Подаренная Снежному. Королевство Драконов

Глава 23. Выбор без выбора

– Если скажете, что искать, я помогу, – суетился торговец.

– Спасибо, мы сами, – ответил Квелин и провел меня вглубь лавки.

Мои глаза снова разбегались. Я не собиралась пользоваться добротой дракона и рассчитывала только на свои средства, а потому выбирала томики тщательно.

Поделив мои списки, мы с Квелином устроили целое расследование. Через час он уже не мог искать, потому что его руки были заняты стопкой, которая только пополнялась. Но он держал ее легко. Даже читать на ходу умудрялся.

– И вот его нефритовый жезл пронзил сосредоточие ее мира… – откровенно смеялся он. – Тейзи, это любовный роман или политический триллер?

– Много вы понимаете в романтических историях, – парировала я.

– О да, я неискушенный читатель. А вот еще: «Его зубы сомкнулись на нежной коже, и Габриэлла сладострастно вскричала». Полагаю, этот загадочный «он» был вампиром, а кричала она «Помогите»?

Стукнув дракона по плечу, чтобы он прекратил свои издевательства, я отобрала у него книгу. Вообще, взяла ее исключительно из-за названия «Правдивая история дракона», но теперь сильно сомневалась, что кто-то осмелится ее купить. Такую литературу обычно читали тайно.

Попросив Квелина отнести стопку к стойке, я взялась рассматривать детские сказки. Хотела взять штук десять для Рейшика, чтобы скрашивать наши вечера, но зависла на первой же истории. В ней рассказывалось о том, как в ночь Новогодья к детям приходил дух первого снежного дракона и приносил подарки тем, кто весь год вел себя хорошо.

– Интересно? – спросил форд, когда вернулся.

– Удивительно, – лаконично ответила я. – Наше поверье отличается от вашего. Наши дети думают, что с подарками с гор ночью спускается настоящий снежный дракон. Но это в Бишопе. В Висте, например, дети ждут прихода земляного дракона. В эту ночь мы чествуем покровителей наших городов и верим в чудо, которое подвластно только драконам.

– Ты тоже верила, когда была маленькая? – неожиданно поинтересовался Квелин.

Отставив сказку обратно на полку, я выпрямилась.

– Конечно, верила. Пока в ночь Новогодья не поймала отца с подарками, которые он пытался засунуть под новогодье дерево. Я шла ловить снежного дракона. Хотела заманить его печеньем.

– В следующий раз клади с орехами и шоколадом, – с умным видом посоветовал господин Прейн. – Тогда точно поймаешь своего Снежного.

На меня напало смятение. Неужели Квелин говорил о себе? Задавать настолько провокационные вопросы я поостереглась, а потому просто промолчала.

Мы побродили по лавке еще какое-то время. Сказки я все-таки выбрала. А еще купила стопку музыкальных открыток. Они хорошо расходились в праздники.

Лавка уже закрывалась, когда мы вернулись к стойке. Но расплатиться самой Квелин мне не позволил, несмотря на все мои возражения. «Это подарок», – настойчиво твердил он, а я даже стоимость книг так и не узнала, потому что торговец вслух ее не озвучил.

Погрузив книги в магавто, дракон предложил прогуляться по главной площади города. В центре стояла огромная, украшенная игрушками и гирляндами ель, а на ее верхушке в сгущающихся сумерках ярко горела звезда.

На ужин в особняке мы все равно уже опоздали, а потому я согласилась.

– Давай поищем, где можно поесть, ладно? Но сначала возьмем чаю со специями. На тебе сегодня легкое платье. Если ты заболеешь, доктор Лоук откусит мне голову.

– Он настолько кровожадный дракон? – притворно испугалась я.

– В детстве он заставлял меня есть рыбу и пить рыбий жир, – пожаловался Квелин тоном обидевшегося ребенка.

Я громко расхохоталась. Пыталась закрыть лицо ладонями, чтобы заглушить смех, но мы все равно привлекали внимание. А народу на площади было много. Сновали дети, статно вышагивали взрослые, а подростки играли в снежки, часто попадая по случайным прохожим.

Пока Снежный брал под навесом нам чай, я немного успокоилась. К вечеру стало заметно теплее. С неба крупными хлопьями медленно сыпался снег. В воздухе пахло корицей и яблоками. Я едва не пошла на запах одна – таким манящим он был.

