Рейварская невеста. Райрин

Глава 15

— Прибереги силы для тех, кто это заслужил, — тихо, но проникновенно прозвучал скрипучий голос, и Шейна отстранилась, вытирая слезы сначала с щек Касс, а потом и со своих собственных. — Тебе нельзя здесь оставаться, маленькая госпожа. Помоги мне встать.

Не такого приема ожидала Кассандра, но подчинилась, поднимаясь на ноги сама и поднимая за собой старуху. За время, что они провели на влажной земле, плащ Касс успел намокнуть и испачкать, но девушка взмахом руки привела его в порядок, как и темно-серую юбку Шейны. Это кормилица научила маленькую госпожу простому, но эффективному бытовому заклинанию. И обе женщины – и молодая, и старая – улыбались сейчас, подумав об одном и том же.

— Нам нужно уходить, — спустя время напомнила Шейна. Она явно успела взять себя в руки, пока Касс отходила от нахлынувших чувств и воспоминаний, и теперь только влажные седые ресницы выдавали недавние эмоции женщины. — Беги к сторожке, найди Кайса и напомни ему, что пора отдавать долг.

Последние слова были обращены к Артуру, который все это время следил за разворачивавшейся сценой с крыльца. Он снова хмурился: кажется, это было его привычное выражение лица.

— Ты уходишь? — неуверенно и немного расстроенно спрашивал парнишка.

Шейна по-доброму ему улыбнулась.

— Мне пора домой, малыш. Я очень долго этого ждала.

Кассандра была уверена, что демоненок ощетинится в ответ на такое обращение, но он только хмуро кивнул и сорвался с места, одним прыжком оказываясь за забором.

— Почему ты не ушла сама? — рискнула спросить леди Райтингем, когда Шейна вновь посмотрела на нее пустыми глазами. Отпускать от себя старуху не хотелось, да и она, судя по всему, придерживалась того же мнения, поэтому поудобнее опиралась на руку Касс.

— Потому что дала Зантаризу клятву оберегать тебя, — совершенно спокойно, как нечто само собой разумеющееся, произнесла женщина. — Я не могла уйти без тебя, маленькая госпожа.

Понятнее не стало, но Кассандра разумно предположила, что у них еще будет время для разговоров, поэтому отложила расспросы на потом. Леди Райтингем уже готова была проводить Шейну в дом и помочь ей собраться, но старуха неожиданно шагнула в противоположную сторону.

— А ты не хочешь… — начала было Касс, но была остановлена уверенным взмахом головы.

— У нас нет времени, — чуть грозно ответила женщина и медленно двинулась в сторону калитки. Леди Райтингем пришлось ее поддерживать, ведь без своей клюки Шейне явно тяжело было передвигаться. — Все самое ценное теперь со мной, а остальное мне не нужно. Да и знаю я одного демона на той стороне, который очень мне задолжал, так что мы с тобой ни в чем нуждаться не будем.

Последнюю фразу Шейна заканчивала уже с улыбкой. Кажется, Кассандра догадывалась, о ком речь.

— А это кто? — поинтересовалась женщина, когда спустя пару шагов они поравнялись с графом.

— Это Кристоф, — представила мужчину Кассандра. — Он мой… друг.

Заминку заметили все, но никто не стал акцентировать на этом внимание. А Кассандра и не представляла, как ей теперь оправдывать присутствие графа рядом с собой.

— Не стоит задерживаться, — снова поторопила Шейна, когда Кристоф пытался прикрыть за ними калитку. Та упорно отказывалась держаться и постоянно распахивалась, вынуждая графа чувствовать себя глупо. — Кассандру наверняка ищут. Чудо, что солдаты не наступают вам на пятки.

— Как мы сможем перейти через границу? — уточнял граф Олисан, бросив свое занятие и поравнявшись с женщинами. — Для перехода нужно письменное разрешение от короля или стражи, у нас с леди Райтингем его нет.

Они поднимались по улочке в сторону рынка. Кассандра не знала дороги, но незрячая Шейна уверенно шла вперед. Видимо, зрение ей совсем не нужно было, чтобы найти путь домой.

— Капитан местных гвардейцев – мой большой должник, — как нечто само собой разумеющееся произнесла старуха. Она пыталась идти быстро, но давалось ей это с трудом: с каждым шагом она все сильнее и сильнее опиралась на руку Касс. — Я помогла его жене разродиться и вытащила дочь практически с того света. Он точно пропустит нас, и никакие разрешения не понадобятся.

