Рейчел (не) хочет жить

Эпизод 30. Крыша

Я заперлась в комнате, игнорируя настойчивые призывы Аделаида. Горе-мамаша пыталась вывести меня на разговор, но (к счастью) ссоры с Гербертом занимали её куда сильнее. Потому через двадцать минут миссис Томпсон соизволила оставить меня в покое.

Я так устала от них, словами не передать… Когда-то казалось, что вечные нотации матери неимоверно раздражают, но, знаете что? Всё познаётся в сравнении. Истеричная забота Аделаиды (как выяснилось) в разы хуже.

Я уронила на пол грязную толстовку и нервно вздрогнула, вспомнив Леону… Чёрт-чёрт-чёрт! Если бы не мои глупые домыслы, она бы не попала в такую ситуацию. Да и Макс тоже… В сознании вновь возник образ худощавой женщины, которая так властно позвала его за собой. Что за жуткая стерва, от одного взгляда мурашки по коже!

Я хотела позвонить Максу, но потом поняла: они точно забрали его телефон… И мои попытки связаться с ним могут всё усугубить.

«И почему эти люди просто не могут жить спокойно?» — я стиснула зубы, бессильно скомкав простыню. В ту ночь сон настиг меня ближе к рассвету, а в полдень… Я проснулась от уведомления на ноутбуке.

Синий экран загадочно мерцал, разгоняя полумрак зашторенной комнаты. Я нехотя поднялась с кровати, собираясь отключить звук, но… В следующую секунду сон как рукой сняло. Ведь это был ответ на запрос данных о мистере Сандерсе. Прежде чем сесть за просмотр того фильма — я написала на электронный адрес архива и попросила поделиться информацией якобы для написания реферата. Честно говоря, очень импульсивный поступок… И я не думала, что они ответят так быстро.

Разумеется, важную информацию мне сообщать не стали. Они дали краткую выжимку из его биографии, предоставили рисунки из зала суда, а также цифровой снимок… Признание, подписанное мистером Сандерсом. Я смотрела на мелкие буквы и не могла избавиться от странного чувства. В этом есть что-то такое… Но резкий стук в дверь прервал мои мысли.

— Рейчел? Выйди же наконец! Мы с твоим отцом вечером отправимся на званый ужин, и ты могла бы…

Я распахнула дверь, молча глядя на Аделаиду.

— Ох! — воскликнула она. — Детка, что с тобой не так? Ты такая бледная, кожа сухая… Да и волосы в ужасном состоянии! Ты совсем за собой не следишь.

— Моя подруга вчера чуть не утонула. — протянула я, глядя ей в глаза. — Так как я должна выглядеть?

Аделаида застыла, но быстро прикрыла смущение натянутой улыбкой:

— Не хочешь отправиться с нами на званый ужин? Я приглашу команду стилистов, и они быстренько всё поправят.

— С чего бы?

Томпсоны не так уж часто показывали дочь светскому обществу. Рейчел была слишком резкой, холодной и (что важнее) непредсказуемой.

— Ну… По сути, на эту встречу должен был идти Эрих, но он отказался. — Аделаида насмешливо скривила губы. — Сослался на плохое самочувствие, мелкий паршивец. Что ж, по крайней мере, Герберт прилично с ним повздорил.

Я не удержалась от язвительного фырканья. Дорогой братец выходит из-под контроля? Не могу его осуждать…

— Мам, на званом ужине будут Харрисы, не так ли? — медленно проговорила, поджав губы. — Не думаю, что мне стоит идти. Миссис Харрис, мягко говоря… Меня не любит.

— О, да ладно. Миранда просто слегка… — Аделаида вдруг замолчала, нахмурившись.

Через несколько секунд она вздохнула:

— Возможно, ты и права. Со временем она примет ваш союз с Максимилианом, но… Миранда же так любит своего единственного сына.

«Да… Примерно так же, как вы любите своих детей» — я едва не скривилась, опустив взгляд в пол. Харрисы, Томпсоны… Безумный клубок ядовитых змей. Кто-то бьёт, кто-то контролирует, кто-то унижает, но все они (по сути своей) одинаковы.

По крайней мере… После этого разговора Аделаида уехала в салон красоты. От начала и до конца они ни разу не спросила о моём самочувствии. Ну и ладно… У меня есть дела поважнее, верно? И для начала я позвонила в больницу.

— Вы родственница Леоны Рамси? — вяло спросила женщина администратор.

— Подруга. Вчера именно я привезла её в больницу.

— А… — она замолчала, постукивая пальцами по клавиатуре. — Мисс Рамси ещё не пришла в сознание. Но врачи настроены крайне оптимистично: её состояние стабильное. Скоро она проснётся.

— Да… благодарю вас.

Я прервала звонок, шумно вздыхая. Леона не очнулась, и это (если честно) очень плохо. Дурное предчувствие наливалось свежим рубцом под кожей, тревожность давила на затылок, навевая хаотичные мысли.

