Рейварская невеста. Райрин

Глава 28

Сила Зана не была похожа на холодные щупальца или волны обжигающего тепла. Она была как река – прохладная, но не ледяная, спокойно текущая по равнине.

Нет, как вьюга – но не та, которая швыряет ветер в лицо и проникает даже под толстый плащ. Которая резвится вместе с солнцем, устраивает бал из снежинок, рисует морозные узоры на окнах, чуть щиплет щеки и нос, но при этом блестит под солнечными лучами и дарит такой восторг, что хочется впасть в детство и бежать лепить снежки.

Кассандра всегда любила зиму – шутка ли, когда твоя собственная магия – прямое ее проявление? И сила Зана казалась ей такой же – воплощением ее любимого времени года, которого в летний зной порой так не хватало. Не морозная, не холодная, не леденящая – магия Зана была именно такой, какой Касс и хотелось ее видеть. Родной. Похожей на собственный дар девушки.

Эта сила сейчас пробегалась по венам леди Райтингем, разрушая оковы паники, прогоняя сомнения и даря то же самое, что и объятия Зантариза: спокойствие. Кассандра настолько отдалась этому ощущению, что даже не заметила, в какой именно момент эта легкая метель, неся с собой разномастные снежинки, добралась до разума. Касс уже не боялась, не пыталась сопротивляться и позволяла Зану делать все, что он посчитает нужным.

Поэтому, когда темнота перед закрытыми глазами стала совсем непроницаемой, девушка и не подумала закрываться. Наоборот, ощутила желание узнать наконец, что же с ней тогда произошло.

Но это не было воспоминанием в прямом смысле слова. Не как те, что Касс увидела в поместье Райтингем, или те, что ожили в памяти при встрече с кормилицей. Ощущения. Затуманенность сознания, ужасная усталость и потерянность. Чувство одиночества и острая потребность в ком-то очень важном.

Все прекратилось раньше, чем Кассандра успела до конца разобраться. Вот только что Зантариз был рядом, разгоняя мрак в душе и голове, а уже отходит к ближайшему шкафу. Теперь он стоял спиной, и Касс не видно его лица, но прекрасно видно, как крепко Зан сжимал кулаки.

О том, что делает, леди Райтингем не задумывалась. Она просто делала, поддаваясь той волне, что поднималась от самого сердца. Подскакивала на ноги, сокращала расстояние и укладывала руку Зану на плечо, тихо зовя его по имени.

Демон вздрогнул, но не обернулся.

— Тогда ты тоже звала меня, — тихо, глядя куда-то в книги, но не видя перед собой ничего, прошептал Зантариз. — Все то время, пока Нейтан Лерси пытался вытравить из тебя воспоминания обо мне, ты звала меня!

Мужской кулак с невероятной силой впечатался в книжную полку, оставляя в дереве внушительного размера вмятину. Несколько книг упало на пол, но Касс смотрела не на них, а на выступившие капельки крови у костяшек Зана. И очередное рефлекторное действие – накрыть раны своей рукой и заморозить их.

— Ты не виноват, — Кассандра в это верила. Вины Зантариза не было ни в том, что сделал первый советник короля Холла, ни в том, что несчастная девушка в тот момент ждала защиты от своего любимого человека. Но слова вряд ли могли унять ту боль и то отчаяние, что душили Зана прямо сейчас, и тогда Касс попыталась его отвлечь. — Расскажи мне, что тогда произошло.

Ее пальцы чуть сжали мужскую ладонь, боясь задеть уже затягивающиеся царапины. Но этого хватило, чтобы Зантариз выдохнул и заговорил.

— Они хотели вычеркнуть меня из твоей памяти, — Зан все еще не смотрел на Касс, предпочитая перевести взгляд в сторону окна. Пояснять, кто именно скрывался под «они», нужды не было. — Но простое заклинание забвения никогда бы не смогло сработать. Потому что память – это не только сохраненные сцены из прошлого. Это еще и чувства, которые с ними связаны. А в нашем с тобой случае их было много. И чем сильнее эмоции, тем стабильнее воспоминания. Так еще и моя родовая защита – Лерси не мог победить сразу все.