– А давайте попробуем уличную еду? – попросила я, засмотревшись на разноцветные круглые булочки, которые выглядели просто потрясающе.

Их тоже продавали под навесом. Как и соленые крендельки, и яблоки в карамели, и сахарную вату в форме елочного шара.

Квелин противиться не стал. Оплатив упаковку из десяти пончиков, сам выбрал начинки на свой вкус и принес еще горячие кругляши к нашему столу.

Сидеть здесь было не принято. Все стояли за высокими стойками, которые были разбросаны у линии лотков.

– Какие они горячие! – воскликнула я, заполучив мелкий ожог.

Снежный не остался безучастным. Сначала дул на мои пальцы – я не знала, куда деть глаза от смущения, – а потом и на выбранный мною пончик. От этого кругляша без глазури подозрительно вкусно пахло мясом.

Обоняние не подвело. Вместо сладкой начинки меня ждало жаренное с луком мясо.

– Боги, как это вкусно! – прошамкала я с набитым ртом.

Где-то вдалеке заиграла музыка.

Прожевав, я попыталась найти глазами источник мелодии. Большой оркестр прятался за елью. Им руководил дирижер в меховом плаще.

– Здесь тоже репетируют? – удивилась я.

– Новогодье – главный праздник в году, что тебя удивляет? В этот день исполняются мечты. Драконы дарят подарки не только близким, но и просто прохожим.

– Это здорово, когда никто не остается без праздника, – заметила я.

В Бишопе горожане тоже обменивались небольшими подарками, но скорее потому, что все друг друга знали.

– Я хотела спросить. Это ничего, что мы с вами вот так просто гуляем? Вдруг нас кто-то увидит и доложит об этом вашей невесте?

– Не думай об этом, Тез, – мягко попросил Снежный.

– Пытаюсь, – ответила честно и постаралась реабилитироваться улыбкой. – Кстати, последняя булочка ваша. Еще одна в меня просто не влезет.

Мы встретились взглядами. Отчего-то замерев, дракон плавно подался вперед. Я растерялась, когда его пальцы коснулись моей верхней губы.

– Сахарная пудра, – пояснил он, нежно стирая улику.

Я неизбежно покраснела. Онемела, осознав, что не в силах отвести взгляд. У него были красивые темные ресницы. Идеальный нос – в драконах все было идеально. Его ладонь так и покоилась на моей щеке.

Квелин тоже не старался разорвать эту незримую связь. Напротив, медленно приблизился и накрыл мои губы своими. В тот же миг вокруг нас взметнулась вьюга. Снег закружился, а мы так и стояли в центре этой воронки.

Я замерла, не имея возможности сделать вдох. Не хотела отвечать. Никогда бы не решилась на это. Но беспокойная метель будто подтолкнула меня к дракону. Одна его рука скользнула к шее. Большой палец нежно погладил подбородок и легко надавил, вынуждая меня приоткрыть рот.

Поцелуй со вкусом сахарной пудры обрушился на мои губы. Жалкий выдох, жаркий вдох. Не я положила ладони на грудь дракона – пальцы сами спрятались под его распахнутым плащом. Не я позволила прижать себя еще крепче да практически вжать в твердое тело до болезненной тесноты – просто не могла ему сопротивляться.

И не я осторожно отвечала на его поцелуй, смущаясь тому, как, должно быть, со стороны это выглядит неумело. Это были мои губы. Моя душа, что жаждала его любви.

Невозможно прервать поцелуй. Невозможно сделать шаг назад и разорвать эти прикосновения. На задворках сознания разум твердил: «Нельзя!» – а сердце билось в унисон тому, второму, которое так сильно стучало под моей ладонью.

Нежность пронизывала каждый миллиметр моего тела, когда на мое лицо обрушилась целая россыпь поцелуев. Веки, нос, подбородок. Сердце сжалось от осознания, что я проиграла. Я позволила себе влюбиться и только что это продемонстрировала.

Последний поцелуй достался моей макушке. Прижав меня к себе, дракон уткнулся носом в мои волосы и жадно вдыхал их аромат. Я же тайно наслаждалась тем, как пахло от его рубашки. В его объятиях, среди вызванной им метели, я могла спрятаться от всего мира и раствориться в ароматах ели, пряников и специй.

Именно так пахло от Квелина Прейна. От его горячей кожи.

У него на груди я пряталась от него же. Мне было стыдно за собственную слабость. И стыдно, что я нуждалась в этих объятиях.

