалось впечатление, что мы присутствовали на допросе преступницы. И пусть дочка мэра Бишопа не заслуживала сочувствия, мне стало ее жаль.

Ахасан был жесток к своим врагам.

За пять минут мы получили ответы на все вопросы. Правда, Просинье пришлось выпить целых три флакона зелья.

Оказалось, этим утром девушка была отвергнута Черным фордом у ворот. Узнав, с кем идет на свидание, Ахасан отказался от столь щедрого предложения и стал ждать Ристу. Тогда Просья поведала ему о том, как проходила жеребьевка, и предложила проучить непокорную темани.

Только господин Тейшан снова отказался.

Когда двери открылись, Просья сама повисла на Ахасане и прижалась к его губам. Это длилось всего мгновение, но этого времени хватило, чтобы Риста увидела «пикантную» сцену. Чтобы сердце моей подруги разбилось вдребезги.

‒ И последний вопрос: зачем ты это сделала? ‒ произнес Черный форд, ничуть не убоявшись злости, плескавшейся в глазах блондинки.

‒ Потому что форд Хенелшилт отверг меня, ‒ выпалила Просинья, явно сопротивляясь себе.

Девушка уже дрожала от страха и напряжения. С ее ресниц сорвалась одинокая слеза. Дрожали и губы.

‒ И потому что я всегда завидовала этой мерзкой выскочке. Почему одним все, а другим ничего? ‒ воскликнула блондинка, пылая гневом.

‒ Это ей-то все? ‒ вспыхнула я, услышав откровенную ложь.

Да только зелье не давало лгать. Просья и правда так считала. Считала, что у Ристории жизнь лучше, чем у нее.

‒ Да что ты знаешь о моей жизни, книжная мышь? ‒ взбесилась блондинка.

Слезы скатывались по ее щекам, но она продолжала стоять с высоко поднятой головой. Тряслась, но, судя по взгляду, ненавидела нас всем сердцем.

‒ Ты права, Просинья, почти ничего, ‒ спокойно ответила я, ничуть не обидевшись на оскорбление. ‒ Я знаю лишь то, что на этот отбор ты попасть не должна была. Девственность ‒ одно из ключевых условий для кандидаток.

Просья стала красной как помидор. Смущение и стыд не коснулись ее лица. Это была злость, чистейшая ярость, готовая обрушиться на меня. Но, в отличие от блондинки, у других участников этого сговора руки были куда длиннее. Именно поэтому я и не сказала о них ни слова.

Ни о докторе, который прошел мимо Просьи. Ни о Филье, которая получила деньги от мэра.

‒ Это правда? ‒ спросил Ледяной, заметно меняясь в лице.

‒ Правда, ‒ выдохнула Просинья и усмехнулась.

‒ Только не наказывайте ее, она беременна.

Последняя фраза принадлежала Хесте. Взглянув на Глыбальда, девушка сжалась и спрятала взгляд. Конечно, она боялась. Обе подруги Просьи наверняка знали о беременности с самого начала и… тоже покрывали ее.

Повисла тяжелая пауза.

‒ Филья! ‒ зарычал Ледяной.

От его голоса завибрировал пол. Перепуганная организатор тут же появилась в гостиной. Пронзающий взгляд Глыбальда не предрекал ей ничего хорошего.

‒ Пожалуйста, отпустите Просью домой, ‒ попросила я и посмотрела ледяному дракону в глаза.

Его лицо перекосилось. Едкая усмешка заняла губы, а в глазах…

Я не знала, насколько жесток будущий наследный принц, но отчего-то мне казалось, что с Просиньей обойдутся не лучшим образом. И пусть она это заслужила, ребенок точно ни в чем не был виноват.

Квелин попытался заслонить меня собой. Даже сжал мою руку до боли, вероятно тем самым приказывая молчать. Но Ледяной покачал головой.

Просья сжалась на своей подушке. Филья пыталась оставаться расслабленной, но не получалось. Она побледнела сильнее нас всех.