Сказано было с такой уверенностью, что сомневаться вслух никто не посмел, хотя Кассандра и видела недоверие в быстром взгляде Кристофа, брошенном на старую ведьму.

Рынок постарались обойти по краю, где было меньше всего народа, и все равно попадались те, кто здоровался с Шейной или преграждал путь. Первым женщина безразлично кивала, вторых костерила на чем свет стоит.

— Сумасшедшая старуха, — долетали до леди Райтингем шепотки со всех сторон. Шейна наверняка тоже их слышала, но упорно продвигалась дальше, с титаническим спокойствием игнорируя оскорбления или чужое недовольство.

Таверна осталась где-то справа, улица стала шире, но и солдаты на ней встречались чаще. Облаченные в кожаные доспехи и обвешанные амулетами, он передвигались по двое, разговаривая между собой. Не похоже было, чтобы они кого-то выискивали в толпе, но с каждым шагом леди Райтингем чувствовала себя все более неуютно.

— Накинь капюшон, — тихо прошипела кормилица – видимо, ту обуревали те же мысли. Кассандра не позволила себе ослушаться. А спустя еще одну оставшуюся позади улицу расслышала недовольное: — Что-то не так.

Шейна замедлилась, и остальные вместе с ней. Касс пришлось несколько раз поинтересоваться, что случилось, прежде чем старуха ответила.

— Слишком много стражи. Гарнизон Хайса намного меньше, а мы уже столкнулись с куда большим количеством солдат. Что-то не так.

Шепнув себе что-то неразборчивое под нос, женщина потянула Кассандру к ближайшему переулку и прислонилась к стене дома, отпустив руку леди Райтингем.

— Попроси своего друга найти Кайса, — проговорила Шейна, опускаясь на перевернутую пустую бочку. Видимо, в то, что Артур выполнит ее поручение, старуха уже не верила. — Он должен быть в сторожке рядом с переходом – низкий, полный, с черными усами и плешивой головой. Пусть приведет сюда и скажет, что старухе Шейне нужна его помощь.

На Кристофа Шейна не смотрела – либо действительно не видела, либо делала вид. Кассандра склонялась ко второму варианту, но послушно поднимала взор на графа с немой просьбой. Тот быстро кивнул и вышел из переулка, бросив напоследок:

— Заодно заберу наших лошадей.

В это время Шейна достала что-то из кармана – было похоже на маленький уголек. Приложила к губам, произнесла всего одной слово и подбросила в воздух – камушек обернулся черным вороном и устремился в сторону границы.

— Что ты сделала? — поинтересовалась Кассандра. Она никогда не видела такой магии, да и остаточный шлейф от заклинания был непривычным. Незнакомым. Нечеловеческим.

Именно такой Касс видела, когда снимала защиту со своих покоев в старом поместье. И вопрос о том, кто именно постарался сохранить детскую нетронутой, отпал сам собой.

— Предупредила Зантариза, — ответила Шейна и привалилась спиной к кирпичной кладке. Кажется, заклинание отняло у нее много сил. — Возможно, ему придется забирать тебя отсюда силой.

Кассандра вздрогнула от собственной догадки.

— Ты думаешь, он ждет меня по ту сторону полога?

Белесые глаза уставились точно на девушку, заставляя ту вздрагивать под этим неприятным, пробирающим взглядом. И леди Райтингем тут же почувствовала себя маленькой девочкой, которая спрашивала какие-то глупые, наивные вещи. Сама ведь знала, что Зан – там. За тонкой пеленой магической границы.

— Мне очень жаль, что ты не помнишь его, — спустя долгую паузу выдыхала старуха. — Иначе не задавала бы таких вопросов.

Кассандра повторяла тяжелый вздох и сама прислонялась спиной к стене.

— Так много людей мне говорят об этом, — признавалась она, упираясь затылком в кирпичи. — Про мои чувства, про его отношение. Словно все лучше меня знают, что происходило и что я чувствовала. В это очень тяжело поверить. А когда во сне он смотрит на меня так, будто я – смысл его жизни, у меня душа разрывается на части, а я даже не могу понять, почему!

Тихий смех был ответом на эту внезапную исповедь – Касс и сама от себя не ожидала такой искренности и открытости, ведь про сны с участием демона она не говорила даже Костэ. Но Шейна всегда понимала ее – даже когда в душе маленькой госпожи был полный кавардак, и вера в это не покинула леди Райтингем даже по прошествии стольких лет.

