Бурый. Истинная для медведя

Глава 34

Засыпать в одной постели с парой — не мой стиль. Не по привычке. Не по тем законам, по которым я живу. Женщины были. Не одна. Все — как по шаблону: красивые, удобные, ненавязчивые. Они приходили по ночам и уходили на рассвете, не задерживаясь.

Тишина. Не гнетущая — освобождающая.

Мирослава прижалась ко мне. Тепло моей кожи, её лоб у плеча, пальцы, сжимающие запястье.

Будто боится, что я исчезну. Но я здесь. И никуда не уйду. Она верит не словами. Телом. Дыханием. Сном.

— Вместе, спокойно, дома, — урчит внутри медведь.

Её запах забивает всё: алкоголь, кровь, даже память. Он въелся в лёгкие, остался на коже, впитался в постель. Любое прикосновение будит тело. Пальцы. Шея. Ключица. Внутри сжимается. Тянет. Ломает.

Медведь скребёт:

— Метку. Оставь метку. Она твоя.

Но я держу себя. Не потому что нельзя. Потому что не время. Она сама выберет. Придёт. Осторожно выскальзываю из-под одеяла. Не разбудить. Ей нужен сон. Особенно сейчас.

В доме полумрак. Гудит охрана. Всё под контролем.

Кофемашина оживает, наполняя тишину уютным механическим звуком. Воздух наполняется ароматом крепкого кофе — горьким, как мои мысли.

Первый глоток обжигает рот, горечь разливается по языку, тянется к горлу. Это возвращает меня в реальность.

Собираю себя по кускам. Просыпаюсь окончательно. Планшет включается с сухим щелчком.

Пальцы машинально пролистывают: охрана, патрули, периметр. Всё по плану. Спокойно.

И тут — сообщение от Дорохова.

«Пробили нитку. Сигнал связан с тем самым звонком. Смотри вложение.»

Открываю сразу. Файл весомый, внутри — трассировка сигнала. Три уровня шифровки. Почти чисто. Но в самом начале — вспышка IP. Короткая. Почти незаметная. Кто-то проморгал. И мы это поймали. Геолокация — южная промзона. Тот самый район, где недавно нашли лабораторию.

Совпадений не бывает. Координаты фиксирую моментально. Пальцы сжимают кружку — кость скрипит в суставе. Перед глазами встаёт не карта. Лицо. Её лицо.

И голос в трубке: «Если по чуть-чуть… становятся очень послушными…»

Медведь внутри рычит. Я — молчу. Но держу крепче.

— Доброе утро, — Глеб. Спокойно. Будто не было ночи.

За ним — Артём. Оба в костюмах. Чистые, собранные.

Вчера — дурачились на кухне. Сегодня — снова хищники. Служба. Дисциплина.

Смотрю на них — и каждый раз поражаюсь:

Как быстро они умеют перестраиваться. Мгновенно. Чётко. Без лишних слов и суеты.

Вчера — расслабленные, с ложками в руках и тортом на столе, с ленивыми шутками и дерзкими подколами.

Сегодня — строгие костюмы, собранные лица, спина прямая. Хищники, знающие своё место. — И вам, — киваю, не отрывая взгляда от планшета. Глоток кофе. Горечь. Возвращение к делу.

— Готовы? — спрашиваю спокойно, без интонаций, всё ещё просматривая сводку.

Наступает пауза. Они переглядываются. Один миг — и в этом взгляде всё: вопрос, ожидание, осторожность.

Понимают — сейчас не тот момент для болтовни.

— К чему, босс? — осторожно спрашивает Глеб.

Артём напряжён. Уловил раньше. И правильно. Сегодня — будет жарко.

Поднимаю взгляд. Откидываюсь на спинку стула.

— К тренировке. Я вчера обещал вас размять.

Секунда. Глеб моргает. Потом всё догоняет. Ужас на лице — почти комичный.

— Демид Викторович, вы же… не всерьёз?..

— Более чем, — отвечаю спокойно.

Судья не шутит. Даже если улыбается. Особенно — если улыбается.

Они это знают. Чувствуют по взгляду, по голосу, по тембру, в котором исчезает всё лишнее.

Поэтому без слов занимают места.

Каждый — на своём.

Глеб берёт кружку, делает глоток, даже не поморщившись от крепости.

Артём запускает планшет, тут же вчитываясь в сводку, пальцы быстро пролистывают данные.

Кофе. Документы. Каналы связи.

Никакой суеты. Только работа.

Я допиваю свой кофе, ощущая, как горечь окончательно выживает остатки сна.

Медленно поднимаюсь из-за стола, тело включается в нужный режим — собранный, сосредоточенный.

День начинается. И с каждым часом он будет становиться только жёстче.

— Сегодня работаю из дома, — бросаю. — До десяти спокойно. Потом — Мира проснётся. И начнём.

Сравним, кто из вас сильнее. Вы… или она. Глеб фыркает, но не спорит — знает, что всё уже решено.

Я выхожу, закрываю за собой дверь. Начинается обычный день судьи. Никаких эмоций. Никакой пары в постели. Только система. Проверка логов. Сопоставление времени и действий. Верификация всех событий, зафиксированных за сутки.

Сегодня без заседаний. Нет обвиняемых, нет криков, нет давления с Совета.

Можно заняться тем, что обычно остаётся за кадром — рутиной.

Холодной, точной, необходимой. Документы, сводки, сигналы с границ.

А значит — порядок будет наведен.

Одновременно набираю Станислава. Он берёт трубку после первого гудка.

— Тебе бы поспать в объятиях своей пары, — ворчит, но голос уже собранный. Не спал, просто ждал моего звонка. Знаю его.

— Спится. Но дел много, — отзываюсь спокойно, бросая взгляд на планшет с обновлённой аналитикой.

— Есть что-то? — сразу меняется тон. В голосе — настороженность. Он знает, когда шутки заканчиваются.

— Первая зацепка. Дорохов пробил звонок. Сигнал шёл через три уровня шифровки. В начале — вспышка IP, проморгали маскировку. Геолокация — южная промзона. Там, где недавно лабораторию накрыли.

Станислав молчит. Думает.

— Совпадение?

— Нет. Кто-то не просто следит — работает внутри цепи. Возможно, старый след.

— Из наших?

— Есть вероятность. Пока без имён. Но почерк знакомый. Работа точная, как по протоколу. Кто-то знает, как мы двигаемся.

— Сколько тебе нужно?

— Два дня максимум. Потом — или вытаскиваю на свет, или зачищаю тихо.

— Без огласки?

— Как всегда. Ни Совет, ни кланы не узнают

Он хмыкает.

— Ты даже не спросишь, можно ли?

— Я не прошу разрешения, Станислав. Я ставлю в известность.

Короткая пауза. Потом тише:

— Потому ты и здесь. Потому я и держу тебя ближе, чем других.

Ещё секунда тишины. Потом он добавляет:

— В пятницу собираю старый круг. Закрытый ужин. Только свои. Сабина требует твоего присутствия. И… её тоже.

Я не уточняю, кого он имеет в виду.

— Мы будем.

— Доклад подготовь. Только факты. Без политики, без завуалированных угроз.

— Только факты, — подтверждаю.

— До пятницы, Судья, — и отключается первым.

Он — лев. Стратег. Смотрит на доску сверху.

Я — медведь. Тот, кто выносит фигуры, когда партия зашла слишком далеко.

И пока мы оба на своих местах — в этом городе будет порядок.