Подаренная Снежному. Королевство Драконов

Глава 26. Последнее свидание

Вряд ли кому-то еще в жизни удавалось проснуться, лежа на драконе. Но именно так я и проснулась. Лежала у Квелина на груди, а он обнимал меня обеими руками. Собственно, только поэтому тихонько уползти на другую часть кровати у меня не получилось.

– Анатейзия, спи. Еще рано. – Снежный сонно поцеловал меня в макушку и перевернулся на бок.

Так, что я неизбежно скатилась с него. И попала в плен не только его рук. Он закинул на мое бедро ногу. От немедленной расправы за наглость его спасала только одежда. Квелин был одет в темные брюки и белую рубашку.

– Мне возвращаться пора, – шутливо взмолилась я, ладонями упираясь в его крепкую грудь.

– Еще час, и я тебя отвезу, – пообещал он, не открывая глаз.

– Еще час, и вам придется везти меня на себе, – рассмеялась я. – И вообще, вам на работу не пора? Солнце давно встало.

Мои слова подействовали на дракона отрезвляюще. Спохватившись, он взглянул на напольные часы и чертыхнулся. Но сразу не ушел. Коротко поцеловал меня в лоб и стремительным шагом покинул спальню. Я даже возмутиться не успела.

Не стала терять время. За ночь моя одежда просохла от снега. Переодевшись, я выпила холодный чай и захватила с тарелки пряник, а поднос отнесла на кухню.

Риста и Ахасан еще спали. В доме стояла тишина.

– Ты готова? – спросил Квелин, появляясь в гостиной, где я ждала его.

Кивнув, я выбралась вслед за ним на улицу. Собранный, посвежевший, гладко выбритый. Я завидовала ему. На меня из зеркального отражения смотрело нечто лохматое, с отпечатком пуговицы на лице.

– Ты прекрасна, – заявил этот бессовестный льстец, помогая мне забраться в магавто.

Водил Снежный не в пример резче Нердиса. Мы стремительно тронулись с места и столь же круто развернулись. Мимо проносился заснеженный лес. Квелин ничего не говорил. Только улыбался время от времени, бросая на меня короткие взгляды.

Когда магавто остановилось у ворот особняка, я попыталась сразу вылезти, но форд поймал мою руку.

– Выбери меня для свидания, Тез, – попросил он, мягко сжав мои пальцы.

Я хотела отказать. Даже подыскала правильные слова, чтобы возразить. В конце концов, мы договаривались только на один вечер и одну ночь – и они уже прошли. Но сказать нет я не смогла. Он смотрел на меня так пронзительно, словно от моих слов зависела его жизнь.

Я знала, что потом мне будет хуже. Боль расставания утопит в слезах. Знала и все равно согласилась, позволяя себе насладиться этими последними днями, разрешая ему коснуться губами моей щеки.

– Я вернусь за тобой к обеду, – пообещал дракон и словно нехотя отпустил мою руку.

Его магавто стояло у обочины до тех пор, пока я не вошла в ворота.

– Мы ведь больше никогда не увидимся, – убеждала я себя, пока шла по дорожке к особняку.

Я настолько глубоко погрязла в своих мыслях, что действовала почти механически. Отдала плащ, переобулась в туфли и поднялась на второй этаж, чтобы сменить мятое платье на свежее.

Судя по голосам, фисы уже собрались на завтраке. А вместе с ними и форды. Но не все.

Один из драконов снова поджидал меня в коридоре. В пустом коридоре, из которого вдруг исчезли все стражники.

Увидев Глыбальда у своей двери, я разозлилась. Схватив вазу с ближайшего столика, угрожающе замахнулась.

– Имейте в виду, я буду драться, – воскликнула я, пыша гневом.

– Ох, как же мне страшно! – шутливо покривлялся Ледяной и продолжил уже иным тоном: – Не горячись, Тейзи. Если ты здесь, значит, наш общий друг Квелин так и не смог сделать тебя своей. Благородно с его стороны.

– Чего вы хотите? – вспылила я.

