Предыдущий вечер
Вручив Квелину стакан, на четверть наполненный янтарной жидкостью, Ахасан рухнул на диван рядом с другом.
‒ Вот мы и попали, да, брат? ‒ заявил он с усмешкой.
Снежный ничего не ответил. Рассматривал напиток так, будто видел его впервые в жизни, и слегка покачивал стакан.
‒ А как же Голерия? ‒ спросил Нердис и уселся на подоконник. ‒ Разве она согласится?
‒ А разве у меня уже есть темани? ‒ отстраненно возразил Квелин.
В комнате повисло молчание. Сжав руки в кулаки, Земляной форд пытался успокоиться, но чувства не давали отступить. Снежный был сильнее его ‒ Нердис знал об этом, но больше не мог молчать.
‒ Полагаешь, все вокруг ослепли? ‒ притворно удивился он. ‒ То, как ты смотришь на фису Лифорд… Каждому на отборе понятно, что вскоре девушка станет твоей.
‒ И это не твое дело, Нер, ‒ осадил его Ахасан.
‒ Не мое дело? ‒ оскорбился Земляной. ‒ Так, может, и друзья не мои?
Спрыгнув с подоконника, форд соорудил театральный поклон и стремительно покинул комнату Квелина. Только дверью хлопнул от души. Так, что полотно содрогнулось и повисло на нижней петле. По всему проему шла глубокая трещина.
Что Снежный, что Черный форд проводили фигуру друга задумчивым взглядом.
‒ Мы что-то пропустили? ‒ с непониманием спросил Квел, продолжая согревать стакан в ладони.
‒ Мне он ничего не говорил, ‒ заметил Ахасан. ‒ Может, расстраивается, что никого себе не подобрал? Дадим ему время остыть.
Черный форд слегка шевельнул пальцами, и темные лоскуты сорвались с его руки. Через пару минут дверь крепко стояла на своем месте, а в груди дракона разрастался привычный холодок.
Магия смерти успокаивала. Она забирала эмоции, но теперь Проводник этого не боялся. У него была та, кто согревал его заледеневшее сердце.
Почти была.
‒ Что будем делать? ‒ напомнил Черный форд об их общей проблеме.
Квелин покачал головой и все же отставил стакан.
‒ Не знаю, Хас. Просто не знаю.
‒ Вот и я не знаю, ‒ тяжко вздохнул Ахасан. ‒ А пойдем начистим Глыбальду его идеальную физиономию, а? Он же прямо провоцирует – ты же это понял?
Снежный форд расхохотался, представив эту картину. Ледяной, как и они, сейчас находился в своей комнате. Квел точно хотел бы увидеть рожу будущего наследного принца, если бы они вдвоем действительно завалились в его покои.
‒ А мне нравится, как ты смеешься, ‒ с усмешкой признался черный дракон и хлопнул друга по спине. ‒ Сто лет не слышал твоего смеха.
‒ Я уже и забыл, что удовольствие можно получать не только от работы, но и от жизни, ‒ поделился откровением Квелин.
‒ Тейзи хорошо на тебя влияет, ‒ заметил Хас и залпом осушил свой стакан.
Снежный дракон даже спорить не собирался. Он и сам с удивлением осознал, что в его жизни вдруг появилось нечто большее, чем просто цели и их достижение. Ему словно открылась сама жизнь, где одна своенравная фиса мастерски трепала ему нервы.
Как она сумела ворваться в его обыденность и все переворошить?
Ответственность перед семьей, перед Голерией, перед ее отцом ‒ куда все это деть, чтобы карта сложилась? Выбор ‒ это то, что Прейн ненавидел. Просто потому, что слишком хорошо знал: у каждого выбора есть свои последствия.
‒ Сегодня я показал Анатейзии своего дракона, ‒ вдруг сообщил Квелин.
‒ Но… зачем? ‒ неприятно удивился Ахасан. ‒ Она сильно испугалась? Поэтому была такой тихой за ужином?
Посмотрев другу прямо в глаза, Снежный улыбнулся.
‒ Так получилось, Хас. И нет, она не испугалась. ‒ С губ Квела сорвался тихий смешок. ‒ Она пыталась отковырять у меня чешую.