Охотница за Артефактами для Начальника Драконьей Полиции

Глава 45. Затишье перед бурей

Арон

Арон бросил задумчивый взгляд в темноту, туда, где под покровом ночи спрятался Храм, а затем снова уткнулся в карту. Если верить тому, что она показывала, здесь должен быть мост. Но его не было. Как не было пометки его обозначающей, когда он рассматривал рисованный рельеф в первый раз. Любопытно: либо карта врёт, либо мост всё-таки есть, просто они с Рутой его не видят.

Арон потёр место свежего пореза на ладони и бросил взгляд на йекшери: та устроилась с другой стороны костра, лёжа на спине, подложив руки под затылок и закинув ногу на ногу. Он тоже задрал голову вверх.

Над ними раскинулось чернильное небо, полное неизвестных ярких созвездий. Они висели сочными гроздьями: белыми, голубыми, розоватыми. Совсем близко потрескивал сухими ветками огонь, обнимая языками пламени дремлющую саламандру. Вечерняя духота сменилась приятной прохладой. И если бы ещё нашёлся ручей или что-нибудь съестное, можно было сказать, что вечер удался. Тихий. Спокойный. Размеренный.

И именно это больше всего настораживало, особенно если вспомнить предшествующий отдыху путь. Факт, что Румата дал им передышку, наводил на неприятную мысль: тот пытается усыпить их бдительность, либо благосклонно даёт время разгадать загадку с мостом.

И казалось бы, чего проще? Частичное обращение и крылья дракона решали эту загвоздку на раз, но у Арона была плохое предчувствие. К тому же он отлично помнил свой неудачный опыт в джунглях Аджайи. И если Хранительница судеб ограничила высоту полёта невидимым куполом, а после и вовсе не дала взлететь, Румате ничего не стоило проделать то же самое. Только вот падать на камни каньона, совсем не тоже самое, что в объятия ветвистых деревьев.

Арон вернулся к карте, а затем снова перевёл взгляд на Руту. Сегодня она была подозрительно молчалива. Очень быстро бросила спор насчёт Арены, не лезла с расспросами и даже не поинтересовалась тем, что показала карта.

«Мне просто неприятно находиться рядом», — всплыли в голове резанувшие слух слова.

Неужели всё ещё дулась из-за того, что он утаил подробности об Арене? Или дело всё-таки было в другом? И почему его это так волнует? Впрочем, чем гадать, лучше было спросить.

— Ты удивительно молчалива в последнее время.

Йекшери скривила лицо, но всё-таки ответила.

— Как-то не задалось у нас общение.

Арон вспомнил спор в гроте: свою безобразную игру в плохого полицейского и понимающе вздохнул.

— Согласен. Я не самый лучший собеседник.

Рута удивлённо скосила на него взгляд, а после вновь вернулась к созерцанию звёзд.

— К тому же так и не сказал тебе спасибо.

Последняя фраза всё же возымела действие. Рута удивлённо кашлянула, но постаралась сохранить невозмутимое выражение лица.

— Интересно за что?

— За то, что напоила живой водой.

Это было правдой. Арон отдавал себе отчёт, что если бы йекшери не поделилась с ним даром Аджайи, а она могла этого не делать, он, возможно, так и не вышел бы из того злосчастного грота. А даже если бы и вышел, вряд ли был способен на те подвиги, что пришлось сегодня совершить.

— Обращайся, — хмыкнула та, всё так же старательно пялясь в небо, но заметно напряглась.

Кажется, эта тема Руте не нравилась. Интересно почему? Жалела, что помогла или всё-таки было что-то ещё? Это «что-то ещё» всё больше раздражало и не давало покоя, тем более дракон продолжал сладко дремать, наводя на мрачные мысли.

— И всё-таки, — Арон сделал характерную паузу, не сводя с неё глаз.

— Считай, что я вернула тебе долг. — Рута чуть помедлила, а после добавила: — За то, что поймал и не дал разбиться.

— В который из разов? — не удержался от ехидного уточнения он.

Но увидев взгляд, сверкнувший гневом, поспешил поднять ладони в примирительном жесте. Для ссоры время было не подходящее.

— Я пошутил и хотел обсудить вовсе не это.

Рута всё-таки села, недовольная и взъерошенная, как птенец, выпавший из гнезда, всем видом показывая, что внимательно слушает. Выражение её лица будто говорило: если это что-то неважное или снова дурацкая шутка, кое-кому несдобровать.

Арон поймал себя на мысли, что такая йекшери ему особенно нравилась. Уголки губ сами собой дрогнули, готовые разойтись в довольной улыбке, но он вовремя спохватился. Поговорить действительно было нужно, и так, чтобы диалог не перетёк в новую стычку. Кто знает, выдастся ли им ещё такое спокойное время без камнепадов и пыльных бурь.

Хотя, конечно, сосредоточиться было сложно. Пухлые поджатые губы сильно отвлекали, как и сверкающие недоверием грозовые глаза, и напряжённо выгнутая спина, которой так и хотелось коснуться, чтобы расслабить…

Арон мысленно выругался и всё-таки взял себя в руки.

Рута

Как только дракон обозначил тему разговора, я приготовилась выслушать второй заход о том, почему должна держаться позади, то есть прикрывать спину. Но блондин заговорил о другом. Выложил всё, что знал о Храме и Арене, а после попросил поделиться рассказом Антарии из сна, желая убедиться, что это был не морок и, если повезёт, узнать новое.

И хотя услышанное от Арона во многом сходилось с тем, что поведала дочь вождя, пусть и в других выражениях, я не стала вредничать, пересказав всё без утайки. Если не считать обмена мнениями по поводу самого дракона — это к делу не относилось. К тому же, что о нём думаю, я частично обозначила после камнепада.

