Охотница за Артефактами для Начальника Драконьей Полиции

Глава 64. Арон. Бездна

Задуманное было полным сумасшествием: нырнуть в Бездну, увлекая за собой огромный ком щупалец и тьмы; уйти как можно глубже, а затем попытаться вернуться, оставляя проворное чудовище в вечной мерзлоте.

Арон понятия не имел, где находится эта самая вечная мерзлота, и не горел желанием возвращаться в Бездну, чтобы узнать. Хватило прошлого раза, когда это место вывернуло его наизнанку, наградив магическим истощением. И он понимал, что ещё легко отделался, но не отпускать же Руту одну?

К тому же в чём-то она была права, тварь стоило отправить туда, откуда она, скорее всего, родом. На Майре, конечно, сильнейшее магическое сообщество, и оно бы непременно справилось с вышедшей из-под контроля многоножкой. Но оставался риск, что пока маги будут искать ответ на вопрос, как это сделать, действительно пострадают невинные. И под «невинными» Арон вовсе не подразумевал соклановцев Руты.

К этим конкретным йекшери у него остался громадный список вопросов. Например, с чего они вдруг решили, будто вправе вмешиваться в мировое Равновесие, а также на каких условиях сотрудничали с Падальщиком, и что обещали взамен. Вспомнив, как тот опустошал Руту и лапал руками, Арон стиснул челюсти. На эту скотину были развешаны ориентировки по всей Майре, и тайная полиция давно за ним охотилась, но тот умудрялся каждый раз ускользать из-под носа ищеек. И теперь стало ясно, кто его прикрывал.

Пространство позади возмутилось, разойдясь мощными волнами, похоже, первая часть их плана удалась: чудовище последовало за ними и, судя по невыносимому визгу, пыталось дотянуться до ускользающей добычи.

Арон задействовал последний из артефактов, что забрал у брата. Силовое поле накрыло их куполом, не таким жёстким, как предыдущий щит, зато более гибким, работающим в движении. Что было ценнее.

Рута уткнулась лбом в шею, погружаясь в особый транс. Арон крепче прижал её к себе. В этом рискованном мероприятии на нём была защита, Рута же отвечала за открытие врат. Он чувствовал, как её сознание ускользает, сливаясь с невидимой нитью, ведущей в Бездну, и злился: несмотря на то, что сама девушка по-прежнему была в его руках, их связь истончалась.

Они летели, не размыкая объятий. Сердце йекшери гулко билось о его грудь, постепенно замедляя ход, жар из его ладоней перетекал в её тело, но тепло тут же выхолаживалось ледяным дыханием приближающейся Бездны. И всё же, нечто внутри Руты, продолжало гореть ровным пламенем, — сгусток жара, неподдающийся ледяной хватке этого места. Проснувшийся дар, хранил свою хозяйку, но также служил маяком для преследующей их твари.

Когда они, наконец, влетели в разверзшиеся врата, кожа покрылась прозрачным инеем. Рута ещё больше отдалилась. Расслабила мышцы, скользнув узкой ладонью по его позвоночнику. Он понял без слов. Попробовал последовать её примеру, но хлёсткий удар обжёг бедро. Их дёрнуло в сторону и закружило, ломая идеальную траекторию полёта. По телу прошла короткая судорога, а после тысячи хищных игл вонзились в место, куда прикоснулась смертоносная нить.

Рута тоже дёрнулась, но вновь ушла в расслабление, игнорируя боль. Арон чувствовал, как под кожу проникает парализующий яд, и вошёл в частичный оборот, призывая драконью сущность. Человеческая ипостась была вынослива, но побороть отраву, не могла. Кожа задубела, прорастая чешуёй, за спиной расправились крылья, слух и обоняние обострились.

Позади послышался новый визг. Хлёсткий, от которого заложило уши. Ему ответило несколько других голосов, и спустя мгновение чернота вспыхнула далёкими молниями. В их отсветах клубились бесформенные силуэты.

Арон выскользнул из опасной петли, ведущей прямиком в гнездовье новых тварей, и со злорадством отметил, как чудовище, преследующее их, столкнулось со своим собратом. От вибрирующих звуков скрутило желудок, но это было сущей мелочью, по сравнению с тем, что маячило впереди. Хотя понятие «впереди» было условным. Не было здесь ни верха, ни низа в привычном понимании, в Тенях Арон ощущал нечто подобное, но в них хотя бы чувствовалось направление, а здесь… Приходилось действовать наугад.

И если он верно считал путь, который выстраивала йекшери, то следовало лететь за вспышками молний — в сердце рождающейся бури. Туда, где мелькали хищные тени местных тварей, и разгоралось слепящее пятно света.

