Охотница за Артефактами для Начальника Драконьей Полиции

Глава 39. Арон

Как только Рута с саламандрой на плече исчезла из вида, Арон мысленно выругался. Всё шло не так, как он рассчитывал. Вместо того чтобы разговорить йекшери, он сломал хрупкое доверие, образовавшееся между ними. Хуже этого было только скребущее чувство сожаления.

И казалось бы, с чего? Он привык быть прямым, а потому сказал, как думал. И между прочим, не в самой грубой форме, опустив описание того, чего эта блюстительница Равновесия лишила юных драконов, одновременно с этим поставив под угрозу всю Академию магии, так как артефакт частично питал систему безопасности форта.

Там, конечно, собраны сильнейшие маги, и они, скорее всего, уже закрыли образовавшуюся брешь, но теперь это обходилось намного дороже, чем раньше. Ведь кристалл, котороый она умыкнула, приумножал отданную ему силу, так что постоянно поддерживать защитный контур Академии, было не нужно. С другой стороны, имеющаяся защита не уберегла форт от проникновения внутрь одной маленькой и хитрой йекшери. И в этом Арон видел свою вину.

Он зло сжал кулаки, а после замедлил дыхание. Эмоции делу не помогут, а потому стоило направить мысли в конструктивное русло. Например, вспомнить, о каких кланах йекшери он знал и что именно. Брошенное мимоходом: «скользящие в Тени иначе подходят к делу», не давало покоя.

Арон сам провёл среди них какое-то время и точно знал, у этого народа странная жизненная философия, а ещё она могла кардинально различаться от одного клана к другому. Взять, к примеру, Йа Рен или иначе Ночные Жала — лучших наёмных убийц. Или Чиа Йю Хан, — Ткущих Лунный свет, чей шёлк ценился на Майре дороже золота.

Одни были оплотом созидания, а вторые хладнокровно забирали чужие жизни. Хотя и то и другое называлось искусством. Но насколько разным были культура и уклад жизни в этих двух кланах. Первых стоило бояться: если кому-то удавалось нанять Йа Рен, спастись жертве было сродни чуду. Вторые же охотно торговали с драконами и людьми и были хоть и редкими, но желанными гостями на ежегодной Великой ярмарке в столице.

А ещё Арон неплохо знал клан Рыбаков или, как они сами себя называли, — Дети морских приливов. Чьи жилища больше напоминали гнездовья стрижей в скалистых берегах. Именно там его научили погружаться в Тень и перемещаться в её слоях, там же он почерпнул большую часть знаний о народе йекшери. Обычаи, верования, ритуалы и мастерство рыбной ловли.

Не то чтобы он всю жизнь мечтал рассекать опасное море на узенькой лодчонке, готовой перевернуться от любого дуновения ветра, но выбора не было: условием его обучения теневой науке, стало согласие беспрекословно подчиняться наставнику.

Арон усмехнулся. Всё это оставило в душе неизгладимые воспоминания, но не те, что он пытался воскресить. Равновесие в философии Скользящих в Тени, что он об этом знал? Ведь что-то такое мелькало в речи наставника.

Демоны. Арон помнил, про внутреннее равновесие или иначе баланс, важное состояние при погружении в Тень. Но вот что касалось более глубокого понятия…

Он прикрыл глаза. Втянул носом сухой прохладный воздух, пахнущей дымными углями. Вдох и медленный выдох. Путь сейчас он был лишён своей силы, но иногда было достаточно обычной ученической техники успокоения ума, чтобы выудить из глубины забытое. Вдох и медленный выдох. И ещё раз. И ещё.

Вот оно.

Цепкий ум, претворяющийся полусонным, потянул за хрупкую нить воспоминания. Нет, это был не разговор с наставником в деревне Рыбаков. Это была беседа со старым следователем в начале его карьеры в тайной полиции, после громкого покушения на члена королевского совета.

— Видите ли, милейший друг, в отличие от истинных убийц Говаля, я знаю некоторые вещи наверняка. Даже у наёмников Йа Рен есть страх.

— И чего же, по-вашему, боится наёмный убийца?

— Обычный, вы и сами знаете чего, а вот Скользящий в Тени боится одного — разрушить Равновесие. И качнуть Маятник. Именно поэтому у Йа Рен жёсткий кодекс, которому они беспрекословно следуют и берутся далеко не за каждый заказ.

— Вы хотите меня подвести к мысли, что исполнитель не йекшери?

— Я хочу подвести вас к мысли, что не всё решают деньги или же другие блага, иногда перевешивает знание, как то или иное событие повлияет на мир.

Тогда Арон посчитал, старый дракон слишком увлёкся философствованием. И не додумался, как следует расспросить, откуда тот так хорошо знает особенности клана Йа Рен, слишком уж был раздражён поучительной беседой. А спустя пару месяцев старик умер, забрав с собой бесценный опыт и знания…

Арон моргнул, возвращаясь в настоящее.

За время, пока он копался в памяти, костёр окончательно догорел и теперь мерцал алыми углями в темноте грота. Он вслушался в то, что происходило снаружи, и, услышав неподалёку от убежища шаги Руты, расслабился. Всё-таки не только дракону, но и ему самому важно было знать, что с девчонкой ничего не случилось. А так же указать, что глупо бродить одной в неизвестной местности.

Демоны её дери, неужели сама не понимает?