Мороз-княже. Подаренная князю холода

Глава 32

Арсений прошёл по двору, едва переставляя ноги. Было видно, что он едва держится, сгорбившись, как старик.

Я, оторвавшись от окна, как есть, в одном платье, кинулась ему навстречу, и успела как нельзя вовремя. Едва он занёс ногу, чтобы ступить на первую ступень крыльца, как силы оставили его, и он едва не рухнул на обе колени. Однако я успела. Подхватив его, мы шлёпнулись оба, вот только я всё равно сумела замедлить падение, а, значит, удар оказался не таким чувствительным. На собственную боль, что отдалась во всём моём теле – удержать рослого детину был тот ещё квест, я попросту не обратила внимания. Гораздо важнее было выяснить, что произошло с тем, кто спас меня, приютив в своём доме и не попросив при этом ничего взамен.

- Дарья… - он, хвала всем знакомым и незнакомым богам, был в сознании, хоть и очень бледен. И на фоне этой бледности ярко-алая кровь на его лице, что текла сейчас из рассечённой скулы, казалась особенно яркой, несмотря даже на предрассветные зимние сумерки, что царили сейчас на улице.

Следом за мной, кряхтя и охая, из избы вывалился толстый Ероха, но помощи от него можно было не ожидать. Во-первых, ростиком он был маловат, чтобы помочь дотащить Арсения до кровати, а во-вторых, домовой сам едва не растянулся, поскользнувшись, как только показался на крыльце. А в-третьих, едва он увидел своего хозяина в таком состоянии, то принялся так громко причитать и ругаться, словно всё, вообще всё в этом мире было для него потеряно.

- Угомонись, Ероха! – первым не выдержал сам Арсений.

Он попытался встать, и я ему в этом помогла, легонько, насколько мне помогала моя собственная физическая сила.

-Угомонись?! – тот расширил и без того большие и круглые, словно блюдца, глаза. – Вы только послушайте его! Явился едва живой, весь в крови, а мне: угомонись!

Ну и паникёр был этот домовой! Я, конечно, тоже переживала, и всё же понимала, что сейчас важнее Арсения домой завести, да в постель уложить, чаем напоить и оказать первую помощь. А потому, стиснув зубы, сразу же принялась за дело.

Всё то время, что мы шажок за шажком делали по направлению заданного курса, Ероха паниковал и причитал почём зря, явно переигрывая. К тому же он мешался под ногами, норовя вроде как помочь, но делая ещё хуже, и мы несколько раз буквально едва не споткнулись об него. Но вот путь до спальни хозяина избушки был пройден, и сам он, наконец-то, оказался в своей постели, облегчённо выдохнув.

- Не пугайся, Дарья – пытаясь натянуть на лицо уже привычную беззаботную улыбку, - с такой подмогой, как ты, я и часу не пролежу, буду как новенький!

Я нахмурилась, сощурив глаза. Глядя на его состояние, в слова верилось с трудом, и всё же я не имела никакого права что-то ему сейчас высказывать или даже расспрашивать. Но женское любопытство всё же взяло верх.

- Можно узнать, что с тобой произошло?..

Арсений отвёл глаза, словно и впрямь не хотел со мной ничем делиться. Но после передумал, и глядя на дверь, в которую в любую секунду мог войти Ероха, заранее отосланный за врачебными принадлежностями, тихо произнёс:

- Давние счёты с разбойниками. Не ладим мы и уже давно.

Я порылась в памяти Дарьи, пытаясь припомнить хоть что-нибудь об этих «лесных пиратах», но там было немного информации. Нет, конечно, о разбойниках знали все, а потому местные как могли, заботились о своей безопасности, ходя проверенными дорогами и даже используя колдовские амулеты. О том, чтобы душегубы напали на кого-то из местных, я не слышала. А потому мне было удивительно сейчас осознавать, что настоящие разбойники существуют, да не где-нибудь, а, можно сказать, прямо под моим боком. От одной мысли об этом по коже пробежали неприятные мурашки.

- И чего же вы не поделили? – позволила я себе ещё один вопрос.

- Известно чего! – ответил мне вовсе не Арсений, а Ероха, что в этот самый миг протиснулся в комнату, подтолкнув дверь задом. – Говорил я ему, не связывайся с этим отребьем! Ни до чего хорошего это тебя не доведёт!

- А тебе, Ероха, нечего было подслушивать! – шикнул на него хозяин дома, недовольно поморщившись.

На что тот встал, выпятил свой округлый пушистый живот, уткнул обе лапы в бока и произнёс:

- Я хоть и старый, но слух у меня всё-таки отменный! А вы с Михаем орали так, что мёртвого могли бы разбудить!

- Перестаньте спорить! – наблюдая за ними и уже видя, что Арсений вновь хочет что-то возразить, я набралась смелости прикрикнуть на обоих. – Нужно обработать раны и осмотреть тело…

Последняя фраза, что я выдала, была явно лишней и неуместной. Я спохватилась, но было поздно. Вот не смогла я вовремя сообразить, что в этом мире девицам незамужним негоже на мужчин раздетых смотреть. А потому моё предложение прозвучало как-то пошло и особо нелепо… Хотя жить с тем же мужчиной под одной крышей невенчанной было нисколько не лучше. Эх… пропащая душа…

Но оба, кажется, поняли это совершенно иначе.

- Ты что же, Дарья, получается, целительница? – не без доли уважения спросил Ероха, как- то по-особенному взглянув на меня.

- Не совсем, чтобы, - начала я, закусив губу и вспоминая свои мечты о медицинском институте, которые я так и не смогла притворить в жизнь в той самой далёкой прошлой жизни. – Но кое-что тоже умею…

И тогда, Арсений, уже немного отошедший от произошедшего с ним, широко улыбнулся и стащил через голову с себя льняную грубую рубаху, обнажив безупречный, хоть сейчас и покрытый грубыми кровоподтеками, торс.

И тут я поняла, что попала. И кто меня только за язык, глупую, тянул?