Не собиралась обсуждать свои отношения со Снежным с кем бы то ни было.

– Почти ничего, – коварно ухмыльнулся дракон. – Я слышал, ты здесь для того, чтобы исполнили твое желание. Я готов исполнить любое твое желание, если ты выберешь меня в последний день отбора.

– Если я стану вашей темани? – спросила я, не поверив своим ушам.

– Станешь. Но только позже. Сначала выбери меня на итоговой церемонии. Любое желание, Тейзи. Подумай над этим.

Оттолкнувшись от стены, Ледяной прошел мимо меня. На всякий случай я так и не опускала вазу, подозревая, что дракон может выкинуть что-нибудь эдакое. Но он действительно ушел, а я смогла беспрепятственно попасть в свои комнаты.

Сменив платье, я привела себя в относительный порядок. Пока собиралась, все раздумывала над словами Глыбальда. Неужели ему так сильно хотелось утереть нос Квелину? Неужели он действительно думал, что я способна выбрать его вместо свободы или Снежного?

За эфемерное исполнение желания. За желание, которое организаторы и так должны исполнить, если я продержусь до конца и не стану ничьей темани. На что он рассчитывал?

Кажется, кто-то находился на грани отчаяния. Ледяной хотел унизить Квела, сделать ему больно любым путем, и это даже вызывало сочувствие.

В своей ненависти люди иногда чрезвычайно глупели.

Когда я спустилась на завтрак, большинство фис уже закончили трапезу и ждали распределения. Фордов за столом к этому времени не оказалось. Девушки смотрели на меня с неверием.

– Неужели? – неприятно удивилась Филья.

Ее явно не порадовало мое возвращение. Она так скривилась, словно съела лимон.

Я никак не отреагировала. Организатор больше не вызывала у меня никаких чувств, даже глухого раздражения. Не знала как, но Ледяной точно успел наказать ее за Просинью. Женщина выглядела бледнее обычного и совсем перестала ухаживать за собой.

Талида я и вовсе не видела с того памятного вечера.

– Что ж, тогда с вас и начнем, фиса Лифорд. Правила этого дня немного отличаются от предыдущих. У меня есть финальные списки. В них имена тех фордов, кто готов отправиться на свидание именно с вами. Вам нужно выбрать одного. Фордов вне вашего списка выбирать нельзя.

Протянув мне листок, фиссис хмыкнула. В нем значилось всего три имени: Нердис, Квелин и Глыбальд.

Памятуя о нашей договоренности, я снова выбрала Снежного. И пообещала себе, что это в последний раз.

О Ристории у меня так и не спросили. Я не беспокоилась о ней. Знала, что она не даст себя в обиду. А еще знала, что Ахасан защитит ее ото всех.

Что бы она ни выбрала, как бы ни обернулась ее дальнейшая жизнь, я надеялась, что моя подруга будет счастлива. А если нет… Я собиралась подарить ей плащ и портальный камень, врученные мне Элинией.

До обеда я не знала, чем заняться. Фисы разъехались вместе с фордами, а Филья и Талид не показывались в общих комнатах. Так я и бродила по особняку, почитывая любовный роман, который отыскала в библиотеке.

В этом романе героиня призывала делать выбор сердцем. Потому что сердце никогда не обманывало.

Да только этот совет мне не подходил. Между жизнью племянника и своим счастьем я всегда буду выбирать первое. Выбор без выбора. Но как же сладко обмануться, на миг поверить, что границ не существует.

Как бы все происходило, если бы были только он и я? Если бы мне не требовался артефакт? Если бы он искал жену на отборе?

Взглянув в окно, я заметила подъезжающее к воротам магавто. Квелин приехал даже раньше обещанного. Он выбрался из салона с огромным розовым букетом, за которым его самого почти не было видно.

Я спустилась на первый этаж в мгновение ока. И тут же одернула себя. Не хотела, чтобы он подумал, что я ждала его. Что торопилась ему навстречу.

– Готова? – спросил Квел с мягкой улыбкой и вручил букет.