В лицо ударили колючие искры. Вспышки приближались с бешеной скоростью, и практически сразу они влетели в одну из них. Арон ощутил, как крылья сковывает корка льда, полёт замедлился, и спустя пару ударов сердца они камнем ухнули в сверкающее ничто.

Выныривая из транса, в руках встрепенулась Рута. Так что, ощутив столкновение с хрустящей поверхностью, он спокойно её выпустил. Йекшери мгновенно сгруппировалась, кувыркнувшись через плечо, и слитным движением развернулась к нему. У него самого вышло не так изящно: крылья оставили глубокую борозду, раскрошив лёд и смешав его осколки с жёстким снегом.

Арон поморщился. Спину нещадно саднило. Слепящий снежный покров резал глаза. Рута сидела на корточках в пяти шагах от него. Лёгкий румянец расцвёл на бледной коже лица, искусанные губы приоткрылись. Их взгляды встретились, и она победно улыбнулась. Прибыли. Только вот тварь не спешила являться вслед за ними.

Нахмурившись, Арон поднялся, протягивая руку в сторону девушки. Чутьё говорило, лучше держаться рядом. Но пальцы столкнулись с прозрачным препятствием. Оно расцветало морозными узорами и стремительно разрасталось в стороны, отрезая их друг от друга.

Он попытался разбить его кулаком, и пространство рассыпалось сверкающими осколками. Они разлетелись в стороны женским смехом. Холодным, острым, забирающим из тела чувства и тепло, а вместе с ними магическую силу. Арон выругался и сразу же ощутил леденящее душу дыхание хозяйки этого места.

Не думала, что ты сюда ещё вернёшься.

Арон тоже не думал, что снова попадётся. Хотя кого он обманывал? Не каждый день в глубины Бездны сваливается дракон. И было бы глупо надеяться остаться незамеченным.

— Чего ты хочешь на этот раз? — выплюнул он.

В первый его визит разговор у них не задался. Опытным путём выяснилось, Бездна питалась болью, и душевную предпочитала физической, но он неплохо выдерживал и то и другое. И всё же она нашла его самое уязвимое место, ударила под дых, выжала до капли магию и заставила вспоминать в деталях то, что он прятал от самого себя…

Правда, теперь это больное место было просто зарубцевавшимся шрамом: после встречи с Айтэ в чертогах Руматы, Арон окончательно похоронил её в своём сердце, и оно больше не сжималось от невыносимого чувства вины…

Тебе так только кажется…

Перед глазами мелькнуло сосредоточенное лицо Руты. Она вбивала свой нож в глыбу льда, обступившую её со всех сторон, и, если он верно разглядел, захватившую всю нижнюю часть тела. Чёрное лезвие входило в прозрачную поверхность, скалывало кусок, но на том месте мгновенно вырастал новый ледяной шип.

В ней твой кошмар может повториться. Что, если я его воплощу?

Арон зарычал.

Пространство сотряслось мелодичным звоном. Бездна над ним смеялась.

Глупый дракон. Считаешь, тебе больше нечего мне отдать? А знаешь ли ты, что твоя спутница действительно идеальный сосуд? Её тело способно выдержать дыхание хаоса, и, быть может, стоит довести задумку йекшери до конца и слить их с хемосом воедино?

Арон зарычал.

— Чего. Ты. Хочешь?

Если бы хозяйке этого места было нужно то, чем она грозилась, его бы поставили перед фактом. А раз его просто дразнят, значит, Бездне нужно нечто иное…

Пространство резко ощерилось миллионом нацеленных в него игл.

Верно. А ты не такой и глупый.

Эти иглы не были видны, но он ощущал их каждой мышцей тела, каждой проступившей на коже чешуйкой. Тьма вокруг то и дело разрывалась странными всполохами, и в их отсветах был виден пар, идущий изо рта. Арон не шевелился. Ждал. Спрашивать снова — только злить своенравную Бездну, кем или чем она ни была. Он так до конца и не понял её природу…

А хотел бы?

Чужое сознание в его голове стало нежным и вкрадчивым. Воздух вокруг уплотнился, сдавливая лёгкие, и он ощутил множество прохладных касаний одновременно по всему телу. Это могло бы сойти за извращённую ласку десятком женских рук, если бы кожа от этих касаний болезненно не немела.

Не нравится?

Он почти задохнулся от холода, сковывающего гортань, но ледяное дыхание внезапно ослабло. Отступило, разряжая воздух и возвращая подвижность мышц.

Думаю, мы договоримся.

Его снова выбросило на снег. Слепящий свет ударил по глазам, но уже в следующий миг он смог разглядеть Руту…

Рута

Ты звала меня, девочка?

