Покойся по кусочкам

13

Потягивая пиво, постукиваю подставкой по столу, чувствуя странное напряжение. В голове снова и снова всплывает Эмити — румянец на коже, вкус киски, звук криков, когда она кончала мне на язык.

Часть меня надеется, что одного раза будет достаточно, чтобы выбросить ее из головы. Но глубоко внутри знаю: хватит одного прикосновения, чтобы стать зависимым.

— Мне даже не нужно спрашивать, почему ты такой дерганый? — фыркает Блэйд, усаживаясь рядом со мной.

Мрачно смотрю на него, делаю еще один глоток пива и молчу.

— Почему бы тебе просто не пойти к ней?

— Ты же говорил не ввязываться.

— Это чушь, и ты это знаешь.

— Значит, ты больше не думаешь, что она шпионка?

— Кто шпионка? — вмешивается Саншайн, опускаясь на стул рядом с Блэйдом. Кинг занимает место рядом с ней.

— Никто, — отвечает Блэйд, а я киваю в знак приветствия.

— Конечно, а я — девственница.

Делаю глоток пива, но оно попадает не в то горло, и я закашливаюсь. Бросаю на нее притворно сердитый взгляд, но девушка только улыбается в ответ.

— Значит, шпионка? Судя по твоему лицу, у шпионки есть сиськи?

— Она не шпионка, — вздыхаю я. — Ее зовут Эмити, она здесь с киношниками, которые снимают фильм.

— Видела ее на днях. Подожди, так она актриса? Почему ты вообще решил, что она шпионка? Честное слово, стоит уехать на пару дней, и я пропускаю всё самое интересное, — ворчит она.

Я встаю, но Саншайн качает головой.

— Игнорируй их и расскажи остальное. Может, смогу помочь. Поверь, тебе лучше не слушать этих идиотов.

— Мне обидно, — говорит Блэйд, и я нехотя сажусь обратно.

— Ой, да брось. Мы оба знаем, что твой способ ухаживания — шантаж и принуждение. Если бы я тогда уже не была с Иньиго и Конаном, ты бы просто закинул меня себе на плечо и унес.

Блэйд выглядит сбитым с толку, словно не понимает, в чем проблема. Кинг смеется и делает глоток пива.

— Я закончила, — вздыхает Саншайн, снова поворачиваясь ко мне. — Значит, ты напился. Обычное дело. Что ж, если замешана женщина и у парня такое лицо, как у тебя сейчас, я бы сказала, что-либо она вышвырнула тебя и заставила пройти «аллеей позора»57 — что потрясло все твои альфа-замашки, — либо вы поженились в Вегасе, и теперь ты не знаешь, оставить ее или убить.

Мы все смотрим на нее, пока она не начинает краснеть.

— Ладно, я нашла нового автора. Начала с одной книги и случайно прочитала еще одиннадцать за последние две недели.

— Ты не любишь смотреть, как братья трахают клубных девчонок у всех на виду, но твои книги ничем не лучше.

— Если бы я хотела смотреть порно, то делала бы это дома.

— Вместо этого ты читаешь его, как настоящая леди, да? — ухмыляется Кинг.

— Именно. Ладно, я отвлеклась. Продолжай свою историю, Джи.

— Я напился. Эмити привезла меня обратно.

— Это я знаю. Кстати, она прелесть. Черт, прости, продолжай.

— Значит, ты в курсе, что на нее направили стволы, а потом она поспешила отсюда убраться?

— Она упоминала, что Хикс наставил на нее пистолет. Подожди, кажется, Мак и Тут тоже, верно?

— Они просто делали свою работу, — защищает парней Блэйд.

— Полагаю, ты не знаешь, что было дальше?

Она переводит взгляд на Блэйда, который недовольно стонет, но всё же рассказывает ей всю историю, а потом снова поворачивается ко мне.

— Так вот почему Хикса больше нет? Черт возьми, — она ворчит, затем наклоняется ближе. — В этом не было твоей вины, Джи, если не считать того, что ты напился.

— Знаю. Она тоже. Но я иду в комплекте со всем этим дерьмом. И ты сама знаешь, что любить «Ворона» — вызов.

— По мне, так она достаточно сильная, чтобы с этим справиться.

— В этом-то и дело. Быть способной справиться и хотеть справляться — не одно и то же. Она явно влюблена в меня, это очевидно, но она не играла в недотрогу, когда сказала, что нам лучше оставить всё как есть.

— Но тот Джи, которого я знаю, не сдается, если чего-то хочет.

— Что, собственно, и объясняет, как я оказался в ее постели, когда увидел ее в следующий раз.

— Да твою же мать, — стонет Блэйд.

— Ты сам хотел, чтобы я покопался в ее прошлом. Как ты думал, чем мы занимались в ее трейлере?

— Я не имел в виду копнуть так глубоко.