Он оказался тяжелым. Пришлось отдать цветы стражникам, чтобы одеться и обуться, но счастливая улыбка намертво прилипла к моим губам. Как бы я ни пыталась себя одергивать, она все равно появлялась.

– Ты же не против, если мы посетим вчерашнюю ресторацию? – поинтересовался Снежный, помогая мне забраться в магавто.

Я пожала плечами. На самом деле мне было все равно, куда мы поедем. Он мог бы часами кружить по городу, и я бы не упрекнула его за это.

Но пообедать стоило. Тем более что я так и не попробовала мясо с картофелем под сливочно-ореховым соусом.

Мы практически не разговаривали, пока ехали до места. Было приятно, что Квелин проявлял галантность. Когда мы шли, он подал мне руку и уложил мою ладонь на сгиб своего локтя. Когда попали внутрь ресторации, помог снять меховой плащ и ухаживал за мной за столом.

Таким улыбчивым я не видела его никогда. Он явно пребывал в хорошем настроении.

Мы много разговаривали на отвлеченные темы, пока ждали заказ, но при этом никак не обсуждали будущее. И это было правильно, потому что для нас его не существовало.

Мне не хотелось обманываться. Я просто получала удовольствие от этого дня.

Картофель и мясо оказались восхитительными. Чай со специями – выше всяких похвал, а крошечные корзинки с кремом заставили меня навсегда влюбиться в них. И в него.

Глядя на Квелина Прейна, слушая его смех, я вдруг со всей очевидностью поняла, что люблю. Люблю как в сказке – одного и на всю жизнь. Как в самой горькой сказке.

– Какого Крылатого ты здесь сидишь?! Я едва смог тебя найти! – вдруг раздалось рядом с нами.

Над нашим столом повисла густая тень. Вскинувшись, я увидела пожилого мужчину. Его светлые волосы, почти выцветшие под тяжестью лет, разбавляли тонкие голубые пряди.

– Форд Кемплайн, сейчас не лучшее время для нашей с вами беседы, – поднимаясь, мягко осадил его Квелин.

Снежный оказался на голову выше отца Голерии. Я почему-то сразу поняла, что это он. Те же глаза, те же волосы, тот же утонченный нос, но заострившийся из-за худобы. Плащ на драконе почти висел.

– Не лучшее? – вспылил Воздушный форд. – Моя дочь отказалась выходить за тебя замуж! Этой ночью она оставила записку в своей спальне и сбежала с мальчишкой Дреови! Это ты называешь не лучшим временем для беседы?!

– Форд Кемплайн, Голерия всю свою жизнь пыталась оправдать ваши ожидания. Потому что она хорошая дочь. Но она имеет право на счастье.

– На счастье с оборванцем?! – вскипел старик.

Я видела, как Квелин мягко выдохнул, чтобы успокоиться. Ему явно не понравился пренебрежительный тон по отношению к его другу.

– Нердис – обеспеченный форд, – произнес Снежный сдержанно. – Из него выйдет отличный муж и замечательный управляющий для вашей фабрики, если вы его научите.

– Да ты, никак, разорить меня решил?! Моя дочь…

– Ваша дочь счастлива с ним. И она будет с ним – рядом с вами или без вас, – отчеканил Квел, кажется теряя терпение. – Мы с Голерией расторгнем помолвку после Новогодья. Это наше общее решение, но я выплачу вам отступные согласно договору. А сейчас вам пора. Я вас очень уважаю, форд Кемплайн. Не заставляйте меня просить охрану вас вывести.

Я думала, что скандал на этом не закончится. Отец Голерии выглядел разгневанным. Хотела бы помочь, да не знала как, но моего участия не потребовалось.

Бросив на меня презрительный взгляд, воздушный дракон удалился сам, а Квелин вернулся за стол. Но в зале еще долго стояла любопытная тишина. На нас смотрели, и от этого было не по себе. Пока форд Прейн рассказывал мне о деталях побега Голерии и Нердиса, я ежилась под прямыми взглядами.