Ледяные шипы застыли в опасной близости от лица, грудины и живота. Я замерла с занесённым ножом и тут же ощутила, как рука покрывается коркой льда. Болезненная судорога пронзила ладонь, пальцы разжались, и нож выпал.

Я действительно её звала. Иначе как бы мы с Ароном сюда попали?

Что же ты молчишь-шь-шь, девочка?

Обманчиво ласковый голос пробежал морозом по коже.

Я зажмурилась, не позволяя зародиться ни единой мысли, и какое-то время мне это действительно удавалось. Внимание скользило по ожогам на спине и бёдрах, оставленным тварью, сосредотачивалось на том, как невидимый яд проникает в кровь, ловило морозное дыхание обступившего меня ледника, но затем…

В голове возникла чужая усмешка.

В прошлый раз в твоём сердце был иной мужчина…

И все усилия не дать Бездне вытащить из меня ничего, что дало бы ей надо мной власть, с треском провалились. Перед глазами непроизвольно вспыхнул образ Арона. Наглый и смешливый одновременно. И я тут же вспомнила, как горячи его губы и крепки объятия, наш последний поцелуй и как бесстыдно на него отвечала. Ноздри тотчас затрепетали, выудив из памяти аромат раскалённого песка, а в груди разгорелся жар, что мучил меня, пока дракон не помог избавиться от излишков проснувшейся магии.

Щёки вспыхнули, по телу пробежала дрожь, и я прикусила губу, всеми силами пытаясь отогнать предательские видения. Но ощущая, как пространство исказилось, как лопнув, рассыпался, пленивший меня ледник, а Бездна сжала вокруг меня жадное кольцо, поняла — ничего не вышло.

Самонадеянно считать, что ты можешь от меня хоть что-то утаить.

Я медленно сцедила воздух.

Верно. И в другой раз я, быть может, привычно расслабилась, позволяя ей взять плату, так как слишком хорошо знала, как дорого обходится сопротивление. Но не сегодня. Обычно Бездна питалась страхами и болью, но сейчас ей было нужно кое-что иное. Потаённое, подавленное, спрятанное так глубоко, насколько это было возможно. Не страх потери, не застаревшая заноза в сердце, не кровь из незаживающей раны, а нечто такое, что пугало меня почище местных чудовищ…

Жажда близости с кем-то другим.

То, в чём я себе всегда отказывала, решив однажды, это не для меня. И одновременно с этим — жуткий страх этой близости.

Ещё недавно мне казалось, я признала тягу к несносному дракону, и даже где-то внутри смирилась с необратимостью нашей связи, принимая его помощь и защиту, то теперь стало ясно — я обманывала себя.

Жаждешь, но боишься? Он слишком живой для тебя, не так ли? Куда безопаснее страдать по призраку…

Я чуть не задохнулась, пытаясь совладать с нахлынувшими чувствами. Хотела отпрянуть, но невидимое кольцо, сдавившее грудь, стало ещё плотнее.

А теперь открой мне, как сильно ты его жаждешь.

Бездна дохнула ледяным холодом, но от проснувшегося внутри жара, я почти его не заметила. Зажмурилась, пытаясь отстраниться хотя бы мысленно, но она каким-то образом вытаскивала из меня то, от чего хотелось сгореть со стыда.

Так-то лучше.

Я бы никогда не стала этим с кем-либо делиться. Никогда. Я ни разу не была с мужчиной. Знала, это было не всегда приятно, и некоторые из них не спрашивали разрешения, но в приюте я была под покровительством Гора, а избрав путь воина Тени, всегда могла постоять за себя. Всегда. Даже когда в этом не было необходимости. Стоило понять, что кто-то претендовал, пусть полунамёком, на душевную или физическую близость, я сбегала. Потому что…

Боялась быть уязвимой перед кем-то, кто мог ранить сильнее любого клинка. Нырнуть первый раз в Бездну было куда менее страшным испытанием.

И что теперь?

Я связана узами с драконом. Наглым. Раздражающим меня драконом. И в то же время неимоверно притягательным. И красивым… Мне хотелось одновременно сбежать от него подальше, просто чтобы не сгореть от собственных чувств, и при этом позволить ему делать со мной всё, что ему захочется…

Я упала на колени, впившись руками в снег, но ощущала лишь жар, поглощающий тело.

Да, девочка, это именно то, что мне нужно…

Это не было фразой в голове или образом. Скорее напоминало то, как нечто вторгается в разум, в тебя, и ты просто знаешь. Видишь. Слышишь. Ощущаешь. Но больше не принадлежишь себе.

Арон

Рута стояла спиной, склонившись, чтобы поправить застёжку на сапоге. Затем потянулась за лежащим в снегу ножом. Странно, что не призвала его, как делала обычно, подумал Арон. Хотя его настораживало не только это.