Закатываю глаза.

— Ты сказал, что я не должен к ней лезть, пока не найду на нее что-то, но я не нашел ни черта. Во всяком случае, ничего подозрительного. А если это был мой единственный шанс с ней, то я не собирался его упускать.

— Тебе был отдан приказ.

— Я ее трахнул, а не сделал предложение. И буквально две минуты назад ты говорил мне не прикрываться этим как оправданием. И что теперь?

Блэйд молчит, но я вижу, что он в бешенстве.

— Всё еще не понимаю, почему ты решил, что она шпионка, — говорит Саншайн, совершенно не смущенная его тоном.

— Я знал, что она не так проста, как кажется. Да брось, она разоружила Хикса, уложила Мака на лопатки и перепрыгнула через гребаные ворота, как Человек-паук.

— И поэтому ты решил, что она шпионка? Если бы это было так, то она явно была бы не самой лучшей из них.

— Что? Женщина, я же тебе только что сказал…

— Не смей, Дива, — рычит Саншайн, понижая голос, чтобы никто за нашим столом не услышал. Она злится, но не станет унижать его перед людьми. Похоже, я в счет не иду.

— Если бы она была шпионкой, ее целью было бы внедриться и слиться с окружением, а не привлекать внимание. А она произвела чертовски сильное впечатление той ночью. Я бы сказала, что она скорее выделялась, чем скрывалась. Точно ее не забуду, и сомневаюсь, что остальные смогут. Ты вообще ничего не вынес из жизни с Кингом?

Кинг выглядит одновременно довольным и развеселенным.

— Она просекла фишку, — соглашается Кинг.

Блэйд тяжело вздыхает и поворачивается ко мне.

Я пожимаю плечами.

— Никогда не думал, что она шпионка, и говорил тебе об этом. Но я выполняю приказы президента.

— Только когда тебе это удобно, — бурчит он, наверное, уже понимая, что я узнал больше, чем сказал.

Стискиваю зубы.

— Я ее трахнул, Блэйд. Не выдал государственную тайну. Проверил ее, как ты и просил, зная, что это может убить любые шансы на отношения с ней. Это был ответственный поступок. В интересах клуба, верно?

Встаю, с меня хватит на сегодня.

— Ты не можешь сделать меня вице-президентом, а потом ставить под сомнение мою преданность. Не после того, как я, возможно, только что потерял первую женщину, которую действительно захотел за долгие годы, ради клуба.

— Ты не дал мне ее досье, — огрызается он, злой. Ну, теперь нас таких двое.

— Проверь почту. Мне нужно проветриться.

Прохожу через клуб, не обращая внимания ни на кого, и выхожу наружу.

Направляюсь к складу, когда слышу спор. Останавливаюсь и смотрю влево — там Легс и Мидас. Наблюдаю несколько секунд, убеждаясь, что с ней всё в порядке, хотя знаю, что Мидас никогда бы не поднял на нее руку.

— Дай мне хоть одну вескую причину, по которой я должна остаться, — шипит она ему.

Он молчит. Девушка качает головой и толкает его. Он не двигается, но спустя мгновение отпускает ее. Легс уходит, а Мидас с глухим стуком ударяется головой о кирпичную стену.

— Ебать.

— Хочешь прокатиться?

Он вздрагивает от звука моего голоса.

— Видел?

— Не мое дело.

Он чертыхается и идет со мной к складу.

— Она сказала, что хочет уйти, — говорит он.

— Знаю. Мне тоже говорила.

— Она не может уйти. Мы ее семья.

— И что, если она уйдет, разве мы перестанем быть семьей? Это не так работает, Мидас.

— Ты знаешь, что я имею в виду. Там у нее не будет никого, кто мог бы за ней присмотреть. Здесь есть братья, которые заботятся о ней.

— Здесь она всегда будет просто «зайкой». Легс хочет большего.

Он проводит рукой по лицу, но больше ничего не говорит, пока мы не доходим до наших байков. Первым завожу двигатель, кивая Хупсу на воротах, когда проезжаю мимо.

Еду без определенной цели. Мне просто нужна дорога, чтобы привести мысли в порядок.

Откладывал разговор с Блэйдом столько, сколько мог. Но после того, как мы выяснили, что Эмити каскадерша в фильме, он бы сразу понял, что мне достаточно пары минут, чтобы достать всю ее подноготную. Всё, что понадобилось — вбить в поиск «каскадерша» и ее полное имя: Эмити Риган Холлис. Вся информация оказалась прямо передо мной.

Она начала как гимнастка, и после завоевания серебряной медали в Рио ее спортивную карьеру оборвала жуткая автомобильная авария, в которой погибла ее мать. На целый год девушка исчезла из поля зрения. А потом запустила свой YouTube-канал и вскоре начала работать в киноиндустрии.