– Я рада, что они решились. Хотела бы я посмотреть на то, как Нердис воровал Голерию из дома, – призналась я, отставляя чашку, и предложила: – Может, уже пойдем?

– Хочешь в какое-то конкретное место? – уточнил Снежный, помогая мне подняться.

– Все равно, – пожала я плечами. – Или нет! Заедем в книжную лавку?

Квелин Прейн хохотал всю дорогу, стоило ему узнать, что именно я собралась дарить Ристории на Новогодье. Но когда я оплатила книжку за стойкой торговца, оказалось, что Снежный решил взять второй экземпляр, чтобы вручить его Ахасану.

– Чтобы они вместе просвещались, – пояснил он.

Теперь от души хохотала уже я. Даже слезы из глаз выступили. Опомнилась, когда поняла, что мы покидаем пределы города.

Магавто мчалось по заснеженной трассе. Дорогу окружали густые леса.

– Мы куда? – спросила я слегка настороженно.

– Туда же, где были вчера. Ты же не против поужинать там?

Я покачала головой. В салоне магавто воцарилось молчание.

– Ты же вернешь меня в особняк после ужина? – решившись, все же озвучила я свои страхи.

– Верну, – ответил он с мягкой улыбкой. – Если ты этого захочешь.

Мне стало спокойнее. Кивнув, я гулко выдохнула и попыталась расслабиться. Даже улыбнулась, когда мы подъехали к дому, но сегодня свет в окнах не горел.

– Риста и Ахасан не здесь?

– Полагаю, сейчас они дома у Хаса, – ответил Квел, первым выбираясь из магавто. – Вчера они приехали по моей просьбе. Чтобы тебе было спокойнее.

Я так и замерла, осознавая услышанное. Наверное, стоило поблагодарить Квелина. Но язык не повернулся.

Заходить в темный дом оказалось страшновато. Но Снежный быстро обеспечил нас световыми сферами и разжег камин. Готовой еды на кухне не нашлось, но холодильные шкафы были забиты под завязку. Я рассматривала их содержимое с любопытством.

– Мясо или рыба? – поинтересовалась я, полагая, что честь готовить ужин выпала мне.

– Может, птица? – предложил Квелин, останавливаясь рядом. – Я знаю один отличный рецепт. Порежешь фрукты и сыр?

– И хлеб, – добавила я, вспомнив вчерашние куски.

Квелин рассмеялся, но кивнул. Ощущала себя странно, но в то же время на своем месте. Мы вдвоем сидели на кухне: готовили, болтали, смеялись и оценивали на вкус виноградный сок с пузырьками.

За эти дни у меня накопилось много вопросов. И озвучить их я решила до того, как мы должны были сесть за стол. Только есть уже не хотелось. Пока готовили, я напробовалась понемногу то там, то тут.

Бросив на Квелина быстрый взгляд, я замялась, но все же спросила:

– Вы с Голерией действительно собираетесь расторгнуть помолвку?

– Как я уже сказал, это было наше общее решение, – ответил Снежный после небольшой заминки. – Они с Нердисом поженятся сразу после Новогодья. К свадьбе все готово. Осталось только поменять имя в пригласительных.

– А… ты?

Я сама не знала, что именно хотела спросить. Нашел ли он драконицу на замену? Или предприятие, у которого есть обеспеченная наследница. Не пыталась его обидеть или уколоть. Просто интересовалась планами, как это делал бы хороший друг.

Подавшись ко мне, Квелин ладонью погладил мою щеку. По телу мгновенно побежали мурашки.

– Не искушай судьбу, Анатейзия, – мягко посоветовал он. – Птицу пробовать будешь?

Чтобы не обидеть повара, я все же попробовала запеченное мясо. Составляла Квелу компанию все то время, пока он ужинал. Наблюдала за ним и все больше понимала, что прокормить дракона – удовольствие дорогое.

Впрочем, он и сам был в состоянии себя прокормить. Среди высшей знати Королевства Драконов его нельзя было назвать богачом, но на деле же он оказался чертовски обеспеченным драконом.

– Посидим у камина? – попросил он и осторожно переплел наши пальцы.