‒ Отпущу, ‒ вдруг улыбнулся Глыбальд краешком губ. ‒ Если ты выпьешь зелье и ответишь на один мой вопрос.

Чуть подавшись вперед, я протянула раскрытую ладонь. Но стоило флакону упасть в нее, как я осмелилась на дерзость:

‒ Может, и вы выпьете?

Ледяной форд громко рассмеялся. Теперь его губы занимала искренняя улыбка. Прищурившись, он едва заметно кивнул, взял еще один флакон, откупорил его и выпил.

Я сделала то же самое, прежде высвободив пальцы из ладони Квелина.

‒ Кто среди драконов симпатичен вам, фиса Лифорд? ‒ поинтересовался Глыбальд с усмешкой.

Это был странный вопрос. Неужели ему было мало нашей со Снежным игры? Он хотел удостовериться, что мы не обманываем?

‒ Квелин Прейн, ‒ выдохнула я с торжеством и тут же выпалила: ‒ Считаете ли вы присутствующих недостойными вашего внимания?

‒ Считаю, ‒ ответил Ледяной, продолжая улыбаться.

Атмосфера в гостиной изменилась. Форды заметно погрустнели. За исключением Снежного, Черного и Земляного, пожалуй. От Квелина, сидящего у меня за спиной, я и вовсе услышала смешок.

‒ Чьей темани вы хотели бы стать, фиса Лифорд? ‒ задал Глыбальд следующий вопрос.

Мы договаривались только на один, но он знал, что сопротивляться зелью я уже не могла. Открыв рот единожды, ты говоришь правду до окончания действия состава.

‒ Квелина Прейна, ‒ повторила я, мгновенно растеряв всю дерзость.

‒ Пожалуй, мы продолжим игру чуть позже, ‒ сообщил Ледяной, удовлетворившись моим ответом. ‒ Филья, забери эту девку с глаз моих и сейчас же отправь ее домой.

‒ Без подарков? ‒ уточнила фиссис Базенова скупо.

‒ И без одежды, ‒ предложил ледяной дракон. ‒ Идея Хаса мне понравилась. Пусть все знают, как обманывать драконов. И, Филья… Нас ждет серьезный разговор.

Бросив на меня нечитаемый взгляд, Глыбальд первым покинул гостиную. Следом за ним Филья настойчиво увела Просью. Блондинка смотрела на меня в упор. В ее глазах была только ярость.

Но меня не пронимало. Сейчас я больше беспокоилась о грядущей ночи и о тех словах, которые озвучила. Под действием зелья я не могла соврать. Если бы по правилам отбора мне в любом случае пришлось стать темани, я бы и правда пришла к Снежному форду.

С этой правдой мне предстояло жить.

Последними из гостиной вышли Риста и Ахасан. Черный форд вывел ее за руку, приговаривая, что нам с Квелином нужно остаться наедине.

Мы и остались.

‒ Что бы вы себе ни придумали, это не так, ‒ произнесла я на опережение, не оборачиваясь. ‒ После завершения отбора я отправлюсь домой.

За моей спиной раздался новый смешок.

‒ Если дотянешь до завершения отбора. Бальд не проглотит твою выходку.

‒ Зато теперь все знают его истинное лицо, ‒ возразила я.

‒ Мы и раньше знали, Тейзи.

Пальцы Снежного скользнули по моему плечу. Я не ждала подобного, а потому вздрогнула.

Интересно, когда он стал обращаться ко мне на «ты»?

‒ Я усилю защитные чары на твоей двери. Из комнаты ночью не выходи. Даже если кто-то станет звать на помощь или кричать: «Пожар!»

‒ Я не настолько наивная, ‒ произнесла я тихо.

‒ Не настолько, ‒ согласился он, но в голосе слышалось снисхождение. ‒ Завтра я заберу тебя на весь день. Не забудь сделать правильный выбор.

На этот раз я не ответила. Меня не спрашивали, а ставили перед фактом. При этом возражать или обижаться смысла не было. Теперь мне и правда требовался защитник. Желание уколоть Ледяного могло дорого обойтись.

‒ Идем, провожу тебя до комнаты.