Так что единственной новостью стал намёк на возможный смертельный исход, но Арон и сам всё понимал. По крайней мере, не удивился. Усмехнулся и пожал плечами. И я порадовалась, что хоть в чём-то мы были с ним солидарны.

— И ещё, если нас вдруг разделят… — Дракон помедлил, а затем встал и протянул мне заветный свиток, чем изрядно меня удивил. — Пусть она будет у тебя.

Я взяла карту, но не сводила глаз с напряжённого лица блондина. Что он задумал и с чего вдруг решил отдать артефакт мне? Меж тем тот вернулся на место: сел, скрестив ноги, и только после ответил на немой вопрос.

— Если поймёшь, что у меня нет шансов, уходи.

Я обескуражено задрала бровь. Он сейчас серьёзно или издевается? А может, это проверка? Вот только на что? Я молча ждала пояснений, сверля дракона взглядом и ощущая, как внутри разгорается злость от предчувствия, что услышанное мне вряд ли понравится.

Дракон это явно понимал: янтарные глаза потемнели, а брови сошлись на переносице. Он отбросил упавшую на лоб светлую прядь и всё-таки ответил.

— Пока ты спала, я проверил некоторые маршруты. Если спросить у карты, где выход из Чертогов, — она покажет. Тебя ведь не было в предсказании… — Он усмехнулся и на миг опустил глаза.

А мне захотелось зарычать.

— Поздновато сбегать, не находишь? Не думаю, что хозяин этих мест оценит такую идею. И вэйху, кстати, тоже. — Я нервно дёрнула уголком губ, а затем всё-таки заглянула в карту. Чтобы успокоиться.

Мысли скакали от «он снова издевается, так как считает меня плохим воином (что, вообще-то, является оскорблением)» до «какого демона он несёт про нет шансов»? Усилием воли, я остановила беснующийся поток, глубоко вдохнула и заставила себя сосредоточиться на карте.

Прищурилась. После чего брови сами собой поползли вверх: рисунок чётко показывал, что… вот костёр, вот сидим мы, вот узкая прорезь каньона, вот Храм, а вот двойная полоска, соединяющая один край обрыва с другим …

— Мост! — воскликнула я и подняла глаза на дракона. — Ты видел?

Арон сдержанно кивнул.

— Но на закате его не было… — я обернулась, пытаясь хоть что-то рассмотреть в кромешной темноте за гранью светового круга. Какой там!

— Его и сейчас нет.

Я метнула хмурый взгляд на блондина и снова уставилась на карту. В костре шевельнулась сонная саламандра, привлекая моё внимание жёлтым немигающим глазом. В голове мелькнула тень догадки, я прикусила губу, пытаясь её догнать, но недовольный голос дракона сбил с ценной мысли.

— Рута, я на полном серьёзе.

— Что? О чём ты? — Я недовольно уставилась на дракона.

— Если станет совсем горячо, уходи.

— Отвяжись, — буркнула, но потом спохватилась. — И вообще, с чего вдруг такая забота? — Я прищурилась.

Как-то слабо верилось, что Ароном двигало внезапно проснувшееся благородство. Хотя… зачем-то же он спас меня, когда бумеранг Лаарга чуть не отправил меня прямиком в Бездну. И я всё хотела спросить: зачем, да как-то случая не находилось.

— Тебе так хочется умереть за тех, кто не сдержал своё слово? — вместо ответа усмехнулся он.

Я опустила карту и выпрямилась.

— Ну почему же, если ты помнишь, оплату я получила.

— Заглянула в Зеркало Памяти.

— Именно.

— И чуть не погибла. — Он вновь усмехнулся.

Я поджала губы, вспоминая чёрные ледяные щупальца, не желавшие выпускать из озера, и крепкие руки Арона, выдернувшие меня из их власти.

Бездна. Кажется, я задолжала этому дракону на всю оставшуюся жизнь. Демоны бы его задрали. Хотя… я вспомнила бредовый поцелуй, и мне тотчас полегчало. После такой наглости мы точно в расчёте. С этой мыслью я вновь вернулась к карте, но дракон не собирался униматься.

— Оно хотя бы того стоило?

— Не сомневайся.

Пришлось снова поднять глаза. Блондин был серьёзен как никогда. Это сбивало с толку. Янтарный взгляд пробирал до мурашек, воскрешая воспоминания о слишком тесных объятиях и горячих губах.

— И кого же ты там навещала?

Вопрос застал врасплох, внутри неприятно похолодело, но с ответом я нашлась быстро.

— Не твоё дело, — бросила зло и вновь уткнулась карту.

От нахлынувшего волнения обострились голод и жажда. Захотелось проучить несносного дракона, а главное, тут же пришла идея как именно. Я облизнула губы, заметив, как Арон на миг прикипел к ним глазами. И как можно более безразличным тоном добавила:

— Впрочем, я могу ответить. Если расскажешь, кто такая Айтэ.

Арон мгновенно закаменел. Превратился в безжизненную глыбу, а потемневший взгляд не обещал ничего хорошего.

— Откуда… — Он не закончил, но я и так поняла вопрос.

— Ты бредил, когда валялся в беспамятстве. — Бросила и поспешила уткнуться взглядом в карту.

На душе стало до невозможности паршиво. Хотя казалось бы, я поступила ровно также, как наглый дракон. Но легче от этой мысли не было. Тем более, когда я поняла, что попала в точку и скорее всего Айтэ — это имя, а значит, меня банально спутали с другой.

Бездна. Я попыталась сосредоточиться на пергаменте в руках. Пока мы пикировались, рисунок исчез, и, теперь я расстроено пялилась в чистый лист. Вспомнилось, как мы точно также глядели на неё с Ароном вечность назад, не понимая, как узреть невидимое.

И тут меня вдруг осенило.