Мороз-княже. Подаренная князю холода

Глава 16

Мороз крепчал, и я сильно сомневалась, что смогу дожить до утра. Не для того «мудрые старейшины» отправляли сюда молоденьких девушек, чтобы они потом домой живыми и невредимыми возвращались. Им нужно было очистить свою совесть, принеся жертву их божеству, которого, я была уверена, и в помине не существовало. Но люди по сути своей были жестоки и кровожадны, и им просто необходимо было выдумать то, чего не было, лишь бы держать в суеверном страхе остальных, ведь страх во все времена был неплохим средством управления массами.

Как и в прошлый раз Дарью, дед Никодим проводил меня до самого леса, но сегодня он был молчалив и хмур. Видать обида на мои резкие слова всё ещё была в нём жива. Я даже удивилась, насколько быстро он согласился отправить меня в лес вместо Желаны. Я-то думала мне ещё предстоит повоевать, доказывая, что эта участь на самом деле уготована мне, но староста воспринял мою добровольную жертву позитивно, и не стал препятствовать. Наверное, ему не терпелось от меня избавиться, и тем самым убить двух зайцев одним махом. Конечно, ни я, ни одна другая девушка не заслуживали такой участи, и всё же Желана была мне дорога. Как когда-то была дорога Дарье, тело которой досталось теперь мне, хоть она и сама себе в том не признавалась.

И всё же молчаливо да безропотно ждать своей участи я не собиралась. Встав из-под огромного дерева, под которое меня усадили ждать своей смерти, я попыталась размяться, подпрыгивая, активно шевеля руками, разминая затёкшие да замёрзшие конечности и неспешно прогуливаясь по лесной поляне туда и обратно.

Было ужасно холодно, и всё же я пыталась отвлечь себя мыслями о лете и о солнце, о настоящем пляже, на котором я была за свою жизнь лишь единожды. И всё же эти воспоминания были настолько яркими, что помогали мне согреться, пусть и мысленно, и я улыбалась, зная, что утра уже не увижу. И очень хотела, чтобы яркое летнее солнце стало моим последним воспоминанием.

Конечно, меня ещё немного покалывала совесть, ведь Ратимир, мой жених и защитник, ни сном, не духом опять не знал, что сейчас со мной происходит. Не моя была вина, что он не явился на обряд. Я даже не знала причины, по которой он вот уже второй раз его пропускал, причём, без предупреждения, но отчего-то мне казалось, что она и есть и достаточно веская. А потому я мысленно просила у него прощения, что на этот раз добровольно отдалась на милость судьбы, чтобы защитить сестру, пусть и не родную мне по крови. Но по-другому я поступить просто не могла, совесть не позволяла. И очень надеялась, что однажды он простит меня, ведь я пыталась сотворить благое дело.

Ночная птица, грузно опустившись на ветку, напугала меня до чёртиков. Я вскрикнула, а посыпавшийся с дерева снег добавил мне ещё хлопот. Сейчас мне казалось, что каждая снежинка готова была изранить меня, причинить боль, потому как я, пока ещё живая и тёплая, была неким не впадающим в общую систему элементом, ведь всё прочее было холодным и бездушным. Разве что, кроме самой птицы.

Она не стала задерживаться, вспорхнув огромными крыльями, но на прощанье взглянула на меня, сверкнув жёлтыми глазищами и произнесла что-то на своём языке. Птичий я не понимала, впрочем, как и языки других животных, а так я бы с удовольствием ей ответила, вот только не знала, что сказать.

Подумала это – и рассмеялась сама над собой. Похоже, мороз и впрямь уже затуманил мой разум. Надо же! С птицами собралась беседы вести… И тут же расплакалась, сетуя на свою горькую долю. Почему бы и нет? Столько возможностей у меня было в жизни, столько мечтаний! Я была молодой и здоровой, и вовсе не собиралась завершать свой жизненный путь вот так, в лесу, соблюдая чьи-то дикие традиции… Или всё-таки собиралась? Свой последний день в моей прошлой жизни я помнила слишком хорошо, и тогда я добровольно уселась под такое же дерево, ища… смерти? Конечно, проблемы с родственниками порой выводили меня из себя, но я даже не попыталась бороться, не попыталась хоть что-то изменить, а сразу сдалась на милость жалости к себе. Какой же дурой я была!

Но кто-то дал мне второй шанс, переместив моё сознание в тело Дарьи. А я так бездарно его профукала. Или же ещё нет? Ведь я пока что была жива, а значит…

- Мороз-княже! – закричала я во весь голос, сама не веря, что делаю это. – Долго тебя ещё ждать? Негоже это невесте! Приди-покажись! А коли не нужна я тебе, так отпусти на все четыре стороны! Домой мне возврата нет, а помирать ой как не хочется! Но, прошу, поторопись! Зябко мне в сугробе тебя дожидаться!

От того, сколько силы я в этот крик вложила, меня даже в жар бросило, пусть и на совсем короткий миг. Но и горло я сорвала, это точно. Однако просто стоять и ждать уже была не в состоянии. Холодно, до чего же холодно…

Но ночная тишина так и осталась тишиной, правда, ненадолго. Немного погодя заскрипели спящие стволы замёрзших деревьев, зазвенели их ветки, закованные в серебро льда. Ветер поднялся, игриво подхватывая свежий снег с застарелого наста, да шорох послышался, словно, переговариваясь, обсуждали что-то невинные души ушедших до меня той же тропой девиц.

«Значит, и мой час пришёл» - с грустью подумала я. – Ну, что же, значит, такова моя судьба»…

Но стоило мне так решить, как я услышала приближающиеся шаги, сопровождающиеся поскрипыванием снега. А после я увидела силуэт их обладателя и громкий низкий голос произнёс:

- Зачем звала меня, девица?..

И, я клянусь, в тот самый миг я едва не лишилась чувств от страха.