Именно попросил, а не спросил. Тем самым тоном, от которого замирало сердце.

Будь моя воля чуть слабее, я бы согласилась. Драконы и правда умели ухаживать. Но разум меня не покидал.

– Почитаем вслух «Правдивую историю дракона», – продолжал он искушать.

– Нет. Мне пора возвращаться, – ответила я и поднялась из-за стола. – Только приберемся здесь, ладно?

– Я сам все уберу. Потом.

Снежный явно расстроился, хотя и пытался этого не показать. Был все таким же обходительным и внимательным. Держал меня за руку всю дорогу до особняка, но чем меньше нам оставалось ехать, тем крепче он сжимал мои пальцы.

Когда магавто замерло у ворот, мне тоже не хотелось расставаться с Квелином. Если бы могла, я бы продлила этот день до бесконечности, а потому даже обрадовалась, когда Снежный сказал, что собирается ночевать в выделенных ему покоях в особняке.

Поднимаясь, мы держались за руки.

– Если честно, я бы выпил чаю со специями, – признался он, провожая меня на второй этаж.

– И с пряниками? – уточнила я, не сдержав улыбку.

– Можно и с ними, – покладисто согласился дракон, замирая у двери в мои покои. – Пойду схожу на кухню, разведаю обстановку. Есть какие-то предпочтения? Может, шоколадных конфет?

– Только если будут те, которые в форме ракушек, – загорелась я.

У этих двухцветных шоколадных конфет был удивительно нежный сливочный вкус.

– Я раздобуду, – пообещал он и подался ко мне.

Сердце замерло в предвкушении. Но вместо того, чтобы накрыть мои губы своими, Квелин приподнял мою руку и оставил на ладони короткий поцелуй, а после удалился.

Не понимала, как так произошло. Как мы договорились до того, чтобы пить чай в моей комнате? Но именно сюда Снежный пришел с подносом.

Пока его не было, я ходила из угла в угол. Бесцельно металась по покоям, хватаясь то за одно, то за другое. Не знала, чем себя занять, и в итоге просто сидела в кресле и поправляла в вазе цветы.

Огромный букет занял такую же внушительную напольную вазу.

– Конфеты раздобыл, – сообщил форд с видом истинного победителя.

– И пряники, – добавила я, оценив количество вазочек.

Пряники, конфеты, колотый шоколад и орехи. В креманках лежало варенье, а на тарелке блины в таком количестве, словно чаевничать мы собирались всю ночь напролет.

– Ну так как? Почитаем? Должны же мы знать, что собираемся дарить нашим друзьям, – заявил дракон и снял с себя камзол.

А затем расстегнул пуговицы рубашки у горла и закатал рукава.

Я гулко выдохнула, но перевела все в шутку:

– Думаете, нам такое тоже может понадобиться?

– Я за то, чтобы расширять кругозор, – улыбнулся Квелин и присел на диван. – Пряник?

Мы хохотали так, что, наверное, мешали спать остальным фисам. Один раз к нам даже приходила фиссис Базенова. Но, увидев Снежного, который открыл ей дверь, даже забыла, зачем пришла. Нервно улыбнулась, извинилась и отбыла, пожелав нам спокойной ночи.

Я рассмеялась еще громче, едва дверь закрылась. К этому моменту мы уже перешли на кровать. Спать хотелось неимоверно, а расставаться…

Не хотелось. Я была готова вставить в глаза лучины, лишь бы не отпускать Квела. Была согласна читать дурацкую книжку. Была согласна провести всю ночь в платье. Была согласна практически на все…

Практически.

– Ты уже зеваешь, – заметил Снежный. – Давай-ка забирайся под одеяло.

– Тогда тебе придется уйти, – ответила я честно.

В комнате повисла тишина. Квелин так и замер, собираясь сесть на угол кровати.

– Я хотел бы остаться с тобой. Если можно.

Не могла смотреть ему в глаза. Этот прямой пронизывающий взгляд бил в самое сердце. Форд больше не улыбался. Пытался, но в каждом его жесте, в каждом взмахе ресниц я видела настороженность.