На какое-то мгновение Кассандра ощутила легкое злорадство. То, что лорду Лерси пришлось с ней повозиться, доставляло девушке мрачное удовлетворение.

— И тогда он решил использовать эти чувства против тебя, льдинка. Он заставил твой разум поверить в то, что эмоции ко мне – опасны, что они способны тебя убить. И когда ему это удалось, сработала моя магия.

Теперь пришла очередь Кассандры вздрагивать – ведь она поняла, что именно произошло.

— Это родовая защита изолировала мои чувства, — озвучила Касс. Демон кивнул, но его подтверждение уже не требовалось. — И после лорду Лерси не составило труда запереть еще и память.

— Он связал блок на твоих чувствах с блоком на воспоминаниях, — продолжил пояснять Зантариз. — И невозможно было снять одно, пока не снимешь другое.

— Поэтому у нас с магистром ничего и не получалось.

Ведь они пытались вскрыть только защиту, поставленную вокруг разума. Им и в голову не могло прийти, что нужно работать с защитой, стоящей вокруг сердца.

— Это родовая магия, льдинка, — Зан наконец-то перевел взгляд на Кассандру, но лучше бы он этого не делал: в его глазах стояло столько боли и вины, что девушка не выдержала и отвернулась сама. — Ее никто не мог снять, кроме меня и, возможно, Дара. Ты бы никогда не вернула свою память, если бы не оказалась здесь.

— Чего лорд Лерси никак не собирался допустить, — печально усмехнулась Кассандра. Теперь ей многое стало понятным.

Ее отец под влиянием первого советника нарушил данную Зантаризу клятву и рассказал о связи своей дочери с эрханом демонов. Возможно, Лерси тоже пришлось влезть в голову графа, чтобы обойти влияние магии, но это принесло свои плоды. Весь дом знал, как Зан называл маленькую госпожу – райрин, и Альберту Райтингем достаточно было всего раз упомянуть это слово, чтобы лорд советник сложил один и один.

Дальше – попытка спровоцировать Рейвар на военные действия. Никто доподлинно не знал, с чего началась Бескровная война – на уроках истории этот момент обходили или заявляли, что во всем виноваты демоны. Но теперь Кассандра не сомневалась, что первый шаг сделал Инаст и король Холл.

После – появление лорда Лерси в поместье, изгнание Шейны и попытка воздействия на Кассандру. Успешная, как оказалось. А дальше – условие Рейвару, при котором любое их действие сказывалось бы на благополучии единственной женщины, способной продолжить королевский род. У демонов не было шансов отказаться.

Как следствие – появление границы, которая медленно убивала оба мира, один – чуть более явно, второй – менее. А Кассандра все это время просто жила, не помня ничего, но ощущая себя не на своем месте. Она пыталась забыться, не обращать внимание на это давящее чувство собственной неуместности. Даже замуж попыталась выйти! И чем все обернулось?

Реакция на все эти открытия была почти привычной: Кассандра злилась. На отца, на мать, на лорда Лерси, на короля Холла. Даже немного – на Дартариза, который пытался использовать леди Райтингем в своих целях, хотя знал обо всех обстоятельствах, что с ней приключились. И магия закономерно слетала с пальцев, устраивая маленькие вихри из снежинок по обе стороны от Касс.

И только Занатриза обходили стороной и злость, и неосознанные проявления силы.

Винить во всем демона было просто – ведь без его присутствия, без их связи ничего бы этого не было! Кассандра прожила бы обычную жизнь графской дочери, закончила пусть не столичный пансион ее светлости леди Грат, а не менее престижное, но более простое заведение для девушек из аристократических родов. Вышла бы замуж за того же Кристофа, родила ему детей…

Но прямо сейчас, стоя в чужом кабинете и в чужой стране напротив того, кто во всем этом и был виновен, Кассандра вдруг отчетливо понимала, что не представляла себя в той, другой, более спокойной и размеренной жизни.