Я не знала, сколько мы так стояли. Не чувствовала холода или усталости. Просто в какой-то момент поняла, что достаточно. Этот день и без того оказался слишком долгим. Впрочем, как и все предыдущие.

– Мне пора возвращаться, – произнесла я севшим голосом и откашлялась, высвобождаясь из плена его рук.

– Тейзи, – мягко возразил форд.

– И вам тоже пора, – напомнила я и, собрав всю имеющуюся во мне жестокость, добавила: – К своей невесте.

Квелин Прейн усмехнулся, но в этом жесте не было ни радости, ни веселья. Вьюга вокруг нас резко успокоилась и осела на площадь снежными шапками.

– К невесте, – повторил он с горечью. – А что делать, если я не хочу отпускать тебя? Не хочу возвращать тебя в особняк и не хочу ехать к невесте?

– Могу вам только посочувствовать, – выдавила я. – Спасибо за этот день.

Развернувшись, я перешагнула через снежный сугроб и успела сделать целых два шага, прежде чем Снежный меня окликнул:

– Ты даже не знаешь, куда идти. Тейзи…

– Нет на все ваши объяснения. – Остановившись, я резко обернулась. – Мне нужно продержаться до конца отбора. Я не могу себе позволить отношения, понимаете? И… Я никогда не стану ничьей темани. Я хочу быть любимой и единственной, а не любовницей. Эта роль не для меня.

– Но ты пришла на отбор, – возразил он.

– Я не знала, что темани – это любовница. Никто не знал. В наших книгах этот термин переводят как суженая. Но вы об этом и так осведомлены, не так ли?

Я не стала дожидаться ответа. Отвернулась и побрела к магавто, прекрасно понимая, что без Квелина до особняка мне не добраться. Он нагнал меня и подстроился под мои шаги.

– Раньше так и было, – сообщил он преподавательским тоном. – Темани называли суженую дракона, его сердце и его любовь. Но драконицы все реже способны на продолжение рода. Одну роль поделили на две. Жена – это выгодный союз между партнерами. А темани – та, которую любят. Мне необходимо жениться, Анатейзия. От этого брака зависит благополучие двух семей.

– И я искренне сочувствую вам, – повторила я как можно суше. – Но каждый сам выбирает свою судьбу. Я должна вернуться домой, меня там ждут.

– Жених? – спросил Квелин, а его голос утратил краски.

Я усмехнулась и покачала головой.

– Тот, кто гораздо важнее. Ради него я сделаю что угодно.

От последующих расспросов меня спас тот факт, что мы уже добрались до магавто. Придержав для меня дверцу, Снежный помог мне сесть и забрался в салон сам.

Я была благодарна ему за молчание в пути. Он не сказал ни слова – ни когда мы подъехали к особняку, ни когда добрались до моей комнаты по пустому коридору. Лишь у самой двери, передавая мне книги, он открыл было рот, но я его опередила:

– Наш договор был ошибкой, форд Прейн. Я больше не смогу притворяться.

Закрыв перед ним дверь, я прислонилась спиной к створке да так и сползла по ней вниз. Меня душили слезы, но я не позволила себе выдать ни звука. Все прислушивалась и ждала, когда он уйдет. Но Квелин стоял в коридоре долго. Слишком долго.

Когда его мягкие шаги все же раздались, практически скрываясь в ворсе ковра, я разрыдалась в голос. Горе не давало дышать и тисками сжимало сердце. Так больно мне не было еще никогда. Перед глазами расплывалась пелена. Я ничего не видела, ничего не слышала, оглушенная собственными всхлипами, но дверь вдруг дрогнула под моей спиной.

Я замерла. Замолчала, приходя в ужас от мысли, что все это время Квелин так и стоял за дверью.

– Это я, Тез, – раздался обеспокоенный голос Ристы. – Дорогая, открой, пожалуйста.

Сил подняться с пола просто не было. Ухватившись за ручку, я слегка отодвинулась, чтобы впустить подругу. Увидев меня, она испугалась и села рядом.

– Он сделал тебе больно? Ударил? Принуждал к чему-нибудь? – забросала она меня вопросами.

– Да лучше бы ударил, – прошептала я, приникая к ее плечу.

Риста долго гладила меня по волосам, успокаивала, говорила, что все будет хорошо. Обязательно когда-нибудь будет. Просто жизнь – штука сложная, и сейчас ее повороты извилисты.