Он боялся услышать отказ.

Я боялась дать ему согласие.

– Я не тронул тебя прошлой ночью, – напомнил дракон. – Я умею держать себя в руках. Конечно, если ты боишься, что сама не сумеешь сдержаться…

Вскинув голову, я хотела увидеть его лицо. Надеялась, что Квел просто пошутил, и гулко выдохнула, когда заметила его нервную улыбку.

– Даже спрашивать не буду, как ты себе это представляешь.

– Очень красочно представляю, – признался он и тут же пошел на попятную: – Извини. Неудачная шутка.

Я вздохнула и решила быть откровенной:

– Проблема не только в тебе. Когда Глыбальд испортил комнату, он уничтожил и мои наряды. Уцелело всего три платья и кое-что по мелочи, но спать в них будет неудобно, а… Сам понимаешь, – выдохнула я, не договорив.

– Ты должна была сказать об этом раньше. Завтра я пришлю модистку, – пообещал он, мрачнея. – А сейчас дам свою рубашку. И отвернусь. Скажешь, когда будешь готова.

Я так и не поняла, в какой момент Снежный решил, что все же добился от меня согласия. За тем, как он снимал рубашку, я наблюдала, задержав дыхание. При этом поняла, что не дышу, когда легкие начали гореть, а на губах дракона появилась довольная усмешка.

Появилась и исчезла. Как и обещал, он ушел в гостиную, пока я переодевалась. Не стала возражать насчет платьев. Не потому, что хотела их получить. А потому, что не нуждалась в них и этот вопрос даже смысла не видела обговаривать.

Мне осталось продержаться на отборе лишь сутки. Один полный день. Утром одиннадцатого дня организаторам предстояло подвести итоги отбора.

Застегнув все пуговицы, я быстро юркнула под одеяло. Кровать стояла посреди закутка, частично скрытая за балдахином, а потому спрятаться к стене у меня не получилось бы при всем желании.

Но хотелось. Особенно сильно хотелось, когда Квелин лег рядом со мной поверх одеяла.

Его рубашка была на мне. Я впервые видела обнаженного по пояс мужчину так близко. К рельефным мышцам хотелось прикоснуться. Просто чтобы понять, мягкие они или каменные.

Мы так и смотрели друг на друга. Я лежала на боку, спрятав ладони под подушку. Снежный – прямо, но голова его была повернута ко мне.

Один вдох, и свет окончательно погас.

Один выдох, и Квел повернулся на бок, а кровать под ним скрипнула.

Один вдох – я застыла, боясь пошевелиться. Не могла произнести ни слова. Просто онемела, оцепенела, осознав, что дракон стал ближе.

Один выдох. Он ладонью погладил мою щеку. Я выбрала шпильки из волос, прежде чем лечь, и теперь пряди обрамляли лицо.

Один вдох. Квел подался вперед и коснулся губами моих испуганно приоткрытых губ.

Один выдох. Он вобрал его в себя и глухо застонал, прижимая меня к себе, сдвигая на середину кровати.

Один вдох. Короткие быстрые жалящие поцелуи обрушились на мое лицо. Снежный нависал сверху, держал свой вес на руках, но я чувствовала жар его тела даже сквозь одеяло.

Один выдох. Его пальцы скользнули по моим рукам. Прижали ладони к подушкам у головы. Переплетя наши пальцы, он опустился губами ниже. Очерчивал подбородок, шею, чувствительное место по линии роста волос за ухом.

Один вдох. Распахнув веки, я уставилась в полотно балдахина.

«Не сопротивляйся, – шептал внутренний голос. – Посмотри, просто посмотри, что будет дальше».

Жар тугим узлом свернулся между бедер, заставляя сжаться. На миг мне показалось, что я видела над нами силуэт белого дракона, сотканный из дымки.

Неужели не врали? В романах, которые я читала, писали, будто драконья сущность во время близости всегда покидала тело своего носителя, становясь своеобразным защитным куполом. Неразрушимым, потому что в этот момент драконы были особенно уязвимы.

