Глеб Зимерев
Со мной такой пиздец сейчас происходит… То ещё ощущение просыпаться и понимать, что твоя девушка лежит под тобой вся в слезах в разорванной майке… Сердце там в груди просто охуевает от кульбитов… Я до сих пор не понимаю её. У меня ощущение, что она спятила… Раз решила остаться тут со мной, несмотря ни на что.
Я ведь как лучше хочу. Я просто хочу спрятать её и всё. Хотя бы на время своего лечения. Потому что люблю её и боюсь до смерти. Я ему вообще не доверяю… Он конченый. Уже то, что он ворует деньги и препараты многое о нём говорит, блин.
— Ну как… Успокоилась?
— Да… Всё нормально… — вытирает остатки слёз со щёк. — Этого больше не повторится. Я постараюсь с ним меньше контактировать, чтобы не злить его…
Ещё и себя винит в том, что он конченый мудак. Прекрасно… Да и я не меньше виноват, если честно. Это хрень должна прекратиться. Не хочет уезжать — отлично. Значит, я должен сам что-то сделать…
— Алёна, я сегодня к врачу поеду…
— К какому?! Если твой в отпуске!
— Да, значит, пойду к другому…
— Нет! Ты сам говорил, что тебя могут упечь в психушку после этого!
— А могут и не упечь! Я не буду говорить, что он что-то сделал…
— Нет, Глеб… Это нечестно! — выпаливает она в истерике. — А если тебя заберут у меня?! Если так, тогда что?! Что мне делать? Ходить к тебе в больницу навещать тебя?! В психдиспансере?! Ты в своём уме?!
— Нет! Нет, не в своём и ты это знаешь! Мы играем с огнём, Алёна! Понимаешь ты или нет?! Блядь… — я ударяю в стену кулаком со психу, а она смотрит на меня, вздрогнув. — Сука…
— Зачем? Болит?
— Нет…
— Обманщик… — берём мою руку и смотрит на покрасневшие костяшки. — Глеб… — целует их, не переставая… На моих глазах, пока я касаюсь второй рукой её милого лица и хмурюсь… — Пойми, что я не смогу без тебя…
— Я тоже не смогу… Кудряшка. Поэтому я так и поступаю…
— Мы вместе… А значит, решать будем вместе… — настаивает она и встаёт передо мной на колени, начав расстёгивать ремень на джинсах…
— Что ты делаешь? Алёна…
Не успеваю получить ответ, как меня силой толкают к стене, заставив опуститься чуть ниже… Она тянет вниз штаны с трусами и делает то, чего раньше явно не делала…
— Бляяядь…
Рука путается в её волосах, ласкает их, пока я смотрю на неё во время самого процесса… Огромные карие глаза меня обездвиживают, пока язык скользит по моей головке, а губы смыкаются на стволе, заставляя меня не думать… Ни о чём больше… Только об этом…
— Нравится?
— Конечно, блин, нравится…
Чувствую, как она старается, нарочно ведь всё это начала, чтобы я даже не думал, что смогу оставить её… что смогу без неё… Это всё женские манипуляции… Но работают они. Безотказно работают. И я тоже хочу вылизать её от и до… Всю…
Алёнка помогает себе рукой. Бессовестно выводит меня из равновесия. От желания кончить у меня кружится голова… А кончить хочется в рот. И так чтобы на лицо попало. Не знаю, что за мысли вообще. Но хочется… В голове вдруг всплывают странные картинки. Каких-то явно незнакомых мне девушек… И ощущения. Такие странные. Блядь… Я не хочу думать об этом…
— Малыш… Я щас кончу…
Она молчит и продолжает сосать, никак не демонстрируя своей брезгливости или что-то такое.
И значит, готова…
Поэтому я больше не спрашиваю… Кончаю частично в глотку, придавив член к её нёбу, частично вынимаю и изливаюсь на её пухлые губы, видя, как сперма стекает по её подбородку вниз… Пушка.
Тут же дёргаю её подмышками и взваливаю на руки, а она смеётся.
— Глеб… Куда…
— Туда… — захожу в спальню, заваливаю на кровать, стаскиваю с неё штаны, раздеваю полностью… Целую и хочется его убить за то, что он довёл её до слёз и напугал… Хочется вытурить его из своей башки. Урод хренов…
Присасываюсь к её клитору, ощущая, какая она насквозь мокрая. Потекла так, что всё сочится. И я издаю такие звуки, словно ем арбуз, блин. Тут так же влажно и сладко…
— Охуеть, блядь…
— Глееееб... — зарывается ладонью в мои волосы… — Ах… А…
Толкаю в неё пальцы, лижу, не переставая… Шумно дышу на всю комнату, наслаждаясь её стонами и всхлипами… Чувствую, как идеально мы друг другу подходим. Как бесконечно друг в друге растворяемся. Я тупо не могу без неё… Я знаю это. И знаю, что мне её мало. Я не хочу, чтобы это заканчивалось… И уходить отсюда никуда не хочу…
Алёна кончает… Стискивая мои волосы, зажав голову между ног, вскрикивает, изливается, будто даже сквиртит, остаточно подаётся бёдрами, проехавшись по моей щетине и выдыхает, расстилаясь на нашей постели…
— Что это было… — дрожащим голосом спрашивает, раскинув ноги и руки по разным сторонам, будто в трансе.
— Не знаю… У тебя хочу спросить… — оборачиваюсь к ней. — Возбудилась так… И меня возбудила…
Она тяжело дышит и не смотрит на меня… Грудная клетка вздымается, и я притягиваю её к себе, обхватив сзади и прижав к себе.
— Я испугался за тебя…
— Не надо… — отвечает она тихо-тихо. Словно внутри болит. И плачет…
— Алён…
— Просто побудь со мной рядом. Я прошу тебя… Глеб, — подносит мою руку к губам и сворачивается калачиком передо мной. А у меня внутри всё болит теперь. За неё и за то, что между нами происходит… Это клетка для нас. И мы в плену у этого безумия…