Я знала одно: скорое пробуждение Леоны заставит преступника действовать быстрее, агрессивнее, и… Безжалостней. Но хуже всего то, что убийца близко, слишком близко. Я не вижу его, но чувствую ледяное дыхание за спиной. Оно сплетается с жутким обликом мистера Сандерса, как будто намекает на что-то давно забытое…

Я спустилась на кухню, доставая из аптечки таблетки от головы. Плохо. Мне очень плохо — и все чувства напряжены до предела. Я пытаюсь связать разрозненные фрагменты реальности и раз за разом прихожу к одному выводу: вся правда лежит прямо передо мной. Просто я боюсь собрать её воедино.

Та маленькая Джилли, которая однажды столкнулась со смертью друга — до сих пор пытается закрыть лицо руками. Не слушать, не видеть, не говорить — лишь бы монстр её не тронул. Лишь бы беда обошла стороной.

«… Но монстры не умирают даже после того, как их поджаривают на электрическом стуле… Они продолжают жить в умах людей» — я пригладила длинные спутанные волосы и затаила дыхание, медленно вспоминая все детали своего дрянного переселения.

Чужие взгляды, жесты, ужимки… Мистер Сандерс был прав: такие, как он, всегда будут скрываться среди обычных людей. Дружелюбный сосед с окровавленным молотком, примерная жена (чьи руки пахнут чистящим средством), или же школьный уборщик, от которого не ждут ничего особенного…

Я прикрыла глаза и, наконец, вспомнила. Одна маленькая деталь упрямо всплывает в сознании, но неожиданно легко связывает все фрагменты. Верно… Это похоже на правду, не так ли?

Я резко поднялась с насиженного места и потянулась к телефону. Куда звонить? В полицию? Нет, пока рано… У меня нет доказательств, только догадки. Тогда…

Я набрала номер Эриха. Да, пришлось достать его из чёрного списка, но что поделать. Долгие гудки вскоре оборвались, отозвавшись механическим «абонент временно недоступен, перезвоните позже».

«Чёрт… Без него не получится прояснить это дело» — я стиснула зубы, лихорадочно размышляя. Нужно действовать быстро, пока ничего не случилось. Но что мне делать? Поехать в больницу, к Леоне? Или вызвать Макса для подмоги?

Мысли вновь смешались в кашу, и как раз в тот момент — телефон завибрировал от входящего звонка. Номер абонента (само собой) скрыт. Обычно я сразу сбрасываю такие вызовы, но в этот раз… Указательный палец медленно нажал на зелёную кнопку.

Молчание. Мы с неизвестным не проронили ни звука, пока кто-то не закричал. Внезапный, громкий, испуганный голос резанул по барабанным перепонкам, заставив меня резко выдохнуть. А затем… Крик превратился в хриплое дыхание. Два порывистых вздоха — и звонок завершён. На смену ему пришло сообщение:

[Приходи на крышу школы Сандерса. Здесь твой брат, и он, вероятно, не протянет долго. Приходи одна. Вызовешь полицию, и Эрих отправится на тот свет… как и твоя больная подружка.

Поторопись. Я буду ждать тебя, Рейчел.]

Я едва не рассмеялась, чувствуя всю абсурдность происходящего. Это, в самом деле, забавно… Но так предсказуемо. Неизвестный пытается играть роль маньяка из второсортных ужастиков? Как глупо. Он назначил мне встречу на крыше школы. Той, где я когда-то училась… Там, где погиб Фред. Кажется, школу давно закрыли, и здание теперь пустует.

«Я ни разу не была там со дня выпуска. Бежала подальше от хреновых воспоминаний, заливала горечь поганым кофе и сигаретами… Я боялась. Да и сейчас боюсь, вот только… Когда-нибудь это должно было случиться. Неприглядная встреча с прошлым, которая станет поворотным моментом в настоящем. Эй, Рейчел… Ты готова?»

Я поймала свой взгляд в зеркале и грустно улыбнулась. Тот, кто совершил все эти убийства, хочет поставить точку в затянувшемся спектакле… прежде чем его поймает полиция.

Вот только я не стану очередным «несчастным случаем». Даже не надейтесь.

Когда я подъехала к школе — закат уже окрасил горизонт алым цветом. Таксист бросил мимолётный взгляд на чернеющие окна заброшенного здания и резко ударил по газам, оставив меня у покосившихся ворот.

Я прищурилась, невольно вздыхая. Интересно, когда эту чёртову школу снесут? Надеюсь, что скоро… Отвратительное место. Такое унылое и печальное, но даже сейчас в нём осталось что-то знакомое.

Я поднялась к главному входу и свернула в левый коридор, воссоздавая смутные образы. Те, кто надо мной издевались. Те, кто дружили. И остальные, кого я уже не помню… Прошло не так много времени, а от школы остались одни лишь воспоминания (болезненные, надломленные, кровавые). Я подошла к грязной лестнице и усмехнулась, заприметив следы.