Эти романы я читала тайком от Рейшика. Мой милый мальчик ждал меня дома с артефактом. Он ждал своего спасения.

– Нет, – выдохнула я хрипло и повторила громче: – Нет!

Пришлось приложить немало сил, чтобы освободить руки. Упершись ладонями в каменную грудь Квелина, я оттолкнула его. Оттолкнула легко и села. Он явно не ожидал, что что-то пойдет не так. Смотрел на меня едва осмысленно, тяжело дышал, но понемногу приходил в себя.

Белесая дымка бесследно втянулась в него.

– Что случилось, Анатейзия? Я сделал тебе больно? – выдохнул он и попытался приблизиться.

Но я выставила вперед ладонь. Собрав одеяло, закрылась по самое горло. Эти мгновения позволили перевести дыхание.

Я горела вместе с ним. Всего миг назад я горела и была готова сгореть. Я была готова отдать ему контроль над моей жизнью.

– Нет, – повторила я тверже. – Тебе лучше уйти. Прямо сейчас.

– Анатейзия… – Дракон начинал злиться и теперь говорил с нажимом: – Пожалуйста. Не прогоняй меня. Я не уйду. Это выше моих сил.

– Значит, уйду я, – заявила я и поднялась с кровати.

Хотела быстро юркнуть мимо Квелина, но он поймал меня в тот же миг. Крепко сжал, не давая вырваться, и сел обратно на постель со мной на руках.

Понимала, что наши силы не равны. Все, что мне оставалось, – это убеждать словом. Такова была расплата за самую большую ошибку в моей жизни.

– Форд Прейн, – начала было я, едва размыкая пересохшие губы.

– Тез, я тебя люблю.

Один оглушающий выдох.

Один причиняющий боль вдох.

Сердце дрожало, сжималось. То замирало, то неслось вскачь, словно я сломалась. Будто была артефактом, которому срочно требовалась починка.

Но починить меня было нельзя. Как и подчинить.

Я слушала Квелина молча. Он не обещал невозможного, не говорил о том, чего не мог выполнить.

– Все будет хорошо, – шептал, уговаривая, баюкая, будто дитя. – Ты сможешь выбрать любой дом, какой захочешь. Обставишь его сама. Я куплю тебе книжную лавку. У тебя будет все: сотни платьев, слуги, личный экипаж. У тебя буду я. Когда-нибудь у нас будут дети.

И ни слова о том, что я стану ему женой.

Слезы беззвучно скользили по моим щекам. Они срывались с подбородка и падали мне на ноги, обжигая обнаженную кожу.

– Нет, – повторила я в который раз.

– Но почему? – спросил он едва слышно.

Чтобы произнести это, мне понадобились все мои силы. Крепкие, почти болезненные объятия не способствовали появлению храбрости.

– Мне нужно исполнение желания, – ответила я сдавленно.

– Я исполню любое твое желание. Только скажи. Все что угодно.

Снежный пытался заглянуть мне в глаза. Он улыбался так, будто думал, что нас разделяет какая-то глупость. Мелочь, которую и значительной-то не назвать.

Я боялась говорить ему правду. Боялась, но все равно решилась:

– Мне нужен артефакт, который забирает искру дара у человека.

Повисла напряженная пауза. Я видела, как Квелин поменялся в лице. Как беззвучно выдохнул. Еще до того, как он ответил, я уже знала, что он не сумеет исполнить мое желание.

– Значит, артефакт нужен был тебе, а не Ристе, – заключил он безэмоционально. – Мне жаль, но это невозможно, Анатейзия. Этот артефакт запрещен. Даже одно его упоминание в Королевстве Драконов карается казнью.

– Из-за чего? Что в этом артефакте такого особенного? – спросила я раздраженно.

– Этим артефактом можно убить дракона.

Я слушала Квелина очень внимательно. И сама знала, что артефакт вытягивал магию. Именно так он и работал, но для драконов эта штучка оказалась губительной. Потому что их вторая ипостась целиком состояла из магии, но при этом обе ипостаси были неразделимо связаны.

