Охотница за Артефактами для Начальника Драконьей Полиции

Глава 22. Чертоги

Памяти… памяти… памяти…

Гулкое эхо разнесло слова по пещерному залу, и на миг ящерки притушили яркость. Лицо обдало прохладой, словно где-то неподалёку был выход наружу, а после всё стихло. Ни звука, ни шевеления, ничего. Вот только чёрное матовое озеро, как будто стало больше и притягательнее.

Вот оно, — место, соединяющее мир живых и тех, кто его покинул…

— Скорее это озеро освежает нашу собственную память, — скептически хмыкнул блондин.

— Ты что, без спроса читаешь мысли? — возмутилась я, обернувшись.

— Ты сказала это вслух, — скучающим тоном ответил он.

Я неверяще прищурилась. Кто его знает? Дракон же, как ни в чём не бывало, обошёл меня и направился к озеру. У его кромки лежал длинный плоский камень, напоминающий алтарь. Недолго думая, Арон уложил на него Антарию.

Я же решила подойти поближе к Зеркалу памяти, почти к самой кромке, и продолжила вглядываться в чернеющую гладь. Ладони вспотели, а горло пересохло. Неужели, я всё-таки увижусь с родителями и…

Прикусив губу, тряхнула головой. И хотя я всю жизнь мучилась вопросом, как выглядят те, кто меня породил, больше всего я жаждала увидеть Гора. Обнять. Попросить прощения, что послушалась, оставив одного в горящем доме… Даже представила, как он в ответ криво усмехается, касается моего лба и откидывает с глаз чёлку.

«Ну что ты, мелкая, снова выдумываешь?»

На миг мне показалось, что в воде мелькнула тень, похожая на мальчишеский силуэт, и тотчас растаяла. И сколько бы я ни вглядывалась снова и снова, поверхность оставалась бесконечно чернеющим пятном, если не считать мерцающие в нём символы из настенного круга.

Сжав от досады кулаки, я отвернулась. И чуть не ткнулась носом в грудь блондина. Он снова неслышно подкрался сзади и замер ровно за моей спиной. Да что ему не стоится где-нибудь в другом конце?

— Что-нибудь рассмотрела? — усмехнулся он в ответ на мой недовольный взгляд.

— Нет, — буркнула я, складывая руки на груди. — А ты?

— Даже наших отражений не увидел, — задумчиво протянул он, глядя мимо меня.

А ведь и правда, — я снова обернулась к озеру, убеждаясь в том, на что совершенно не обратила внимание. Более того, в воде не отражались ни свод пещеры, ни поддерживающие её столпы, ни многочисленные саламандры. Интересно, так и должно быть?

Я уже хотела спросить у блондина, что ему известно об этом месте, но тут позади охнула Антария. Арон мгновенно развернулся и направился к ней. Я тоже не отстала. И когда приблизилась к камню, её рука пошевелилась. А стоило присесть рядом, — веки вэйху затрепетали. Подслеповато прищурившись, она снова их прикрыла.

— Что ты видела? — нетерпеливо спросил Арон, склонившись над дочерью вождя.

Антария прерывисто вздохнула и вновь открыла глаза. Было заметно, что необычное освещение, доставляет ей неудобство. Немного к нему привыкнув, она с любопытством рассмотрела потолок пещеры, облюбованный огненными ящерицами, затем перевела взгляд на меня, и только после — на дракона.

— Я просила указать нам путь, — с трудом разлепляя губы произнесла она. — И, похоже, всё получилось.

— Ты говорила с Дакири? — не унимался блондин.

— Скорее это Великая говорила со мной, — чуть приподняла уголки губ драконица. — Я лишь скромно внимала.

Антария начала вставать, и Арон её поддержал и помог сесть.

— Поделишься с нами, что именно она тебе открыла?

Драконица кивнула, а я навострила уши.

Впрочем, рассказывать сразу Антария не стала. Поднялась с каменного ложа и прошла к озеру. Чёрная вода по-прежнему была недвижна. Гладкая и блестящая, словно застывшая смола. И лишь круг на стене, заполненный светящимися символами прямо над ней, тускло разбавлял её темноту.

— Срединная печать, — прошептала Антария и протянула руку в его сторону. — Чтобы пройти дальше, нам придётся с чем-то расстаться, — добавила она. — Но перед этим…

Дочь вождя обернулась, и в её огромных тёмных глазах отразились многочисленные огненные ящерки.

— Скользящая в Тени. Ты можешь взять свою плату.

Я ощутила, как вспотели ладони. Облизнула губы и шагнула ближе.

— Нужно войти в озеро?

Антария кивнула.

— Но помни, чем дольше будешь там находиться, тем сложнее будет вернуться.