У нее не было бы Шейны. Не было Ветерка, музыкальной шкатулки с цветком, возможно, не было бы и столь сильного дара. И совершенно точно не нашлось бы места для наивной детской влюбленности и мужчины, без которого все это не могло свершиться. Того, кто даже по прошествии стольких лет продолжал смотреть на Кассандру взглядом, полным самым светлым из всех возможных чувств.

Кружащие в воздухе снежинки уже не порхали бесцельно: они устремлялись к нему, Зану. Облепляли его со всех сторон, украшая камзол. Будто ластились, как ласковые котята, пытались забрать все тревоги и унять печали.

Увы, если бы все было так просто!

Метель Кассандра отозвала, и сразу же после этого получила уверенное:

— Я заставлю его пожалеть за все, что Лерси с тобой сделал, льдинка.

И вновь это звучало как данность, как нечто настолько определенное, как блюдо, что на ужин приготовит королевский повар.

— Даже если удастся разобраться с границей, — покачала головой Касс. Ей пока с трудом удавалось поверить, что подобное вовсе возможно, но она допустила лучший из возможных исходов. — Ты не сможешь так просто добраться до первого советника короля. Тебе придется пробиваться к нему силой.

А лорд Лерси – не тот, кто сдастся просто так, и Кассандра не была уверенна в том, кто выйдет победителем, если демон и человеческий маг сойдутся в битве. Да, она верила, что Зантариз – сильный маг. Но и Нейтан Лерси – не выпускник Академии.

Однако, самого эрхана подобный расклад совсем не пугал.

— Значит, буду использовать силу, — уверенно заявил он.

— Это значит объявить войну всему Инасту, — Касс попыталась донести все серьезность до собеседника, но через уверенность наследника Рейвара было сложно пробиться.

— Значит, будет война.

Кассандра этого не хотела. Она уже невольно стала причиной одного военного конфликта, и ей бы не хотелось брать на себя ответственность за второй. Поэтому девушка обхватила себя руками и отошла к окну. Но чудесного сада за ним разглядеть так и не смогла, снова и снова мыслями возвращаясь к услышанному и прочувствованному.

— Я не хочу, чтобы из-за меня кто-то умирал.

Леди Райтингем говорила обо всех – и о демонах, и о людях. Но куда больше ей не хотелось бы, чтобы пострадал кто-то из тех, кто ей невероятно дорог. Магистр Себастьян Кастэ. Граф Кристоф Олисан.

Эрхан Зан из рода Тариз.

— Одно твое слово, льдинка, — раздался голос точно позади Касс. — И не будет никакой войны. И мести, если ты об этом попросишь.

«И чего мне будет это стоить?» — хотелось спросить Кассандре, но она успела прикусить себе язык, лишь бы не портить момент. Особенно когда Зантариз сжал своими широкими ладонями ее плечи и прижался лбом к затылку. Демон уже делал это раньше, и точно так же, как в прошлые разы, это прикосновение отдавало невероятной нежностью, под напором которой Касс позволяла себе прикрыть глаза и опереться спиной на крепкую грудь.

Она вновь неосознанно отдавалась этому ощущению, этому откровенному касанию. Наслаждалась им, не позволяя ни голосу разума, ни правилам этикета вторгаться в момент. И вновь злоба и страхи из мыслей и сердца леди Райтингем исчезали с такой скоростью, что на секунду закралось сомнение: а не использовал ли Зан внушение, чтобы успокоить Кассандру?

Но девушка не чувствовала чужого влияния, только собственные эмоции. И умиротворение, настигающее ее всегда в объятиях Зана.