— Он вернет тебе память, райрин, — обещала теперь еще и кормилица. — И ты вспомнишь, что смотрела на него так же.

— Я была ребенком, — напомнила Касс. — Не думаю, что стоит наделять детскую влюбленность столь глубоким смыслом.

И снова Шейна смеялась, но почти сразу кашель заставил ее прерваться. Леди Райтингем дернулась было к ней, но старуха остановила ее поднятой рукой.

— Скажи мне, девочка моя, — успокоившись, попросила Шейна. — А за то время, что ты себя помнишь, довелось ли тебя испытать такое сильное чувство? Любила ли ты кого-то?

Кассандра открыла было рот, чтобы убедить кормилицу в том, что ее вопросы бессмысленны, но так и замерла, не выдав ни единого звука.

Ей нечего было ответить. Да, она любила магистра Кастэ, магистра Лампера. Даже Кристофа. Но это все было совершенно иным чувством, не тем, о котором так проникновенно спрашивала старая ведьма.

Нет, Кассандра никого не любила. Никогда – с тех пор, как очнулась в пустой комнате родительского дома после придуманной болезни. И сейчас, вспомнив и ощутив свое отношение к этой старой женщине, она с уверенностью могла сказать, что любовь к кормилице была гораздо сильнее всего, что Касс испытывала за эти годы. Возможно ли, что где-то внутри пряталось и такое же чувство, но адресованное Зану?

— Испытывала ли столь сильные эмоции, чтобы забыть обо всем и нестись им навстречу? — продолжала меж тем Шейна, будто бы и не замечая состояния леди Райтингем. Но та не сомневалась: несмотря на свою незрячесть, старуха видела куда больше, чем показывала. — Даже к этому своему другу, который тащится за тобой, как преданный пес?

— Я…

Касс не знала, что и ответить. Отношение Шейны к графу Олисану задело девушку, но она была вынуждена признать, что смысл в словах кормилицы был. Кристоф, не задумываясь, оставил свои дела, чтобы сопровождать Кассандру в ее путешествии, больше похожем на бегство – от себя или к себе, смотря с какой стороны посмотреть.

— Я редко испытываю хоть что-то, кроме раздражения или злости, — напомнила сама себе Касс, теребя в руках полы своего плаща. — Все внутри меня словно заморожено.

— И только рядом с Заном начинает оживать, не так ли? — старуха даже не пыталась скрыть насмешку: будто она знала лучше всех, что именно чувствовала леди Райтингем. — Холод внутри – это последствия обряда, который над тобой провели. Твои родители пытались вырвать из тебя воспоминания о Зантаризе, но проблема была в том, что связь райрин – это не только память, это еще и эмоции. Сильные, настоящие, неподдельные. Не только любовь, раз в нее тебе сложно поверить. Доверие. Привязанность. Уважение. Ты ведь видела воспоминания в имении своего отца, верно?

Кассандра кивнула, даже не задумываясь о том, что Шейна ее не видела. Впрочем, той не нужно было никакое подтверждение, она все равно продолжала:

— Так скажи мне, раз глядела на все со стороны, было ли в тех видениях хоть что-то из этого?

Конечно, оно там было. Кассандра даже мысленно не пыталась спорить. Та девочка безоговорочно верила Зантаризу. Доверяла каждому его слову или поступку. Испытывала безграничное уважение перед его опытом и умениями и стремилась стать такой же, как он. Соответствовать ему.

И пусть вела Шейна совсем не к тому, а девушка не могла не признать: любовь там тоже была. Светлая и чистая, как могут любить только дети. Но совсем не детская.

— Вырывая из твоей души Зана, они вырвали и тебя, маленькая госпожа, — дав Кассандре время обдумать прошлые слова и сделать выводы, Шейна заговорила вновь. — Потому что вы – одно целое, но твои родители никак не могли это принять. И пока ты сама это не примешь, ты не почувствуешь себя единой.

К тому же выводу Касс пришла и сама после вчерашнего ночного разговора с Зантаризом, и получить подтверждение своим мыслям было неожиданно приятно. Одной загадкой в судьбе леди Райтингем стало меньше.

— Твой друг, — неожиданно перевела тему Шейна, поднимаясь на ноги. От помощи Касс она снова отказалась. — Он ведь следует за тобой по пятам. Почему?

Кассандра замялась. К чему ведет Шейна, было ясно, но рассуждать об этом даже мысленно было невыносимо.