С тех пор она снялась во множестве фильмов. Я посмотрел несколько закулисных роликов о ее работе на YouTube, что, конечно, привело к ее личному каналу.

Погружение в бездну никогда не было таким приятным и пугающим одновременно. Эта женщина официально ненормальная, но, блядь, наблюдать за ней — невероятно.

Оказывается, моя девочка — адреналиновый наркоман. Она пробовала всё: прыжки с парашютом, штурмовые курсы подготовки «Морских котиков»58. Но даже это ничто по сравнению с паркуром.

Я знал, что такое паркур, хотя никогда не задумывался об этом. Видел такое в паре фильмов и думал, что это выглядит круто, но на этом мой интерес угас.

Пока не появилась Эмити. Теперь я вижу только ее, переворачивающуюся с крыш, бегущую по стенам и прыгающую через здания, как будто она наполовину ниндзя.

Замечаю заправку и сворачиваю, ожидая, пока Мидас подъедет. Снимаю шлем и вешаю его на руль, пока заправляю бак.

— Тебе что-нибудь взять?

— Возьми «Монстр».

Киваю и направляюсь внутрь, доставая из холодильника энергетик и бутылку воды.

За кассой стоит парень, которому от силы лет восемнадцать. Один взгляд на мой жилет — и он выглядит так, будто готов блевануть.

Расплачиваюсь за напитки и бензин, благодарю его и выхожу.

Поворачиваться к парню спиной, зная, что под стойкой, скорее всего, лежит ружье, — не самое умное решение. Это напрягает всё тело, но, к счастью, ухожу целым и невредимым.

Люди, которые легко могут спустить курок — вечная головная боль, но, возможно, я неправильно прочитал парня. Нас часто судят по внешности, но и не скажу, что сам не делаю того же.

— Заплатил за твой бензин, — говорю я. — Парень был напуган до чертиков, а мне не хотелось лишних проблем.

— Спасибо. В следующий раз заправка за мной.

Протягиваю ему энергетик, затем открываю свою бутылку воды и залпом выпиваю.

Закончив, выбрасываю ее, сажусь на байк и надеваю шлем.

— Продолжаем путь или возвращаемся?

Думаю об Эмити. Теперь, когда знаю о ее трейлере, выяснить, где она остановилась, стало куда проще.

— Возвращаемся, но не в клуб. Хочу проверить кемпинг.

— Ладно.

Он не задает вопросов, просто выбрасывает пустую банку, снова забирается на байк и едет за мной в сторону кемпинга.

К тому моменту, как мы въезжаем на территорию уже темнеет, и звук наших двигателей эхом разносится в ночной тишине. Найти ее трейлер не составляет труда — он здесь единственный.

Эмити, должно быть, услышала байки. Дверь открывается, и вот она — в крошечных шортах для сна и майке, с песочного цвета волосами, собранными в растрепанный пучок на макушке. Взгляд жадно скользит по ее телу и останавливается на паре розовых тапочек-зайчиков.

Даже не пытаюсь скрыть ухмылку.

— Классные тапочки.

— Это подарок.

— Мне нравятся.

— Куплю тебе такие на Рождество.

Она смотрит мне за спину и улыбается.

— Привет.

— Мидас. Вдруг не знала, — буркает он.

— Мидас — крутое имя. Итак, Мидас и Джи, чем могу помочь?

Смотрю на Мидаса, он кивает.

— Как насчет выпивки? Мы давно в дороге.

Она переводит взгляд с меня на него, потом поднимает палец.

— Дайте секунду.

Она исчезает в трейлере. Слышу голоса, но слов разобрать не могу.

— Всё окей или хочешь чтобы я свалил? — спрашивает Мидас.

— Останься выпить. Пусть видит, что не все из нас — уроды.

Мидас усмехается, Эмити выходит и жестом приглашает нас внутрь.

Я захожу первым, намеренно задевая ее плечом. Услышав, как она резко втягивает воздух, улыбаюсь.

Вижу ее подругу на диване — она в худи с авокадо и с розовым пледом на коленях.

— Динь-Динь.

— Невея, — она закатывает глаза, пока я сажусь за стол.

Мидас свистит, оглядывая трейлер.

— Вот это круть. Ты что, тайная рок-звезда, Эмити?

Она смеется.

— О, Боже, нет. Абсолютно лишена слуха.

— Она не шутит, — хохочет Динь-Динь.

Мидас, широко улыбаясь, подсаживается к ней.

— Я — Мидас.

— Человек, у которого было всё, кроме любимой женщины59, — ухмыляется она, протягивая руку. — А я — Невея.

Эмити закрывает дверь и остается стоять в кухонной зоне, немного смущенная.

Я протягиваю ей руку.

Она смотрит на нее секунду, словно решая, что делать дальше. Не знаю, чего ожидать.

