Охотница за Артефактами для Начальника Драконьей Полиции

Глава 37. Карта

Подарок Аджайи оказался с подвохом. Пары капель было недостаточно, чтобы увидеть карту целиком, поэтому пришлось скормить ей ещё немного драконьей крови. Я хотела проверить, не подойдёт ли моя, но Арон сделал вид, что не услышал предложения. А после и вовсе отстранился, продолжив изучать проступивший рисунок и экспериментировать с непонятными фразами и словами.

Предположительно на драконьем.

Который я не знала.

А потому, конечно же, злилась.

Мне тоже хотелось посмотреть карту, изучить, что она показывает, тем более артефакт почти попал в мои руки. И если бы не одна вредная ящерица, то и я бы поучаствовала в разгадке дара Аджайи. Но вместо этого вот уже второй час сверлила взглядом противного дракона.

Я скосила глаза на плечо, где устроилась довольная своей проделкой саламандра. Вот чего стоило дождаться, пока карта окажется у меня, и цапнуть мою ладонь? Та, понятное дело, не ответила, и я вновь уставилась на Арона.

— Что? — Он всё же вскинул голову, картинно приподняв бровь.

— Ничего, — буркнула я.

Саламандра поддержала меня тихим шипением. Арон сузил глаза и бросил на неё недовольный взгляд, видимо, припомнив коварный укус, а потом вновь вернулся ко мне.

— Считаешь, разберёшься с этим лучше меня?

— Считаю, было бы неплохо разбираться сообща.

— Хорошо.

Арон протянул мне листок. Слишком резко. И это мигом отразилось на его лице. Впрочем, держался дракон отлично, болезненная гримаса практически сразу превратилась в усмешку, но я сделала вид, что не заметила ни первого, ни второго, и поспешила вырвать лист из мужской хватки. Пока не передумал. А то подозрительно быстро он согласился. И возможно, тут был подвох…

Тем не менее я жадно уставилась на вожделенную карту и изучила все её линии, чёрточки и символы. На первый взгляд было неясно, какую именно местность она показывала, и единственным узнаваемым знаком был Храм. Вот только чтобы понять, как до него добраться, надо было определить, где находились мы сами.

Я вновь покосилась на саламандру в надежде на новую подсказку, но удостоилась лишь тонкого раздвоенного язычка, которым огненно-чешуйчатая зараза прошлась по своей мордочке. Непроизвольно облизнула губы вслед за ней и поняла, что они вконец пересохли. Опять жутко захотелось пить, но разгадать наше местонахождение хотелось больше, а потому я вновь уставилась на карту.

Прикусила губу и провела пальцем по цепочке горного хребта. По обеим его сторонам тянулись бескрайние степи. Храм находился в его середине, а наш маленький грот мог быть где угодно. И толку тогда от детальной прорисовки рельефа?

Я сдунула упавшую на лоб прядь и бросила взгляд на Арона. Дракон скрестил руки на груди и не сводил с меня пристального взгляда. Будто всем видом говорил: ну что, смогла разобраться? Сделав вид, что не заметила его скептического настроя, я нахмурилась:

— А что ты произносил над картой? Какие-то заклинания?

— Подбирал ключи.

Коротко. Скупо. Как обычно. Не слишком надеясь на дальнейшие пояснения, я вновь уткнулась в карту, но Арон внезапно продолжил.

— У подобных артефактов всегда есть набор ключевых слов, благодаря которым они раскрываются. Чаще всего эти слова на древних языках. Я использовал драконий и ещё парочку существовавших до Разлома, но ни один не подошёл. Очень может быть, что карта понимает лишь язык вэйху, и тогда шанса ею воспользоваться у нас нет. Разве что ты внезапно им владеешь.

Арон усмехнулся и одарил меня вопросительным взглядом, но я отрицательно качнула головой. Ни языка вэйху, ни других древних языков я не знала, но отступать не собиралась. По крайней мере, так быстро. Тем более кое-какие мысли у меня всё-таки возникли.

— А что это за слова, если перевести их значение на всеобщий?

Дракон недоумённо поднял бровь, а я вспомнила, как наставник однажды объяснял, что некоторые вещи, проще, чем кажутся. Часто мы выбираем проторённый путь, не догадываясь попробовать новое, если старое перестаёт работать. А вдруг и с картой так же? Арон ищет ключи на древних языках, следуя путём мага, к которому привык, но что если всё намного проще?

Я прищурилась и прикусила губу, вновь разглядывая подробный рисунок. Раз нам нужно понять, где мы находимся относительно Храма, то, может быть, так и спросить? Аджайя, конечно, прямо сказала, что ей, в общем-то, всё равно на исход нашего похода, но неужели стала бы давать артефакт-пустышку?

Чутьё подсказывало, что нет. А значит, стоило попробовать даже самые абсурдные варианты. Поэтому, не дожидаясь ответа дракона, я обратилась к карте.

— Покажи, где мы сейчас находимся.

Я не знаю, чего ожидала, но была уверена, произойдёт хоть что-то: проступят другие символы, отвечающие на мой вопрос, или карта покажет новую картинку. Только не случилось ничего. Совсем. Я плотно сжала губы, уже представляя, как веселится дракон, но когда наши взгляды пересеклись, он внезапно предложил:

— Попробуй добавить крови.