– Осталось потерпеть совсем немного, – обещала она, баюкая меня, как ребенка. – Скоро ты вернешься домой и обо всем забудешь. А еще лучше – напиши книгу. Она убережет других таких же наивных барышень, как мы.

– Убережет ли? – усмехнулась я, вспомнив, что некоторых девушек для отбора родители практически продали.

– Критическое мышление – это то, что подвластно не всем, – процитировала она любимые слова нашего куратора. – Кстати, а ты знаешь, что на отборе стало еще на одну девушку меньше?

– Кто-то еще поддался обаянию драконов? – спросила я, отстраняясь от подруги.

Поднявшись с пола, она зажгла магические сферы и прошла к столику, где стояли чайник и чашки. Чары позволяли ей заварить для нас чай, и это было лучшее средство от любой хвори. Чай, книги и непогода за окном.

Сейчас снаружи снова бушевала метель. Снег, словно слепой зверь, бросался прямо на окна.

Вложив в мои руки чашку, Ристория заставила меня пересесть в кресло.

– Не поверишь, но это Аика. Кмин Керпий, горный дракон, забрал ее сегодня утром на свидание, а обратно уже не привез.

– Это тот, который всем девушкам подарил драгоценности? – уточнила я, припоминая дракона с темно-каштановыми волосами.

Слезы больше не скатывались по щекам. Им на смену пришло глубокое опустошение.

Кресло, плед и горячий чай. Идти до кровати не хотелось. Наоборот, желание свернуться в клубок прямо в кресле было практически невыносимым.

– Ага, – с улыбкой подтвердила Ристория. – Говорят, у них на руднике свидание было. Он ей слиток золотой подарил, а она прямо там ему и…

– Риста! – окликнула я подругу.

Иногда прямота ее совсем не красила.

– Не пучь глаза, тебе не идет, – съязвила она, отставляя чашку на столик. – Спать-то будем или конфеты нести?

– Я буду спать, – ответила я и демонстративно поднялась. – Устала сегодня очень. Надеюсь, завтрашний день пройдет легче.

Ристория тоже поднялась, но словно замялась на миг и вдруг крепко меня обняла, а после отстранилась.

– Береги себя, Анатейзия. Как бы там ни было дальше, я навсегда останусь твоей подругой.

– А я твоей, – прошептала я сдавленно.

Кивнув, она одарила меня ободряющей улыбкой и отправилась к двери. Ей пришлось обойти книги, которые так и стояли на полу перевязанными стопками.

– Риста, а у тебя все в порядке? – спросила я, опомнившись.

Обернувшись, девушка словно расцвела.

– Сегодня я не ходила на свидание, – выпалила она, будто только и ждала вопроса. – Провела весь день в особняке, обдумывая свою дальнейшую жизнь.

Я мягко улыбнулась. Чувствовала, что услышу сейчас нечто важное.

Ристория помедлила, а после произнесла:

– Это ведь так странно, да? Когда планы меняет всего один человек? Даже если он дракон. На этот отбор меня привела случайность.

– Ты что-то решила? – подтолкнула я ее.

Даже шагнула вперед от волнения за подругу.

В отличие от меня, она оставалась удивительно спокойной. Непривычной.

– Гораздо важнее, что решит Ахасан, – ответила она. – Сегодня он должен был явиться на аудиенцию к своему королю, чтобы попросить разрешения на наш брак. Прости, дорогая, если делаю тебе больно.

– Не делаешь, – я покачала головой и попыталась улыбнуться. – Я очень рада за тебя, Риста. Ты, как никто другой, заслуживаешь счастья.

– Ты тоже его заслуживаешь, – горячо возразила она. – Просто Квелин… Снежный форд не имеет рычагов давления на Его Величество, в отличие от Ахасана. Хас может позволить себе требовать, а…

Я остановила ее жестом.

– Не пытайся его оправдать. Это ни к чему, – мягко попросила я. – Доброй ночи, Риста. Увидимся утром.

– Доброй ночи, Тез.

Бросив на меня взгляд, полный жалости, подруга вышла в коридор и закрыла за собой дверь, а я без сил рухнула обратно в кресло и подтянула к себе ноги. Не хотела думать о Квелине. О том, что было бы возможно, а чего уже не изменить.

Это всего лишь случайность – Риста подобрала самое правильное слово. Я убеждала себя, что эту случайность я когда-нибудь смогу забыть.