Мороз-княже. Подаренная князю холода

Глава 37

Опомнилась Желана, лишь когда почуяла, что Ратимир не на шутку распалился. Сжалась всем телом, ладонями в грудь его могучую уткнулась.

- Пусти! – в который раз за ночь потребовала она. – Не то сейчас как дам по носу, вовек не забудешь!

Её угрозы настолько были смешны, что окончательно развеселили доброго молодца. Засмеявшись, он нарочно прижал её к себе ещё сильнее, чтобы подразнить, но та, словно молодая козочка, начала брыкаться, то ли испугавшись, то ли пытаясь доказать свою правоту.

- Бей! – весело предложил девице он, нарочно лицо подставляя и подначивая её. – Ну? Что же ты?

И Желана ударила. Не как мужики бьют, чтобы в челюсть да кулаком, а так, ладошкой прихлопнула. Правда, со всей силы. Ратимир тот удар и не почувствовал даже, а вот девица, ударив рукой, даже вскрикнула от боли и тут же затрясла ей в воздухе, едва справляясь с очередной волной обиды, накатившей на неё в тот же миг.

- Да что ты за человек такой?! – закричала она ему в лицо, в то время как Ратимир, позабыв обо всём, веселился, словно в детстве, когда дразнил заносчивых девчонок, возомнивших себя, боги знают кем.

- Да самый обычный! – весело отвечал тот. – Ни кривой, ни косой, да дружу с головой!

Эта самая обычная игривая присказка ещё больше вывела девушку из себя, и даже несмотря на то, что она в одном платье на морозе стояла, ей стало очень жарко от бессилия и гнева, что вызвал в ней этот человек.

- Сейчас я тебе задам! – Желана вновь налетела на него с кулаками, пытаясь отстоять свою правоту, а тот, ловко увернувшись и не переставая смеяться, обездвижил её в два счёта, вновь прижав к себе и сорвав с губ ещё один запретный поцелуй.

Конечно, делал он это всё лишь для того, чтобы немного позлить возомнившую себя грозной воительницей деву, но в какой-то момент Ратимир поймал себя на мысли, что касаться почти детских губ Желаны ему очень даже нравится. А потому это нужно было прекращать.

- Ненавижу! – когда он отпустил её, закричала она, залившись слезами. – Да как ты посмел! Ууу, проклятущий!

- Желана… - тихо произнёс тот, поняв, что и в самом деле перегнул палку. – Я не…

Но слова извинения так и повисли в воздухе недосказанной мыслью.

- Вот они, вот! – это визгливый голос Люты разорвал тишину ночи, и она на этот раз была не одна.

И как так тихо подкрасться сумели?

Ратимир напрягся, а Желана, сама того не понимая, в первом порыве прильнула к нему, словно ища защиты от собственной матери.

- Посмотрите, что он с моей дочуркой сделал! – продолжала слезливо визжать Люта.

Впереди вместе с ней шли староста Никодим и колдун Серафим, а за ними мужики да бабы их деревни. Они ещё не подошли, а Ратимир уже почувствовал опасность, что так и разила от всей этой компашки, которую, можно, не глядя в воду, было сказать, Люта настроила против него.

- Иди в дом, - шепнул он Желане, но та и с места не сдвинулась, вцепившись в него обеими руками и часто дыша от страха.

- … на мороз, без обуви, без одежды! – ни на секунду не замолкала Люта. – Силой приволок, да ещё снасильничал! Горе мне, горе на старости лет! Посмотрите, люди добры, до чего мы дожили!

- Что ты несёшь?! – вмиг вскипел Ратимир. – Ты же знаешь, что это не так!

- Мама, зачем ты врёшь?! – в отчаянии воскликнула Желана, пытаясь защитить того, кого только что сейчас оклеветали при всём честном народе. Вся злость на парня её мигом испарилась, зато появилось неимоверное желание добиться справедливости. – Ратимир спас меня, он меня и пальцем не тронул!

- Послушайте! Послушайте её! – не унималась мать девушки, и намерения Люты были ясны, как день: насолить вставшему поперёк её дороги парню. – Совсем девице голову заморочил! Иди сюда, непутёвая! Дай хоть отогрею!

И она подалась вперёд, зная, что пока столько людей на них смотрят, ей ничего не грозит. Но Желана не желала подчиняться лгунье-матери, ещё сильнее вцепившись в руку Ратимира.

- Никуда я с тобой не пойду! – заявила она успевшей приблизиться Люте. – Сначала Дарью со свету сжила, теперь за нас с Ратимиром принялась?!

Та, ахнув в притворном удивлении, едва не свалилась в обморок. Тоже, конечно, притворный, но этого «ярмарочного шутовства» хватило, чтобы озлобить людей ещё больше.

В сторону Ратимира послышались неодобрительные окрики, обвиняющие его во всех грехах и угрозы скорой расправы. Он, конечно, не боялся этих глупых людей, позволивших так нелепо себя обмануть. Но ему было очень обидно оттого, что его честное имя вот так просто сумела запятнать одна недостойная дрянь.

- Люта! – заревел он, осклабившись по-звериному. – А ты никак мне мстить решила, за то, что я правду о тебе узнал?! И о том, как вы со старостой и колдуном сговорились Дарью со свету сжить?!

- Лучше молчи, недостойный! – подал голос дед Никодим, глаза которого боязливо заблестели, ведь он по-прежнему чувствовал за собой вину. – Отвечай, что ты с Желаной сделал?!

- Ничего! – в один голос закричали они с девушкой, но продолжил он один. – А вот ты, Никодим, человека за медяки погубил! Не совестно, а? А тебе, Серафим?! В твои-то года…

Колдун, сверкнув чёрными, словно ночь, глазами, медленно приблизился к нему и произнёс:

- Нам всем, пожалуй, есть что скрывать, а? Ратимир?

И парень увидел в его руках веничек из сухих трав, которые уже начинали дымить.

- Постой… - прошептал парень, неожиданно поняв, что это за травы и чем они ему грозят. – Это же…

Серафим, хитро осклабившись, кивнул ему.

- Беги, Ратимир. Спасай свою шкуру…

- Ратимир! Что это?! – повисшая на его руке Желана со страхом наблюдала за происходящим.

Но тот уже не мог ответить, чувствуя, что превращается, теряя свою людскую сущность. Остатками разума он понимал, что и впрямь пора бежать, и он сделал это, но уже на четырёх ногах. И последнее, что парень услышал – это полный ужаса крик Желаны.