— Что? — изумилась я, видя, как рука в перчатке вытирает мои слезы.
Мягкая бархатная перчатка касалась моей щеки, а я замерла. Его перчатка была ледяной. А внутри меня — впервые за пять лет — вспыхнуло что-то тёплое.
— Я предлагаю вам сейчас сесть в мою карету и уехать отсюда. Навсегда…
Его пальцы скользнули с щеки к подбородку — не грубо, но без права на отказ. Незнакомец приподнял мое лицо, заставляя смотреть в его стальные глаза.
— Ты думаешь, я пришёл, чтобы спасти тебя? — прошептал он. — Нет. Я пришёл, чтобы забрать то, что твой муж не заслуживал даже видеть.
Его большой палец провёл по моим удивленно распахнутым губам — почти ласково. Но в следующее мгновение пальцы сжались, и дыхание застыло в моем горле.
— Если скажешь «нет»… я всё равно не уйду. Просто подожду, пока ты сама придёшь ко мне — с пустыми глазами и разбитым сердцем. А я соберу тебя заново. По своим правилам.
Он отпустил меня — так же резко, как и схватил. Только в глазах — пылающий ад.
Пару мгновений до меня доходил смысл его слов. Что? Сбежать? С незнакомцем? Он… он вообще в своем уме?
Наконец-то придя в себя, я отшатнулась — не от слов, а от прикосновения. Оно было слишком тёплым для этого холода. Слишком уверенным.
Я хотела, чтобы меня хоть кто-то утешил, поэтому всеми силами постаралась скрыть предательское тепло, которое вспыхнуло внутри. Оно было похоже на лихорадку. На начало болезни.
— Вы… вы… сумасшедший! — вырвалось у меня, но мои пальцы сами замерли на его руке, прежде чем я успела отдернуть ее от своей щеки.
Я бросила тревожный взгляд на окна поместья. Не хватало, чтобы кто-то что-то увидел!
— Я замужем, — прошептала я, как заклинание.
— А ваш муж еще помнит, что он женат? — насмешливо спросил незнакомец.
Улыбку в голосе сложно было скрыть даже маской.
— Как вы вообще посмели! — сглотнула я, возмущенно глядя на его руку. — Я похожа на женщину, которая вот так возьмет и согласится?
— Нет, вы похожи на мою женщину, — заметил голос. — Поэтому я решил, что ваше место рядом со мной.
— Глупости, — испуганно выпалила я. — Вы просто выпили лишнего, вот и все.
— Я не пьян, — в голосе я слышала коварную насмешку. — Если только вами…
Я испугалась. Испугалась того, что в душе я услышала робкое: «Соглашайся!». Мне ужасно хотелось забыть этот день, как страшный сон. Вырвать его из памяти, как лист календаря.
«Нет! Ты с ума сошла!» — сжала я себя в кулак, прогоняя мысль «а вдруг стоит попытаться?».
Я попыталась уйти, но незнакомец перегородил мне путь.
— Я сейчас закричу, — предупредила я, хотя и самой не хотелось привлекать к себе лишнее внимание. Достаточно того, чтобы меня увидели наедине с посторонним мужчиной, чтобы начался еще позорный скандал.
— Ты можешь кричать. Но крик не дойдёт до зала. А я… я уже слышал, как ты плачешь. Долго. Терпеливо. Ты уже бежишь. Просто ещё не поняла, от кого. Я помню, как ты садилась в карету. На тебе было бежевое платье, бежевый полушубок, и от тебя пахло духами, кажется, «Мадам Любовь». А еще у тебя на туфельке не хватало двух жемчужин. Я следил за тобой…
Незнакомец резко перешел на «ты». Я сжала кулаки. Такие подробности пугали.
— Вы… вы точно сумасшедший, — прошептала я. И это было утверждение.
— Я знаю о тебе всё, — послышался тихий голос.
Я подняла взгляд, глядя в его глаза. Маска их не скрывала. И в стальных глазах я увидела… то, что меня напугало. Голод. Жажда.
Я не видела его лица. Я видела только глаза. Но этот взгляд — я знаю его на вкус. Как кровь на губах. Как страх в теле и крик, который не успел сорваться с моих губ там, в другом мире, у подъезда.
От этого взгляда всё внутри замерло — как тогда, у подъезда, когда бывший схватил меня за волосы и прошептал: «Ты моя. Навсегда».
Тот же голод. Тот же лёд в голосе под ласковыми словами.
Это не он. Но в его глазах — то же самое. Одержимость.
— Отойдите от меня! — испуганно дернулась я.
Незнакомец схватил меня за руку.
Я вырвалась — не думая, не дыша. Мои ноги сами понесли меня к дому, будто тело знало: если останусь ещё на миг, что-то во мне лопнет. И не от страха. От облегчения. А этого я допустить не могла.
Я почти бежала, не оглядываясь. И сейчас та единственная мысль: «А почему бы и нет?», промелькнувшая в моей голове буквально на долю секунды, как вспышка, казалась мне… опасной глупостью.
За спиной не было шагов. Только пугающая выжидающая тишина.
И снег, падающий без звука — будто мир затаил дыхание, ожидая, когда я наконец оглянусь.