Бурый. Истинная для медведя

Глава 45

Как только Мираслава показалась из корпуса, я сразу же начал следить за ней. С третьего этажа открывался отличный вид на всю улицу. Дом стоял на холме, а вокруг были мои люди.

Всё казалось спокойным, но я не мог расслабиться. Не тогда, когда она была вне моего поля зрения. На планшете у меня была карта, маячки и рации. Я подключился к её каналу связи.

Слушал фоновые шумы, её инструкции и дыхание. Голос инструктора был сухим и стандартным, всё шло по плану. Но через минуту всё изменилось. Раздался глухой хлопок, взрыв. Низкий, короткий, но чёткий звук. Это был не холостой выстрел и не учебная имитация. Резкий толчок по ушам заставил меня напрячься.

— Глеб, доклад, — произнёс ровно, но с акцентом на последнее слово.

— Сработала какая-то самодельная хрень, — отозвался спустя секунду. — Группа рядом, выдвинулись. Без пострадавших.

Спокойствие, но без иллюзий. Это не по плану. На карте ничего подобного не было.

Интуиция сдавила грудь. Не просто тревога, а тугой узел в животе. Тонкий аромат беды.

Медведь внутри проснулся, поднялся на лапы. Внутри всё сжалось от напряжения.

Связь ещё держала нас.

Голос Мираславы — ровный, сконцентрированный. Она держала себя как надо.

Команда выполняла обход. Всё — по протоколу.

А потом…

— Нам приказ — держать позицию.

— Да. Мы просто проверим.

Резко поднял голову от планшета. Это был голос напарника. Он ушёл с маршрута. Увёл её. Без приказа. Без сигнала.

— Артём, переулок через три дома. Он её туда тянет. Ты где?

— Бегу, — коротко отозвался. В его голосе прозвучало то же, что чувствовал я: холод, стягивающий горло, как удавка.

Перед глазами — маршрут. Камеры. Маячок. Мгновение — и я слышу в канале её голос.

— Осматриваемся. Тебе показалось…

Я слышу щелчок. Затем — искажённое движение и шорох в микрофоне. Сначала звук выстрела. Короткий, резкий. Затем слышу посторонние голоса. Они мне не нужны.

И тут я слышу её голос. Он сбит, пропитан паникой, болью и химией.

Зверь во мне срывается. Я не думаю, просто бросаюсь вперёд. Оборот происходит мгновенно. Всё остальное уходит на задний план. Я несусь сквозь улицу, сквозь бетон и воздух.

Вижу четверых. Первый наклонился слишком близко, слишком самоуверенно.

Я врезаюсь в него без тормозов. Рву его, не щадя. Он даже не успевает вскрикнуть, разрывается в моих лапах, как слабое мясо.

Второй пытается убежать, но Глеб уже на хвосте. Волк в бешенстве, и я знаю, что он не отпустит его.

Третьего атакует Артём. Барс бьёт быстро и точно. Четвёртый смотрит прямо на меня, бледнеет и делает шаг назад. Поздно. Я уже здесь. Нападаю на него всем весом. Он пытается отбиться, трясёт пистолетом, но это бесполезно. Сегодня зверь не сдерживается. Сегодня ему это разрешено.

Он скулит, дергается. Я его рву — сначала ломаю. Слышу треск костей, визг того, кто её коснулся. Мне этого мало.

Медведь не думает, он просто делает — медленно, с нажимом, до хруста, до мяса. Ты тронул мою пару — живым отсюда не выйдешь.

Всё кончено, тяжело выдыхаю, возвращаю форму. Пот по спине, грудь ходит ходуном.

Тянусь к Мираславе. Она сидит на асфальте, как кукла: ноги подогнуты, плечи опущены, голова чуть склонена, взгляд стеклянный, в пустоту, словно выключили.

— Мира… — голос хрипит. Опускаюсь рядом, трясу за плечи. — Ты меня слышишь?

Реакции нет, руки ледяные. Она здесь, но внутри как будто пустая.

Артём присаживается рядом, осматривается.

— Шприц, — тихо говорит он, подбирает его в перчатке, — вкололи что-то. Заберу на анализ химикам.

Я киваю, молча. Гнев душит меня, мешая дышать.

Вижу тело парня, который был рядом с ней. Он лежит на спине с дырой в груди.

Предатель, и его наказание — смерть.

— Нужно что-то сделать, — выдыхает Артем, наклоняясь и втягивая воздух. — Пахнет химией. Тяжелый состав. Я уже такое чувствовал — если не вывести его быстро, может повредить систему.

Мои челюсти сжимаются. Выбор ограничен.

— Есть только один вариант, — говорю я глухо.

Артем молча кивает, понимая. Я беру Мираславу на руки. Она безжизненная, очень легкая. Не реагирует на движения, голос или прикосновения. Только слабый всхлип внутри, как эхо боли. Этот звук заставляет зверя внутри меня зарычать.

Опускаюсь на колени и прижимаю её к себе крепче. Убираю волосы и обнажаю её шею.

Её кожа бледная и теплая. Жаль, что это необходимо. Жаль, что первый укус не от желания, а от нужды. Я медленно и решительно вонзаю клыки.

Моя отметка. Мой яд. Он пройдет по её венам, вытесняя вещество, которое ей ввели.

Начнется процесс — болезненный и долгий. Но это спасет её. Я знаю, что это единственный способ. Она вздрагивает и тихо всхлипывает. Её мышцы дергаются. Пульс меняется — значит, процесс идет.

У нас есть три часа, чтобы яд полностью сработал. Поднимаю голову. Артем уже идет к нашим, передавая указания.

Место взято под контроль. Зона оцеплена. Работают специалисты. Криминалисты работают. Возвращается Глеб. Взгляд жёсткий, руки в крови.

Он тащит за шиворот того, кто осмелился поднять руку на мою девочку. Человек еле стоит на ногах, но всё ещё жив. Хорошо. Есть с кем поговорить. Но сейчас важна только она.