Я повиновалась. Не могла смотреть на Снежного и избегала его взгляда все то время, пока мы поднимались наверх. Если бы он снова взял меня за руку, не знаю, как бы я себя повела.

‒ Я немного посижу у Ристы, ‒ сообщила я, когда мы оказались у двери в мою комнату.

Даже не остановилась, чтобы попрощаться или пожелать хорошего вечера. Шла прицельно. Но, едва постучала в запертую дверь, Квелин меня окликнул.

‒ Больше не пытайся дерзить драконам, Анатейзия, ‒ предупредил он.

‒ Больше в моей жизни не будет драконов, ‒ пообещала я твердо.

Пообещала себе.

Ристория открыла очень вовремя, но, прежде чем войти, я еще успела заметить улыбку на лице Снежного. Что она означала, мне гадать не хотелось.

Подруга пустила меня к себе без вопросов. С ней всегда так было. Стоило случиться чему-нибудь значимому, и она болтала без умолку. Это и спасало. Я оказалась не в состоянии говорить, но зато превосходно слушала.

Как и мне, ей стало жаль Просинью. Как бы мерзко она ни относилась к нам во времена учебы, как бы ни пыталась выставить себя лучше нас здесь, это не имело значения.

Все, что она делала, было порывом отчаяния ‒ так мне казалось, но вариться в этом и дальше не было никакого желания. Ледяной сдержит свое слово, а в каком виде девушка будет возвращена домой – это уже ее проблемы.

‒ Риста, а зачем нужен был браслет из магии? ‒ спросила я, не заметив на запястье подруги черную змейку.

‒ Его Хас поставил. Чтобы не сбежала, ‒ усмехнулась Ристория. ‒ Значит, дело было так…

Кажется, этот день выдался трудным абсолютно у всех. Не только меня выкрали со свидания. Ахасан все же настиг Ристу и речного дракона, когда те устроились на берегу реки.

‒ Представляешь, река, которая никогда не замерзает, ‒ восхищалась подруга. ‒ Ужек хотел показать мне свою вторую ипостась, но Хас прибыл слишком рано.

‒ И ты даже не сопротивлялась? ‒ удивилась я.

Это просто не походило на Ристу.

‒ Спрашиваешь! ‒ фыркнула она. ‒ Да я ему такой скандал устроила, что речной дракон предпочел смыться в реку.

‒ А он что? ‒ спросила я с улыбкой.

‒ Поцеловал меня, ‒ призналась Ристория. ‒ А потом закинул в магавто и привез в лес.

Я закатила глаза. Вероятно, драконы и правда были сплошь и рядом помешаны на природе.

‒ А затем мы снова целовались, ‒ вздохнула подруга. ‒ Много целовались. Вообще, только и делали, что целовались. Кажется, я сдаюсь, Тейзи. Выходит, не такая уж я и гордая.

‒ Ты просто влюблена, Риста, ‒ ответила я с улыбкой.

‒ А ты? ‒ осторожно спросила она.

С губ сорвался тяжелый вздох. За окном давно потемнело.

‒ А я пока не понимаю, куда влезла и зачем, но мои планы не изменились. Я останусь сегодня у тебя?

Подруга возражать не стала. Когда был жив мой отец, мы часто бегали с ночевкой друг к другу. Не спали целую ночь, все говорили, говорили, говорили и с заядлым постоянством штурмовали кухню.

Но сегодняшняя ночь заметно отличалась от других. Замерев каждая на своей стороне кровати, мы лежали молча в полнейшей темноте. Стоило только смежить веки, как Квелин Прейн вставал перед глазами. Поцелуй в магавто, огромный белый дракон, прикосновение к щеке, его улыбка и то, как крепко он сжимал мои пальцы.

Настоящие драконы разительно отличались от книжных. Как и настоящие чувства.

Оказалось, что любви можно не желать. Я не хотела тех чувств, что рождались в моей душе. Для меня они стали неприятным открытием.

Утром с кровати мы подскочили от вопля. Кто-то истерично кричал в коридоре.