— Я хочу, чтобы ты знала, льдинка, — спустя несколько долгих минут и один шумный вдох тихо заговорил мужчина. — Эта война будет не из-за тебя или меня, и совсем не ради нас. Эта война – ради тех демонов, кто годами был лишен своих близких, оставшихся на той стороне. Ради тех, кто погиб здесь из-за всплесков несдерживаемой силы. Наш народ достаточно страдал все последние годы, он имеет право на отмщение – во имя тех, кто остался, и во славу тех, кто не дожил до этого дня.

Умом Кассандра понимала, что в словах Зантариза есть смысл, и что вряд ли армия Рейвара согласилась бы пойти войной на соседнее государство только потому, что райрин их эрхана кто-то обидел пять лет назад. Но недавние заверения демона еще не отгремели от стен кабинета, а наивное девичье сердце трепетало где-то под гнетом разума и самостоятельности, поэтому Касс оборачивалась и поднимала взгляд своих ясных как небо глаз.

— Но ты сказал, что одно мое слово – и никакой войны не будет.

Глаза Зантариза больше не источали боль – вероятно, мужчина успел взять себя в руки и если не успокоиться, то хотя бы удерживать свои эмоции под контролем был в состоянии. Кроме нежности – она во взгляде Зана была перманентной, стоило ему только посмотреть на Касс.

— Да, льдинка. Все будет так, как ты скажешь.

И вновь столько уверенности, что Кассандра невольно усмехнулась.

— Но не ты владыка Рейвара, — почему-то шепотом добавила она, уже на выдохе осознав, что Зантариз фактически второе лицо империи демонов. А, при определенных обстоятельствах, и первое.

Но демон лишь приподнял уголок губ в слишком соблазнительной полуулыбке.

— Уж с собственным братом я сумею договориться, не переживай об этом.

А леди Райтингем переживала о том, что Зан – слишком близко, что его запах – кардамона и имбиря – уже повсюду, и не давал мыслить здраво. Что руки демона все еще на ее плечах, и это должно бы казаться неправильным, но почему-то воспринималось самой верной вещью на свете.

И эти алые всполохи в темно-вишневых глазах, которые склонялись все ближе и ближе…

Не сложно было догадаться, к чему все шло, и одна часть Кассандры была согласна и готова к грядущему поцелую. Но другая – рациональная – уже заставляла тело отступать на шаг назад.

Наверное, подобное поведение раздосадовало Зантариза, но Касс старалась смотреть куда угодно, только не на демона, ища спасения хоть в чем-то. И находила его в разбросанных повсюду книгах.

— Так с чего мне стоит начать?

Хотелось бы, чтобы голос звучал ровно и равнодушно, но он показался Кассандре глухим и неуверенным, отчего девушка мысленно проклинала саму себя. Только Зантариз вновь никак не отреагировал на смену поведения своей райрин, будто ничего между ними и не происходило такого, что могло выйти за рамки приличия.

— Вот здесь я собрал самые основные сведения о пологе, — Зантариз подхватил со стола толстую тетрадь в кожаной обложке и протянул ее Кассандре. — Попытался структурировать все в одном месте. Напротив некоторых записей есть пометки, где можно подробнее узнать о связанных плетениях или особенностях чар.

Касс быстро пролистала записи, убеждаясь в правоте слов демона, и невольно восхитилась той скрупулезности, с которой Зан переработал всю полученную информацию. Для начала исследований это были просто идеальные данные! И уже не смущение, а исследовательский азарт затапливал девушку с головой.

— Я могу занять стол? — поинтересовалась Кассандра, но опускалась в кресло, даже не дождавшись ответа: все ее внимание уже было уделено исписанным размашистым почерком страницам.

— В этом дворце, льдинка, ты можешь занять любое место, какое пожелаешь, — туманно ответил Зантариз, но на его слова Касс уже не отреагировала. И не увидела, как на губах демона появилась довольная, но добрая улыбка.