— Так может, и не стоит пытаться? — скептически уточнил Арон. — Жить прошлым непрактично.

Я фыркнула. Даже оборачиваться не буду и тратить силы, чтобы что-то доказать. Тем более что об истинных мотивах я никогда и никому не признаюсь.

— Думаю, Рута справится, — вступилась за меня Антария.

Я же упорно шла к озеру, не отрываясь глядя на тёмную гладь. Коснулась носком сапога кромки, другой ногой ступила в воду и удивилась тому, что она почти не потревожилась. Идти было легко. Шаг, другой, пятый, восьмой. Чёрная плотная поверхность захватывала всё больше: щиколотки, лодыжки, колени, бёдра. Вода оказалась терпимо прохладной. Ступни ощущали острую гальку.

Я шла, держа в голове один-единственный образ. Чёрная чёлка, падающая на глаза, ироничный тёмный взгляд, заострённый нос и тонкие губы, искривлённые в усмешке. Миновала середину озера и поняла, что вода перестала подниматься и вот уже несколько шагов кромка держится на уровне пояса.

Застыла, вскинув взгляд на сияющий символами круг. По идее он должен был стать ближе, но мне так не показалось. Что дальше? Окунуться? Зажмурится и задать вопрос или что-то ещё? Я коснулась руками странной воды, зачерпнула ладонями тёмной жидкости. В горсти просвечивала кожа, и плясали золотистые искры. А ещё мелькнула тень.

От неожиданности ладони разомкнулись, и вода с плеском вернулась в озеро. Мир кувыркнулся, а я обнаружила, что смотрю на Зеркало Памяти — теперь оно было прямо передо мной. Растянувшись от пола до невидимого свода, манило глянцевой поверхностью. Тогда как под ногами вспыхивали символы настенного круга.

Осознать произошедшее и как следует изумиться, не успела. Неслышный поток воздуха толкнул в спину, и сама того не желая, я сделала несколько шагов и вошла в Зеркало.

Это действительно было оно. И не одно, а множество. Навстречу ступили сразу несколько скользящих в Тени, в точности повторяя мои движения. Я замерла, с любопытством разглядывая свои отражения. Чёрная коса, в которую я собрала волосы, растрёпана, лицо заострилось, а под глазами залегли тёмные круги, бледная кожа и обескровленные губы. Рубашка с прорехами, пыльные штаны и сапоги, и только широкий пояс смотрелся более менее прилично на фоне всего остального.

Я криво усмехнулась.

Жалкое и убогое зрелище. И с одной стороны, мне было плевать, как я выгляжу, а с другой — предстать перед Гором в таком виде не хотелось. Но разве у меня был выбор? И кстати, почему я до сих пор вижу только себя?

Я прикрыла глаза и вновь повторила в памяти образ из прошлого. Мысленно его позвала. Вначале тихо, а после того как ничего не произошло, громче. Тщетно. Открыла глаза и недоумённо уставилась на себя же. В чём дело? Я что-то делаю не так или с Той Стороны долго добираться? А может, Гор просто не захотел прийти, потому что не хочет меня видеть?

От последней мысли кольнуло в сердце. Я сжала кулаки и выругалась. Это было бы в его духе. Бросила злой взгляд в ближайшее собственное отражение, шагнула к нему и ударила кулаком. Руку свело нестерпимым холодом, а поверхность тотчас разошлась кругами. Не только та, которой коснулась, но и другие.

Бездна! Так нечестно! Я столько сюда добиралась, столько всего преодолела, чтобы что? Встретится с самой собой?

Ответом мне была гулкая тишина. Если не считать возникшего в голове голоса Наставника:

«Ты — твой самый злейший враг, Рута. Помни об этом всегда».

Трудно забыть, когда об этом постоянно напоминают.

Я устало вздохнула. Злиться можно было лишь на себя. За то, что поддалась чувствам, за то, что решила обыграть Равновесие и за то, что вновь поверила в чудо, словно, я не воин Тени, а всё ещё наивная сиротка из приюта.

И всё равно было обидно. Я растёрла лицо ладонями, благо обожжённая холодом рука быстро отошла, и принялась судорожно соображать. Я ведь не только за этим сюда пришла. Было кое-что ещё. И хорошо бы проверить, выйдет ли во второй раза получить хоть какой-то ответ.

Вдох-выдох. Соберись, Рута. У тебя не слишком много времени. Вряд ли Антария соврала на этот счёт, а выйти отсюда с пустыми руками, будет ещё более обидно.

Я вновь прикрыла глаза. И, так как образа родителей в голове не существовало, я просто вспомнила слова сгорбленной гадалки и обратилась к ним, в надежде, что меня услышат.

Должно же мне повезти хоть в чём-то.