— Кристоф так воспитан, он бы никогда не бросил…

— Нет-нет, милая, — прервала рассуждения девушки старуха. Даже руками замахала. — Это все отговорки. Назови мне истинную причину, почему этот молодой мужчина, наверняка в самом расцвете сил, обеспеченный и со статусом в обществе, бросил все, чтобы следовать за тобой?

Леди Райтингем молчала. Ответ набатом звучал в ее голове, только озвучить его сил не хватало.

— Потому что он тебя любит, — избавила от необходимости отвечать старая женщина и снова подняла на девушку свои пустые глаза. Касс хотела отвернуться от них, но не смогла. — А теперь скажи мне, моя маленькая райрин. Почему ты, имея рядом с собой такого искренне влюбленного в тебя друга, едва начав что-то вспоминать, оставила свою жизнь и бросилась в сложное путешествие не куда-то, а в чужую страну, к другому народу?

— Чтобы получить ответы, — не задумываясь, ответила Кассандра. И сама поняла, насколько жалко прозвучало это оправдание. — И вернуть память.

— Тебе бы хватило любого сильного менталиста, — слова Шейны прозвучали как удар хлыстом. И Кастэ говорил об этом – им просто нужен был менталист уровня лорда Лерси, чтобы снять блок. Могли бы они его найти? Да, со временем и, возможно, в каком-то другом государстве. Но вместо этого Касс – здесь, в грязном переулке у самой границы с империей демонов. И Шейна, чувствуя, что леди Райтингем прониклась ее словами, продолжила: — Уверенна, приложи ты усилия, и смогла бы найти кого-то подходящего. В столице, в провинции, где-то еще. Но не в Рейваре, находящимся последние пять лет на осадном положении. Не обманывайся, маленькая госпожа. Признайся, что сама, как и твой Кристоф, просто идешь туда, куда зовет тебя твое сердце.

Нет, признаться себе в этом Кассандра не могла, поэтому мгновенно вспыхивала, отрываясь от стены и задирая подбородок вверх.

— Я не…

Она не смогла произнести это вслух, хотя в голове фраза звучала вполне себе четко и уверенно: она не любит Зантариза. Но стоило попытаться это озвучить, как все внутри воспротивилось до такой степени, что даже магия встрепенулась, стремясь заморозить Кассандру изнутри. А вот ледяной купол – наоборот, затрещал еще громче.

— Это глупо! — самой себе ответила Касс, но голос прозвучал тихо и неуверенно.

А белесые глаза смотрели с пониманием и толикой сочувствия, или леди Райтингем так показалось.

— Перестань пытаться анализировать головой, — тонкий палец уперся девушке в лоб, а затем устремился к груди. — Почувствуй сердцем. И тогда вопросов станет гораздо меньше, райрин.

Но Кассандра боялась доверять чувствам, ведь там был сплошной бардак! Ее сердце тянуло к границе, но его заглушал страх неизвестности, и потому приходилось доверять разуму, который еще был в состоянии что-то контролировать. Да, он требовал ответов, и оправдывать себя этим было так просто!

А сейчас эти оправдания вдруг перестали действовать – хватило всего одного разговора с той, кто знал всю историю от начала и до конца.

— Что значит «райрин»? — ухватившись за последнее слово, леди Райтингем попыталась перевести тему. Говорить о том, что в одном из подсмотренных воспоминаний она уже получила объяснение, девушка не стала.

— Ты сама это поймешь, когда позволишь себе чувствовать, — загадочно улыбнулась Шейна. — Или спросишь у своего райрин. Он будет только рад ответить.

Кассандра промолчала. Отвернулась, рассматривая идущих мимо переулка людей. И демонов, невольно сравнивая последних с Зантаризом. Выкинуть его из своих мыслей не получалось, и нехотя Касс начинала задумываться о том, о чем обещала себе не думать вовсе: а могла бы она полюбить Зана, если бы встретила его сейчас? Без общего прошлого, без печати на руке и сложного «райрин»?

— Твой друг, — выдернул из задумчивости кивок Шейны в сторону, и почти сразу же из-за угла показался Кристоф, ведущий под уздцы своего коня и Ветерка. — Ты привел Кайса?

Граф улыбнулся и сделал шаг в сторону.

— Я привел кое-кого получше.

Кассандра не успела задать вполне ожидаемый в таких случаях вопрос, как в переулке появился еще один мужчина.