«Эрих, Эрих… На этот раз ты переоценил себя, серьёзно. Но об этом мы поговорим позже»

Путь на крышу хорошо мне известен. Мы с Фредом часто туда поднимались, и он всегда обгонял меня (даже несмотря на слепоту). Этот мальчик хорошо ориентировался в пространстве, лучше многих из нас, и поэтому… Я не понимала: как он мог так легко упасть с крыши? Этот вопрос терзал меня вплоть до признания мистера Сандерса.

«— Ну… Если так подумать: я же помог этому калеке. Над ним издевались, его слепота и вовсе не излечима… Для таких смерть — настоящее благо» — скрипучий голос уборщика вновь прозвучал в голове, заставив меня скривить губы.

Нет, смерть не была «благом» для Фреда. Он хотел жить. Он правда очень хотел жить — и поделился этим желанием со мной. А сейчас… Я поднимаюсь на чёртову крышу, отсчитывая камушки под ногами. Каждый шаг — маленькое преодоление, каждый вздох — усталость пополам с неизбежностью.

Эй, Фред… Пожелай мне удачи. В этот раз судьба чертовски непредсказуема, так что я пойду ва-банк. Дверь на крышу была приоткрыта, но мне всё равно пришлось подтолкнуть её. Протяжный скрип резанул по ушам и тогда… Я увидела готовую мизансцену.

Эрих лежал на спине, скорчившись от боли. Его светлые волосы смешались с грязью, а бледное лицо казалось почти бескровным. Рядом стояла Шерил. Её руки дрожали, но я разглядела шокер, сжатый в тонких пальцах.

— Рейчел! — воскликнула она, резко шагнув вперёд. — Боже, Рей, как хорошо, что ты пришла… Эрих, он, он… Пытался сделать что-то нехорошее!

Шер опустила взгляд, кусая губы от смущения.

— Это потому, что я следила за ним, понимаешь? Я узнала слишком много н-неправильного… И он решил мне отомстить! Я никогда не думала, что Эрих на это способен!

Её голос дрожал. Честно говоря, в тот момент Шерил действительно хотелось утешить, но я не торопилась, застыв у двери. Какой, всё-таки, прекрасный вид открывается с крыши…

— И что ты узнала? — медленно спросила я, шагнув вперёд.

— Он… Он заманил тебя сюда, чтобы подставить. — пробормотала Шер, бросив ещё один обеспокоенный взгляд на Эриха.

— Правда?

Я скучающе посмотрела на братца, который (к счастью) не шевелился. Закат остывал на горизонте за спиной Шерил. Густые чёрные тени удлинялись, множились и делали всё каким-то зловещим, до боли мрачным. И тогда я улыбнулась.

— Шер, ты так мастерски миксуешь правду и ложь… Честно говоря, я тобой восхищаюсь.

Шерил была первой, кто связалась с Рейчел. Верная подружка, послушная шестёрка… И всё ради своей странной, почти парадоксальной любви к Эриху. Младший Томпсон не обращал на неё внимания, но Шер это не останавливало.

Она стала тенью Рейчел, чтобы быть тенью Эриха. Если честно, я не любила её трусливый, слишком податливый характер. Но прямо сейчас… Мне вдруг захотелось присмотреться повнимательней.

Низкорослая девчушка в больших очках. Вьющиеся каштановые волосы, нос в бледных веснушках и тонкие обкусанные губы… Эй, Шерил, что с тобой не так?

— Ты мне не веришь? — изумлённо выдохнула она. — Но Рейчел, я говорю правду!

— Да, конечно.

Я не стала спорить, потому что это бессмысленно. Шерил всегда была такой: мешала правду и неправду почти в равных долях.

— Знаешь, а я ведь так и не спросила… За что ты полюбила Эриха?

Та пометка на полях её тетради… Я почти забыла об этом, но теперь не могу выкинуть из головы. Ответ, как оказалось, чертовски прост.

Шерил посмотрела мне в глаза и (чуть застенчиво) улыбнулась. Затем она сняла свои большие очки, негромко вздыхая:

— Он… Открыл для меня новый мир. Наполнил его красками.

Её банальные слова были пропитаны чем-то инородным. Сладковато-гнилостными эмоциями… Их сложно различить и ещё сложнее — осознать.

— Я спрошу прямо, Шерил. В тот день, когда Криста выпала из окна… Она была не одна, верно? — я усмехнулась, поджав губы. — И ты стала свидетельницей произошедшего, потому что… Следила за одним человеком. За моим братом.

Фрагменты медленно сливаются друг с другом, обрастают подробностями и эмоциональными связками… Где-то здесь притаилась правда. Между сплетёнными тенями, сложенными очками и бессознательным Эрихом Томпсоном.