Если отнять у них драконью сущность, они умрут.

– Но люди не умирают, – возразила я.

– Люди – нет, но артефакт запрещен. Если ты думаешь, что организаторы отбора достанут его для тебя, то глубоко ошибаешься.

– Я подписала контракт! Они обязаны…

Вырвавшись, я отошла от Квелина на три шага. Не могла смириться с его словами. Филья обязана будет выполнить мое желание. Если я пройду, у нее не останется ни шанса для отказа.

– Тез, тебе откажут, – глухо произнес Снежный.

Я обессиленно обернулась. Голос предательски дрожал:

– Но это единственный шанс спасти моего племянника. Я пришла на отбор за ним.

– Я поищу иной способ, я…

– Иного способа нет, – почти прокричала я и перешла на шепот: – Мне нужен этот артефакт, и я его получу. А теперь уходи.

– Тейзи, – дракон попытался возразить.

– Уходи, – процедила я, срываясь в жестокость. – Ты ведь хотел соблазнить меня сегодня, не так ли? Хотел сломить мою волю в угоду себе, вопреки всем моим «нет». Что же. Ты почти победил. А теперь уходи. Я не хочу тебя видеть.

Квелин продолжал сидеть. Он смотрел на меня мрачным взглядом.

– Убирайся! – закричала я, не выдержав. – Я не стану твоей темани. Никогда.

Резко поднявшись, Снежный чеканным шагом прошел мимо меня. Я вся сжалась, когда он поравнялся со мной, но дракон не остановился. Так и вышел в коридор без рубашки, а я осталась стоять.

Уже за порогом он обернулся. Не выдержав, я подбежала к двери и захлопнула ее. Чтобы не смотреть, не видеть. Рыдания душили, разрывали грудь. Мне было плевать, будет ли меня слышно. Я оплакивала свое разбитое сердце и даже не надеялась, что когда-нибудь оно заживет.

Некоторые болезни целители лечить так и не научились.

До самого рассвета я так и сидела на полу у двери. Это был не первый мужчина, который пытался за мной ухаживать. Но я отказывала всем еще при знакомстве. Не хотела обжечься, как сводная сестра, а потом стало не до того. У меня появились Рейшик, книжная лавка и две пеструшки на попечении.

Мне осталось продержаться ровно сутки. Только сутки, и я вернусь домой.

Съежившись на полу у двери, я едва слышно пела старую песню, которую когда-то напевала мне мама. Ее очень любил мой отец:

Я найду тебя среди ветра и снега,

Отыщу среди памяти лиц.

Мы построим с тобой наше общее лето,

Будем слушать в нем пение птиц.

Я пойду за тобой во все стороны света.

Я возьму тебя за руку. Стой. Не кричи!

Вот земля. Она снова снегом одета.

Вот мой дом. Забери от него ключи.

И метелью, и вьюгой танцуем по ветру –

Платья цвет разлетается в лоскуты.

Наша песня с тобою в последний раз спета,

А за краем лишь шаг. До пустоты.

Этот выбор, его мы не делали сами.

Только сердце обманом не взять.

Будет дочка у нас с твоими глазами.

Вот колени мои. Я готов умолять.*

Закончив, я прикрыла веки. Сил подняться с пола просто не было. Прошлым вечером я так и не задала Квелину самый главный вопрос. Мне не хватило на это смелости.

Я хотела спросить, удалось ли Ахасану уговорить короля на свадьбу с Ристой. Но боялась услышать ответ совсем на другой вопрос: осмелится ли Снежный пойти наперекор вековым устоям.

Не осмелится. Теперь я это точно знала. Он ни слова не сказал о женитьбе, когда щедро сыпал обещаниями.

Он предлагал мне стать его темани. Любимой, но не женой.

Как бы больно мне ни было это признавать, но я ошиблась в нем. И он в себе ошибся.

Тем, кого действительно любят, любовницей стать не предлагают.

_______________________

* Автор стихотворения: Дора Коуст (Любовь Огненная)