Плавные движения и то, как йекшери медленно распрямлялась, чуть выгибаясь в пояснице. Как провела рукой по волосам, развязывая шнурок, стягивающий растрёпанный пучок. Всё это было для неё не характерно. Возможно, в другой ситуации такая резкая перемена в её поведении разожгла бы внутренний огонь, но не сейчас, когда следовало как можно скорее убраться из этого места.

Дракон внутри него тоже насторожился.

Арон заскользил взглядом по стройным лодыжкам, бёдрам в свободных штанах, тонкой талии, утянутой широким поясом, по спине… и до того, как волосы укрыли её чёрным каскадом, успел отметить, что никаких ран на теле йекшери не было, хотя он точно помнил — Тварь достала их обоих.

Словно невзначай, Рута обернулась и, заметив его, дёрнула уголки губ в полуулыбке.

— Я рада, что ты вернулся.

Его дракон предупреждающе зарычал.

Голос. Её голос был одновременно знакомым и чужим. И когда скользящая в Тени полностью повернулась, Арон увидел, что шнуровка верхней безрукавки распущена, обнажая ложбинку между грудями. Рута двинулась к нему, под её ногами скрипел снег, и он мельком отметил, что походка тоже ей не принадлежала.

Арон замер, не зная, чего ожидать от той, что завладела телом его женщины. Ладонь сама собою легла на рукоять длинного кинжала. Это всё, что он взял с собой, решив, что магии и артефактов будет достаточно, чтобы вытащить Руту из той задницы, в которую она попала. Но к такому был совершенно не готов.

Меж тем йекшери подошла совсем близко, глядя из-под опущенных век.

— Я думала, ты будешь рад мне… — Она облизнула губы.

Ладонь её свободной руки легла ему на грудь, вторая продолжала сжимать чёрный нож. Тонкие пальцы мягко провели вверх, скользнули за шею. Он не шелохнулся, не спуская взгляда с самозванки. С бесстыдно вишнёвых полуоткрытых губ. Черноты глаз, заострившихся черт лица, тонкой шеи. И он, и его дракон были в замешательстве. Они оба хотели бы, чтобы скользящая в Тени была такой же ласковой, хитро соблазнительной и манящей, но…

— Ты. Не. Рута, — с резким выдохом процедил Арон.

Её пальцы на его шее замерли, лишь на миг, после чего вновь заскользили вверх-вниз. Медленно-медленно. От лопаток к плечам и снова к груди, заставляя мышцы каменеть от напряжения.

— Поверь, она здесь. Всё слышит и чувствует…

На него уставились полностью чёрные глаза без белков. Губы приоткрылись, дыхание участилось. Та, что была в теле Руты, подошла ещё ближе, прижалась к нему, так что он ощутил тепло кожи и стук беспокойного сердца, склонила голову набок, и кончик её языка вновь прошёлся по пухлым губам. Чёрные пряди упали на лицо, закрыв его половину.

Арон не выдержал и провёл по ним рукою. Заправил за ухо, а после скользнул на затылок, аккуратно собрав пальцами хвост. А затем сжал кулак и склонился к самозванке, оттягивая её голову назад.

— Немедленно. Отпусти её, — угрожающе потребовал он.

Смех у неё был неприятный. Слишком громкий, надломленный и это сработало на руку. Арон ощутил, как наваждение отступает, а мышцы наливаются гневом.

— Я не буду повторять дважды.

Дракон вторил ему рычанием.

Лицо Руты расслабленно улыбалось, словно ей нравилось происходящее. Девичья ладонь легла ему на скулу, провела вниз, опустилась к ключицам.

— Только после того, как ты со мной расплатишься, — прошептала она, обдавая его лицо тёплым дыханием, пытаясь дразнить. Но добившись лишь того, что внутри него закипела злость.

— Чего ты хочешь? — прошипел он, продолжая крепко держать её за волосы. Чётко дозируя силу, чтобы не навредить Руте и в то же время контролировать ту, что посмела занять её тело.

Её пальцы вспорхнули к его губам. Арон ощутил тепло, пульсирующее на подушечках, и еле сдержался, чтобы не коснуться их лёгким поцелуем, чтобы хоть как-то дать понять Руте, что он обязательно что-нибудь придумает…

— Ты же хотел понять мою природу. Так попробуй меня на вкус, — промурлыкала самозванка.

— Обойдёшься, — зло процедил он.

В ответ она жёстко усмехнулась.

— У тебя нет выбора. Это моё условие. А ещё… — Рука с ножом взметнулась вверх, и чёрное лезвие уткнулось ему в шею. — Ты отдашь мне свою кровь.