Но когда она делает шаг ко мне, расслабляюсь.

Она берет меня за руку, и я усаживаю ее к себе на колени. Обвиваю рукой талию, зарываюсь носом в волосы и вдыхаю запах. Дорога помогла снять напряжение, но Эмити — словно чудодейственное лекарство, впервые за несколько дней дающее ощущение покоя.

— Что будете пить?

— Я принесу, — говорит Динь-Динь, поднимаясь на ноги.

Как только она отбрасывает плед, нам открывается вид на шорты, усеянные рисунками тостов.

Прячу усмешку, но Мидас нет — он ржет во весь голос.

— Отличная пижама, — комментирует он.

— Спасибо, — отвечает она с напускной важностью. — Что вам налить?

— А что есть?

— Кофе, молоко, вода, сок, какие-то странные смузи, которые пьет Эмити.

— Я буду кофе, — говорит Мидас.

— Мне то же, что и ему, Динь-Динь.

— Невея, — бурчит она, а я только ухмыляюсь.

— Ты ведь никогда не назовешь ее Невея, да? — тихо спрашивает Эмити.

— Ни за что.

Она смеется.

— Динь-Динь — это очень мило.

Невея резко оборачивается и тяжело вздыхает.

— Только не ты, нет. И так от Пиппина тошно.

— Пиппин? — переспрашивает Мидас.

— Он был моим любимым хоббитом, пока не появилась Невея, — ухмыляется Эмити.

Мидас кивает.

— Логично. Она и правда крошка.

— «Размер веселья»60, — огрызается Невея, снова заставляя его смеяться.

Перестаю их слушать и поднимаю Эмити так, чтобы она оседлала мои бедра, лицом ко мне. При таком тесном контакте чувствую жар киски сквозь крошечные шорты. Через секунду член становится твердым как камень, и я прекрасно знаю, что она это ощущает.

— Джи, — шепчет она. — У тебя на лбу написано «опасность».

— Ты не похожа на ту, кто избегает опасности, — слегка прикусываю ее губу, руки скользят к ее заднице.

— Может, облить их холодной водой? — слышу голос Динь-Динь.

— Не советую, — говорит Мидас. — Джи — самый спокойный человек, которого ты встретишь, но попробуй тронуть то, что ему дорого, и он включит режим берсерка61.

Усмехаюсь, прижимаясь губами к губам Эмити, прежде чем поцеловать, уводя ее внимание от подруги и Мидаса. Не захожу слишком далеко, но как могу держать ее в своих руках, на коленях, и не целовать?

Не знаю, сколько это длится, но когда она начинает двигаться, прижимаясь ко мне сильнее, отстраняюсь. Если не остановлюсь сейчас, то раздену ее прямо здесь, на этом столе, и к черту друзей.

— Кажется, я только что забеременела на расстоянии, — стонет Динь-Динь.

— Тогда тебе лучше не заходить в клуб, — ухмыляется Мидас. — Уйдешь с целым выводком62.

— Серьезно? У вас там оргии и всё такое?

Теперь уже Эмити смешно.

— Не поощряй ее, Мидас, а то она засыплет тебя вопросами, будешь отвечать до самого утра.

— Какими вопросами? — спрашивает он, делая глоток кофе.

— Ну, например, если постоянно видишь члены перед лицом, становится ли это обычным делом? А если да, значит ли, что со временем ты становишься более открытым к экспериментам с кем-то того же пола? Ты когда-нибудь спал сразу с двумя женщинами? А если да, как это работает? А что насчет женщины и мужчины? Чувствуешь ли ты другого парня, когда вы оба в одной женщине, и приятно ли это? А…

Мидас закрывает Динь-Динь рот своей ладонью, заглушая оставшуюся часть вопросов.

Эмити начинает смеяться, глядя на выражение лица Мидаса.

— Я предупреждала.

— Как ее выключить? Есть кнопка сброса настроек? — спрашивает он с распахнутыми от ужаса глазами.

— Скажи что-то пошлое. Это перегрузит ее систему и включит режим «дочка проповедника».

— Ее отец проповедник?

Эмити кивает.

Мидас наклоняется и убирает руку от ее рта, затем шепчет что-то Динь-Динь на ухо и она тут же заливается краской. Ее губы приоткрываются, но она тут же их смыкает, а взгляд становится отсутствующим.

— Эм… Эмити, кажется, я ее сломал.

— Дай ей секунду.

Эмити передает мне кофе с края стола, и мы молча ждем, наблюдая за Динь-Динь.

Наконец она моргает, приходит в себя и смотрит на Мидаса.

— Можешь изобразить это схематично?

Мидас разражается смехом и притягивает Динь-Динь в свои объятия.

— О, смотри, Эмити, у меня теперь тоже есть лучшая подруга.

Эмити хихикает.

— Отвали.