Точно. Кровь — ключ, который уже сработал. Я с энтузиазмом выхватила ритуальный нож и только, когда сделала короткий надрез на ладони, заметила протянутую руку блондина. Он имел в виду свою кровь. Но дело было сделано. На карту упали три тёмные капли и тотчас впитались. Я повторила вопрос и затаила дыхание, судорожно вглядываясь в пожелтевший листок.

Три долгих удара сердца ничего не происходило, но когда я уже была готова признать поражение, рисунок зашевелился и стал на глазах увеличиваться. Совсем скоро большая часть хребта уползла за границу листа, а в его центре прорисовался грот и две фигуры (мужская и женская), а между ними — маленький костерок. Настолько подробно, что стало не по себе.

Тем не менее я вскинула на дракона взгляд, полный торжества.

— Неплохо, — кивнул он в ответ.

Я возмущённо выпрямилась.

— А по-моему великолепно.

— В какой стороне остался Храм, запомнила? — усмехнулся Арон.

И только тут до меня дошло: впечатлённая, что способ сработал, я не успела заметить, за какой край уползла нужная метка. Видимо, это отразилось на моём лице, потому что усмешка дракона стала шире.

Я вновь уткнулась в карту, но та по-прежнему показывала крупным планом грот, и немножко окружных гор. Бездна.

— Давай, я попрошу вернуть всё обратно, — предложила я упавшим голосом.

— Лучше попроси показать дорогу до Храма. Желательно самую короткую и безопасную, — вновь став серьёзным, внёс разумное предложение Арон.

Как только он закончил фразу, я бросила взгляд на карту, в надежде, что та услышала вопрос, но на ней ничего не изменилось. То ли она понимала, когда обращаются именно к ней, то ли вновь требовала крови. Я вздохнула. Скорее всего, второе. Поэтому сжав руку с порезом в кулак, выдавила ещё несколько капель. Они впитались так же быстро, как и предыдущие. Повторив просьбу показать короткую и безопасную дорогу до Храма, я замерла.

В этот раз пришлось ждать ещё дольше, но всё получилось. Листок в моей руке мелко задрожал, а затем грот уменьшился до точки, после чего от него до символа, обозначающего Храм, заскользила тонкая прерывистая линия. Тропа.

— Отлично, — похвалил Арон. — Теперь верни карту мне.

Он протянул руку, но я возмущённо вскинулась.

— Я должен запомнить путь, — нетерпеливо пояснил дракон. — Или ты думаешь, рисунок останется на карте до утра?

Именно так я и думала, но блондин закатил глаза, дав понять, что я ошибаюсь. И хотя запомнить тропу могла и я, вернула дар Аджайи дракону. Всё-таки в подобных артефактах он разбирался лучше. Затем спрятала нож и слизнула с ладони кровь, скопившуюся у свежего пореза. Зря. Желудок тотчас напомнил о своих потребностях, присоединившись к пересохшему горлу.

Перед внутренним взором возник последний недоеденный плод: жёлтый, сочный, с плотной мякотью. Сейчас он казался божественно вкусным, лучшим, что я когда-либо ела. Я досадливо поморщилась. Что стоило догадаться, хотя бы один сунуть за ворот рубашки? Бросила косой взгляд на сосредоточенного Арона и подумала, что ему наверняка ещё хуже, чем мне, но тотчас мысленно себя одёрнула.

В последнее время я слишком часто ему сочувствовала. Это было не к добру. И принимать сносное ко мне отношение за нечто большее было опасно. Как только мы отсюда выберемся, дракон вспомнит, как именно оказался на острове вэйху и захочет отыграться за уведённый из-под носа артефакт. В этом я не сомневалась.

Кстати о нём.

Если верить блондину, с сердцем Руи Анато Фей, было всё не так однозначно, как обрисовал вождь. Я вспомнила короткий диалог в доме Советов, куда нас с Ароном привели воины вэйху во главе с Лааргом. Драконы Майры называли кристалл сердцем Крама, и блондин сказал, что сей муж добыл артефакт в честном поединке, тогда как вождь, да и все вэйху в целом, были уверены: Крам — вор, лишивший их народ силы.

Где же правда? Или это две стороны одной медали? Было бы неплохо разобраться, что на самом деле случилось несколько столетий назад между вэйху и драконами Майры. Жребий ясно показал, — артефакт следует вернуть. А то, что всё пошло не по плану, я списала на личный интерес, которого не должно было быть в деле восстановления Равновесия. Но возможно, проблема была в чём-то ещё?

Я бросила задумчивый взгляд на уснувшую на моём плече саламандру, а после перевела на Арона. Он по-прежнему сосредоточенно изучал карту, чуть склонившись над листком. Ослабшее пламя костра очерчивало волевое лицо, заострившееся скулы и плотно сжатые губы, вызывая внутри странное волнение.

С трудом его отогнав, я подумала: если спросить Арона об истории про добывание кристалла Крамом подробнее, он расскажет или уйдёт от ответа?